Женские архетипы в манге "Берсерк".

      Было бы несправедливо рассматривать героинь «Берсерка» только как спутниц главных героев. Благо, женские характеры у Миуры разные и интересные. К сожалению, исследуя героинь как архетипы, я взяла самых ярких, тех, что можно противопоставить друг другу. Поэтому упустила таких героинь, как Люку, Ивареллу, а других упомянула в контексте «образа Матери» в «Берсерке».       Итак, теперь давайте рассмотрим пары героинь, как: 1. Принадлежащих миру людей. 2. Стоящих между миром людей и сверхъестественного. 3. Сверх-женщин, уже не людей вовсе. И здесь, в отличие от симметричной системы первой части, нас ждёт очень интересное нарушение структуры, но давайте по порядку. 1. Женщины из мира людей (Фарнеза – Шарлотта).       Да, при втором подходе они оказались в одной паре. Обе – обычные, по рождению, девушки, которые могли жить и в реальном Средневековье, никак не пересекавшиеся с ирреальным до Затмения. Обе – лощеные аристократки, но если Шарлотта – идеализированный вариант, то Фарнеза – наоборот, средоточие худшего. Принцесса добра, мила, заботлива, целомудренна, просто мечта постсоветского интеллигента-монархиста. Ди Вандимион – словно сошла с большевистской агитки: надменная, капризная фанатичка, изводящая слуг, и замаранная кровью людей.       Вроде бы, здесь инверсия: на стороне Гаттса – тёмная, дурная женщина, а с Гриффитом же – сама доброта и приязнь. Может, они демонстрируют изнанку натуры Соколов, и Гаттс – всё же беспринципный мститель, а Гриффит – свою награду заслужил?       Но образы Фарнезы и Шарлотты в динамике опровергают это, олицетворяя разделение мировоззрения людей: одни, как священник и жители деревни Енох (кстати, имя ветхозаветного пророка), столкнувшись с тьмой, начинают думать, сравнивать и искать источник защиты, молясь и заглядывая в своё сердце.       Другие же с радостью падают ниц перед тем, кто помашет перед ними белыми перьями, и делают всё, как он скажет, закрыв глаза на армию демонов, которые ещё вчера жрали и мучили всех вокруг, подобно жителям Фальконии во главе с Понтификом, слишком напоминая овец перед закланием.       Из противопоставления Фарнезы и Шарлотты можно извлечь мысль, что лучше подниматься со дна падения, через поиски и битвы возрастая над собой, чем плыть по течению, потому что во втором случае ты отдаешь свою волю, этот дар Божий, и ответственность за свою душу другому. А ведь под белыми крыльями нео-Гриффита – чёрные крылья Фемто. 2. Стоящие между мирами (Шилке – Соня).       Эти юные барышни остались вместе. В принципе, основное о них я написала в первой части: две человеческие девочки, получившие сверхсилу и теперь помогающие покровителям. На обеих большая ответственность: Шилке в команде Гаттса отвечает за волшебство, за обучение Фарнезы, за защиту рассудка Гаттса от влияния доспеха. Соня – пророчица Нового мира, который строит Гриффит. Они – проводники волшебного в мир обычных людей. Что будет с их хрупкими плечами? Надеюсь, скоро узнаем. 3. Сверх-женщины (Флора – Слэн).       Вот мы и подошли к самому интересному. Волшебница Святого леса, Флора не появилась в первой части, потому что её роль в мире «Берсерка» выше, чем помощница Гаттса. Она – самый могущественный представитель Светлых сил в «Берсерке». Флора – давний друг Рыцаря-Черепа, владычица волшебного леса, хранитель древних артефактов и памяти о минувших днях. Ближайший к ней образ в популярной фэнтези – это, конечно, классическая Галадриэль: свет Древнего мира, хранительница и одаривательница героев.       Со стороны Руки сверх-женщиной является Слэн. Как и Флора, она когда-то была человеком, но с тех пор минули века, а эти женщины стали легендами.       И тут Кэнтаро Миура, большой любитель и умелец шокировать читателей, тем не менее, рисует два архетипичнейших полярных образа. Мудрая, светлая, добродетельная пожилая женщина противопоставляется демонице-суккубу, которую Рыцарь-Череп недвусмысленно называет «блудницей преисподней». По силе Флора и Слэн равны: Гаттс не смог толком ранить пришедшую за ним Слэн, а банда Грюнбельда, посланная Гриффитом за головой Флоры, смогла сжечь только её физическое тело, да еще и с «разрешения» хозяйки. Да, кстати, если Гриффит с точки зрения некоторых такой «неоднозначный», то зачем ему голова мирной лесной целительницы?       И недаром Флора и Слэн появляются перед Гаттсом в соседних главах: так мутный мистический мир «Берсерка» всё же разграничивается на вольных последователей Света и прислужников Тьмы. Гаттс, парень умный и задумывающийся, до встречи с Флорой регулярно орал, что «вынесет и ангелов, и демонов», чтобы добраться до Фемто. В Клипоте же, он прямо говорит Черепу, что ранил «чудовище, назвавшее себя ангелом». Неразборчивость Гриффита, которому «всё одно и то же» сделала его монстром, а Гаттс, как и его «младшая сестра» Фарнеза, ищет и чувствует Истину.       После сожжения своего дома, потерявшая человеческое тело Флора является Шилке. И мы явно видим, что есть, есть в этом мире Благие силы, не связанные с «бехеритовой бандой» и Рукой. Флора приходит прекрасной девой, сотканной из языков светлого пламени, которое оказывается непробиваемым для полудракона Грюнбельда. Её чистый, сияющий облик не имеет ничего общего с грубым соблазном Слэн; Флора превращается в ангела Светлого пламени, даруя героям надежду… Но, Флора, явив Небесную красоту, покидает наш тварный мир людей. Светлая сторона теряет свою сверх-женщину, аниму. Вроде бы, перевешивают демоны, но у нас еще есть…