Call me "LOSER"

Время от времени, людям свойственно задумываться о том кто они и чего они хотят от жизни. Но если же их спросить об этом на прямую, практически все, немного задумавшись, ответят вам: я не знаю. И если кто-то не видит в этом никакой проблемы, то моя мама считает немного иначе: у каждого в этой жизни должна быть своя цель. Если у тебя нет цели – у тебя нет будущего. И в чем-то наверное она права. В свои сорок пять она успела добиться многого именно благодаря подобной жизненной позиции, поступила в медицинский, окончила с отличием интернатуру, стала хирургом-кардиологом, а теперь не за горами получит повышение и закрепит за собой должность заведующей отделения. Всё чётко, по плану. Я бы сказала, что она у меня еще та перфекционистка, и то, что я являюсь её практически полной противоположностью, она из года в год, изо дня в день – пытается изменить. Когда мне было семь, она записала меня на танцы. В девять – решила, что из меня выйдет неплохой музыкант, и я начала брать уроки по игре на скрипке. В двенадцать – драмкружок. Всё мое детство было сплошным испытанием и противостоянием ей. И только к тринадцати годам, когда она увидела, что насильно заставить делать то, что она считает нужным, ей не удастся, она одобрила мое желание заниматься рисованием и отдала меня в художественную школу искусств, благодаря которой я стала тем, кем я есть сейчас и в которой я многому научилась. Но даже не смотря на это, в мою сторону раз за разом продолжают сыпаться упреки о том, что во мне нет упорства и желания. Так ли это? – Как дела в университете? – сегодня был именно тот день, один из немногих, к слову, когда мама подвозила меня в университет, и один из тех, которые я по этой же причине просто не могла терпеть. – Нормально, – зевнула я, ответив, хотя знала, что такой ответ ее не устроит. – У тебя всегда всё «нормально», что не спроси, – недовольно бросила мне женщина. – Разве, это плохо? – съязвила я и поняла, что сейчас наверняка начнется очередная нотация от той, «кто хорошо знает жизнь». – Представь себе, – остановившись на светофоре, ответила мама. – А что ты ожидала услышать? Что за последний месяц я открыла собственную выставку или стала признанным во всем мире художником? – Вот только не надо мне дерзить. Но, кое в чем ты права. Я слышала, что у вас в университете проходит выставка, но, увидев перечень работ, твоей я там не увидела, – и чего она хочет добиться этим разговором? – Почему ты не подала свою работу? Или её просто не приняли? – Да, Боже мой, ты всю жизнь меня лузером будешь считать теперь? Может, я просто не хотела! Или же да, мою работу не приняли. Сказали, херово рисую. Так что, я тебе больше не дочь, раз я неудачница? – Во первых, следи за языком, Мин А. Ты не за гаражами гуляешь, а с матерью разговариваешь. А, во-вторых, что плохого в том, что я хочу, чтобы моя дочь стала успешным человеком, а не… – она на секунду замолчала, подумав, что дальше продолжать не стоит. – А не кем, мама? – подхватила я, не сдержавшись. Разговор уже давно перешел в ссору. – Не владельцем бара или уличным художником? Или кем? Ну же, говори! – Именно, – сурово выдала та и остановилась возле университета. Увидев, что мы приехали, я мигом вылетела из машины, громко хлопнув дверью. – Мин А! – выйдя из машины, окликнула меня мама. – Мы не закончили! – Ты может и нет, а я – закончила, – бросив на прощание, удалилась я. И примерно так всегда. Стандартное совместное утро матери и дочери. Душевно, правда? Проходя мимо компании ребят со сборной команды, я заметила в ней дылду-ЧанЁля и тут же вспомнила о том, что с утра пораньше получила СМС от Сехуна, в которой он написал, что занятие переносится на вторую половину дня, что, к слову, было даже лучше. Забежав в аудиторию за преподавателем, я плюхнулась на свободное место за последней партой возле Со Ён, бросив ей короткое «привет» и, достав из рюкзака «1Q84»*, уставилась в книгу. – Ты чего делаешь? – послышался громкий шепот подруги. – Спрячь, сейчас же! Если Мегера увидит – влетит по самое то. – Что за разговоры на задней парте? – послышался голос преподавательницы, и я недовольно посмотрела на Со Ён, привлёкшую к нам внимание. Лекции по экологии никогда не отличались особым интересом с моей стороны: занудная преподавательница, ненужный предмет, и её ужасный голос мне в этом посодействовали. Слушать о том, какие мы все ужасные, как мы засоряем Землю и не бережем окружающую среду, я могла бы и сидя дома за телевизором в какой-нибудь научной программе. Для этого не обязательно ходить на её лекции. – Мин А, – услышала я голос Со Ён. – Мин А, – поняв, что её проигнорировали повторила та. – Чего тебе? – недовольно оторвавшись от книги, я посмотрела на девушку, на что та ничего не ответила. – Чхве Мин А, – послышался голос позади. – Будьте любезны, повторите, что я только что сказала? – Это… ну… вы говорили о том, что озоновые дыры и… – Достаточно. Озоновые дыры ¬– тема позапрошлого занятия, – вот черт. – А теперь освободите аудиторию. Читать художественную литературу вы можете и в коридоре. И без разрешения декана прошу вас не появляться у меня на лекциях. Нервно выдохнув и поднявшись, я показала спине преподавательнице средний палец, в ответ на что практически все в аудитории засмеялись. – Кто-то хочет последовать за Чхве Мин А? – грозно спросила та и все умолкли. – Тогда продолжим. Покинув кабинет, я осознала, что зачёт у этой женщины получить без проблем мне явно не удастся. Поэтому, решив пока просто не попадаться ей на глаза, я вышла на улицу подышать свежим воздухом и нормально дочитать главу книги. Ведь она прервала меня на самом интересном месте: Аомамэ наконец-то смогла подобраться к Лидеру, встретившись с ним один на один. Задумавшись об этом, я внезапно осознала, что сижу на бетонном полу возле выхода с корпуса, а надо мною стоит какой-то парень. – Прости, – выдал тот, подавая мне руку, – все в порядке? – подняв глаза, я увидела уже знакомое мне лицо парня, который проводил меня домой с вечеринки несколько дней назад. – Бэкхен, ты идешь? – увидев компанию парней возле нас, я поспешила подняться, приняв его помощь, и отряхнулась. – О, миссис «как мама назвала, так и зовут», – удивленно хлопнул в ладоши тот. – Какими судьбами? – Хреновыми, наверное, – потерев ушибленный локоть выдала я. – Вы знакомы? – к нам подошел тот самый дылда-ЧанЁль, посмотрев сначала на друга, потом на меня. – Да, – ответил парень. – Нет, – одновременно с ним выдала я. – Ну, практически, – добавил Бекхен и улыбнулся, а затем выхватил у меня из рук книгу, начав её листать. Немного офигев, я сразу не сообразила, что нужно ее забрать, пытаясь понять, что он вытворяет. – Так ведь, Чхве Мин А? Черт. Точно. Он искал мое имя, и так как книга была подписана, он его нашел. Победно улыбнувшись, он вернул мне её, и, сказав ЧанЁлю что скоро подойдет к ним, отправил парня к остальным ребятам. – Читаешь Мураками? – видимо не осознавая того, что я не намерена вести с ним беседу, спросил он. – Он слишком скучный. – Чего? – искренне удивилась я. – Сам ты скучный! Уверенна, ты ни одной книги не прочитал! – Да, – задумчиво выдал тот, – но я усердно пытался. Пока не уснул за третей главой. И все же, что ты тут делаешь? Ты здесь учишься? – А что, – фыркнула я, – только ты можешь здесь учиться что ли? – Какие мы злые, – наиграно ответил парень. – Просто ты не похожа на студентку. – Ты тоже на умного не очень-то и смахиваешь, но явно пытаешься сейчас таковым выглядеть, – продолжала вести наступление я. – А сейчас, прошу меня извинить, но, – подняв книгу и взмахнув ею, – меня ждет увлекательный и интересный, – я сделала акцент на этом слове, – роман. – Бэкхён, мы идем, – крикнул парню рыжий, и тот мило улыбнулся. – Еще увидимся, Чхве Мин А, – самодовольно бросил тот и отправился к друзьям. – Сомневаюсь, – прошептала я себе под нос и села в тени под деревом, продолжив читать. Мы часто делаем то, чего делать не хотим, чтобы получить то, что нам не нужно. Но задаваясь вопросом: «зачем?» мы все равно ничего не узнаем. Так устроен этот мир и так устроены люди. Прибыв в назначенное Сехуном время в зал, я не спеша переоделась. Время шло, а парня по-прежнему не было, из-за чего я начала было уже нервничать. Терпеть не могу ждать кого-то. Но, спустя двадцать минут дверь зала открылась и он вошел. Выглядел он хорошенько измученным, но по-прежнему полным сил и энергии. Первым делом заставив меня хорошенько размяться и выжав уже на тот момент все соки, он, не жалея голоса, сопровождал мой медленный бег разными высказываниями, за которые хотелось хорошенького его отлупить. Спустя час, он наконец-то закончил издеваться надо мной и, достав из огромной сумки волейбольный мяч, с силой бросил его мне. Словить мне его, конечно, может, и удалось, но отдача оказалась очень даже сильной, от чего я отшатнулась назад. – Бросай мне мяч, – выдал он. – Я хочу посмотреть, как ты подаешь, – не жалея сил, я бросила ему в ответ мяч, но тот полетел немного не в ту сторону, от чего Сехун недовольно помотал головой и разочаровано выдохнул. – Моя бабушка и то лучше бросает. Да что там, будь я слепым и то точнее бы бросил, – промолчав, я продолжила кидать ему мяч, но буквально через несколько подач он остановился и направился ко мне. Подойдя вплотную, он взял мою ладонь, подняв её в воздух, положил в неё мяч, затем обошел меня, и, став сзади, замахнулся моей рукой и бросил его. И почему в этот момент я думала не о траектории полета и технике, а о полуголом парне в моей мастерской? От Сехуна пахло смесью дорогого одеколона и мятного шампуня… – Эй, – окликнул меня парень, непонятно как оказавшись не позади меня, а в другом конце зала. – Бросай еще раз. И я бросила. Прямо в него. Мяч полетел так ровно, словно больше вариантов для полета у него и не было. И на секунду я почувствовала себя не окончательно безнадёжной. Я бросала, бросала, бросала, из последних сил, раз за разом пытаясь доказать и блондину, что я что-то могу. И когда сил уже по сути не осталось, я просто села посреди зала, устало выдохнув и встряхнув обеими руками. – По правде говоря, я думал, что будет хуже, – подойдя, Сехун протянул мне руку, помогая встать. Официально объявляю это день днем протянутой руки! В ответ я довольно улыбнулась. – Чего улыбаешься? Ты по-прежнему ничего не умеешь. Не вижу повода для радости. – Просто, – поднялась я, посмотрев на парня сверху вниз, – настроение хорошее. На сегодня все? Я пойду? – он положительно кивнул головой, поправив челку. – Эй, Лузер, – окликнул меня парень у двери и я обернулась на его голос. – Хорошо поработала.