ДИВЕРСАНТ

      Удача, определенно, отвернулась от неё. И винить в этом Хейс могла только себя за то, что ей в какие-то моменты не хватило выдержки и хладнокровия, в какие-то — хитрости и ловкости.       Просить помощи неоткуда. Хестром вообще никогда не любила просить о помощи, как будто это умаляло всю её независимость, за которую она всегда крепко держалась. Раньше у неё были друзья, готовые прийти на выручку, но сейчас вокруг — одни лишь враги или недоброжелатели, хотя чему тут удивляться? Предателям одна дорога, и, даже несмотря на её попытки спасти команду «Нормандии» и капитана в частности, с ней не слишком спешили не то чтобы поговорить, даже наручники, суки, закрепили сильнее обычного.       Голова раскалывалась от боли, лицо ныло от свежих синяков. Шея, казалось, горела от охвата чьих-то стальных рук, и догадаться чьих именно было нетрудно. Несомненно, Джек пыталась её убить. И если еще не убила, значит Шепард не позволил. Спасибо хотя бы на этом.       По коже пробежал непонятный холодок при воспоминании о том, с каким выражением коммандер посмотрел на неё, когда она убила фантома. Это действительно было отвращение? Или ей показалось? А ведь когда-то она боялась, что он, узнав правду, больше не посмотрит на неё как прежде — суровая реальность, к которой из-за своих вовлеченности и необъективности Криз оказалась не готова.       Но еще было, за что зацепиться, чтобы спасти Лину. Слава ежам, она все еще могла заключить сделку, разменной монетой в какой станут координаты базы Призрака, но это что, никому вообще не интересно?!.. Проклятый коммандер не горел желанием разговаривать. Аленко пропал. От Альянса ни весточки.       После пробуждения прошло несколько часов, в течение которых Хейс просто мысленно умоляла хоковскую Вселенную ниспослать ей дозу панацелина, так как головная боль от удара об стену стала совсем невыносимой.       Вселенная откликнулась лишь через час, оповестив об изменениях снаружи гауптвахты странными ударами об стену, как будто в неё запустили тяжелый груз.       Хейс подобралась, насторожившись. Она молила о панацелине, но, кажется, получила совсем другое. И эта издевка от судьбы заставила её сердце наполнится самым настоящим страхом, потому что дверь снаружи не пытались открыть: её электронный замок взламывали, так как на это потребовалось несколько минут, причем, поддалась она не с первого раза. Это был плохой знак.       За это время Криз быстро огляделась. Перед тем, как её поместили в трюм, помещение основательно обезопасили, убрав все лишнее, оставив только стул, стол и генератор наручников на нем, закрепленный на таком расстоянии, чтобы до него невозможно было дотянуться. И теперь Хестром с ужасом поняла, что у неё нет никаких шансов защититься, если пришли по её душу.       А именно это и происходило с чертовски большой вероятностью, потому что спасать её было некому и потому что на борту «Нормандии» находилась та, которая слишком хорошо и надолго запоминает обиды.       Джек.       Под рукой не оказалось никаких предметов: ни шпилек, ни булавок, ни ложек, чтобы смочь хоть как-то дать отпор, — кроме того, кто бы ни притащил её обратно на гауптвахту, этот «кто-то» не слишком подумал о том, что арестованной будет тяжело часами сидеть на полу, прикованной наручниками к сцеплению на стене, не имея возможности ни встать, ни сесть толком. И Хейс вообще не была уверена, что затекшие конечности от неудобной позы и раскалывающаяся от боли голова позволят ей оказать такое необходимое сопротивление в эту минуту!       Наконец кто-то снаружи достиг желаемого, и створки двери разъехались в сторону. И Хестром лицом к лицу встретилась с той, кого больше всех опасалась увидеть.       Джек ворвалась внутрь, словно посланник смерти. Окинув помещение оценивающим взглядом и найдя глазами цель, она тут же развернулась к панели управления дверью и начала, как догадалась Хейс, её блокировать. Вид у Подопытной Ноль был решительным, в одной руке она держала пистолет, который сначала мешал взлому, так что Джек, метнув на Криз злобный взгляд, положила пистолет на стол, возле генератора. Снова принялась с таким же сосредоточенным выражением лица закрывать то, что недавно взломала.       При этом Подопытная Ноль не произнесла ни слова. Впрочем, разговаривать с ней было все равно бесполезно. Хестром прекрасно сознавала, в какой паршивой ситуации оказалась и что сейчас торговаться просто не получится! Сейчас надо бежать без оглядки!       — СУЗИ! — позвала она, пока Джек, выругавшись от одной провальной попытки, принялась блокировать дверь повторно. — Немедленно сообщи Шепарду! СУЗИ!..       ИИ корабля отчего-то молчал, но ведь все было в порядке: СУЗИ снова получила контроль над системами, когда вирус был полностью удален. Почему она не отвечала?       — Заткнись! — рявкнула Джек, оторвавшись от панели и в два шага преодолев расстояние до Хейс с таким видом, как будто была готова убить её прямо сейчас. Вместо этого она ударила её по лицу, да так больно, что у Криз на несколько мгновений потемнело перед глазами. Пока она приходила в чувство, Джек уже справилась со своей задачей: загоревшись красным, датчик предупреждал о том, что доступ в эту зону закрыт. После этого Подопытная Ноль резким движением руки вырубила оборудованный напротив двери генератор, снабжающий кинетические наручники и сцепку на стене энергией.       Вместе с чувством безграничного облегчения, так как теперь можно было хоть на пару секунд размять руки и ноги, Хейс овладел неподдельный страх, ведь это означало, что теперь она в полной власти Джек, которая пришла сюда с определенной целью. Криз опасалась, что это означало её смерть.       — СУЗИ! Сообщи Шепарду!.. — попыталась позвать она снова, но получила второй удар, а потом её оттолкнуло назад не самым мощным, но все же довольно ощутимым биотическим броском, отчего в ушах даже зазвенело, а в голове и вовсе как будто разбились вдребезги тысячи осколков стекла. Чья-то нетерпеливая рука схватила Криз за волосы и дернула вперед, и Хейс упала ничком, воткнувшись подбородком в покрытие пола. Во рту сразу же появилась кровь: она больно прикусила язык от падения.       Эта же рука снова грубо схватила за волосы.       — Помнишь меня, Стрим, а? — прошипела Джек.— Только дернешься — убью на месте!       Угроза была слишком реальной, тягаться с таким сильным биотиком, не имея ни оружия, ни брони, ни даже аргументов было сродни заведомому фиаско, но и сдаваться просто так Хестром не собиралась. У неё еще было, за что цепляться в этой жизни!       Так что Хейс, сообразив, что сейчас не в силах оказать сопротивление или хотя бы что-то придумать, так как туман в голове от боли сгустился страшный, присмирела, всем своим видом демонстрируя покорность. Сейчас ей могла помочь только способность складывать слова в предложения, а если Джек снова ударит её, то, возможно, она потеряет даже этот маломальский шанс на спасение.       — Джек, ты не должна этого делать... — прошептала Криз, пытаясь образумить ослепленную ненавистью женщину. — Шепарду это не понравится...       — Заткнись, я сказала! — огрызнулась та, но бить по лицу больше не стала. Она уселась на стул, сжав в правой руке пистолет, а левой излучая биотическое свечение. — Я пришла сюда, чтобы убить тебя. Я слишком долго об этом мечтала, церберовская мразь! Но я предоставлю тебе выбор: могу убить быстро, если скажешь мне, где находится база Призрака, а могу медленно, отрывая от тебя кусок за куском. К тому времени, как дверь смогут вскрыть, от тебя уже ничего не останется. Дорога у тебя одна, сучка. А вот то, как долго ты будешь идти, зависит от тебя. Ты все уяснила, Стрела?       В голосе Джек прозвучала издевка. Безусловно, она наслаждалась тем, что после стольких лет нашла своего врага. Хейс сплюнула на пол кровь от прокушенного языка, упираясь руками о холодный металл покрытия и пытаясь отдышаться. Бежать просто некуда. Одолеть Джек — но как? Единственным её вариантом было продержаться так долго, чтобы чертов Шепард проснулся наконец и вскрыл эти проклятые двери! Хотя она была даже не уверена в том, что он попробует. Что, если он, узнав о случившемся, просто перевернется на другой бок, предоставив Джек закончить то, что сам по каким-то причинам не закончил?       Подопытная Ноль. Договориться с ней будет нелегко. Чувство долго лелеемой ненависти разрослось настолько обширно внутри Джек, что последняя, возможно, не подогревай на протяжении стольких лет эту ненависть к событиям десятилетней давности, вообще могла бы о них забыть. Дерьма в её жизни хватало. А это значило, что тогда, на Камале, Криз задела чувства «подруги» гораздо глубже, чем самой казалось.       — Да, — выдохнула Хейс, поднимая голову и встречаясь со своим врагом глазами. Джек ничуть не изменилась: раньше она была диким подростком, источавшим ярость. Сейчас она стала дикой женщиной, источавшей то же самое, хотя, если Джек не убила её сразу же, значит, немного поумнела. — Я бы предпочла... вообще не сдохнуть, но вряд ли ты мне позволишь.       — Это чертовски верно, шваль, — Джек поддалась вперед, уперев локти в колени широко раздвинутых ног, всем видом демонстрируя, что полностью контролирует ситуацию. Так оно и есть, но Хестром не была бы собой, если б не попыталась перехватить инициативу. Почему-то сейчас она спросила себя, что бы сделал Джек Харпер на её месте? Не тот, что сейчас назывался Призраком, а тот, которым она так восхищалась раньше. На «Нормандии» по-прежнему было тихо, а это значило, что никто еще не в курсе случившегося. Проклятая СУЗИ! Почему она молчит тогда, когда от неё требуется совсем другое?!       — Я понимаю твою ярость, Джек, — проговорила Хейс, усмехнувшись слегка. — Мы с тобой не слишком хорошо расстались в прошлый раз.       — Да ну? — протянула та. — Ты обманула меня и передала «Церберу», помнишь? А твоя подружка, которой я расплющила череп, за это поплатилась, Хейси... — Джек, смакуя это имя, видимо, не дававшее ей покоя столько лет, расплылась в злой ухмылке.       — Я всего лишь выполняла приказ Призрака. Так что, убив меня, ты вряд ли отомстишь ему.       — Его очередь еще придет, — уверено отрезала она. — Скажи мне, где его база, а я позабочусь, чтоб он отправился за тобой как можно быстрее!       — У тебя масса причин, чтобы желать мне смерти, — Хейс обвела помещение взглядом, пытаясь глазами найти то, что могло бы дать ей преимущество. Увы, ничего подобного. — Но прежде чем ты убьешь меня, скажу, что у тебя есть и причина меня поблагодарить.       Джек фыркнула, но Хейс добилась нужного: в глазах Подопытной Ноль мелькнуло любопытство и недоверие. В этот момент снаружи послышались чьи-то шаги, и дверь попытались открыть.       — Да, и за что же? — в голосе Джек мелькнуло нетерпение. — За то, что заплатила за мою ликвидацию? Или за то, что заплатила батарианцам за нападение на шаттл? Постой... — лицо её вдруг разгладилось. — Батарианцы убили ту выскочку на шаттле, предварительно сверив её ДНК. А потом ты появилась в академии в обличье этой Латвил, о которой мне Сандерс как-то уши прожужжала! Так значит, батарианцы убили настоящую Латвил!       — Поверь, она была не очень приятной особой, — с легкой иронией ответила Хейс, усаживаясь на полу поудобнее.       — Но первое «спасибо» лучше скажи за то, что именно я и моя группа помогли тебе выбраться из «Чистилища» в первый раз! — выдала Хейс, решив блефовать по-крупному. Брови Джек свелись к переносице. — Да, ты ведь это помнишь? Бунт в тюрьме, переполох, а тебя пробудили от анабиоза и вуаля: ты смогла вырваться! Не буду врать, мы приходили не за тобой. Но у меня была возможность остановить твое пробуждение, а я не стала!       Кажется, блеф подействовал: у Джек зародились сомнения. Этого явно было недостаточно, чтобы разрешить конфликт, но должно хватить, чтобы затянуть разговор.       — Допустим, — проговорила Джек, прищурив подозрительно глаза. — Но через несколько месяцев ты сдала меня «Церберу».       — У меня не было выхода, — Хейс покачала головой. — Призрак убил бы меня за отказ от операции. Ты знаешь, как он действует... Сама подумай, Джек: да, я заплатила батарианцам за приказ захватить тебя на «Веерии», но не убивать! Я запретила им это! Они должны были продержать тебя в клетке, пока я действовала на «Нормандии», а потом бы отпустили! Ты просто мне мешала, и все! Но убивать я тебя не хотела! Ты сама все испортила!..       — Не хотела убивать, говоришь? С чего бы это, сучка?       — Чувство вины. Но даже не перед тобой, перед другим человеком, который оказался жертвой «Цербера». Ваши истории немного похожи... — внезапно дверь снаружи стали вскрывать с помощью инструментов. Безрезультатно, но это возымело эффект взорвавшейся бомбы: Джек, вспомнив, как мало у неё времени, тут же вскочила, вытянув пистолет, и, направив его в голову Хестром, прошипела:       — Минуты тикают. Говори, где база!       — Только Шепарду! — упрямо отрезала Криз, понимая, что это её последний козырь. — Только ему!       — Да пошла ты! — вспылила Подопытная Ноль и, схватив её за волосы одной рукой, ударила по виску прикладом. Хейс упала на спину, и в ту же секунду раздался выстрел — Джек выстрелила ей почти в упор в колено.       Хестром, не в силах сдерживаться, громко закричала. Боль была адской, настолько нестерпимой, что почти оглушала, ослепляла и дезориентировала на несколько мгновений. Хейс попыталась остановить кровь, инстинктивно потянувшись руками к ране, но Джек ей не позволила: уселась сверху, сжала волосы Хейс в кулак и уперла ствол пистолета прямо в висок.       — А ну говори!! — прогремела она. — Иначе продырявлю!       — Только... Шепарду... — прошептала Хейс обессилено, чувствуя, как с кровотечением теряет и последние остатки ясности. — Можешь убить меня прямо сейчас, и... тогда все данные умрут со мной! А можешь открыть дверь... и отдать меня Шепарду!..       — Я считаю до трех, мразь!.. И выстреливаю в голову! Раз!..       — Есть кое-что, что тебе еще захочется узнать!.. — прошептала, лихорадочно сбиваясь, Хестром, так как выражение лица Джек ясно давало понять, что будет после слов «три». — Эти данные я узнала, когда готовилась к миссии по твоей вербовке, однако потом Призрак уничтожил все!..       — Два!...       — Элизабет Тилни! — выкрикнула Хейс, сжав кулаки. — Иден Прайм! 2165 год! Твоя мать!       Рука слегка дрогнула.       — Что? — не поняла Джек, всерьез удивившись. — Что ты несешь?!       — Так зовут женщину, у которой «Цербер» забрал ребенка! В 2165 году! Твоя мать! — повторила Хестром, ухватившись за эти детали личного дела Джек, которые прочитала десять лет назад, как за соломинку. — Элизабет Тилни умерла спустя три года, но у неё осталась еще одна дочь, Мари! Твоя сестра!..       Джек была поражена. Она замерла, переваривая информацию, взгляд её упал в сторону, оторвавшись от Криз на пару секунд. Этого было достаточно, чтобы Хейс, превозмогая боль в колене, подняла слегка голову и подобрала ноги, а затем сразу же сделала борцовский мостик, подкинув Джек немного вверх. Рефлекторно соперница уперлась свободной рукой о пол, чтобы не упасть, чем еще больше упростила Криз задачу: подломив руку Джек, Хейс с бешеным воплем снова сделала мостик и перевернула Джек на спину, оказавшись наверху и попытавшись отобрать пистолет. Однако потратила на этот маневр столько сил, что не смогла блокировать ответный удар Джек в грудь, а уже в следующую секунду Криз буквально отлетела на метра два, ударившись о стену.       В полубеспамятстве, но отчаянно пытаясь прийти в себя, она лишь наблюдала через расплывающийся взор, как Джек, поднявшись и пылая биотикой, стала приближаться. Её намерения были очевидны, и Хестром поняла, что больше шансов у неё не будет.       И в тот момент, когда Подопытная Ноль уже подняла руку, чтобы сделать еще один бросок, откуда-то прогремело:       — Джек, не смей!!       

***

      Сколько бы Джон ни пытался, ему не удавалось разблокировать дверь. После пятой попытки он грязно выругался, буквально чувствуя, как время, словно песок, ускользает сквозь пальцы.       — СУЗИ! — позвал он. — Немедленно вызывай инженеров!       — Не могу, коммандер, — вдруг ответила та. — Джек пригрозила мне, что если эта дверь откроется, она переломает Джеффу все кости. Поэтому я не могла напрямую сообщить вам о том, что она задумала.       — Хаск тебя дери! — огрызнулся он. — Да я сам ему все кости переломаю, если сейчас же не вызовешь инженеров, чтоб они вскрыли двери!       ИИ корабля какое-то время молчал, пока не принял решение, чья угроза страшнее.       — Хорошо, коммандер. Сейчас.       — Искусственный интеллект... — проворчал кто-то. — Свобода выбора для них — это верная смерть для органиков. В моем цикле такого не было.       — Явик! — обернулся Джон, уставившись на «интересную находку» с Иден Прайм. — У Адамса там пожарный щиток! Тащи лом, быстро!       Шепард, указав на инженерный отсек, снова попытался разблокировать дверь, слыша, что внутри трюма идет разговор. Явик с совершенно спокойным выражением на физиономии, как будто наблюдал за театральной постановкой со стороны, направился в указанную сторону и спустя полминуты вернулся с лопатой.       — Ладно... — испытал Джон мимолетную досаду на самого себя за то, что не объяснил протеанину, что такое лом. В его цикле, вероятно, таких штук не было или назывались они не так примитивно. — Помоги-ка! — коммандер попробовал открыть дверь вручную, использовав лопату в качестве рычага, но, как и предполагал, это оказалось бесполезным.       — СУЗИ, отправь мне план палубы на инструментрон, — приказал он, отбросив лом и активировав девайс. Получив данные, он тут же высветил небольшую проекцию над ним, пытаясь разобраться в схемах.       К этому моменту подоспели Вега и Адамс, а с ними и заспанные Доннели с Дэниелс, но по их лицам он понял, что они не представляют, как открыть дверь и что вообще происходит.       — СУЗИ, как можно попасть в трюм другим способом? — спросил Джон, пока Адамс приказывал подбежавшим инженерам подключаться напрямую к электронному замку и обходить блокировку.       — Никак, коммандер.       — Что там внутри?       — Диалог, сэр. Но по учащенному сердцебиению Джек я могу предположить, что диалог будет коротким.       — Хаски, — выдохнул Шепард, стараясь соображать быстрее. — Так, раньше там была конструкция мусоропровода. Альянс перенес его палубой ниже. Что в трюме сейчас?       — Обычная зона, коммандер.       — А сверху?       — Охладительные трубы ядра.       — Они по всему потолку? — ухватился Джон за эти слова, чувствуя, что, возможно, нащупал нужное. — Одни из тех, что вышли из строя, да, Адамс?       — Точно, сэр, — ответил тот, нахмурившись. — Вы еще как-то заметили, что от одной из труб идет холодный пар, отчего в трюме стало чертовски холодно.       — Но покрытие в потолке трюма по-прежнему сломано? — уточнил Джон.       — Не совсем. У меня, к сожалению, еще не было времени залатать покрытие полностью, так что при обустройстве гаупвахты я просто закрепил сломанную часть, чтобы...       — Отлично, — нетерпеливо прервав инженера, Джон отключил девайс и забрал у Веги пистолет. Проигнорировав вопросы, он метнулся на нижнюю палубу отсека, где когда-то обитала Джек, бросив на ходу: — Продолжайте с дверью!       Нижний инженерный отсек с тех самых пор, как «Нормандия» вернулась в лоно Альянса, не изменился и пустовал. Когда-то здесь находилась лежанка Джек, сооруженная из какого-то тряпья и матрасов, стоял даже стол, ставший свидетелем короткой связи Джона и нового тогда члена экипажа, были раскинуты какие-то вещи. Сейчас все это отсутствовало, да и Шепард был этому даже рад: о том эпизоде своей жизни, когда он буквально сорвался с цепи, переспав с женщиной после пары-тройки слов, он предпочитал не вспоминать, потому что для него это ровным счетом ничего не значило. Но все-таки какая ирония судьбы: теперь эта дикарка по имени Джек намеревалась убить ту, которую он хотел не так давно убить сам и едва ли не убил, а теперь, вместо того, чтоб позволить первой завершить начатое им, пытается её остановить! И все почему? Потому что Кайден показал ему детский палец? Или потому что он изначально обманывал себя, полагая, что все прежние чувства к Латвил были отрезаны одним лишь взмахом острого ножа? Или, может, потому, что «эта женщина» спасла его от фантома?       Все эти вопросы роились в голове Джона, когда он, добравшись до топливной трубы, отпугивающей от себя предупреждениями о возможной радиационной угрозе при пробоине и красным светом, нырнул прямо к ней и, ухватившись за ремонтные скобы, залез на уровень выше, где располагался люк, ведущий непосредственно к охладительным трубам. Они тянулись на много метров, и Джону пришлось сначала сориентироваться, где находится правый грузовой трюм, а уже потом, выругавшись на то, что ничего не накинул, так как здесь стоял довольно ощутимый холод, ползком направился в необходимую сторону.       — СУЗИ, я правильно двигаюсь? — решил уточнить он на всякий случай, стуча зубами и ежась от холода.       — Так точно, коммандер, — ответила она, подключившись к его инструментрону. — Еще три метра вперед и будете сразу же над трюмом.       Джон прополз лишь половину пути, когда услышал выстрел и громкий крик. И похолодел еще больше, чем есть.       — Что это было? — спросил он, уже перебираясь на корточках, так как потолок стал возноситься вверх. — Она еще жива? СУЗИ?       — Жива, коммандер, — ответила та, причем, не уточнила, кого он имеет в виду, а сам Джон не стал спрашивать о том же у ИИ. — Но ненадолго.       Шепард, выдохнув большой сгусток пара изо рта, добрался-таки до нужного места, стараясь слишком не шуметь. Потолочное покрытие в этом месте было повреждено, наспех закреплено, и теперь отсутствие времени у главного инженера могло спасти чью-то жизнь.       — СУЗИ, прикажи Веге и остальным пошуметь, — приказал он, тихо открепил покрытие, отодвинув его прочь, и заглянул вниз. В трюме что-то происходило, но Шепард этого не видел, так как от основного помещения эта зона была отделена небольшой переборкой. Уже собираясь спускаться, он услышал звук работ: инженеры пытались вручную вскрыть дверь с целью, собственно, выполнения приказа пошуметь.       Этого прикрытия Джону было достаточно, чтобы аккуратно спуститься вниз и выдохнуть. Зуб на зуб не попадал, но здесь, в помещении, было чуть теплее. Шепард сразу же насторожился, не услышав разговора, а через мгновение понял, что там разгорелась настоящая борьба. Открепив пистолет от пояса, он выставил его перед собой и вышел в основную зону как раз тогда, когда диверсантка взгромоздилась на Джек, пытаясь отобрать оружие. Джон едва успел подумать о том, кому именно нужно оказывать помощь, как вдруг Джек, сгенерировав достаточно мощный поток биотической энергии, отбросила соперницу в сторону, после чего та, ударившись о стену, упала.       Кажется, она была еще жива. Самое время вмешаться.       — Джек, не смей!! — громко приказал он, чтобы она стопроцентно услышала. Подопытная Ноль, вздрогнув, развернулась, застыв в боевой позе, готовая отстаивать свои интересы до конца.       — Какого хрена, Шепард? Я всего лишь делаю то, что ты не сделал!       — Её нельзя убивать! — начал он, но Джек махнула рукой.       — Почему? — закономерно спросила она. — Потому что ты хочешь с ней еще потрахаться? Черт побери, Шепард, зачем ты мне солгал? Эту церберовскую суку надо было убить сразу же, как только ты понял, кто она!       — Потому что я еще не приказал! — отпарировал он, процедив сквозь зубы. — Это мой корабль, Джек. Это мой экипаж. И это мой хасков диверсант! И если я захочу убить её, я сам это сделаю. Но не смей даже думать о том, чтобы ослушаться моего приказа!       — Ты не понимаешь, Шепард, — покачала головой Джек. — Я знаю, что она залезла тебе в мозг! Она это умеет! Она и в мой однажды запустила свои лапы! Она пыталась меня убить на Цитадели! И после этого ты её защищаешь?       — Я защищаю не её, а те данные, которые она знает. Базу Призрака, к примеру, — ответил он, стараясь говорить ровно, но пистолет все же не опускал. Потом, немного подумав и обреченно вздохнув, сделал руками демонстративный жест, показывая, что не намерен стрелять, и опустил оружие. — Слушай, Джек. Я понимаю, что ты на неё имеешь свой зуб...       — Целый оскал! — огрызнулась она и показала на свою татуировку на голове. — Видишь это? Это я набила сразу же, как только поклялась, что найду эту стерву и убью!       — Она располагает данными о местонахождении Призрака, — примирительно повторил он. — И эти данные мне нужны. В конце концов, она спасла «Нормандию». И мою жизнь. Если она и заслуживает публичной казни, то пусть это решает Трибунал и Альянс.       — Тогда почему ты сразу же не передал её в Альянс?       — Потому что её там сразу же уберет «Цербер», прежде чем она расколется! — с легким раздражением ответил он. — Какого лешего, Джек, я должен объяснять это? Я отдаю тебе приказ — не трогай её! И ты должна ему следовать, раз находишься на моем, хаск тебя дери, корабле! Я думал, мы обо всем договорились и ты приняла эти правила! Но ты всего лишь заставила меня в это поверить, да?       Джек вперила в него недовольный злой взгляд. Потом сложила руки на груди и презрительно фыркнула.       — Только ли в этом причина? — спросила она пренебрежительно. — Знаешь, я готова была поверить во все твои гребаные аргументы еще два часа назад, но не сейчас. Джефф мне рассказал, что между тобой и этой сукой происходило, что-то типа «коммандер по уши втюрился, как сопливый школьник». Мне глубоко плевать на то, с кем ты спишь, Шепард, но сейчас ты думаешь не мозгами!       — И ты явно тоже! За тебя говорят ненависть и ярость! — быстро произнес он, пропустив её колкость мимо ушей. Потом прочеканил: — Что бы ты ни хотела сделать, ты собираешься уничтожить наш единственный шанс узнать, где скрывается Призрак. Отставить, Джек. Это мой последний приказ. Либо следуй ему... либо убирайся с «Нормандии».       Она крепко сжала челюсти и кулаки, выпрямив руки и как будто намереваясь нанести сокрушительный биотический удар. Какое-то время Джон думал, что так и случится, почти был готов к этому. Джек, несмотря на их дружбу, всегда была неуправляема. Она была с ним во многих боях и следовала приказам, но внутренне, и Шепард это чувствовал, она бесилась от необходимости следовать за кем-то другим, нежели не на поводу у собственных мотивов.       — Ставишь мне условия? — усмехнулась она жестко. — Помнится, Сандерс называла это ультиматумом, да? Так вот, Шепард, тебе тоже ультиматум: либо я сейчас её убиваю, прямо здесь, с твоего гребаного разрешения, либо наши дороги с тобой навсегда расходятся, и в следующий раз, если пересекутся, не рассчитывай на мою помощь. Что выбираешь ты, а?       Джон какое-то время молчал, хотя ответ ему был известен заранее. Но произнести его означало лишиться друга. И ради кого? Ради женщины, которая обманула его и выставила дураком?       — Мне больше нечего тебе сказать, — произнес он. — Но убить её я тебе не позволю.       — Чертов ублюдок, — выругалась Подопытная Ноль. Потом сплюнула на пол, выражая презрение. — Когда в следующий раз соберешься на базу Коллекционеров, даже не думай меня звать... Надеюсь, эта сука прирежет тебя во сне!       — Джек...       — Пошел на хер! — проговорила она и, что-то введя на панели, разблокировала дверь. Тут же пулей вылетела вон мимо пораженных инженеров.       — Коммандер, вы в порядке? — сразу же поинтересовался Вега.       — В порядке, — снова соврал Джон, уже по привычке, а потом приблизился к распростертой на полу незнакомке. Она была необычайно бледной, почти синей от кровопотери, все лицо в синяках, изо рта тоненькой струйкой текла кровь. При этом женщина выглядела настолько беззащитной, что у Шепарда что-то екнуло в груди. Но он отбросил внезапно нахлынувшие чувства назад. Потом склонился над телом и проверил пульс.       Жива, хвала хаскам.       — СУЗИ, готовь медкапсулу, — приказал он, беря диверсанта на руки. — Прикажи Джеффу направиться к Цитадели. И убедись... убедись, что Джек сойдет с борта.