Под прицелом

      Разглашение любой информации, так или иначе имеющей отношение к спецзаданию, карается смертью. Хазза знает эту простую истину, будто с пелёнок, так что в их маленькой семье не принято задавать вопросы типа «как дела на работе?».       Достаточно просто увидеть мужа живым и невредимым (последнее – вещь преходящая и уходящая, но жизнь – хороша, когда он дышит полной грудью и еле передвигает уставшими конечностями, позволяя себе безвольно осесть на подушки и тяжелым вздохом вымолить стакан воды). «Спасибо, что живой» в такие моменты звучит особенно значимо.       Так случается и в этот раз. Мужчины не созданы для сентиментов, но зная, что судьба может повернуть не в ту степь в любой момент, не обнять любимого на прощание до хруста костей и не поцеловать до звезд перед глазами кажется чем-то невозможным. И никаких лишних слов – только чувства и тихое «возвращайся скорее». Потому что нельзя – не вернуться. - Как давно ты посещал Кенсингтонский дворец? – улыбается Бен, приветствуя Хаззу рукопожатием. - Судя по лицу, сегодня будет весело? - Когда лидерство в твоих руках, представление всегда получается ярким и безупречным, Стайлс, - льстит Уинстон, знаком указывая присесть. Гарри решает, что Бен сегодня слишком весел для противозаконных бесчинств. - В официальной резиденции герцогов Глостерских состоится официальный банкет через… - он смотрит на циферблат часов, отливающий бесстыдно несметной суммой, - час и пятьдесят семь минут. На нем будет присутствовать важная шишка под именем Ник Колдер, - консультирует Хазза Бен, раскладывая веером по столу черно-белые фотографии, - со своей чрезвычайно симпатичной дочуркой. – Гарри видит на фото жизнерадостную девушку отроду лет двадцати двух в облегающем черном платье с бодрящим коктейлем в руке. – Очевидно, тебе придется иметь дело именно с ней. – Искры в глазах Бена ярко вспыхивают, но тут же потухают – Гарри не должен узнать о «сюрпризе» раньше положенного времени. - Под юбку к ней лезть предлагаешь?! – не понимает Бена Хаз. Тот смеется, и получается у него это весьма зловеще. - Я бы не советовал злить профессионального киллера с пятилетним криминальным стажем. Пускай даже его будут звать Элеонор и он будет носить кружевные трусики.       Однако. - Впечатляет, - роняет Хаз. – Так что нужно делать? - Всё просто, как дважды два, Стайлс, - произносит Бен, а сердце в его груди зачем-то бешено стучит. Он мастерски скрывает нахлынувшее беспокойство и легкий стыд, ощутимый где-то на задворках сознания. - Твоя задача – как можно тактичней надавить на принцессу и положить на этот стол, - Бен указывает на стеклянную столешницу, сквозь которую видать кафельный пол цвета слоновой кости, - ее кольцо. - Кольцо, - повторяет Хаз, многозначительно кивая. – Ты предлагаешь мне на этот вечер взять на себя роль чайки? - Птицы воруют украшения – шпионы уводят информацию. - Флеш-карта? - Так точно, - утверждает Бен. – Сведения, спрятанные в ее кольце… - Хаз вопросительно глядит на босса, - представляют собой большую ценность для нашего клиента. – Разумеется, никаких вопросов о его личности. - Ты будешь работать под прикрытием, - инструктирует Уинстон, слегка улыбаясь, - им будет этот милейший костюм от Brioni. – Он вынимает из шкафа черный чехол с фирменной нашивкой слева. - Соблазнение, Хазза, твое главное оружие на сегодняшний вечер.

↯

      Окна Кенсингтонского дворца усеяны яркими огнями от огромных хрустальных люстр и лоска прибывших сюда гостей. Но завораживает здесь не только роскошный прием под чудесную живую музыку: юноша, спускающийся по лестнице, грациозно проводит пальцами сквозь рассыпанные по голове длинные пряди, чуть завитые на концах, и девушка в белоснежном платье, чей край плещется у самого паркета, ослепительно улыбается собственным мыслям. Кажется, сегодня самое время, как следует, расслабиться.       Стайлс прокручивает в своей голове неизменный план действий.       1. Поиск цели.       Цель Хазза находит себя сама – она плавно подбирается к смакующему (с виду) игристый напиток в длинноногом фужере Гарри и произносит: - Глостерские никогда не скупятся на подобные вечера. Вы впервые здесь?       Стайлс нисколько не удивлен ее напористости – наоборот, она значительно облегчила ему задачу. - Достаточно просто Джетт, мисс, - Гарри галантен и очарователен, и мало кто устоит под взглядом выразительных майских глаз в опушке из длинных ресниц. – Вы правы, здешние хозяева стараются на славу. Но как же зовут вас? - Элеонор, - она подаёт ручонку для поцелуя, и губы Гарри скользят по бриллиантовому кольцу.       По ее милому личику и по-детски наивным глазам так и не скажешь, что эта дамочка способна расправиться с любым, кто посмеет вылезти на ее пути. Может, Бен встал не с той ноги и всё перепутал? Тогда почему же через пояс нежного платья заметны очертания тонкого лезвия? Что ж, Уинстон не прогадал. Она – убийца. - Был бы чертовски рад перейти на «ты», - понемногу шагает по направляющей к цели Хаз, предлагая Колдер такой же фужер с шампанским. Она щебечет, что не пьет, а Стайлс думает, что это правильно – не позволять себе лишнего на работе. – Как давно вы знаете Глостерских?..       Разговор тянется славно и пенится, как напитки в хрустальных кубках гостей, отчего каких-то двадцать с лишком минут пролетают почти незаметно. Но пора двигаться дальше.       2. Обезоруживание цели.       Во благо достижения любых поставленных перед собой задач Хазза пользуется методами разного рода. Как Бен сегодня сказал? Соблазнение – главный козырь в руках Стайлса. И пока он успешно справляется с этим. Но возможно ли предугадать появление в колоде червового короля?       Луи беззаботно спускается по одной из лестниц позади низкорослого и важного мужчины лет пятидесяти, что ищет кого-то глазами. Луи указывает прямо на Элеонор, но тут его взгляд перемещается к ее собеседнику. Вот же черт.       Так вышло, что о местном торжестве Томлинсона предупредили довольно поздно, поэтому Хаз ни коим образом не предполагал, что сегодня вечером муж вообще покинет их дом. Но, как видно, его профессия не подразумевает беспечных посиделок у камина.       Одними глазами Томмо интересуется:       «Что ты здесь делаешь?»       «Выполняю задание, как видишь», - тем же образом отвечает Хазза. И тут же следом: «А ты, черт возьми?» - недоуменно и немного досадно.       «На страже порядка», - молвит взгляд, как само собой разумеющееся. «Ты ведь не собираешься причинять вред моему подопечному?» - возможно, задавать этот вопрос несколько глупо со стороны Томмо, но ведь попытка не пытка. Стайлс в ответ легонько скользит по тонкой талии Колдер, и это значит – «мне нужна его дочь». Сердце Луи вздрагивает. - Добрый вечер, - приветствуют друг друга мужчины, и девушка знакомит меж собой всех членов их маленького кружка. Подавая руку Хаззу, Луи едва заметно усмехается.       «Я знаю тебя лучше других».       «Тогда зачем ревнуешь? Ничего личного, только бизнес».       «Может, и трахнешь ее ради дела? Бен будет в диком восторге от твоей исполнительности». - Что на счет красного вина, Льюис? Говорят, оно приводит в порядок мысли и чувства, - подает голос Хаз, издевательски ведя бровью. Он недопустимо идеален, а несет всякую чушь.       «Где ты услышал это, идиот?» - буквально хохочет Томлинсон. - Я придерживаюсь совершенно противоположного мнения, Джетт, - он делает ударение на последнем слове. Стайлс ухмыляется. - Элеонор, пройдемся? Подышать свежим воздухом еще никому не мешало. С вашего позволения, мистер Колдер. – Хазза вежлив и красив, и Луи глядит вслед удаляющейся фигуре. Задница, обтянутая черным; кудряшки-пружинки на плечах, его ладонь на спине девушки. Законный муж сочится досадой, потирая шею.       За всё это время он уже успел позабыть, что такое ревность, сжигающая изнутри.

↯

- Здесь так красиво, - произносит Элеонор, шагая с мужчиной по зеленым аллеям Кенсингтонских садов под затухающим небом. Воздух полон сладостью цветущей флоры и ароматом ее парфюма. Хаз держит ее под руку, и с виду они представляют собой вполне пошедшую на идеальную влюбленную парочку. Но Стайлс помнит второй пункт главного своего алгоритма, поэтому настало время здорово повеселиться. - Как бы то ни было, красота этого места несравнима с моим окружением, - улыбается Хазза, медленно ведя пальцами по тонкой загорелой руке Колдер - от локтя к запястью. Подарить девушке незабываемые прикосновения – почти увидеть ее в своей ловушке, собственноручно закрывшую замок изнутри и швырнувшую ключ за спину.       Девушка парит. - И как же часто твое окружение оказывается несравнимым? – интересуется она. - Сегодня? Ровно шестьдесят секунд в минуту, - утверждает Стайлс.       Она смущенно смеется. - Зайдем туда? – предлагает она, уверенно шагая в сторону обвитой растениями беседки. На улице здорово стемнело, а для Хаззы такое положение вещей как нельзя кстати. - Всё, что угодно, леди, - отзывается он, идя следом. - Ты всегда будешь называть меня так, Джетт? - Неужели леди против? - Нисколько, - они присаживаются на скамью, и правой рукой – той, где блестит кольцо – девушка накручивает на палец черную, как смоль, кудряшку. Хаз понимает этот жест как путь к наступлению. - Леди не будет против, если…       Девушка раскрывает глаза, поражаясь представшей перед ней неземной красоте: этот юноша сумел покорить ее сердце (в известной степени) стремительней любого мужчины на земле. А если учесть то, что каждый третий из них оказывался у ее ног – испускавшим последний свой вздох – юный Джетт подобен почти что богу. Поэтому «против» сегодня не для них.       Хазза притягивает ее поближе, и их губы соприкасаются. Датчик, закрепленный внутри ушной раковины Гарри, молчит – значит, в радиусе ста метров нет лишних свидетелей.       Поцелуй становится более глубоким, и вот тут-то наступает кульминационный момент сегодняшнего представления.       3. Выполнение миссии.       Небольшая капсула с «секретом» внутри ловко перемещается изо рта Хаззы к Элеонор: ее язык мгновенно немеет, а горло словно покрывается коркой льда. Толком не соображая, что происходит, она отключается под действием электрошокера. Кольцо оказывается у Хаззы в кармане, а почти такое же – искусная поделка, подарочек Бена – уже надето на тонкий пальчик. Идеально.       Остаётся ввести в ее кровь сыворотку «воспоминания» - так называет эту поистине волшебную штуку Бен, регулярно проверяя ее наличие на складах лабораторий «Арбалета»: это смесь тридцати трех химических элементов, названия которых не сдались Хаззу ни в той, ни в этой жизни, что при попадании в кровь отправляют в мозг жертвы расплывчатое представление о произошедшем некоторое время назад. Головная боль и слабость в качестве «приятного» бонуса выходят только на руку – так внезапное помутнение мысли можно списать на случайный приступ обморока или чего пострашнее. Главное – никаких нежелательных побочных эффектов для поехавшего мозгами химика с взрывающимися пробирками в руках (Хазза представляет в такие мгновения себя именно так). В который раз уголки губ ползут вверх от этой нелепой мысли, а внутри уха раздается тревожный сигнал…       В безопасной зоне - третий лишний.       Благоразумие прячется за любопытство и, в конце-то концов, его руки не испачканы невинной кровью, так что бояться толком и ничего. К тому же еще одна полезная вещица в арсенале Хаззы снова сослужит ему верную службу.       Стайлс ловко вынимает изнутри костюма очки, полностью выполненные из прозрачного материала, и нажимает на крохотную кнопку на правой душке. Тут же в поле его зрения мир приобретает иной смысл: теперь всё, что находится по ту сторону той или иной преграды, видно, как на ладони. Вдалеке вырисовываются подозрительно знакомые очертания мужской фигуры... - Что ты творишь? – шипит Томлинсон, замечая дочь босса в облике спящей красавицы. - Не отвлекай меня от работы, Лу, - с укоризной отвечает Хазза. - Ее отец скоро спохватится о ней. - Она очнется к этому времени.       Луи подходит максимально близко и проводит ладонью по чуть шершавой щеке, приподнимаясь при этом на носочках (ведущая вещь в списке Стайлсо-слабостей). - Твои губы пахнут клубникой, засранец. - У моей дамы неплохой вкус, - шепчет Хазза, приторно улыбаясь. Сукин сын. По приезду домой Луи воспитает его, как следует. - Тебе пора смываться, Лу, - тактично замечает он. Тот рвано вздыхает и косится на Колдер. - Выдвигаюсь, - он клюёт мужа в уголок алых лепестков, а потом сплёвывает со своих губ клубнику.- Удачи.       Хаз усмехается – сегодня она ему больше не пригодится. Поспешные шаги удаляются, а план действий на этот вечер почти выполнен. Остаётся финальный аккорд – и он называет этот этап «стерилизацией».       Но в ужасающе опасной близости от него вдруг слышится презренное: - Это было слишком грубо с твоей стороны.       Не медля ни секунды, Хазза юрко изворачивается от рассекающего воздух клинка, и с этих пор он будет доверять ослепительным облегающим платьям чуть меньше. Его взгляд достигает хладнокровного лица, но с горящими от гнева глазами-угольками Колдер походит на большого ребенка, которого нарочно обидели так сильно, что продолжать дальше эту игру в кошки-мышки кажется поистине смехотворным. Но, эй, она все еще без ума от него. - Леди стоит быть чуть поспокойней, - намекает Хазза на ее смертоносного приятеля. Она кусает губы, размышляя про себя, стоит ли наносить удар мужчине, который сводит ее с ума одним своим видом. Тот неловкий момент, когда женское эго побеждает, даже не взойдя на боевой ринг.       Она резко выбрасывает руку вперед, удивительно легко и просто нарекая своей мишенью пространство, на сантиметр выше макушки Стайлса.       Она даже лучше, чем говорил Бен. И дело совсем не в кружевных трусиках.       Но поперек сознания вдруг возникает мысль, на которую не было времени парой минут ранее, - сыворотка не сработала.       И тут есть два варианта. Либо в крови этого черта в юбке плавает соответствующая вакцина, что невозможно само по себе, ведь тридцатитрех-элементное вещество известно лишь экспертам лабораторий «Арбалета», либо…       Бен решил взять выходной и пренебречь жизнью главаря своей шайки.       Последняя мысль неприятно щекочет грудь – он не посмел бы.       В ушах снова раздаются помехи – в зоне действия прибора не один, не два и не три человека, а, кажется, целая орава. Стайлс глядит по сторонам, выискивая пути отступления. Сейчас ему не помешали бы способности Кларка Кента, хоть в девяти случаях из десяти сам Хаз мог бы помериться с парнем силами.       Но он не замечает, как нагрудный карман его рубахи начинает мигать красным светом.       Обратный отсчет пошел.