Скользкий путь

Милдрит проснулась от стука в дверь. То был гонец от Лидсвальда, он доложил, что у границ с Видландом, из-за нападений воинов Агиланда, осталось меньше его людей, чем он думал. Собрать получится около полутора тысяч воинов со всей территории Ливланда. Правительница быстро очнулась ото сна, сомнения насчёт нападения всё глубже закрадывались в её душу. Вершить месть ценой жизни большинства воинов своей страны было бы кощунственно, да и добраться до Галена в этом случае было почти невозможно. Милдрит отпустила гонца, и наказала слугам накормить его. Сама же она переоделась и, приведя себя в порядок, спустилась вниз, где уже ждал её Роллеф. - Доброго утра правительнице Ливланда, - молвил он. - И тебе доброго утра, - тихо ответила дева. Она была рада видеть друга рядом, ибо отчаянно нуждалась в поддержке. Роллеф это чувствовал, поэтому, взяв её за руку, отвел к окну, за которым всё ещё царила пасмурная погода. - Я хочу, чтобы ты снова стала Бьятрдис, и солнце играло в твоих волосах. Поехали со мной в Видланд, мы сыграем свадьбу, как хотел твой отец. Ты и твой народ будут под защитой. Ведь безрассудно отправлять своих людей на погибель так далеко от дома, - мягко, но в то же время настойчиво говорил молодой человек. - Да, ты наверно прав, - задумчиво сказала она. Светловолосый парень приобнял её, чувствуя, как девушка обмякает в его руках. - Я сегодня же отправлю гонца отцу, чтобы он начал готовить всё к нашей свадьбе, - прошептал он ей на ухо, чтобы сомнения покинули её. В ответ дева лишь чуть кивнула головой и уткнулась в его плечо. Казалось, всё было решено. Они спокойно позавтракали, то и дело заглядывая друг другу в глаза. Милдрит слишком устала от горя, забот и проблем, она бессознательно перекладывала ответственность на другого человека, и решила доверить ему свою жизнь и свои земли. Гонцом, которого отправляли в Видланд, был Индриди. Услышав новости, которые ему предстоит передать, он с недоверием посмотрел на Роллефа. Тот сразу же снисходительно улыбнулся и начал говорить. - Индриди, лучший гонец Ливланда, согласись хорошая весть для наших народов. Границы наших земель всегда были открыты для наших народов, а теперь и вовсе сотрутся. Совместными усилиями мы одолеем кого угодно, - уверенно сказал он. - Мы ведь всё ещё собираемся напасть на Агиланд, дабы свершить месть над Галеном? – тут же спросил гонец, глядя на Милдрит. Девушка отвела взгляд от глаз своего подданного и не проронила ни слова. Он сам всё понял и быстро ушёл прочь. В мыслях правительницы снова появились сомнения. Она обещала своему народу месть, и жители Ливланда откликнулись на её зов. Конечно, теперь она конунг, и если всё объяснить, приводя разумные доводы, то народ с ней согласится и простит первую пылкую речь. Но сможет ли она простить себя? Роллеф говорил своей невесте что-то о свадьбе, но она пропускала всё мимо ушей, прогружённая в свои мысли. Отвлек её только громкий стук в дверь, и незамедлительно появившийся после этого Лидсвальд. Было видно, что он только что вернулся с пути, его одежда была в дорожной пыли, воин выглядел устало и замотано, но глаза его сияли твёрдой решимостью, а выражение лица было сурово. Милдрит испугалась его, как когда-то в детстве, ведь раньше натворив что-нибудь, она убегала, но Лидсвальд всегда её находил и пронизывал взглядом зелёных глаз. И теперь девушка почувствовала свою вину и слабость, которая была непозволительна для конунга Ливланда. - Наши войска соберутся в течении недели, на их подготовку и вооружение потребуется ещё хотя бы три дня, поэтому через десять дней мы сможем выступить, - испытующе глядя на молодую деву, сказал мужчина. - Десять дней? – задумчиво спросила Милдрит. – Зима начнётся совсем скоро, а на севере начнётся долгая ночь, и с ней придёт ледяная стужа. - Я могу попробовать организовать всё быстрее, но не меньше чем за неделю, - ответил Лидсвальд, не отводя глаз. Он пытался понять увиливает она от похода или действительно желает быстрее выдвинуться. - Я не уверена, что нам стоит идти на Агиланд сейчас, - не выдержав взгляда воина, ответила девушка. – Роллеф, пожалуйста, оставь нас ненадолго, - как можно мягче попросила она. Наследник Видланда не хотел уходить, но смерив взглядом сурового мужчину, улыбнулся невесте и покинул зал. - А теперь расскажи, что здесь произошло, пока я день и ночь объезжал твои владения и собирал воинов, которые загорелись идеей пойти на злейшего врага, - резким тоном потребовал предводитель войск. - У нас мало воинов, и они не так безумны и отчаяны в сражении, как люди Галена, которые не ведают страха и яростно убивают всё на своём пути, - с холодным спокойствием держала ответ Милдрит. - Поэтому ты решила забыть о своих словах, выйти замуж за сладкоголосого парня, отдав ему и его отцу наши земли, и спрятаться от ответственности за их спинами? – с насмешкой вопрошал воин. - А ты хочешь отправить наших людей на погибель в ледяные земли? – задала в ответ вопрос она. - Я хочу отомстить за твоего отца и брата, и за всех тех, кто погиб, сражаясь за Ливланд. Хочу защитить крестьян, детей и женщин, от набегов, которые будут продолжатся, пока Гален не вырежет весь наш народ, - с жаром ответил Лидсвальд. – Я знаю, какие потери мы можем понести, но это единственный вариант для будущего наших земель. Я сам готов отдать жизнь за это, и все наши воины готовы, иначе бы никто на это пошёл. - Неужто объединение с Видландом нам не поможет отбить атаки воинов Агиланда? – с горечью спросила девушка. - Земли Видланда давно находятся под гнётом набегов. Армия отца Роллефа, Хьяльве, никуда не годна, и люди Галена могут свободно ходить по их землям. К лету правителем Видланда будет уже владыка Агиланда, ручаюсь головой, - серьёзно сказал он. - Значит через неделю мы будем выступать, - глубоко вздохнув, молвила дева. – Индриди уже уехал? - Да, но едет он медленно, чтобы его можно было догнать и остановить, он не верил, что ты так просто откажешься от своего народа, - чуть улыбнувшись ответил Лидсвальд. - Так отправь кого-нибудь, чтобы остановить его, - тут же приказала она. - Да будет так, конунг Милдрит, - кивнул воин и ушёл. Девушка вздохнула, понимая, что ей придётся объяснить Роллефу своё решение. Свадьба откладывается на неопределённый срок, да и самой помолвки не будет. Но сложнее всего будет отстоять своё решение, чтобы он как прежде не переубедил её. - О чём вы говорили? – раздался мягкий голос парня за спиной девы. - Мы… - осеклась Милдрит, не зная с чего начать. – Мы обсудили положение моих земель и войск, и я решила, что всё же будет лучше напасть на Агиланд. Мы с тобой не сможем сейчас пожениться и даже обручиться, - уже твёрдо сказала она. - Ты приняла решение или Лидсвальд? Он воин, ему всегда хочется кровавых битв и воинской славы, он всегда будет их искать. Зачем же тебе это, ведь твои люди будут страдать, и ты сама будешь себя проклинать за это решение, - качая головой, говорил Роллеф. - Мои люди будут страдать больше, если Ливланд окажется под гнётом Галена, и если промедлить, то я обреку их на это, и меня будут проклинать все, - избавляясь от сомнений, молвила правительница. - Ты уверена, что будет так? Твой предводитель армии может сказать всё что угодно, но сама посуди, он не смог остановить даже тот отряд, что убил твоего отца и брата, - настаивал он. - Мой отец боялся пойти в атаку на Агиланд, и это стало роковой ошибкой. Я не буду поступать также, - заявила Милдрит и резко пошла наверх к себе в комнату. Поднявшись в свои покои, она села на кровать и закрыла лицо руками. Правительница знала, что нельзя метаться от одного решения к другому, и чувствовала, что нанесла Роллефу сильную обиду. Любила ли она его? Милдрит уже несколько лет не могла ответить на этот вопрос. Она привыкла к нему, и ей нравилось проводить время с молодым человеком, но когда он уезжал домой, не было гнетущей тоски и жизни в ожидании встречи. Никогда дочь конунга не говорила об этом ни с отцом, ни с братом. Лишь во время последней встречи, Фастхейд спросил её, действительно ли хочет она замуж за наследника Видланда. Её брат настороженно относился к Роллефу и не доверял ему, хотя они поддерживали приятельские отношения. Адальрик считал, что сын конунга Видланда идеальная пара для его дочери, и никогда не думал об иных вариантах. Поэтому Милдрит давно перестала думать о каком-либо выборе, твердо знав, что выйдет замуж только за одного человека. Так она и ответила брату на его вопрос. Сейчас же когда не стало ни брата, ни отца, всё резко изменилось и будущее стало смутным. Теперь она конунг Ливланда и собирается пойти войной на Агиланд, вершить месть над Галеном и дальше править своими владениями. Милдрит получила власть, которой не желала, но понимала, что если бы поддалась своей слабости и отдала Ливланд в руки Роллефа сейчас, это стало бы непоправимой ошибкой. Сможет ли Роллеф простить ей отказ – неизвестно. Прояснилось лишь одно – через неделю армия Ливланда выдвинется на север.