Шрамы

Последующие несколько дней Сакура много думала о Наруто. Уверенные и установленные ранее убеждения довольно скоро затрещали по швам. Мысли о дружбе и чисто товарищеских отношениях стали неожиданно невыносимо неприязненными, начали даваться с трудом. Иногда, думая о своем поведении и мыслях, неожиданно ставших частыми в ее сознании, Харуно с трудом верилось, что причиной тому стали лишь объятия Наруто, которого назвать «другом» теперь язык не поворачивался. Сакура прокручивала каждый момент визита Наруто, иногда краснея: отчего же он так беспокоится о ней? Это было немного непривычно, а вспоминая всех своих немногочисленных друзей, например, одного парня, с которым общалась на протяжении нескольких месяцев, понимала, что не испытала чего-то подобного, что так настойчиво мучило ее сейчас. Хотя, Сакура не могла дать даже точного определения своим эмоциям, как бы упорно не старалась. Ее невероятно влекло к Наруто, так, что это даже настораживало саму девушку. Пусть и неосознанно, но Харуно стала рассматривать Узумаки немного с другой стороны, его поступки и черты характера. Неожиданно щеки стали резко вспыхивать едва заметным нежным румянцем, словно пламенем полыхавшим на коже, когда их руки соприкасались, даже просто кончиками пальцев. «Наверное, это свойственно любой влюбленной девушке», — нечаянно подумала она, тут же густо покраснев и получив непонимающий взгляд от Наруто, шедшего рядом. «Влюбленной» — слово на редкость метко врезалось в память девушке, запомнившей его надолго. Вечером, сидя на кровати, она со странной тоской поняла, что так оно и есть. Она влюблена, и знать это было немного странно. Хоть Сакуре было уже семнадцать, впервые ее душу тронуло столь серьезное и глубокое чувство, неожиданно проявившееся во всем своем цвете. Сакура полюбила всей душой Наруто, ее дружеская привязанность перешагнула отмеренную черту, превратившись в самую настоящую пылкую любовь. В эти минуты она совершенно не думала о его теле, лице и шрамах. Когда все коснулась этого мыслями — понял, что самыми страшными шрамами были не эти, а те, что находились в самых глубинах его души, искалеченной не меньше, чем тело. Но тут и открывалось в который раз то, чем девушка не раз восхитилась в Наруто — он не умел сдаваться. Отряхиваясь от обид, боли и разочарований, он уверено и смело шел вперед, невзирая на печаль и усталость, что так часто встречались ему. Это и было тем качеством, которым хотела обладать Сакура и, смотря на Наруто, она порой даже ему слегка завидовала, упорно стараясь стать уверенней и сильней. Неумение Узумаки признавать свои поражения, падать на колени перед неудачами и препятствиями блеснуло во всей красе спустя неделю, когда он оправился от слов, произнесенных тренером, он начал искать человека, который стал бы его тренировать. Неделя обивания порогов разных зданий, нескольких отказов, ему удалось отыскать того, кто все же согласился ему помочь. Обито Учиха, молодой мужчина, профессионал своего, твердо решил помочь Узумаки, восхитившись его стойкостью, напором и усердием. Наруто вернулся в свой привычный темп тренировок, тренировался со всем своим желанием вновь стать частью спорта, в котором жил. Он часто уставал, устало плелся с тренировок домой и готовился к экзаменам с Сакурой, гулял с ней по городу и улыбался, искренне смеясь. Он был рад, что наконец занялся тем же, чем и раньше — любимым делом, к которому был привязан всей душой. Сакуре оставалось просто смотреть на него и улыбаться, восхищаясь им и коря себя за нерешительность. Как и всякой другой девушке, ей хотелось признаться в своих чувствах Наруто и получить его ответ, дабы узнать, что же он помышляет о ней. Будучи от природы внимательной, Харуно не могла не понять, что возможно он тоже думает о ней, судя по редким странностям, как ей казалось, часто скрываемым.

***

В один солнечный весенний день Наруто, радостный, дольный и усталый, шел с тренировки. На улице было не очень холодно, и хоть было много слякоти и луж, настроение у него было прекрасным. Подумав том, что еще нужно сделать пару уроков и можно быть на сегодня свободным, парень шагнул на дорогу, как почувствовал, как завибрировал в кармане телефон. Приняв вызов и преподнеся его к лицу, он негромко произнес, непроизвольно улыбаясь: — Сакура-чан, привет, ты чего-то хотела? — Привет, Наруто, может… — на том конце провода послышался шорох и сдавленный шепот, после которого вновь послышался голос Харуно, — Может, заглянешь ко мне? Не отвлекаю? — Что ты, конечно же, нет! Я сейчас подойду, или попозже? — Да, сейчас. У меня есть для тебя небольшой сюрприз, — тут Наруто показалось, что девушка смутилась, и немного помолчав, сказала, — Жду тебя. Она сбросила трубку, оставив заинтригованного парня в недоумении. Добравшись до дома Сакуры за несколько минут, он позвонил в домофон и вскоре оказался у дверей квартиры девушки. Она выглядела необычайно по-домашнему и мило — на нее было приято смотреть: хвостик на затылке, пара прядей, обрамлявших лицо, просторные черные штаны, зеленя футболка и белые носочки. Завидев Узумаки, Харуно зарделась, пропуская его в дом. — Раздевайся, проходи и мой руки! — пропела она, залетая на кухню. Проводив ее недоуменным взглядом, парень последовал указаниям и зашел на кухню, где его встретила Сакура, положившая ему руки на плечи и взволнованно сказавшая: — Я боюсь, что тебе может не понравиться, — она отвела взгляд к столу, где стояли две тарелки рамена. Наруто на секунду растерялся, на мгновение погрузившись в детство. Тот же самый рамен и стол, человек, который дорог, рядом. С трудом найдя нужные слова, он сказал, чуть запинаясь: — Я уверен, ты вкусно готовишь. Но, Сакура-чан, мое… — Мы друг другу не чужие, — выпалила на одном дыхании Харуно, сжав пальцами плечи Наруто и чуть сердито посмотрев в глаза. Наруто не осталось ничего другого, как кивнуть, понимая, что она права. К чему поминать тот день, когда это так глупо и не нужно? Парень покорно уселся за стол, снимая маску. Дождавшись Сакуры и произнеся «итадакимас», он намотал на палочки лапшу и осторожно попробовал ее. — Это просто прекрасно! — воскликнул он, задорно улыбнувшись, — Я давно не ел такого чудесного рамена! Сакура улыбнулась, чуть прикрыв глаза. — Я давно хотела посмотреть на твою улыбку, — произнесла она неожиданно задумчиво, — и сейчас, видя ее, могу сказать одно: она такая же красивая, как я себя и представляла. Широкая и открытая. Добрая и искренняя. Ты очень красивый, когда улыбаешься. Вмиг покраснев, Наруто опустил вниз глаза и тихо сказал: — Это не так. Это лицо… Оно не может быть красивым. — Для меня ты уже красив. Эта фраза заставила Наруто вздрогнуть и вмиг поднять взор и заглянуть в глаза Сакуры, переполненные нежностью и заботой. — Сакура-чан… — прерывисто сказал он, чувствуя, как замерло на этих словах сердце, — Ты даже представить не можешь, как дорога мне. Ты — часть меня, которую я не могу потерять. Просто не прощу себе этого! Ведь я… Сакура резко поднялась и, подойдя к Наруто, доверчиво, мягко и немного неумело поцеловала его. — И я тебя, — тихо прошептала она в его губы.