А были вместе - дети и война...

При виде еды, в животе девочек заурчало. Присев на стулья, Саша и Катя взглянули в заплаканные глаза друг друга и жадно набросились на еду, которая показалась им лучшим блюдом за последние недели. Уплетая за обе щёки, девочки даже не заметили, как к ним в дом зашла пара – мужчина и женщина. Их одежда была покрыта копотью и грязью. На руках и открытых пространствах тела – ожоги. Лица осунувшиеся и усталые. Они подошли к отцу Кати и Саши и стали едва слышно переговариваться. - Тётя Таня! – воскликнула Саша и бросилась к ней в объятия. - Простите меня, девочки, - обняв Сашу, произнесла женщина. Её глаза застилала пелена. Обе девочки насторожились и подняли на Татьяну глаза. - Я должна была рассказать вам это две недели назад, когда ваша мать пострадала, - голос женщины сорвался на шёпот. Сделав усилие над собой, она продолжила: - Ваша мать, моя сестра, могла остаться в живых. В тот вечер мне стало плохо, Ваня прибежал к вам в дом, чтобы позвать сестру с мужем. Они пришли ко мне, и в этот момент раздалась сирена. Начались бомбардировки. В наш дом попал снаряд, именно туда, где стояла моя сестра, её отбросило, а то, что было потом, вы уже знаете. Женщина издала протяжный вздох и уткнулась в плечо мужа. Теперь Кате всё стало ясно. То, почему родителей не было дома, почему папа выходил из дома тёти и дяди. Правда, она не слышала, действительно ли прибегал Ванька, сын тёти Тани. Но это было не важно, важно то, что она теперь знала правду. Ей хотелось кричать, биться об стену, обвинять тётю, но понимала, что всё это будет бессмысленно и глупо – обвинять человека в смерти матери. Поэтому она лишь опустила голову и принялась доедать остатки еды. Тем же вечером десятилетняя Катя и восьмилетняя Саша сидели в спальне и слушали отца, которые читал им их любимые стихи Симонова и Твардовского о мужестве русских бойцов. Они не смели мешать отцу во время чтения, настолько заворожены были тембром его голоса. Катя опустила головку и сильнее прижала к себе мишку, приговаривая: «Ничего, скоро победа будет за нами, тогда нам с тобой не придётся терпеть голод и холод». Она раскрыла пальто и засунула туда свою игрушку, оберегая её, словно живую. - Папа, ведь сегодня 31 декабря, - тихо сказала Саша, когда отец закончил чтение. - Да, родная, но вряд ли мы будем праздновать, хотя спеть мы можем, верно? – подмигнув дочери, мужчина начал петь басом «Катюшу». Саша подхватила ритм и запела вместе с отцом, с каждой минутой больше раскрываясь и вкладывая всю душу в песню, смысл которой она прекрасно понимала. Катя наблюдала со стороны. Ей нравилось слушать сестру, у неё был прекрасный чистый и тонкий голосок, который она унаследовала от отца. Он тоже красиво пел. К сожалению, старшая дочь не унаследовала этого дара, что её сильно огорчало.