Экзотический отдых в русской деревне или как свести с ума своих коллег

— Етижи пассатижи… — Очнулся Томас. — Что за хреномания? Мюллер оказался самым везучим человеком этой компании. Он очнулся дома. — Где все? — Томас медленно встал, достал ногу из тазика с оливье. — Скользит, вашу ж… — Упал он на пол. Зато наконец-таки смог поднять свое бренное тело и пошел в ванную отмывать ногу. Только зайдя туда, Мюллер дико заорал и вылетел оттуда, как в жопу ужаленный. — Че так орааать? — Прохрипел Федя измученным голосом. Смолов спал в ванной. В свадебном платье. Теперь вы поняли, что же так напугало Томаса? — Ты зачем так вырядился? Меня о гейской свадьбе не предупреждали! У меня подарка нет! — Какая свадьба? Ты мыла жидкого не хочешь? — Не понимал Смолов происходящего. — В зеркало на себя посмотри, звезда. — Скомандовал Томас. Федя стал выбирать из ванной. Попутно он сдернул штору. Наконец-то, герой дня выбрался к зеркалу. — Вашу дивизию! — Завизжал он. — Это что? Я же не хочу жениться! Что это? — Во-первых, не жениться, а замуж, — подметил Мюллер, — ты же всё-таки невеста. Во вторых, где нахрен все остальные? Черт, этот Новый Год слишком похож на предыдущий… — А что было на предыдущий Новый Год? — Меньше знаешь — крепче спишь!

***

 — Блин, че темно так… — очнулся непонятно где Икер. — Темно, как в жопе у негра… — Всё то ты знаешь, везде то ты был! — Послышалось снаружи. — Кто это? — Зашугался Касильяс. — Конь в пальто! Шучу, я ж не в ЦСКА играю. Я это, епт! Судя по красноречивой реплике, это Роман Николаевич. — А вас как звать? А то разговаривать со шкафом как-то уж странно… — Это же я! Мы бухали вчера под столом! — Лошара, ты, бля? — Нет, другой. — Ааа… Ты что ли? Как тебя там… — Просто вытащи меня отсюда! — Как бы тебе сказать поконкретнее… Шкаф на гвозди заколочен. — Я же тут сдохну! Вытащи меня сейчас же! Делать нечего. И нервно, матерясь, Рома где-то нашел лом и вызволил Икера из плена, попутно отбив себе палец. Но вратарь всё же оказался на свободе. — С тебя косарь за работу, и два косаря за ущерб здоровью! — Завил Широков. — Какой ущерб здоровью? Я чуть в шкафу не сдох… — Тебя бы моль медленно съела. — Перебил его мистер Твиттер. — Очень смешно, сейчас уписаюсь! — Вот! смотри! Видишь? — Демонстрировал Рома увечье. — Да что б кровью истек и сдох, тварь! — И это ты называешь благодарностью? — Хватит языком чесать! Пошли! Мы даже не знаем, где мы! — А могли бы дома сидеть…

***

Новогодняя ночь. База обормотов. — Гориииилка! — Подпевал Роналду Верке Сердючке. Веселье в самом разгаре. Но весело не всем, как и положено на любой приличной пьянки. За столом сидел Федя и ревел коровьими слезами. — Чего ревешь, как школьник на экзамене? * — Поинтересовался Лавесси. Федя высморкался в скатерть, всхлипнул и ответил: — Жениться я хочу! — Не ходите, девки, замуж, ничего хорошего! — Непонятно, пел и отвечал Широков, визжащим голосом. — Не боись, Федя, сейчас всё будет!

***

Был создан аналог великой и ужасной передачи «Давай поженимся», которой женщины по всей России изводят членов своей семьи. Дочерей в особенности. Феде срочно искали мужа. И где-нибудь, а на Кавказе! Конечно, был риск, что на бедолагу замотают в ковер, увезет на осле в аул, там оденут паранджу и заставят варить барана… Но кто не рискует, тот не пьет шампанское, а в нашем случае горилку. Непонятно как, ибо ваш автор не знает понятия «логика» и «здравый смысл», наши герои добрались в Архыз. Ну, просто на более грандиозные подвиги не хватило денег и выпивки. Они даже додумались поселиться на турбазе! — Фу, ну и вонища! — Воротил носом Пике. — Ага, хуже синего борща! — Подтвердила Шакира. — Не неси чепуху! Хуже этой субстанции ничего на свете нет. — Заткнулись там! — Орал Рамос из соседней комнаты. Как и положено, на турбазах стоят собачьи будки домики, где живет человек 5. В нашем же случае, в клоповнике две комнаты. В одной живет трое (никаких пошлых намеков), во второй двое. Итак, рассмотрим каждый клинический случай отдельно. Домик 1. Жили-были и портили всем жизнь там Рамос, Касильяс, Пике, Шакира и Рома Широков. В этом случае, правило «каждому домику по психу» — не работает. Рамос стоит двоих. Роман зашел в комнату, сел на кровать. В воздух поднялась туча пылищи: — Фу, блять! — Размахивал он руками. — Похоже, это одеяло прямиком с поезда Адлер — Харьков! — Заключил Рамос. — А по мне так из задницы! — Придерживался своей точки зрения Пике. — А я о чем?! Касильяс взялся раскладывать вещи. Рамос тоже хотел разобрать свой баул, но цитата «Пока ты вытащишь всё из этой черной дыры, Спартак выиграет трофей!» Звучит устрашающе, не правда ли? Только Икер полез к шкафу, дверь тут же с грохотом отвалилась. На ней было написано яркими красными буквами «сделано в России!». — От этой надписи, меня аж, блять, распирает от гордости за страну! — Воскликнул Широков, разглядывая пострадавший предмет мебели. — Будем чинить… — Пробурчал испанец. — Будто ты умеешь, епта! — Ты умеешь! Вы же русские на всё мастера-ломастера… — Ломастера здесь — ключевое слово! Икер полез в шкаф, держал дверь изнутри. Рома взял молоток и гвозди (угадайте откуда?) и стал приколачивать. — Всё! Финиш, епта! — Торжественно объявил Широков. — Эй! какого хрена ты меня заколотил?! — Что?! — Вылезти, говорю, не могу! Ты, видать, по всему периметру гвозди вколотил! — Охуеть, сейчас будем вызволять тебя! — Мы нашли бухло! — Влетел Аршавин в комнату с дикими криками. — Опаньки! — Ринулся рома на выход. — Эй! — Паниковал Касильяс. — А как же я! Вытащите меня! В ответ тишина. — Но я тоже хочу бухло! Домик 2. Здесь торопили общество к полной деградации Лавесси (всем трындец), Месси, Суарес, Луиз и Неймар (точно трындец) — У нас объявляется военное положение! — Вбежал в комнату Лавесси. — Что такое? — Перепугался Неймар. — Бухло кончилось? — Нет! — А я думал что-то страшное! — Туалетная бумага в туалете закончилась… — У нас был целый рулон, стоял себе мирно на шкафу. Ты его что, сожрал? Или им закусывал? — Да нет! Пропал, как Озил и Азар в важном матче! — Я вроде видел туалетную бумагу у Лео в сумке. Совершать смертный грех — кражу, как-то не хотелось. Но и оставаться без такой важной вещи, как туалетной бумаги тоже не желательно. Немного подумав тем, что осталось от мозга, Лавесси всё-таки решился: — Тощий, ты на стреме. — Мы как будто грабим банк! — Съязвил Неймар и ушел сторожить. Эсекьель быстро шмыгнул в комнату и достал сумку своего соотечественника. Он быстро взял рулон бумаги и стал отматывать. Послышались шаги. — Блин, уже приперся! Фашист! — Ругался аргентинец. Он собрался удирать, но напоролся на кровать. И эпично через неё перелетел.