Hello, kid!

POV Ребекка

Честно говоря, совсем не такими я представляла себе великого короля Камелота и его волшебника-слугу. Лохматый подросток и ушастый брюнет, более тощий, чем я? Да, точно не такими они были в моих фантазиях. Мы сидим всё в том же грязном переулке, по очереди поглядывая друг на друга. Артур уселся на мешки, которые яростно бил, когда я их заметила, Мерлин рассеянно теребит рукав своей рубашки, одним глазом глядя на меня. Я сижу посередине на земле, пытаясь вычистить грязь из-под ногтей, что абсолютно бесполезно, учитывая, сколько дней я не мылась. С тех пор, как я представилась, прошло уже минут пятнадцать, и никто из нас, похоже, не собирается нарушать повисшую тишину. Мы сидим вместе в этом переулке, как старые друзья, и занимаемся каждый своим делом. Странно это, но мне, как ни стыдно признавать, страшновато первой подавать голос. Артур резко вдыхает и устремляет на меня недетский взгляд. Мне хочется съёжиться. - Ты хотела что-то рассказать нам, помнится, - произносит Артур. Мерлин дёргается и смотрит на своего короля. Слышать его детский голос, похоже, совсем непривычно для мага. - Что-то о том, кто сделал это с «нашей подругой». Я морщусь от холода в его голосе. Я-то что ему сделала? Я, что ли, эту принцесску заколдовала? Недовольно глядя в землю и ощущая на себе тяжёлый и яростный взгляд Артура и более мягкий — Мерлина, я всё же раскрываю рот. - Вы слышали историю о повелителе драконов и его семье? Его звали Эйнсли, он жил в домике в лесу со своей женой Кеитой и дочерью Кэйлих во времена, когда магия ещё была разрешена. Тогда драконы неплохо относились к Камелоту, а Камелотский лес они вообще обожали и часто прилетали туда к Эйнсли. Он лечил их, кормил, ухаживал за ними. Именно благодаря ему у Камелота тогда не было войн с драконами. Но когда к власти пришел Утер, всё изменилось, - я замечаю, что Артур болезненно морщится при упоминании имени своего отца. Несмотря на это, я продолжаю. - Новый король терпеть не мог магию, и Эйнсли знал это, и также он знал, что Утер разыскивает любых людей, связанных с магией: волшебников, колдунов, магов, фей, эльфов, драконов и их повелителей. Эйнсли не был уверен, зачем, но подозревал, что не ради благих целей. Тем не менее, повелитель драконов предпочёл самостоятельно прийти в замок к королю, не дожидаясь, пока тот разыщет его и его семью. Своей жене и дочери Эйнсли велел уходить на случай, если Утер всё же пойдёт на убийство. Эйнсли не суждено было вернуться из Камелота, Утер казнил его сразу же. Кеите тоже не удалось скрыться от слуг короля, её казнили спустя два дня после смерти мужа. Лишь Кэйлих исчезла из Камелотского леса, и сколько бы слуги Утера не искали, её словно и не было никогда. Поговаривали, что её забрали драконы как последнюю память о своём любимом повелителе. Я замолкаю, чтобы перевести дыхание, и, подняв глаза, натыкаюсь на рассерженное лицо Артура. Надо сказать, на детском личике его злость выглядит неправдоподобно и даже мило. Но вот когда он открывает рот, я вспоминаю, что это всё-таки король, причём великий король Камелота, просто каким-то образом оказавшийся в подростковом теле. - И зачем, позволь спросить, ты всё это нам рассказываешь?! Если тебе нужны деньги за твои сказочки, то иди рассказывай их на городской площади, там тебе с радостью заплатят за всякие россказни. А нам сейчас не до тебя, так что будь добра, катись туда, откуда вылезла, если тебе нечем нам помочь! Моя оскорблённая гордость призывает наорать на него и действительно идти своей дорогой, а не помогать этому напыщенному болвану. - Артур! - Мерлин укоризненно смотрит на своего друга. - Что Артур?! - взрывается мальчишка. - Я уже тридцать лет Артур! - Сейчас ты больше выглядишь на 15, - не удерживаюсь я. Теперь моя очередь получать укоризненные взгляды от мага. Артур медленно встаёт и подходит ко мне, не скрывая раздражения, злобы и ненависти. - Зачем ты вообще пришла? Что тебе нужно от нас? Решила повеселиться, рассказывая сказочки королю-неудомку, который умудрился в один день потерять всё, даже свой возраст?! Ну что, навеселилась?! Или тебе ещё недостаточно? Может, ещё друзей позовёшь? А что, давайте устроим цирк!!! - Артур... - Мерлин тоже поднимается и кладёт руку на плечо друга, пытаясь успокоить. Но, похоже, Артура успокоить не так-то просто. Он скидывает руку мага, яростно смотрит на меня, бросает: «Пошла вон!» и отворачивается. Мерлин вздыхает и виновато глядит в мою сторону. Теперь уже моя очередь устраивать сцены. Я встаю, обхожу Артура так, чтобы быть к нему лицом, внимательно смотрю ему в глаза и ровным, но с нотками гнева, громким голосом произношу: - Знаешь, Артур, я большего ожидала от великого короля Камелота. Все в моей деревне говорят, мол, Артур намного лучше Утера, он очень добр и прекрасно обращается со всеми жителями Камелота и близлежащих земель. Это твоё хвалёное обращение? Ты спрашиваешь, зачем я пришла. Что ж, я отвечу, хотя после таких оскорблений имею полное право спокойно развернуться и оставить вас тут самих разбираться со своими проблемами. Но без моей помощи вам явно не обойтись. Ваша подруга Гвиневра заколдована, и я точно знаю, чьих рук это дело. Я рассказала вам эту «сказочку», как ты выразился, не просто так. Дочь Эйнсли и Кеиты, Кэйлих, не исчезла бесследно. Её действительно забирали драконы, но сейчас она вернулась. И вернулась, чтобы мстить. Её месть не будет банальной, и она не заключается только лишь в твоей смерти, Артур Пендрагон. Кэйлих будет проверять тебя на прочность, заставит тебя пройти через сотню испытаний, чтобы ты доказал, что достоин зваться великим королём Камелота. Она уверена, что ты не справишься. Но если ты сможешь пройти через любые испытания и выстоишь, то она признает, что ты не похож на своего отца и оставит тебя в покое. Кэйлих не будет тебя убивать, это точно, не такая у нее натура. Она не предрасположена к убийствам. К страданиям и мучениям — да, но не к убийствам. И как ты уже заметил, Артур, твои испытания уже начались. Первое, что сделала Кэйлих, это заколдовала вашего друга Гаюса и настроила его против тебя. Теперь Гаюс уверен, что ты и твой отец сделали его жизнь несчастной, что он столько лет трудился на благо Камелота, а его тут никем не считают. Поэтому он и превратил тебя в ребёнка, и на этом он тоже не остановится, я уверена. Твоё становление подростком не входило в планы Кэйлих, но это вышло даже ей на руку, так как теперь все жители будут думать, что король пропал, и в королевстве начнётся ещё больший хаос. Дальше колдунья наложила чары на Гвиневру, «залезла ей в мозги», как сама она говорит, и заставила королеву думать, что ты никогда её не любил и сбежал с какой-нибудь молоденькой крестьянкой. Поэтому Гвен пошла в разгул и заставила всех перед ней преклоняться. Я не знаю точно дальнейших планов Кэйлих, но то, что знаю, я расскажу. Она хочет настроить всех жителей королевства против тебя, Артур, так что даже когда ты вновь станешь человеком своего настоящего возраста, тебя будут ненавидеть. Также она хотела как-то использовать меня, чтобы настроить и Мерлина против тебя. - При этих словах маг удивлённо вскидывает голову. - Но затем... Она просто меня отпустила. Это всё, что я знаю. Когда я заканчиваю свою речь, повисает неловкое молчание. Я отвожу взгляд от глаз Артура и разворачиваюсь, чтобы уйти, но вдруг чувствую детскую руку у себя на запястье. - Прости меня, Ребекка, - бормочет Артур тонким голоском. - Я был неправ. Я не знал, что ты действительно хочешь помочь. Прости, пожалуйста. Его голос такой жалостливый, что мне хочется взять его на ручки и покачать, как младенца. Я поворачиваюсь обратно к Артуру и ободряюще улыбаюсь ему, в ответ на что паренёк начинает сиять, как рождественская ёлка. Переведя взгляд на Мерлина, я вижу на лице мага широченную улыбку во всё лицо и радостные огоньки в глазах. «И как у него получается так обаятельно улыбаться?..» - думаю я прежде, чем Артур виснет на мне с весёлым воплем.

***

- Чёрт бы побрал эту девчонку! - Кэйлих рассерженно ударяет рукой по поверхности жидкости в котле, от чего по воде начинают расходиться круги. - Мерзкая, паршивая, грязная девчонка! - начинает причитать колдунья, хватаясь за голову и ходя туда-сюда по хижине. - Я говорил, что не надо было ей всё рассказывать. С чего ты вообще взяла, что она стала бы нам помогать? По ней же сразу видно, что она добренькая, - доносится ленивый голос из того угла, где несколько часов назад сидела Ребекка. Кэйлих бросает раздражённый взгляд на своего собеседника, коим оказывается щуплый гном ростом с табуретку, с облысевшей головой и длинными клочьями вместо бороды, уныло вертящий в руках что-то вроде топора. - Откуда я могла знать, что её не разозлит поведение Артура? Я была уверена, что от столь наглого обращения она поспешит вернуться сюда и поможет мне проучить этого отпрыска Пендрагона! Могу поклясться, что мысль о возвращении промелькнула у неё в голове. - Видно, она промелькнула тихонько, как мышь у тебя под полом, ибо эта брюнеточка явно её не заметила. И что делать будешь, повелительница? Что нам прикажешь? Гном испуганно замолкает, чуть не свалясь со стула, когда Кэйлих поворачивается к нему с торжествующей улыбкой на лице. - Ну что ж... Если Ребекка выбрала их сторону, то её ждет пытка, как я и обещала. Сейчас нам нужно только подождать, пока Артур и Эмрис привяжутся к этой предательнице. А потом... Потом мы убьём её прямо на глазах у подростка. Гном ошарашенно глядит на колдунью, которая заливается диким смехом, абсолютно не вяжущимся с её образом милой принцессы. Кэйлих, продолжая смеяться, заглядывает в котёл и, пару секунд понаблюдав за счастливыми лицами ребёнка, юноши и девушки, с какой-то пугающей радостью в тёмных глазах выводит магический красный крест на фигуре Ребекки.