История Одной Пионерки.

День 2.

Мне снился жутко странный сон. Казалось, будто я в каком-то вакууме. Или пустоте. Помню лишь, как отчётливо слышала своё сердцебиение. Эти пульсирующие звуки, которые сводили с ума, отдавались громкими монотонными ударами в висках. И было тяжело дышать. Словно что-то сдавливало горло или даже лёгкие. Затем в моей голове отчётливо прозвучал голос какой-то девочки. Он мне показался очень знакомым, таким близким. Девочка в автобусе? Неужели это был её голос? Она тогда что-то бормотала мне на ухо? Только вот… что же эта девочка мне сказала? Я ничего не смогла расслышать, совершенно ничего. Всё было как во сне. Прямо как сейчас. Я еле открыла сонные глаза. Из головы напрочь пропали какие-либо воспоминания минувшего дня. Мне почему-то казалось, что я должна была пойти на учёбу, а после работать. Единственное, что вернуло к реальности (а можно ли это место назвать реальностью?), так это то, что будильник не прозвенел. Я проспала до половины двенадцатого утра. И первая мысль была о том, что я снова опоздаю на учёбу. И только потом, заметив окружающую меня обстановку, пялясь в потолок, самый обычный потолок, но совсем мне не знакомый, я поняла, что ни о какой учёбе и работе сейчас думать времени нет. Хотя, очевидно, в этот раз я тоже её пропущу, так как по-прежнему находилась чёрт знает где, в каком-то Богом забытом лагере, чёрт знает в каком климатическом поясе. Комната за ночь ничуть не изменилось. Впрочем, если бы изменилась, то такое явление не стало бы для меня чем-то необычным. Я успела привыкнуть ко всей необычности, ко всему происходящему в этом месте. Само моё попадание сюда – уже необычность. Некой вожатой на месте не было. И наверно, благодаря этому месту, я впервые отлично выспалась. Хотя и благодаря же ему, я могла потерять не только работу, но и учёбу. Глаза совершенно не закрывались. Усталости не было. Словно в рай попала. Хотя неизвестно, можно ли это место таковым считать. И не сочтут ли меня педофилом, так как я якобы здесь пионерка, которой, простите, за второй десяток перевалило. Такой отдых явно стоит многого. Неужели это всё какой-то странный и больной сон? Некой вожатой этого места в домике, как я уже упомянула, не было. Ушла. Надеюсь, они не решили оставить меня здесь одну на растерзание каким-нибудь страшным диким животным. Окно было приоткрыто, и откуда я слышала не только бесконечное щебетанье птиц, которые так редко замолкали и, порой, надоедали своим пением, но и детские крики, доносившиеся, должно быть, с площади. Значит, одну меня тут не оставили. Очень поздно, но ко мне вернулись мысли, о которых стоило думать сперва: автобус. Интересно, он приехал? И во-сколько я вчера сюда попала? Чёрт. Даже время не посмотрела. Стоило поскорее отыскать вожатую. Может сегодня она будет капельку поразговорчивее относительно моего странного попадания в это СТРАННОЕ место. Зевнув во время очередного осмотра комнаты, я почесала затылок, после чего поняла, что волосы чуть ли дыбом не стояли. «Расчесаться!» - стало моей первой мыслью, пока я находилась у чёрта на сковороде, так как в домике я уже чувствовала духоту. На улице было наверняка жарко. Так или иначе, где бы я не была, в какой бы духоте не находилась, мне стоило следить за собой. Жаль только, что в душ мне тут вечером сходить не удалось. Где-то здесь должна была быть расчёска. Мне пришлось потратить несколько минут, чтобы обратить внимание на стол, где лежал нужный мне инструмент (инструмент? Кажется, я и правда превращаюсь в пионера, будучи здесь только второй день). Присев на кровать, я начала расчёсывать свои волосы, то и дело, причиняя себе кучу боли, так как они были страшно растрёпанными и сухими, отчего становилось тяжелее справляться с ними. Странно, но расчёсывались они быстро. Расчёска достигала концов гораздо быстрее обычного. Будто их обрезали на несколько сантиметров. Даже больше. С дюжину сантиметров. Меня начало это действительно пугать. Волосы были слишком коротки. Это было очень заметно. Я начала осматривать стол в поисках зеркальца. Но увы, мои труды не увенчались успехом. Однако, если верить глупейшей ситуации о том, что я в каком-то лагере 80-х, то в шкафах, которые выглядели вровень этому месту, должно быть средних размеров зеркало на дверце. «Не дай Бог какие-то глупые мальчишки ночью постригли меня, не оставив даже следов преступления. Зная, как я сплю, ничего бы не почувствовала. Ух, я им!» Но не успев додумать мысль, как стоило открыть мне дверцу шкафа, в которой я увидела своё отражение, расчёска выпала из рук, с сильным треском ударившись о пол, отчего звон в ушах усиливался, вперемешку с шоком. Я была повергнута в глубочайший шок. Даже немного вскрикнула, через пару секунд, кажется, придя в себя, от того, кого увидела в отражении. Несомненно, человек, что смотрел на меня по ту сторону зеркала, то бишь в отражении, была я сама. Разве что на вид мне было, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, СЕМНАДЦАТЬ ЛЕТ! Волосы были короткие, до плеч, как я и предполагала. Ровно такие же, как были у меня в мои шестнадцать-семнадцать. Я не могла поверить в то, что видела. Но ведь не бывает омолаживающих зеркал. Я тщательнее всматривалась в своё тело, уже не в отражении, и смогла заметить, что даже кожа была будто бы как у семнадцатилетней девчонки. Грудь была гораздо меньше, меньше был и рост. И как же я могла весь день этого не замечать в себе? Невероятно! От шока приходилось отходить ещё минут пятнадцать, постепенно ощупывая себя в надежде, что мне показалось. Но нет. Это место сыграло злую шутку, не только с моим попаданием сюда, но и с моим телом. Всё было слишком по-настоящему. Я – подросток. Но ведь только вчера утром мне было двадцать пять и при этом, выглядела я ровно на свой возраст. А сейчас… Времени потребовалось достаточно, чтобы прийти окончательно в себя и свыкнуться с мыслью, что мне на вид шестнадцать-семнадцать лет. Окончательно отойдя от шока, приняв всё это как больной сон, я встала, начав осмыслять всё произошедшее. В глаза мне бросилась пионерская форма, висевшая на спинке стула рядом с моей кроватью. Странно, что всё это время я ходила в нижнем белье, не думая одеться в неё сразу. «Что ж, могло быть и хуже. Или не могло?» - с этой мыслью я напялила на себя рубашку, юбку, завязала галстук, что было большой проблемой, и вновь посмотрелась в зеркало. Конечно, приходилось искать положительные стороны сего происшествия. Например то, что я помолодела, что мне семнадцать лет. На вид, во всяком случае. И теперь стало окончательно ясно, почему меня сделали пионером. Почему мой возраст никого не удивлял... Я до конца привела волосы в порядок и решила пойти умыться. Но умывальных принадлежностей ни у меня, ни на столе не было. В моём шкафу, кстати, тоже. Быть может, стоило поискать в шкафу Ольги Дмитриевны? Почему нет? Шкаф вожатой располагался прямо позади её кровати. Распахнув дверцу, на меня чуть ли не сыпалось нижнее белье. И, кстати, комплекты пионерской формы, что для мальчиков, что для девочек. И зачем она весь день для меня форму искала? Маразматичка. Но умывальных принадлежностей тоже не было. Однако краем глаза я увидела какую-то интересную шкатулку. Размер её был не больше первого тома книги Льва Толстого «Война и Мир». Невероятно красивый узор. Сама она была какого-то бледно-синего цвета и, кажется, краска с неё начинала сыпаться. Но, к сожалению, как бы я не хотела в неё заглянуть, сделать бы этого не получилось хотя бы по той причине, что она была заперта на замок. Нужно было найти ключ для неё, чтобы отпереть. Было в этой шкатулке столько подозрительного. Что же Ольга там запирает? Впрочем, это не имело значения. Моей целью было найти умывальные принадлежности, коих в её домике, к сожалению, не нашлось. Стоило мне выйти на улицу, как навстречу уже топала вожатая, лицо которой не было столь страшным, но почему-то сильно обескураживало. Всем своим грозным видом, пусть на лице её и была улыбка, эта женщина распугивала прекрасное настроение, которое подарило это утро, и в воздухе, вместо приятных ностальгических запахов чувствовалось напряжение. И всё из-за неё. Солнце было уже довольно яркое, поэтому пришлось щуриться, чтобы разглядеть вожатую как следует, ну, и хотя бы с ней потолковать. –Доброе утро, Сашенька, - послышалось от неё, когда она уже почти вплотную подошла ко мне. Может, я теперь и выгляжу, как подросток, но на самом деле я с ней одного, чёрт возьми, возраста, поэтому мне совсем не нравилось, когда вожатая так обращалась ко мне, словно я ребёнок. –И Вам не хворать, - с недовольством, как в голосе, так и на лице, ответила я. –К сожалению, ты пропустила завтрак, - грустно произнесла она, - но ты вчера так устало выглядела, как завалилась спать, я подумала, что после поездки тебе нужно восстановить силы, поэтому не стала будить. Но я принесла тебе бутербродов, чтобы до обеда не голодала, - она протянула какой-то свёрток бумаги мне. Что дома, перед учёбой питаюсь бутербродами, что здесь. Как будто ничего и не менялось, разве что обстановка. –Спасибо большое. А можно… - начала я. –Тебе нужно умыться, - внезапно перебила меня вожатая, - вот, - словно из-за спины, она достала пакетик. В нём я разглядела полотенце и, кажется, зубную щётку. Ну, хотя бы угадала с тем, что мне было нужно. –Благодарю. А Вы не подскажете… - только я хотела спросить у неё про автобус, как она вновь перебила меня. –Умывальники вон там, - она указала куда-то вдаль за свой домик, - а теперь прости, нужно торопиться, - она обошла меня, а потом прокричала вслед, - не забудь, что в двенадцать часов линейка на площади! «Какая, к чёрту, линейка? Что за детский сад тут творится? Что, блин, со мной творится? Ах, да. Я же теперь пионер.» Если вчера я могла задавать вопросы и не получать на них ответа, то сегодня я не имею права даже спросить. Здорово! По дороге к умывальникам я успела съесть бутерброды, которые дала мне вожатая. Путь не занял много времени, но ела я действительно быстро: работа, учёба – некогда передохнуть, вот и привыкаешь. Добравшись до этого места, где я увидела самые обычные умывальники возле какой-то лесной аллеи, ненароком скривила лицо. Лужи, вечно не высыхающие, прямо как в детстве, когда я была в лагерях. Отсюда веяло прохладой, очень приятной, на фоне такой-то жары. Наверняка, лучше придумать было нельзя. Вход в эту милую лесную аллею привлёк моё внимание прежде, чем я приступила к умывальным процедурам. В таких местах, как эта аллея - устраивать пикнички неплохо. Из-за крон деревьев туда и солнце не попадало, в жаркий день там весьма прохладно. Сами же умывальники не представляли из себя ничего необычного. Располагались они посреди полянки, протоптанной пионерами, которые не раз тут умывались. Лужи воды, разбрызганной ими же, веяли приятной ностальгией по тому, как я в детстве когда-то так же была в лагере. Лёгкая прохлада, исходящая от кранов, уже как следует освежила меня, пока я рассматривала лесную тропинку. Всё это, вроде, и веяло воспоминаниями, а вроде и не радовало совсем своей примитивностью. Мне очень хотелось поскорее проснуться дома, в своей цивилизованной квартире. Такие привычные вещи, как душ, умывание, кажутся столь обыденными, что при использовании умывальников, которые находились прямо передо мной, невольно понимаешь, насколько они примитивны и как тяжело обходится без столь полезной повседневной утвари. Закончив раздумья, я наконец открыла кран, а вода уже ледяной струёй, будто подаваемой с самих вод Антарктиды, устремилась в меня. Ещё один жуткий вопль, или визг, как угодно. Не иначе. Кажется, даже утро было не на моей стороне. Впрочем, умываться ледяной водой – пол беды. Худшее впереди. Меня ожидала не зубная паста, коей я привыкла пользоваться, а ждал меня зубной порошок! Сам Сатана создал это место для меня. Кажется, слишком много я грешила, раз что-то неведомое решило наказать меня за мои грехи. С трудом да с горем пополам, я сделала все дела, что требовались от меня. Наконец-то. Время идти на какую-то глупую, никчёмную линейку для маленьких детишек. Хотя я и сама сейчас особо не отличалась от них, что выводило меня из себя только больше. Когда я начала собирать умывальные принадлежности обратно в пакет, мимо пробегала милая блондиночка, которая вчера встретила меня у ворот этой преисподние. Славя, кажется. –Физкульт-привет, - весело поздоровалась она со мной, широко улыбаясь и смотря на меня своими большими приятными голубыми глазами. –И тебе утра, - с угнетающим лицом ответила я, после стольких мук этим утром. –Не опаздывай на линейку, - проговорила она, бегая на месте, после чего скрылась из виду, убежав дальше. А чёрная спортивная облегающая форма смотрелась на ней поистине сексуально. Стало даже интересно, выдадут ли мне здесь такую. Впрочем, не об этом стоило сейчас думать. Я же не собираюсь тут задерживаться. Мне нужно домой. И как можно скорее! Я вышла на площадь. И уже происшествие. Рыжеволосую мелкую девчонку отчитывали. Ульяной, вроде, кличут её здесь. Неудивительно, что она уже с утра пораньше что-то натворила. И пока сие приводилось в действие нашей вожатой, пионеры, знакомые и не знакомые мне, потихоньку вставали в шеренгу, время от времени переговариваясь между собой. Когда некое безумие успокоилось, Ольга Дмитриевна приказала всем построиться в шеренгу как следует. Из знакомых тут были: Алиса Двачевская, почему-то её я хорошо запомнила, Лена, кажется, милая застенчивая девочка, Ульянка, тут хочешь-не хочешь, а запомнишь, Славя, Электроник. Двоих мне ещё не довелось видеть: одна из них была похожа на девочку нашего времени, хотя бы по её вызывающим чулкам тёмного цвета, когда нас заставили напялить гольфы; у неё были длинные волосы цвета морской волны, заплетённые в два хвостика и глаза красивые-красивые аквамаринового цвета. А рядом с ней какая-то мрачная девочка, с тёмными короткими волосами, даже короче, чем у меня сейчас, в милых округлых очочках. Не с ней ли я вчера столкнулась? Хотелось верить, что нет. Пока я считала ворон и рассматривала всех присутствующих, линейка как раз подошла к концу. Благо, понять основную мысль из лепета вожатой, который не прекращался минут двадцать об уборке территории, мне не составило труда. –Итак, Саша, - обратилась ко мне Ольга Дмитриевна, с которой рядом стояла Славя. «Она её протеже?» –Так как ты новенькая, тебе нужно заполнить обходной лист. А значит – зайти во все кружки и, желательно, выбрать какой-нибудь. Принять, так сказать, участие в жизни лагеря и его общества. Ты должна стать образцовым пионером, - я вообще не собиралась им становиться, с чего она вдруг так решила? Мне бы домой. Обратно. –Будет сделано, - без возражений ответила я, чтобы лишний раз не навлечь на себя что-нибудь. Взяв листочек у неё, куда, видимо, должны были поставить подписи администраторы кружков, я направилась как раз по списку. Написано было, что надо зайти в четыре места: кружок кибернетики (серьёзно?), музыкальный кружок (уже лучше), библиотека (то, что нужно) и медпункт. Не радовало лишь то, что закончу я очень нескоро и обед придётся пропустить. Начать я решила с кружка кибернетики. Наверняка увижу там Электроника. Этот паренёк уж очень похож на того, кому бы понравилось заниматься чем-то подобным. Пройдя через милые аллеи с редко встречающимися лавочками по бокам, я добрела до клубов кибернетики. Это невысокое одноэтажное здание не выглядело как-то необычно. Вполне себе естественное, как раз идеально подходило этому месту, скорее даже эпохе. Рядом с входной дверью была прикреплена доска объявлений. На ней располагались бумажки, зазывающие вступать в клубы, их преимущества и всё такое. Некоторые были ободраны кем-то. Конкуренция, не иначе. Стоя на крыльце, прежде чем зайти, я решила постучать. Но не успев и кулачка приложить к двери, как она распахнулась, ударив меня по носу, от чего я и вовсе полетела пятой точкой вниз по лестнице, сильно ударившись не о самый мягкий асфальт времён СССР. Грохоту было много. -Больно же! – Лишь смогла пробормотать я, не зная за что взяться: то ли за больной ли нос, то ли за попу, которую, кажется, отбила. Теперь нужно будет в медпункт забежать не только отметиться, но и полечиться. В каком-то выдуманном и не настоящем мире, даже тут, я умудрилась покалечиться. Ай да я, ай да молодец! Неприятная, тупая даже, боль преследовала меня в области таза. А бедный носик слегка побаливал. –Ох, прошу меня извинить, - послышался приятный мужской голос. Парень, который вышел, видимо, не совсем вовремя, уже пытался помочь мне встать, протягивая свою сильную руку. –Смотри, куда пр… - стоило мне только поднять глаза и взглянуть в его лицо, как, кажется, я растаяла на месте. Он выглядел таким мужественным. Красивым. Его короткие русые волосы и даже глупые очки, которые весьма шли ему, были невероятными. Пионерская форма на нём так прекрасно смотрелась, - то есть, ничего страшного, - лишь смогла прошептать ему я, столбенея от увиденного. Это не какой-то там Электроник. –Я Шурик. Заведую клубом кибернетики, - сказал он, держа меня за руку даже после того, как я встала. Кажется, он не понял, что уже можно было отпустить. Хотя это мгновение мне больше всего понравилось в нашем знакомстве, даже несмотря на то, что моим частям тела сильно досталось. Впрочем, боли я, в принципе, уже и не чувствовала, просто не замечала её. –Я Саша, очень приятно… - наверно, он был единственным, с кем я искренне здесь говорила, да ещё и с дурацкой расплывающейся улыбкой на лице. –Ты, наверно, та самая новенькая, да? Тебе обходной подписать? – Я не могла оторвать от него взгляда ни на секунду. Надо же. Меня привлекает молоденький парень. Я точно педофил. –Да… обходной… - лишь смогла выдавить из себя я, продолжая лепетать шёпотом. –Пойдём, зайдёшь, там подпишем, - сверкнув милейшей, чисто мужской улыбкой, сказал он, приглашая войти за ним в помещение. Я с радостью пошла с ним. Внутри была куча инструментов и всякой всячины. Железа. Проводов и всего подобного. Пахло сажей. И чем-то горелым. На столе, что стоял посреди комнаты, располагалась куча барахла, которую разбросали юные умы, в окна едва заглядывал солнечный свет, но так или иначе, она была одарена ярким светом. Но в основном, всё, что можно было тут увидеть – это инструменты. И потешного мальца – Электроника. Он что-то усердно паял. –О, привет, Саш, записываться к нам пришла? – Сказал Эл, не отрываясь от своей работы, лишь бросив на меня свой взгляд, продолжая заниматься делом. Честно говоря, мне понравился тот паренёк, но вступать ни в какой кружок я не собиралась. –Да мне… - кажется, я всё ещё была слегка очарована Шуриком. Так он и стоял позади меня, плотно дышал, что я чувствовала каждый его вздох. Определённо, я сходила с ума. –Александре нужно просто подписать обходной, Серёж, - он назвал меня аж полным именем. Это так приятно и с полуслова понял, что записываться я никуда не собираюсь. Ну гений же! Идеальный мужчина. Электроник продолжил свою работу. Благо, ни нос, ни пятая точка уже не болели. Либо странный аромат амура витал в воздухе и действовал как обезболивающее. Шурик, чирикнув ручкой, отдал мне обходной, мило попрощался, затем ещё раз извинился за инцидент и несколько раз спросив, всё ли со мной в порядке, отправился работать дальше. Я же пошла дальше, дав положительные ответы, где можно было. Медпункт находился ближе всего к кибернетикам, поэтому я отправилась сразу туда. Да и на всякий случай лишним не будет. Кто знает, может что опять заболит. Это здание выглядело куда более старым, чем здание кружков. Медицинский корпус был построен, казалось, из брёвен и, казалось, намного раньше всех остальных зданий, которые я только здесь видела. Наверху возвышался белый флаг с красным крестом на нём. Снаружи он явно не выглядел так, как выглядел внутри. Хотелось, во всяком случае, в это верить. Зайдя в медпункт, я не была сильно удивлена. Он выглядел ровно так, как должен выглядеть медпункт, или как он выглядел у меня в школе или институте. За столом сидела медсестра. Высокая брюнетка, строгие очки, женственный взор из-под них. –Что-то болит, пионер? – Странным голосом поинтересовалась она, как будто игриво подзывая к себе. –Я пришла обходной подписать. Она ещё раз взглянула на меня, оценивая. –Ну давай свой обходной, - готова была поспорить, что она тут одна из тех, кого интересуют молодые пионеры, а не пионерки. Я протянула ей листок. Поставив там свою закорючку, медсестра отдала мне листок обратно, и я попыталась как можно скорее покинуть это место. Странные ощущения не покидали меня до самого выхода из этого пугающего места. Бр. Следующим по списку был музыкальный кружок. Библиотеку – лучшее, я решила оставить на последок. Музыкальный корпус выглядел довольно обычно. А идти к нему было совсем не далеко. Именно так я себе его и представляла. Огромные окна, выходящие на лагерь, во всю стену. Это здание, скорее, было похоже на клуб кибернетиков. Но так или иначе отличалось от них, хотя бы по своим размером, так как было на прилично больше. Я зашла внутрь. Множество разных музыкальных инструментов встретили меня в приятной музыкальной атмосфере и тишине, лишь нарушаемой тиканьем часов: саксофоны, трубы, гитары, барабанная установка и в середине комнаты рояль. Однако, потом я поняла, что тишина нарушалась ещё и каким-то копошением. И копошением под роялем. Я подошла ближе и увидела девочку, что была на линейке, которая с голубоватыми длинными хвостами и красивыми глазами. Она, кажется, пыталась оттереть какое-то пятно, что никак не давалось ей. –Здравствуйте, - тихо сказала я, поглядывая на действия девочки. –Ой, - она резко попыталась вскочить. Но рояль стал для неё непреодолимой преградой. Девочка, видно, сильно ударилась головой о днище этого инструмента. Кажется, я ненароком напугала бедную девочку. –Вы в порядке? – Казалось, эта девочка старше моего нынешнего вида на год или полтора. Разница не велика, однако. –Ой, всё хорошо, побаливает, правда, но это ничего, я думаю, скоро пройдёт, или, кажется, уже начинает проходить, но уверена, к завтрашнему дню всё уже точно пройдёт, что там, это всего лишь небольшой удар, но я… - её речь была словно пулемётный выстрел. Суть уловить было очень трудно. Или у меня окончательно поехала крыша. В который уже раз? –Я обходной пришла подписать, - перебила её я, иначе она бы вряд ли замолчала. –Ой, да, конечно, без проблем, сейчас я всё сделаю, - интересно, она всегда такая многословная? Взяв у меня обходной, девочка побежала к тому самому роялю, бросив на него лист, затем начала вновь копошение, только уже в какой-то сумочке. Кажется, она искала ручку. И буквально через пару секунд, необходимый предмет был найден. Голубоволосая девочка сделала своё дело. Скажем, её закорючка была самая необычная и самая красивая. –Благодарю, - с удивлением сказала я, уже собираясь уходить, чтобы вновь не попасть под обстрел. –Меня, кстати, Маша зовут. А выгляжу я наполовину русской, а наполовину азиаткой, потому что у меня мама из Японии, а папа из России. Отец у меня инженер. Он что-то строил в Японии, они там с мамой и познакомились, - честно говоря, её родословная интересовала меня сейчас меньше всего. –Я Саша, приятно было познакомиться, - тявкнув, стремительным шагом я попыталась удалиться. Она мне что-то говорила вслед про то, что неплохо было бы вступить к ней в клуб и заниматься музыкой. Однако, прости, Маша, в мои планы это никак не входит. Мне из этого места убраться надо, а не в клубы вступать. Наконец, осталось последнее: библиотека. К ней я направилась живенько. Надо было извлекать пользу из нахождения в этом месте. Пусть и загадочном. Библиотека была весьма похожа на саму себя. Действительно. Небольшое сооружение – обычный библиотечный домик. Рядом с ним располагались несколько деревьев, прикрывая окна своими пышными зелёными ветками. Постучавшись, я вошла. Было тихо, как в гробу. Хотя не знаю, насколько в гробах тихо, так или иначе… тут стояла мёртвая тишина. Куча разнообразной советской символики было развешано по стенам и всём, на что можно вешать. Бюст Ленина даже был. Невероятно. Благо, они со всем этим патриотизмом про книги не забыли. Это не могло не радовать. Хотя неизвестно, какая ещё тут литература. Интересная-то хоть? А то здесь моим единственным развлечением без интернета могли быть только книги. Солнце, еле попадавшее в окна, отдавало пышными пыльными лучами, казалось, постояв там и задохнёшься. Но это лишь то, что казалось. На самом деле, уверена, иначе. Даже невооружённым глазом я смогла заметить, что кое-где скопилось действительно достаточно много пыли. Это не шибко радовало. За столом мирно спала, посапывая, девочка, которая, кстати, присутствовала сегодня на линейке. Одна из тех, кого я ещё не знаю. Я заметила, что она становится ещё милее, когда спит. –Простите, - я легонько потрепала её за плечо. Она резко вскочила, как будто увидела приведение, а потом, присмотревшись повнимательнее, поняв, что это всего лишь я, и никакой опасности нет, поздоровалась. –Тебе обходной подписать? – Поправляя очки произнесла строго уже проснувшаяся девочка. Видимо, ей не понравилось, что я её разбудила. Но это было необходимо сделать. –Ну, да, - странно, но она почему-то пугала меня и с ней я говорила вежливее всего, должно быть из-за её строгости. –Давай сюда его, - я протянула ей лист. Девочка быстро расписалась в нём и вернула мне его. –Скажите, а мы с Вами не виделись здесь раньше? – Решила спросить я. Да что там спросить? Осыпать её вопросами. –Так на линейке же сегодня, - смотрела из-под очков на меня девочка. Интересно, действовала ли я ей на нервы? –А ещё раньше? –Ах, так это ты у нас такая неуклюжая? На звёзды она засмотрелась. – Девочка как-то злобно улыбнулась. –Ой, простите ещё раз, - мне стало неловко перед ней, и мои щёки покрыл лёгкий румянец, едва заметный при таком освещении. –Забудь, чего уж там, - махнув рукой, сказала она, - я Женя, кстати, - а девочкой она была действительно милой. И, кажется, её строгость сменилась на доброжелательность. Будто бы во мне родную душу увидела. Или я в ней? –Я Саша. Приятного познакомиться, - ответила ей с улыбкой я. Мне даже начало казаться, что эта девочка единственная, кто сможет помочь мне в моём расследовании внезапного появления меня в этом дурацком лагере. Перво-наперво, мне в голову пришла мысль, что стоит посмотреть здешние журналы, чтобы узнать хотя бы который год. Я спросила у Жени, есть ли у неё какие-либо современные (на этот период времени) журналы. Она странно посмотрела на меня, а в её желтовато-зелёных глазах так и сверкала капелька не то презрения, не то недоумения. Затем девочка указала мне на стопку журналов, которые лежали на кофейном столике у окна. Что ж, я должна была провести это время с пользой. Я пролистала все шесть журналов. Ни в одном из них, ни на одной странице не был указан ни год, ни дата. А там, где по логике, должен был находится год, или хотя бы какие-нибудь числа месяца, попросту размытое красками пятно. Однако советская мода меня сумела повеселить. –Что-то конкретное ищешь? – Поинтересовалась девочка, отвлекаясь от своего дела, внимательно смотря на меня через свои кругленькие очки. –Да так. Ничего, - поиск ответов затруднился даже в этом месте. В месте, наполненном знаниями. –Ты спрашивай, если что, - Женя перевела взгляд обратно к книге на её столе и, кажется, углубилась в чтение, а затем добавила, - лучше б книжки почитала. Лучше журналов, - с этим я уж не могла не согласиться. –Это само собой. Слушай, а ты не подскажешь мне, а то совсем из головы вылетело, - я решила спрашивать в лоб, так как пока что она показалась мне тут самой вменяемой девочкой, впрочем, даже от неё я уже ожидала отказа или принятия в сумасшедшие, - какая это область, ну, где, в смысле, лагерь находится? Стоило мне произнести эту фразу, как она остолбенела. Глаза округлились, стали будто бы холодными и такими пустыми, что весь их цвет скрывался за странным бликом на её очках. Она медленно подняла на меня голову, словно перед собой приведение увидела. –Я ведь ни разу тебя здесь не видела… - тихо проговорила, почти прошептала, Женя. –Да я тут первый день, - мне показалось, что ситуация накаляется. Впрочем, она как-то странно себя ведёт, другие ребята реагировали совсем иначе. Женя резко встала и подошла ко мне. Она начала разглядывать меня. –Ты же знаешь, какой сейчас год? – Спросила она. Странно, что спросила она, ведь это было именно то, что я пыталась выяснить. Мне показалось, что тут только я про год спрашиваю, а не эти пионеры. –Прости, что? –Журналы ты смотрела, чтобы найти там информацию о том, какой сейчас год, верно? – Это начало ввергать в шок меня. Откуда она узнала? –А что, если так? –Ты наверняка знакома с понятием интернет, да? – Теперь округлились мои глаза. Теперь в шоке пребывала я. Ведь эти ребятки, похоже, не знали тут ничего о цивилизации. Что, черт подери, за игру они тут устроили? А кто, тогда, эта Женя? –Ты… ты тоже попала сюда? – С надеждой в глазах спросила я, в тот момент, когда мои зрачки бегали от неожиданности. Мы обе столбенели друг перед другом. –Женя! Если ты что-то знаешь, то ты должна мне рассказать! Что здесь происходит? Где я? Почему я сюда попала? Что за игры в пионеров они тут устроили?! – Я едва не срывалась на крик. Девочка лишь присела обратно, задумчиво смотрев куда-то своим таким же пустым, потерянным взглядом, а затем сказала. –Это не у них игры. А у чего-то другого. А где мы, как мы, почему мы – я не знаю, - без эмоций на лице ответила Женя. Похоже, она уже начинала приходить в себя, после того, как узнала, что я тоже не от мира сего. –Что ты имеешь в виду? – Меня волновало слишком много вопросов на тот момент. –А то и имею. Ты и я – единственные, кто не от мира сего. Все они – пионеры времён СССР. И я понятия не имею, что здесь происходит. Но я ни разу тебя не видела тут… –Так же я первый раз сюда и приехала. –Это не имеет значения. Каждую смену мы тут в первый раз. Однако… тебя странно занесло по новой. Видимо, ты действительно тут в первый раз. Я же здесь несчётное количество раз уже побывала, бесконечно много, - Женя говорила спокойно и как-то убедительно, с грустью в её скрипучем голосе. –Что ты имеешь в виду? - Никак не могла понять я. –Это бесконечный цикл, Саша, - сказала она, всё так же смотря перед собой, - ты просто сходишь тут с ума. Смена заканчивается и всё начинается сначала. Просыпаешься в автобусе, идёшь к вожатой. И всё такое. Только не понимаю, почему у тебя смещение получилось на неделю. Моя смена длится ровно две недели. –То есть, ты хочешь сказать, что мы тут навсегда? – Паника явно брала надо мной верх. –Не знаю. У меня уже всё неизвестно в который раз повторяется. И именно повторяется. Но тебя я ещё ни разу не видела. Я перечитала чуть ли не каждую книгу здесь. Никакой информации ни о месте этом, ни о том, как выбраться. –А автобусы? – Внезапно вспомнилось мне. –Какие автобусы? Ты смеёшься? Нас сюда забросило чёрт знает как. И выбраться отсюда у нас нет ни малейшего шанса через твои «автобусы», - словно передразнив меня, сказала Женя, - они нас только привозят сюда и увозят, после чего цикл начинается сначала. –И что нам теперь делать? Я… я не хочу оставаться тут вечно! Моя прошлая жизнь нравилась мне куда больше! –Ты не единственная, кто не горит желанием остаться тут. Но у нас есть… ещё шесть дней, включая сегодняшний. Потом, возможно, наши циклы разойдутся. Сейчас каким-то невероятным способом наши вселенные переплелись и мы попали с тобой в один цикл. Но вероятность повторения такого же очень мала, и я не думаю, что есть шанс, что в следующий раз мы будем вместе, потому что… - девочка замялась, словно не хотела что-то говорить, - или же нам просто придётся ждать вечность, чтобы это вновь повторилось, - её слова выжимали из меня всю жизнь. Я не хотела верить ей, но другого пути не было. Мне хотелось только попасть домой. Но… слова Жени действительно вселяли страх. Ещё какой. –Что же нам делать? Пожалуйста, скажи, как отсюда выбраться? А если убежать? Куда мы придём? – Я начинала расхаживать по комнате из стороны в сторону. Кажется, этим самым я навевала ещё больше паники, даже на спокойно сидящую Женю, которая, видимо, уже привыкла к этому. –Никуда. Дорога бесконечная. Ты просто будешь вечно идти, - спокойно, совсем без эмоций, ответила она. –Ты пробовала? – С изумлением спросила я. –Я пробовала всё. Проявишь агрессию – они попытаются убить тебя. И затем, когда ты отключишься, цикл начнётся сначала. Большинство всяких твоих действий может привести к началу. Нужно жить по правилам этого мира. По правилам «Совёнка». И не надо доканывать каждого расспросами, эти куклы не любят этого, и у тебя случайно может получиться их убедить, а посему им не останется ничего, кроме как убить тебя. Ну, и, разумеется, ты затем вернёшься в самое начало, - я слушала её очень внимательно и пугалась всё больше и больше, - это место не тронет тебя просто так. Но и уйти отсюда оно тебе не даст. В общем, это всё, что мне известно, что удалось, так сказать, выяснить за тот короткий срок моего пребывания тут, - с грустью в голосе, ответила Женя, укрывая под своими очками тяжёлый взгляд. –Ты здесь уже огромное количество смен и огромное количество раз ты переживаешь эти повторы? –Именно. Мне уже начинает казаться, что я скоро сойду с ума, - действительно, забрав из реального мира и кинув сюда на бесконечное множество повторяющихся циклов, любой бы сошёл с ума. Сколько, интересно, стоит нам ещё пережить, чтобы выбраться отсюда? –И что же делать? – Паника явно взяла надо мной верх, но я всё ещё старалась держаться. –К сожалению, не имею ни малейшего понятия. Но пока что нас здесь двое – двое тех, кто застрял. Нужно действовать. Вдвоём шансов больше, чем по одиночке, - она звучала убедительно, - и да, самое главное сейчас – это то, чтобы нас не разбросало по разным циклам. Вдвоём шансов больше, - по девочке было видно, что она сама в свои же слова не верит. –Да, я поняла. Только вот чего я действительно не понимаю, так это то, как мы тут очутились. –К сожалению, я и сама не знаю. Уснула дома, а проснулась тут. Если честно, то я с трудом вспоминаю свой дом. Мне было тяжело её слушать и я понимала, что, быть может, меня ждёт такая же участь, как и Женю. Очень хотелось, чтобы что-то изменилось, чтобы мы смогли что-то сделать. Смогли выбраться из этого проклятого Богом места. Что угодно. Неловкое молчание повисло между нами. Я не знала, что ещё сказать, ведь всё произошедшее просто повергло меня в шок. Я оказалась неизвестно где, неизвестно в реальности ли, да ещё и с какими-то убийцами, разве что за исключением Жени. –Женя… - потревожила я её раздумья и гробовую тишину в помещении, где лишь иногда я могла слышать шелест страниц книги, которую, по-видимому, начала читать Женя. –Что такое? – Она подняла на меня свои глаза, наполненные не то болью, не то тоской. –А есть тут ещё такие же, как мы? –Я же говорила, что нет! – Послышалась небольшая фальшь в её голосе. - Все остальные не настоящие. Просто куклы этого мира. - кажется, в этот раз в её голосе звучала уже грусть, - Саша, слушай, тебе пора к Ольге Дмитриевне. Когда со всем разберёшься, то мы ещё увидимся с тобой. Не волнуйся. Мы обязательно что-нибудь придумаем, - я чётко и явно слышала неуверенность. От этого становилось тяжелее. –Ладно. Удачи тебе, - с этими словами я вышла из библиотеки. Выйдя из помещения, в глаза ударил яркий солнечный свет. Глаза, видимо, привыкли к библиотеке. Прикрыв лицо рукой, привыкая к солнечному свету, я шла прямиком к Ольге Дмитриевне, чтобы отдать обходной. А жара на улице стояла всё такая же. Странно, но в помещении у Жени было весьма прохладно, я даже успела немного замёрзнуть или даже освежиться. Тут же солнце игралось с погодой. Когда я дошла до домика вожатой, то увидела, как она мило расположилась в шезлонге. Наверно, отдохнуть от работы, которой нагружает пионеров. Там было действительно удобно, ведь густые, пышные кусты сирени создавали огромное теневое пространство над шезлонгом, поэтому там можно было чувствовать себя прекрасно. –Вот обходной, - протянула я ей его. –Молодец, - она сунула его в карман, продолжая дальше лежать в шезлонге, даже не сняв с лица панамку. Такое чувство, что не стоило даже пытаться заходить куда-то, вожатая даже не посмотрела, - а теперь, тебе нужно чем-то заняться, - сказала она, продолжая лежать в шезлонге. –Чем же например? – Совершенно не хотелось, чтобы она нагружала меня какой-либо работой. Но, видимо, по-другому тут не бывает. Даже Женю запрягли в библиотекарши. –Помоги девочкам. Вот хотя бы Славе. Думаю, она на площади, и с радостью примет твою помощь, - всё так же наслаждаясь теньком, бормотала вожатая. –Всенепременно, - сказала я, чтобы вожатая отстала от меня и ненароком не нагрузила ещё чем. По дороге я слышала милое щебетанье летних птиц. Да уж, их действительно не хватало. Зимой-то их не услышать. Иногда дул лёгкий ветер немного освежая моё раскалённое тело от такой летней жары. Овальные домики, похожие друг на друга, сменялись один за другим, пока я шла в сторону площади. Мысли сильно путались. Я пребывала всё в таком же шоке. Попала неизвестно куда и неизвестно как, да ещё в другое время года. Неизвестно как выбраться. Сама Женя сказала, что выхода нет. Но мы ведь обязательно его найдём. Мне хотелось в это верить. Никто не знает, что ждёт нас. И ждёт ли вообще. Пусть этот мир и был безобиден, если ты будешь вести себя подобающе, однако, всё, что тут творилось пугало с каждым разом всё больше и больше. Как бы этот курорт хорош не был, а задерживаться на вечность повторяющихся смен мне тут совсем не хотелось. Страшно было представить, к чему подобное может привести. Сойти с ума довольно просто в такой обстановке, если жить в повторяющихся циклах очень долго. Что же меня ждёт? Что? Наконец, я пришла на площадь. Закончив свои бренные размышления, я оглядела площадь в поисках длинноволосой блондинки. Однако Слави на площади не было. К счастью. Зато я увидела Алису. Не хотелось, чтобы она меня тревожила, и так отвратительно на душе, не хватало лишь её задиристых замашек. –Ну, привет, - внезапно послышалось от неё. В этот момент по моему телу прошла дрожь. Все девочки-подростки такие? Или только она? Хотя, она ведь просто поздоровалась со мной. Что в этом такого? Однако, в её хитрых глазах, и вальяжной улыбке было что-то такое, что заставляло меня волноваться. Как бы я не хотела побыть сейчас одной, а эта девочка уже настигла меня. –Привет, Алиса, - повернувшись к ней, сказала я. Она продолжала осматривать меня с наглой ухмылкой. –Вожатая работой нагрузила? – Словно та радовалась, что ей не досталось. –Может и нагрузила. Тебе-то что? – От злости, грусти, раздражения грубо отвечала я. –А что так грубо? – И правда. Ведь она даже злости ко мне не проявила. Пока. Однако, мне было не так спокойно, как этой девочке. –Извини. Настроения нет, - в принципе, честно ответила я. –Кажется, я знаю, как тебе его поднять, - ехидно улыбнулась Алиса. –Знаешь, не стоит себя утруждать. Пожалуй, я пойду, - мне нужно было осмотреть это место, может увидеть что-то новое. Нужно было узнать о нём что-нибудь. Быть может, какие-то слухи. А с ними, наверняка, мне помогла бы та, кто знает, порой, больше всех, ибо держит ухо востро - Ульянка. Я пошла в сторону футбольного поля в поисках этой девочки, пока Алиса недоумевающе смотрела мне вслед, после чего махнула рукой и отправилась по своим делам. Где футбольное поле я не знала, но примерно прикинула, где оно могло бы быть. И да, я шла в верном направлении. Вскоре я услышала детские возгласы. Явно уже кто-то играл. Но на такой-то жаре. Действительно, там играли множество пионеров, но рыжую головку заметить среди них было бы просто, если бы она там была. Я села на лавочку, ожидая, что Ульяна скоро придёт и присоединится к ним. Но её всё не было. И где же её могло носить? Самый пик жары, наверняка этой солнечной девочке такое нравится. И, как говорится, вспомнишь лучик – вот и солнце - внезапно меня кто-то шлёпнул по плечу. Обернувшись, к моему счастью, я увидела Ульяну, уже улыбавшуюся мне. –Ты чего тут сидишь? – Спросила она, кажется, готовясь пойти играть, поправляя свои гольфы и расправляя свою красную футболку с огромной надписью на лицевой стороне «СССР». Её голубые глаза сверкали, а огненно-рыжие волосы едва болтались в хвостиках по обе стороны. –А я тебя ждала, - мне пришлось состроить глупую улыбку, хотя я действительно была рада её видеть, но в такой ситуации веселиться совсем не хотелось; на душе всё ещё было очень паршиво. –Да? И зачем же? – Она действительно удивилась. На её лице проступил интерес. Видимо, даже такой простой фразой Ульяну можно было заинтересовать. –Ну, ты тут наверно больше всех про всё знаешь. Не расскажешь, какие слухи ходят здесь? Может, что-то странное случается? – В глазах Ульянки явно загорелся огонь. Ей точно хотелось что-то да рассказать мне. Мы нашли лавочку в теньке, чтобы вместе посидеть и поговорить. Мой вопрос, по-видимому, напрочь отбил у рыжей проказницы интерес к игре с другими детьми. Никогда бы не подумала, что стану болтать о чём-то, причём по своей воле, со столь маленькой озорницей. –И что же ты хочешь узнать? - Улыбаясь во все зубы, спросила Ульяна. –Ну, что-нибудь необычное в вашем лагере бывало? Или, может, какие аномальные места есть? – Спрашивала я, как будто в открытую давая знать, что я не от мира сего. Ульяна призадумалась, потупив взгляд, а потом мигом выдала: –Тут неподалёку, в километре, есть заброшенный лагерный корпус, - бинго. То, что нужно. Странно, но почему-то все обитатели этого места скрывают от меня любую информацию, а Ульяна нет. Впрочем, так даже лучше. Это немного обрадовало меня. –А ты не знаешь, где он? – Теперь огонь горел в моих глазах. –К сожалению, нет, - обиженно сказала она, - мы с Алисой хотели туда сходить. Только она знает дорогу, - в каждом добре есть и беда. Только Двачевская знает дорогу. Здорово. Хотя, быть может, Женя тоже её знала? Ведь она тут уже кучу смен. Говорит, пробовала всё. Хотя тут же пропал интерес к заброшенному лагерю. Наверняка Женя бывала там и не нашла ничего интересного. –А что ещё интересного в этом месте есть? – Лагерь точно отпадает. –Я даже не знаю, - она надула губки, как будто её заставляют рассказывать то, чего она действительно не знает, а знать должна, - про девочку-кошку рассказывают, - быстро выпалила Ульяна. Но в такое я точно верить не собираюсь. Да и вряд ли мне это может помочь. Хотя, в связи с моим необычным попаданием сюда – это могло быть и правдоподобным. Поблагодарив Ульяну, я направилась дальше исследовать места лагеря, в надежде найти хоть что-нибудь подозрительное, не считая подозрительным весь лагерь в принципе. А дети продолжали играть в футбол на зелёной площадке, освящённой солнцем, резвая же Ульянка, уже забыв обо мне, направилась играть вместе с ними. Весело же ей. Хотелось бы и мне так веселиться. Время близилось уже к ужину. Есть хотелось сильно, так как пообедать не удалось, а вожатая не угостила в очередной раз бутербродами. А я всё ходила и ничего не могла понять. Как внезапно в моей голове вспыхнула мысль о шкатулке с замочной скважиной в шкафу Ольги Дмитриевны. Интересно, что там могло быть? Быть может, там есть ответ хотя бы на один из вопросов? Хотелось бы в это верить. Но прежде всего нужно расспросить про старый лагерь Женю, быть может, она могла мне помочь, а потом сказать ей и про странную шкатулку в комнате. Я и не заметила, как уже сидела на скамейке рядом с площадью. Ноги сами меня вывели туда, да усадили. Внезапный сигнал к ужину. Действительно, уже и правда кушать хочется. Пора бы. Есть хотелось сильно, а из-за этих чёртовых подписей не было возможности покушать. В столовую, благо, я зашла не самая последняя. А толпа голодных пионеров, казалось, не кончалась. Интересно, сколько их тут? Хм. Взяв свой ужин, я искала свободные места, коих, вроде, и много было, но с другой стороны, ни одного знакомого лица. Но вдруг вдали я увидела Женю. Как она быстро поспела. Хотя наверняка у неё были часы, поэтому библиотеку можно было и оставить на пару минут, всё равно, думаю, я была единственным посетителем там. Мигом, обходя столы, я побежала к ней. –Приятного аппетита, - сказала я Жене, мирно усаживаясь к ней за столик, как будто мы давние подруги. Но и она не была против. Даже наоборот. –Приятного, - улыбнулась она. На её лице можно видеть даже улыбку, действительно удивительно. То есть нет, конечно, я не делала из неё какого-то монстра, или подобное, просто за всё время эта девочка ни разу, кроме нынешнего, не улыбалась мне. Да и причин, в общем-то, особо не было. Пережив столько-то страданий, конечно. –Мне Ульянка про старый лагерь рассказала, - ляпнула я, приступая к ужину. Женя подняла на меня глаза, уже успев смениться в лице. –Ничего интересного, Саша. Там никаких ответов мы не найдём. Я было чуть не потерялась в том месте, - она говорила холодно, спокойно. –Л-ладно, - заикнувшись, ответила я, - и ещё кое-что… у Ольги Дмитриевны в шкафу есть какая-то шкатулка с замочной скважиной. Ключика только нет. Может, мы там найдём что-нибудь? Эта шкатулка выглядит ну очень подозрительно, - Женю это явно удивило, я заметила интерес в её глазах, пусть и вновь отрывая девочку от употребления ужина. –Воровать у Ольги Дмитриевны не самая лучшая идея. Однако, не могу сказать, что эта идея мне не понравилась, и есть кое-что, что сыграет нам на руку: я живу в одном домике со Славей. Думаю, ты знаешь, а ежели нет – знай: у Слави есть ключи от всего в этом лагере, так как она – помощница вожатой. – На моём лице появилась улыбка Чешира. Наконец-то ситуация прояснялась, ну, или давала возможность проясниться. –Ты возьмёшь ключи у Слави? –Конечно нет, - резко вымолвила Женя, - мне придётся их украсть, - а вот такая идея была мне по душе, - просто так Славя ничего не даст, слишком уж она большая подлиза. А уж ввязываться в какие-то интриги подавно не станет. Я попробую достать нам ключи, - она вновь мило улыбнулась, - и да, старайся не привлекать внимания, ладно? Добром это не кончится, - я даже не заметила, как девочка уже доела, хотя большую часть времени говорила, собрала тарелки, и уже опечаленно ушла, хотя буквально несколько секунд назад на её лице сияла милая улыбка. Интересно, что она имела в виду? Впрочем, я понимала, чего не стоило делать. Не стоило расспрашивать Ульяну, наверняка это могло навлечь некую долю беды на нас. Но, что сделано – то сделано. Столовая пустела. Я решила, что задерживаться тут не стоит. Пошла гулять по лагерю. Ноги сами вывели меня к площади. Тут было не так много пионеров, и, кажется, каждый из них занимался какими-то делами. Да уж, они могут веселиться и радоваться. Но не я. Моей задачей было лишь выбраться из этого места. Поняв, что не стоит тут задерживаться, я пошла к домику вожатой. Подойдя, только протянув руку к домику, как где-то в кустах за домом послышался шорох. Это встревожило меня. Сильно. Обойдя с другой стороны сооружение, я ничего не увидела. Но стоило мне повернуться, как моё лицо упёрлось в кого-то, было весьма неприятно, снова ударившись о чью-то сильную грудь носом. По силуэту, это был не самый слабый пионер. –Больно же! – Воскликнула я, терев свой нос. –Ничего. Привыкнешь, - послышался мужской голос. Он был каким-то грубым и ехидным. –Простите! – Я попыталась посмотреть ему в лицо, как вдруг он вцепился рукой мне в голову, не сильно сжимая её, но загородив рукой мои глаза, из-за чего я не могла попросту видеть его, да и всё остальное тоже. –Всё равно у тебя с твоей подругой ничего не выйдет - запомни это. Привыкай здесь жить. У вас никаких шансов, - он как-то глупо посмеялся. Я попыталась высвободиться, но парень лишь толкнул меня, от чего рухнула на землю. Когда я поднялась, чтобы оскорбительно выразиться по отношению к нему и надавать тумаков, насколько мне это позволяет моё женское тело, парня уже не было. Он как будто пропал. Но я сразу поняла, что он знает о нас с Женей, и, видимо, он как-то причастен ко всему тут происходящему. Идти к Жене было совсем поздно. А оставаться тут одной - страшно. Да и на улице успело сильно стемнеть. Мурашки по всему телу. Стрекотание кузнечиков. А птицы к этому времени уже стихли. Мне стало как-то не по себе. Действительно. Выбравшись из кустов, где меня толкнули, я быстренько побежала в домик. Я легла. Просто легла на свою кровать, пусть вожатая и должна была поселить меня в другой домик. Лежала и думала. Обо всём. О том, как я сюда попала. И смогу ли выбраться когда-нибудь. Обо всём этом. Обо всём, что тут творится. Голова будто тяжелела от этих мыслей. Вот теперь всё было действительно ужасно. Ужасно от осознания того, что отсюда может и не быть выхода. Никогда. Ещё этот странный парень. Но ведь Женя говорила, что кроме нас тут больше никого из настоящих нет. Кто же он тогда? Создатель этого мира? Да ну, вряд ли. Он следит за нами? Возможно и так. Правда, было очень страшно. Решив, что вот-вот усну, я разделась, и мигом улеглась спать, не дожидаясь вожатую, которая обещала поселить меня в другой домик. Впрочем, я не думаю, что доставляю ей дискомфорт. Ей тут, во всяком случае, не так одиноко. Время было не позднее, а спать всё-таки тянуло. Я не стала сопротивляться сну. Сон. Мне опять снился сон.