Liberty in...

Глава 10. Бег по замкнутому кругу

Все герои являются вымышленными, все совпадения - случайными. Используемые имена не имеют никакого отношения к реальным людям.

21 марта, Портленд Хоспитал, Лондон Джона арестовали прямо на работе, даже не потрудившись дождаться окончания приема. В кабинет вошли двое, и Ватсон, который в этот момент осматривал трехлетнего мальчика, внимательно вслушиваясь в звуки, раздающиеся в фонендоскопе, резко вскинул голову: - Я веду прием и не допускаю, чтобы посторонние входили в кабинет во время осмотра. - Скотланд-Ярд, инспектор Диммок… - Мне все равно, кто вы! У меня идет прием! Выйдите немедленно! - Что вы себе позволяете, доктор Ватсон? – взвился полицейский. Джон погладил маленького пациента по голове, улыбнулся его матери, которая боязливо прижала сына к своей груди, подошел к невысокому мужчине, представившемуся инспектором и, глядя ему в лицо, негромко, но твердо повторил: - Вы сейчас же покинете мой кабинет! Этому ребенку требуется моя профессиональная помощь, и я ему её окажу, хотите вы этого или нет. Ватсон закончил прием и, улыбнувшись напоследок своему пациенту, помахал на прощание рукой. Как только за ними закрылась дверь, Джон стер улыбку с лица и сел ровно, сцепив руки в замок и положив их на стол. Резкий стук двери о стену прозвучал, как гром среди ясного неба, и человек, представившийся инспектором, влетел в кабинет. - Доктор Джон Ватсон? - Да, это я. Чем обязан? - Вы арестованы. Джон склонил голову набок и недоуменно воззрился на инспектора. - Это розыгрыш? Шутка? Двое стояли молча, наблюдая за реакцией доктора. - Меня снимает скрытая камера? Или? - Вы арестованы по подозрению в убийстве. Ватсон резко встал и нахмурился, заметив, как оба полицейских чуть заметно дернулись в его сторону. - В таком случае я хочу видеть ваши удостоверения и ордер на арест. Инспектор Диммок хмыкнул и скривился в ядовитой ухмылке. Сделал шаг по направлению к доктору и сунул ему под нос свое удостоверение, а следом бумагу, где Джон сумел заметить лишь слово «ордер» и собственное имя. - Джозеф, арестовывайте подозреваемого, - бросил инспектор полисмену. - В чем меня подозревают? Секунду, сержант… - Инспектор Диммок. - Инспектор Диммок, в чем меня подозревают и за что арестовывают? - Вы арестованы по подозрению в убийстве Софи Хантер. - Софи? Я ничего не понимаю. Вчера мы вместе были на вечеринке… - А ночью вы её зарезали! - Я никого не резал! Это какой-то бред! - Джозеф! – грозно рыкнул Диммок. - Стойте, я имею права на звонок! Инспектор едва не взвился на месте, но понимая, что Джон прав, отчеканил: - У вас один телефонный звонок. Двумя неделями ранее, Бейкер-стрит 221, Лондон Жизнь на Бейкер-стрит напоминала вымершую планету. Словно ледниковый период опустился на все живое и неживое в этом доме. Тишина – давящая, тревожная – была настолько пугающей, что люди, живущие в этой обители, будто впали в состояние транса. Джон вернулся в то давнее статическое состояние души, когда ничего не хочется. Ты просто живешь, точнее, проживаешь, день за днем, и в этой твоей жизни не происходит ничего. Ровным счетом! Ватсон перестал хотеть домой, ведь там его ждала лишь пустота - тревожная, гулкая. Она наваливалась на него тяжким грузом, стоило лишь переступить порог жилища. Он стал допоздна засиживаться в кабинете, стараясь концентрироваться на работе и отбрасывая в сторону ненужные, раздражающие мысли. С самого момента объяснения Джон больше не видел Шерлока - тот будто задался целью не пересекаться с ним ни при каких обстоятельствах. Единственное, что их теперь связывало – это записки из-под двери с названиями препаратов. Ватсон доставал практически все, что просил Шерлок, и оставлял около лаборатории вместе с порцией еды. Иногда подносы так и оставались нетронутыми - исчезали лишь препараты. А бывало, поднос валялся перевернутым, чашка, тарелка, приборы были разбросаны по лестничной площадке, и тогда Джон молча забирал посуду и возвращался к себе. Время будто замерло. И вдруг в это мертвое царство ворвался глоток свежего ветра - Софи. Девушка приехала в отпуск к тетушке в Лондон, чтобы отдохнуть от Парижа, работы и получить порцию так необходимого ей вдохновения. Ей не терпелось поделиться новостями о своих профессиональных успехах, и она с радостью рассказывала Джону о том, что её первая картина неожиданно понравилась одному из известных коллекционеров, и он её купил. Да, конечно, деньги были небольшие, но сам факт, что её творчество оценили – был гораздо важнее. Она словно лучик света привнесла в жизнь Бейкер-Стрит радость и тепло. Её голосок звучал повсюду. Софи вытаскивала Джона на прогулки по набережной, в музеи… Ватсон не мог отказать девушке и улыбался чуть смущенной улыбкой, когда она благодарно чмокала его в щеку. 21 марта, камера предварительного заключения Скотланд Ярда Он сидел в наручниках и внимательно рассматривал металлические браслеты. У Джона почти не было информации. Единственное, что он понял – Софи мертва. Убита. И единственный подозреваемый – это он, Джон Ватсон. Сейчас он надеялся только на своего адвоката, которому смог позвонить еще будучи в своем кабинете. Джейн Смит вела его бракоразводный процесс и была единственным знакомым адвокатом Джона. Насколько она была компетентна в уголовном праве, Ватсон не знал, но выбирать в его ситуации не приходилось. Когда открылась дверь и вошел Диммок, он медленно поднялся. - Мне интересно, как можно быть таким спокойным после того, что сделал, а, доктор? Инспектор буквально сочился ненавистью к заключенному, окидывал Джона брезгливым взглядом и постоянно сжимал и разжимал кулак правой руки. Будто готовился ударить. - Без своего адвоката я не стану с вами разговаривать. Джон выпрямился и, подняв голову, посмотрел прямо в глаза служителю закона. - Вы уже разговариваете со мной! Так за что вы убили Софи Хантер? Диммок будто ударил его по лицу, почти выплевывая обвинение и резко дергаясь в сторону Джона. Тот лишь огромным усилием воли заставил себя не отшатнуться и, сжав руки в кулаки, ответил: - Я не убивал Софи. - Убийство с особой жестокостью тянет на пожизненное заключение, так что в ваших интересах сотрудничать со следствием, чтобы хотя бы на несколько лет скостить срок. - Это допрос? – твердым голосом спросил Джон. - Пока нет. Пока это только мой собственный интерес! - Я не убивал Софи Хантер. Джон говорил спокойно, чуть повысив голос и понимая, что начинает дрожать изнутри. - Откуда в обычном докторе такая жестокость? Ей было чуть больше двадцати, так в чем она перед вами провинилась, а, доктор? За что вы её убили? Такое отвращение было написано на лице детектива, что Джон невольно судорожно сглотнул и произнес, чеканя каждое слово: - Презумпцию невиновности никто не отменял! Диммок сделал шаг и приблизил своё лицо вплотную к Джону: - Ты сгниешь в тюрьме, я тебе это обещаю! Когда резко распахнулась дверь и влетел Лестрейд, Ватсон отшатнулся от Диммока. - Кристиан, дальше я сам. Помощник хмыкнул и, кинув последний ненавидящий взгляд на Ватсона, покинул камеру. Грег дождался, пока за Диммоком закроется дверь, и быстро произнес: - Джон, все крайне серьезно. Улики против тебя. - Что за улики, Грег, я ничего не понимаю. Джон наклонился вперёд, но, заметив, что инспектор коротко качнул головой, принял прежнюю позу. - Софи Хантер была убита в ночь с 20 на 21 марта. Грег достал из папки с материалами дела фотографии и развернул их к Джону. - О, Господи… В теле на фотографии невозможно было узнать девушку – лица не было. Кровавое месиво, ошметки костей, вырванные волосы валялись на кровати. Тело было распластано по окровавленной поверхности и вспорото от паха до горла. Джон непроизвольно закрыл глаза и судорожно вздохнул, ощущая на себе взгляд инспектора. - Бедная девочка… Кто мог такое сделать? Лестрейд все это время внимательно следил за реакцией Джона. - Псих. Такое мог сотворить только псих. Её задушили подушкой во сне. После смерти размозжили голову молотком. Но этого оказалось мало. После он произвел вскрытие очень тонким лезвием, возможно скальпелем. Все внутренние органы на месте, и правая лопатка... - Что? – ошеломленно произнес Джон. Лестрейд сжал губы и помотал головой. - Нет-нет, ничего. Слишком много крови, Джон. Ватсон глубоко вздохнул и прикрыл глаза. - Почему я, Грег? - Всюду твои отпечатки, Джон. На мышке, на клавиатуре… Джон сжал виски руками и произнес: - После вечеринки она позвала меня к себе, чтобы показать свои работы, и я согласился, не смог ей отказать. Я держал в руках мышь, потому что кликал по фотографиям её картин. А до этого печатал пароль, который она мне диктовала. Грег покачал головой и произнес: - На её одежде твои волосы. - Да, естественно, я её обнимал. Она... - Джон сжал виски руками, подбирая слова. - Она была в тебя влюблена, мы в курсе. Она вела дневник, где все подробно описывала. - О, боже! Да я просто все ей объяснил и ушел! - Джон, весь молоток покрыт твоими отпечатками. - Молоток? Молоток! – Ватсон на миг расширил глаза и выпалил: - Это мой молоток. Я ходил за ним домой, а после мы готовили раму для холста. Она мне подарила картину, и мы вместе с ней сколотили рамку, Грег! Черт! - Джон, это все чертовски хреново. Ватсон закрыл глаза и сильно помотал головой. - Грег, я не убивал её, слышишь? Я не убивал! Джон уронил голову на руки. - Джон, Джон, держи себя в руках! Во сколько ты ушел от неё? Джон зажмурился и сильно потряс головой. - Черт, я не знаю, Грег! Не представляю. Около восьми, или девяти… Я не обратил внимания на время. - В твоей квартире найдена картина с подписью мисс Хантер и следами её крови. - Но откуда… Она оцарапала палец о гвоздь и мазнула по картине. Она так сокрушалась по поводу того, что испортила подарок, но я сказал, что все нормально. - Джон, ты понимаешь, насколько притянуто за уши все то, что ты сейчас мне сказал? Я не хочу верить в то, что это сделал ты, но все улики, понимаешь, все прямые улики против тебя. - Грег, что мне делать? - Держаться. Тебе ждет психологическая экспертиза, куча допросов и, вероятно, следственный эксперимент. - Да что угодно, Грег! Я не виновен! Я готов на детектор лжи, потому что я не виновен! Послушай, я не мог быть не в крови, если бы проделал все это с телом. Нет? - Твою одежду не нашли. - Да, потому что я сдал её в прачечную по дороге на работу. Не думаешь же ты, что я, совершив убийство с особой жестокостью, пойду и сдам кровавые шмотки в стирку? Это нонсенс, Грег! - Джон, я понимаю. Честно понимаю все и уверен, что ты не убивал, но улики вещь упрямая. Грег обреченно вздохнул и добавил: - Мне жаль. 20 марта, Бейкер стрит, Лондон Миссис Хадсон была так рада визиту племянницы, что решила закатить небольшой праздник в честь её приезда. Естественно, все её постояльцы были приглашены. Джон, конечно же, согласился: он жутко устал быть один. Шерлок, естественно, отказался: рявкал из-за дверей, требуя оставить его, наконец, в покое. Тем более стало неожиданным появление Шерлока на празднике в честь Софи. Девушка была чудо как мила в своем атласном платье цвета шампань, расшитом по всей длине алыми розами. Светлые волосы были распущены, неяркий макияж не бросался в глаза, а лишь усиливал эту мягкую неброскую красоту. Джон с легкой полуулыбкой любовался девушкой, а она в ответ кидала на него горящий взор и мило заливалась румянцем. Гостей было немного. Соратницы миссис Хадсон по висту, неизменный мистер Чаттерджи и Джон. Когда вошел Шерлок, ослепительный в своем черном костюме и со скрипкой в руке, все на миг, кажется, перестали дышать. Растянув губы в улыбке, Шерлок обвел всех взглядом и тряхнул своей шевелюрой. - Я бы не отказался от бокала красного вина! Холмс подошел к миссис Хадсон и слегка прикоснулся к её щеке в приветственном поцелуе. - Шерлок, милый, как же я рада, что ты пришел. Он едва заметно улыбнулся и мазнул взглядом по Джону, кивнул остальным гостям и задержался глазами на Софи. - Любовь идет вам на пользу, Софи. Девушка зарделась, кинула быстрый взгляд на Ватсона и опустила глаза, а Шерлок, прикоснувшись в галантном поцелуе к её руке, устроился в кресле, принимаясь пощипывать струны инструмента. Вечер удался на славу. Непринужденная обстановка заставила всех присутствующих расслабиться. Подруги миссис Хадсон оказались еще теми затейницами и не давали скучать и пары минут. Джон улучил момент и подошел к Шерлоку, который все также сидел на диване с бокалом вина. - Привет. Как дела? Шерлок скользнул взглядом по соседу, сощурился и произнес: - Ты сбросил два фунта. Диета? - Отсутствие аппетита. - Да, знаю, такое бывает при определенных процессах, протекающих в организме. Джон нахмурился, совершенно не понимая, что имеет в виду Шерлок. - Ты о чем? Светлые, почти небесно-голубые глаза с коричневыми крапинами смотрели прямо в душу, и Джон, не в силах выдержать этого взгляда, отвел глаза в сторону. - Танцуйте! Шерлок так резко поднялся с дивана, что Ватсон немного растерялся. Холмс вскинул скрипку на плечо, взмахнул смычком и ласкающе прикоснулся к струнам. Полилась тягучая нежная мелодия, наполненная какой-то вселенской тоской, грустная до безумия и столь же прекрасная. Мистер Чаттерджи подхватил Марту, и они, улыбаясь друг другу, медленно начали двигаться в едином ритме. Софи подскочила к Джону и, светясь очаровательной улыбкой, присела в легком реверансе. Холмс, продолжая виртуозно играть, скользнул взглядом по Ватсону и прикрыл глаза, слегка разворачиваясь. Джон не слышал, что щебетала ему Софи, всем своим существом впитывая музыку, будто именно так он мог понять, что внутри этого невероятного скрипача. А Софи все говорила и говорила, не понимая, что партнер совершенно её не слушает. - Что? Да, конечно, с радостью… - отозвался Джон, пытаясь вспомнить, на что он только что согласился. Музыка оборвалась так резко, так сильно смычок ударил по струнам, что все присутствующие вздрогнули. - Мне пора! Было… Приятно. Шерлок так стремительно покинул уютную гостиную миссис Хадсон, что все на миг замерли, но добрейшая Марта всплеснула руками и произнесла: - О, это же Шерлок, он такой непостоянный! Джон, налейте нам еще вина, дорогой. Вечер, грозивший оборваться столь неожиданно, закончился вполне сносно. Вино и тарталетки были съедены, гости разошлись, остались только Джон, Софи и мистер Чаттерджи. - Джон, так вы посмотрите? - Что? Что посмотрю? - Мои работы. Вы же согласились, когда мы танцевали. Ватсон прикрыл глаза и заставил себя улыбнуться. - Конечно, посмотрим. Девушка с восторгом потянула Джона за руку к своей комнате. А он совершенно случайно посмотрел на лестницу и замер - на верхней ступени стоял Шерлок и не сводил с него своих потемневших глаз. Выражение его лица было совершенно нечитаемым, он будто вознамерился прожечь в докторе дыру. Маленькая ручка Софи схватила Ватсона за запястье и втянула в комнату. Джон не слышал и не видел ничего вокруг себя, не понимал, что он черт возьми здесь делает! - Джон, наберите пароль и откройте на рабочем столе папку «Моё», я пока переоденусь. Джон мысленно зашипел – всё было предельно ясно. Все наивные манипуляции Софи были словно на ладони, и доктору предстояла крайне трудная задача - не обидев девушку, тактично ей отказать. Джон положил ладонь на мышку и кликнул по иконке с папкой. Открылось окно с картинами. За спиной шуршало платье. Джон вновь про себя чертыхнулся – перед глазами стоял Шерлок – бесстрастный, словно палач перед казнью. Ватсон невидящим взором кликал по картинам Софи, не осознавая того, что видит. Когда на его плечи опустились две легкие ладони, он едва не подпрыгнул. «Нет, черт возьми, нет!» Джон выпрямился, подтянулся и произнес: - Софи… Но девушка была настроена крайне решительно и быстро приникла в поцелуе к губам Джона. Она действовала с таким напором, что Ватсон даже опешил и от неожиданности открыл рот. Острый язычок тут же скользнул внутрь и проворно пробежался по кромке зубов. - Софи… Софи, остановись! Джон сжал хрупкие девичьи плечи и отстранил её от себя. - О! Тебе не понравилось? Они оба, сами того не замечая, перешли на ты. - Нет-нет, ты неправильно меня поняла. Мне… – Джон не хотел врать девушке о том, что его никоим образом не зацепил этот спонтанный взрывной поцелуй. - У тебя кто-то есть, да? – грустно спросила Софи и часто заморгала. Джон быстро встал со стула и прикрыл глаза. - У меня нет никого… - Тогда в чем дело? Я тебе не нравлюсь? «О, Господи! Только не слезы!» - подумал Ватсон. - Ты чудесная, замечательная, но я не создан для отношений. Софи, я не хочу заводить отношения. Джон постарался звучать как можно убедительней. - Все дело во мне? Я некрасивая, правда? Ватсон вдруг подумал, что на четвертом десятке с его внешностью что-то произошло, отчего и свой, и противоположный пол находит его привлекательным. Если не сказать больше! - Послушай, Софи, ты потрясающая, правда, но я не готов снова вступать в какие бы то ни было отношения. Я… - Ой! Прости меня, боже, Джон, мне так стыдно, как же мне стыдно. Я думала… Мне казалось, что я тебе нравлюсь, потому что я тебя, кажется, люблю. Девушка опустила голову, но Джон видел, как мучительно она покраснела. Мысленно Ватсон взвыл – за что, за что ему это наказание? Он сделал шаг к девушке и очень осторожно обнял, прижимая к себе. - Ты найдешь себе замечательного молодого человека, умного, приятного во всех отношениях, который будет любить тебя всей душой. Вы поженитесь, у вас будет двое… нет, трое детей, собака и две кошки. Ты будешь абсолютно счастлива, поверь мне. Тебе совершенно не нужен старый педиатр с кучей проблем и недостатков, разведенный и не умеющий любить. Софи мелко подрагивала и всхлипывала. На удивление она быстро взяла себя в руки и посмотрела на Джона. Улыбнулась грустной улыбкой и произнесла: - Ты замечательный, Джон. Я хочу сделать тебе подарок. Только вот я не успела его закончить. Поможешь? Девушка вытащила из платяного шкафа холст и развернула его. - Это мне? – удивленно спросил Джон. - Я писала её для тебя и о тебе. Вот такой ты в моём воображении, доктор Джон. - Спасибо, Софи, это... Мило! - Ты правду так думаешь? Тебе понравилась картина? - Ты станешь очень хорошим художником, Софи. Ты умеешь чувствовать людей – это божий дар, поверь мне. А потом Джон сбегал за молотком и они вместе обтянули рамку холстом, правда, Софи оцарапала палец о гвоздь и немного испачкала кровью левый нижний угол картины. - Черт, я испачкала кровью твой подарок! - Ничего страшного, Софи. Все хорошо, правда. Джон еще раз улыбнулся девушке, наклонился и слегка прикоснулся к её щеке. - Будь счастлива, Софи, ты это заслужила. Она лишь кивнула в ответ и улыбнулась. - И ты будь, доктор Джон… Они снова обнялись уже на пороге, и Софи закрыла дверь. Ватсон внимательно разглядывал картину, когда почувствовал колючий взгляд на своем лице. Он быстро вскинул глаза и замер - на ступенях стоял Шерлок, облаченный в пальто, с руками, засунутыми в карманы, и смотрел, не моргая, на Джона. Очнулся Ватсон от громкого стука - дверь лаборатории с грохотом закрылась.