Истинный Тёмный

Двадцать лет назад — Белль! – Уилл прижал любимую к груди, закрывая собой. Девушка вскрикнула, а парень зажмурил глаза в ожидании неминуемого. Но шар не успел коснуться широкой спины, так как старик закрыл молодую пару собой, выкрикнув перед этим непонятное для всех слово. Магический свет окутал всех троих, а яркая вспышка ослепила окружающих, после чего троица исчезла, оставив после себя лишь пустое место, освещенное светом луны. Уилл открыл глаза и обнаружил, что лежит на траве посреди густого и высокого леса. Поморщив нос от тупой боли в левом плече, мужчина покрутил головой влево и вправо, но из-за высокой травы ничего не увидел. Приподнявшись на локти, он снова осмотрелся по сторонам, его взгляд сразу же пал на лежавшую неподалёку темноволосую девушку. — Белль! – воскликнул он, вскакивая на ноги. — Эй… - мужчина присел на колени и аккуратно перевернул её на спину. — Чёрт… — Уилл… - прохрипела Белль, чувствую жгучую боль где-то под рёбрами слева, словно бы раскалённый металл коснулся кожи и прожёг её насквозь. Тело не слушалось, не желая двигать ни руками, ни ногами, а веки всё время норовили закрыться. — Тише-тише, всё хорошо… - Уилл оторвал от своей рубашки кусок ткани и приложил к левому боку девушки, где сквозь белое платье проступило обширное тёмно-красное пятно крови. — Всё в порядке. — Там… - снова прохрипела Белль и дрожащей рукой указала куда-то вправо. Где-то в пяти метрах от неё лежал ученик Чародея, судя по всему – без сознания. — Сейчас, - сказал Уилл и приложил к ране на боку девушки её же ладонь, — подержи здесь. Оказавшись подле старика, Валет потряс того за плечи. Никакой реакции не последовало, Уилл успел заметить, что по правому виску волшебника стекает тонкая струйка крови. Задумчиво почесав затылок, он похлопал старика по щекам, ожидая хоть какой-то реакции, после чего снова потряс за плечи. Белль в это время почувствовала, как неприятный лёгкий холодок касается её ног и потихоньку пробирается выше, к самому сердцу. Веки тяжелеют, а тело с каждой секундой слабеет и отказывается выполнять приказы мозга. На душе то тревожно, то спокойно, а в голове проскальзывают последние воспоминания, на которых умирает Румпель и пробуждается то чудовище, которое, возможно, уже разрушило половину Сторибрука. Она не знает, куда их занесло и почему с каждой секундой её сердце бьётся всё слабее и слабее, но зато почему-то уверенна в том, что здесь они в безопасности. Что этот мир чист и ещё не познал ту тьму, которая пробудилась в Сторибруке. Через минуты две возле неё снова оказался Уилл, взяв тонкую кисть в свою ладонь и взглянув вправо. Рядом с ним присел ученик Чародея, выглядевший не лучшим образом. В руках последнего находилась волшебная палочка, кончик которой он приложил к ране на боку девушки и что-то прошептал. Белль почувствовала холод у самого сердца и едва заметно улыбнулась, в последний раз взглянув на Уилла перед тем, как закрыть глаза и провалиться в бесконечную тьму, окутавшую её со всех сторон вместе с пронзающим душу холодом. — Она не дышит! – воскликнул Уилл и приложил ухо к груди девушки. — Её сердце остановилось! — Уже поздно, - устало выдохнул старик, с печалью в глазах взирая на Белль. — Магия Тёмного возросла в два раза, как только тьма освободилась от человека, сдерживающего её. — Нет! – снова воскликнул Уилл, крепче сжимая всё ещё тёплую кисть девушки. — Она не может умереть. Сделай что-нибудь! — Я не могу… - поникшим голосом сказал старик. — Но… - Уилл снова приложил ухо к груди девушки, словно бы надеясь, что её сердце чудным образом забьётся вновь, но всё тщетно. Старик взглянул на волшебную палочку у себя в руках и закашлял, приложив ладонь к губам. Во рту почувствовался неприятный привкус металла. Взглянув на свою ладонь, он тяжко вздохнул и сказал: — Нет…кое-что я всё же могу… Уилл поднял на него полный надежды взгляд и спросил: — И что же? Старик помедлил, обдумывая своё решение, после чего устало прикрыл глаза и сказал: — Отдать ей остаток своей жизни. — Что… — Я и так уже умираю, поэтому слушай и не перебивай. Не мешай мне и не произноси ни слова, когда я буду выговаривать нужные заклинания. Когда же я закончу, заберёшь у меня палочку моего наставника и отдашь её ей, - он указал на Белль. — Она проживёт ещё долгие годы, - его взгляд пробежался по умиротворённому лицу девушки. — И пусть хранит этот предмет в надёжном от чужих глаз месте. Старик снова вытянув перед собой волшебную палочку, не дав Уиллу и слова сказать, после чего заговорив на латыни. Не понимая, что происходит, Уилл нервно сглотнул и, не отпуская руки Белль, замер в ожидании. Кончик волшебной палочки загорелся ярким жёлтым светом, после чего из него вышел чёрный дым и проник в грудь волшебника. Старик болезненно поморщился и продолжил говорить какие-то непонятные слова. Уиллу же что-то подсказывало, что ничего хорошего сейчас не произойдёт.... Коснувшись кончиком палочки груди Белль, старик сказал последнее слово и с болезненным хрипом завалился на бок. — Эй! – Уилл обеспокоенно взглянул на Белль, которая продолжила лежать без движения, после чего перевёл взгляд на старика, который теперь тоже не двигался. Возле груди последнего засветился яркий жёлтый огонёк, который плавно, словно бы по волнам, подлетел к груди девушки и исчез у самого её сердца. Спустя пару секунд, которые тянулись для Уилла часами, Белль громко вдохнула свежий лесной воздух и открыла глаза. — Белль… — Уилл?

***

Спустя три недели, Камелот — Артур? – Мерлин в ужасе распахнул глаза, в которых за одну только секунду промелькнули грусть, разочарование, предательство и неминуемая смерть. — Величайший волшебник всех времён… - хмыкнул король, любуясь картиной перед собой, — …наконец-то умер, господа! – и звонко засмеялся, разводя руки в разные стороны, словно бы перед публикой. Хотя в зале Круглого стола никого-то и не было, перед кем можно было устраивать такой спектакль. Тёмный хищно улыбнулся, стоя в плотную к Светлому Волшебнику и наслаждаясь тем, как перед ним постепенно угасает очередная человеческая жизнь. Впрочем, эта жизнь была не такая уж и простая, как остальные в этом мире, по крайней мере, до тех пор, пока не начала умирать несколько минут назад. Кровь медленно стекала по лезвию золотистого кинжала на рукоять, а после и на руки самого тёмного и жестокого существа в мире. Сгустки магии парили в воздухе, смешивая белое и чёрное воедино. Тьма росла с невероятной скоростью, становилась гуще, мощнее, опаснее, поглощала свет и подчиняла его себе. Некому было всё это остановить, а кто мог – стоял в стороне и любовался, на его лице то и дело мелькала довольная ухмылка. За пределами замка всё шло своим чередом: кто продавал, а кто покупал, кто нёс домой воду, а кто отдыхал в стоге сена, жуя во рту сухую травинку. Никто даже и не подозревал, что происходило в замке короля. Мерлин медленно оседал на колени, хватаясь ослабевшими пальцами за плечи того, кто вонзил в его сердце бывший Экскалибур. В чёрных дырах вместо глаз заплясали демоны, отмечая столь лёгкую и величайшую победу над светлой магией, а тонкие губы растянулись в сумасшедшем оскале, прошептав умирающему: — Друзья – это верная смерть, - и засмеялся тихим и хриплым смехом. Мерлин упал на колени и в последний раз взглянул на Артура, который продолжал хищно улыбаться, стоя в стороне и совершенно ничего не предпринимая для того, чтобы спасти…а друга ли? Он снова ошибся, снова доверился человеку и тот его предал, обманул и, в конце концов, убил. Заключил сделку с Дьяволом... — Это превосходно! – прохрипел Тёмный, вытащив кинжал из груди Мерлина. Волшебник рухнул на бок, сделал последний тяжкий вздох и закрыл глаза. Вся его магия постепенно перешла к его убийце, меняя свой цвет и насыщая Тёмного новой порцией силы и величайшего могущества. Артур наблюдал за всем этим со стороны, он не испытывал страха, не боялся того, что сделает Тёмный, владея всей той мощью, которую заполучил мгновение назад. В его глазах читалось полное спокойствие и малость скрываемой радости от собственной победы. А ведь Тёмный ещё даже не подозревал, что заключил сделку со вторым таким же хитрым и ужасным существом, как он сам. Все допускают ошибки, но не все умеют их исправлять. Как только тьма полностью поглотила свет, тем самым вызывая у Тёмного истерических смех на грани безумия, Артур сделал пару шагов вперёд и громко сказал: — А теперь отдай мне оба кинжала! В зале сразу же наступила тишина, словно бы стены вмиг впитали в себя весь звук и лишний шум. Из-за широких окон снова послышались тихие и привычные голоса города, находящегося внизу, а слабое пение птиц заставила Артура тепло улыбнуться, наблюдая за реакцией Тёмного на его слова. — Что..? – хрипло переспросил тот, медленно развернувшись к королю Камелота. — Что ты сказал? — Я сказал, сейчас же отдай мне кинжалы! – без страха повторил Артур, любуясь выражением лица стоящего перед ним существа. Тёмный в удивлении приподнял брови и медленно растянул губы в хищном оскале. — С чего бы мне это делать? – терпеливо спросил он, явно не желая убивать этого жалкого и наглого человека слишком быстро. Интерес брал вверх, тем более тогда, когда крошечный смертный без страха в глазах осмеливается отдавать ему приказы. — Понял! – хихикнул маг, заулыбавшись во все свои кривые и жёлтые зубы. Сделав небрежный жест рукой, он исчез в чёрном дыму и возник прямо за спиной короля. — Вздумал шутить со мной? – прозвучал тихий шепот за спиной Артура. — И тебя даже не напугало всё то, что ты увидел? – шепот снова перешел в звонкое хихиканье. Когтистая и слегка позеленевшая рука опустилась на правое плечо человека, а лицо мага покрылось мимическими морщинами от безумной и довольной ухмылки. — Смелый человек, но… — Отдай мне кинжалы!!! – громко прокричал Артур с нотками раздражения в голосе. Тёмный брезгливо поморщился и сделал шаг назад. Он театрально завертел перед собой руками, намереваясь сказать какую-то колкость перед тем, как вырвать сердце в край обнаглевшего человека, но в мгновение вдруг резко замер и потянулся за кинжалами. — Что за…?! – глаза распахнулись в ужасе от происходящего, а зубы чуть ли не заскрипели от злости. Тело перестало его слушать, а руки сами протянули оба кинжала Артуру. По телу прошлась волна ненависти и раздражения, нижняя челюсть задрожала от неминуемости происходящего, а из носа, казалось, сейчас хлынет пар, словно бы у обезумевшего быка. — Как? – всё тело окутало невидимой ниткой, заставляющей делать совсем не то, чего бы хотела тьма, живущая внутри. Артур довольно улыбнулся и забрал кинжалы. В его руках наконец-то оказалась безграничная власть и сила, которые он так давно мечтал заполучить. А видя, как на виске Тёмного пульсирует синяя жилка, намереваясь в скором времени лопнуть, он не мог сдержать довольной и широкой улыбки от первой в его жизни настоящей стоящей всего его существования победы. — Знаешь… - спокойно заговорил Артур, крутя перед носом Тёмного золотистый кинжал, — …а ведь я боялся, что ты всё же перечитаешь тот контракт… Маг со злостью сжал кулаки и не успел ничего сказать в ответ, так как острие бывшего Экскалибура вошло ему прямо в сердце, обездвижив всё тело и накрыв с ног до головы давно забытой острой болью…

***

Сейчас — Хмм…мама неверное пошла за овощами… Как только Генри помог Бену перелить воду в большую деревянную бочку, они вдвоем зашли внутрь двухэтажной хижинки с соломенной крышей, внутри которой находилось слишком много оружия, для обычного жилого дома. На стенах висели боевые мечи с разнообразными рукоятями: под одну или две руки. В одном из углов стояла бочка с деревянными мечами, в другом – валялись целые, потёртые и даже расколотые надвое щиты. У стены, подле камина, над двумя маленькими блестящими сундучками возвышались потёртые старые рыцарские доспехи. Подле одного из окон, на стене, были прикреплены два топора, с вызолоченными обухами, а на одном из стульев, что стояли у деревянного стола, на спинке весел красный плащ с коротким мехом на воротнике. Генри, ступив за порог и сразу сняв капюшон, с особым любопытством начал рассматривать всё и вся. Взгляд перемещался с одного предмета на другой, не зная, на каком остановиться. Пусть даже оружием он не увлекался, но такое количество разнообразных мечей и топоров - маленьких, больших, с прямыми и изогнутыми клинками - не могли не привлекать чужих взглядов. И помимо всего этого добра в помещении находилось обыкновенное и неприметное деревянное кресло-качалка, за которым расположились четыре огромных шкафа с книгами. — Руками ничего не трогать, - строго сказал Бен. — Я сейчас вернусь, - он поднял по тоненькой лесенке и скрылся в небольшом люке, ведущем на второй этаж.

***

Робин и Реджина ходили за Белль около получаса, пока та рассказывал, где что находится и о правилах, которые нужно соблюдать всем жителям их небольшого поселения. Рассматривая всё и вся, они, молча, слушали и запоминали, пока Белль не остановилась и не хлопнула себя по лбу. — Совсем забыла, - сказал она. — Сын меня наверное уже заждался. Реджина и Робин ещё раз удивлённо переглянулись. Сын? – проскользнуло у них в мыслях. — Сегодня я обещала ему приготовить свой фирменный суп, - на её губах растянулась тёплая улыбка. — Он его так любит, - она заглянула тряпочную сумку, висящую у неё на плече, и отрицательно покачала головой. — Ну вот, про морковку-то я совсем забыла, - после чего подняла свой взгляд на парочку перед собой и спросила: — У вас не найдётся случаем морковки? Не хочу возвращаться. Реджина отрицательно покачала головой, подумав, что Белль совсем не изменилась. В голове всё ещё крутился вопрос, помнит ли она о своей жизни до всего этого? И как бы это узнать? Друг она им или враг? — Да, - не сразу ответил Робин, начиная рыться в сумке, в которую помимо хлеба успел сунуть ещё и парочку овощей. — Вот. — Спасибо, - улыбнулась Белль. — Может, зайдёте к нам на обед? А после – продолжим экскурсию… — С удовольствием, - сразу же согласилась Реджина, обрадовавшись шансу остаться с Белль в закрытом помещении. Сейчас вокруг них было слишком много народу, из-за которого она не могла позволить себе сказать ничего лишнего. А Белль, судя по всему, жила здесь уже не один год, раз успела обзавестись домом и…сыном…. У них появилась возможность разузнать что-то новое от знакомого им лица, но не без мер предосторожности. Была вероятность, что это не Белль. Кто знает, что ещё этакое творилось в этом мире.

***

— Mutare*. Румпельштильцхен с любопытством и тревогой уставился на своего двойника, который осыпал Эмму светло-зелённым порошком и заговорил: — Твои друзья погибли в лагере мятежников, их убил Джон… Удивлённо распахнув глаза, Румпель хотел было вмешаться, спросить, что тот делает, но, поймав на себе хмурый взгляд, сразу же передумал. Без лишних вопросов, - снова прозвучал в его голове чужой и злой голос. По туннелю они прошлись молча. Голд шёл впереди, неся перед собой факел, а Румпель едва за ним поспевал, пытаясь, как можно аккуратнее тащить за собой носилки, на которых лежала Эмма. Было не тяжело, носилки левитировали над землёй, но с повреждённой ногой и с палкой в одной руке продвигаться по узкому тоннелю, и поспевать за Голдом, было не так уж и просто. — …даже Генри, - Голд самодовольно хмыкнул, слегка задумавшись, после чего продолжил: — Ты ничего не могла сделать, поэтому оставалось только бежать, ради себя, рады погибших и ради выживших… - закончил он и убрал мешочек с зелёной ленточкой обратно за пазуху. В это время в голову Румпеля пришло осознание того, что Реджина, возможно, всё же была права. Голд действительно мог убить Крюка и исправить всем воспоминания, как вот сейчас делал с Эммой. Иначе его слова Румпельштильцхен понять не мог. — З-зачем...? Голд поправил полы плаща, присел на пень подле Эммы и скучающим взглядом посмотрел на своего двойника. — Зачем ты это делаешь? – всё же отважился спросить Румпель. — Зачем? – хмыкнул тот, слегка покривив губами. — С чего бы мне это тебе рассказывать? Мои планы тебя не касаются, - достав из сумки флягу с водой, он сделал парочку небольших глотков и добавил: — Лучше заткнись и разведи огонь. — Н-но ведь мы ещё слишком близко к лагерю, - Румпель обеспокоено осмотрелся по сторонам. — Нас могут заметить. — И заметят, - хмыкнул Голд. Румпельштильцхен промолчал, не решаясь спросить. Зачем же тогда это делать? Он запутался ещё больше и совсем потерял ту тонкую и длинную ниточку, ведущую в сторону понимания этого странного и опасного человека. — Разводи огонь и пойдём дальше! – сказал Голд. — Не понимаю… — А тебе и не нужно. Просто делай то, что говорю!

***

— Вот здесь я и живу, - с улыбкой сказала Белль, указав на небольшую двухэтажную хижину. — Заходите, я вас сразу же познакомлю со своим сыном. Реджина и Робин прошлись за женщиной внутрь дома. Как только дверь за их спинами закрылась, Реджина сняла с себя и любимого чужую внешность, и устало выдохнула. Использовать светлую магию оказалось делом не из лёгких, забирающим много сил и энергии. В голову даже пришло понимание того, насколько тяжко было Эмме, когда они сражались с рыцарями на берегу речки или теми жуткими волками в лесу. — Бен? – негромко прокричала Белль. Генри резко обернулся на чужой голос, испуганно бросив на полку книжку, которую листал в руках последние пару минут. — Бабушка-Белль? – удивлённо воскликнул он, сразу же узнав знакомое лицо. — Что? – не менее поражено переспросила та, взирая на чужого человека в своём доме. — Мама? – Генри перевёл взгляд на Реджину и Робина. Белль обернулась и испуганно отшагнула назад. — Генри? – встревожено переспросила Реджина, запутавшись во всём происходящем подобно мухе в паутине хищника. — Что ты здесь делаешь? Робин же решил молча удивиться, после чего в помещении повисла неловкая пауза, во время которой все пялились друг на друга так, словно бы видели перед собой что-то паранормальное и непонятное. Глаза Белль, казалось, грозились повылазить из глазниц. Генри же метал взгляд то на маму-Реджину с Робином, то на бабушку-Белль, пропавшую год назад вместе с Уиллом и учеником Волшебника. Вся эта неловкая и недолгая пауза была прервана спустившимся со второго этажа Беном, который заставил всех обратить своё внимание на себя. — У нас ещё гости?

***

— Это невероятно! – радостно воскликнула Белль, разливая всем сок с глиняного кувшина. Её радости не было придела, ведь она уже и не надеялась увидеть людей, которые сейчас сидели за столом её дома. А она, в отличии от Генри, Реджины и Робина, не видела их добрые двадцать лет, когда они её – всего лишь год. — Всё что вы рассказали это просто удивительно! — Твой рассказ не менее удивительный, - сказал Робин, сделав пару глотков вкусного и свежего яблочного сока. — А так же скучный и… — …печальный, - перебил Белль Генри, думая над тем, что будет, когда Белль встретится с Голдом…или Румпельштильцхеном…или сразу с двумя. Как она отреагирует на них? И почему мама-Реджина решила умолчать о них…? Быть может, бабушка-Белль расстроится, если узнает, что мистер Голд и мистер Румпельштильцхен находятся совсем близко? Эти мысли не давали Генри покоя, но спросить он не осмеливался, так как боялся расстроить и так много чего пережившую женщину. — А что случилось…с Румпелем? – сама спросила Белль, с надеждой уставившись в глаза Реджины. Брюнетка же ответила ей полуправдой, что тот исчез, и они с того времени до сих пор его не видели. Как ей казалось, Белль незачем было знать, что тот путешествует вместе с ними. Как они только не встретились за всё то время, что здесь прожили – загадка. В общем, Белль она тоже не доверяла, как и всем другим в этом чёртовом месте. Кто знает, какую роль та играет в этом лагере, и насколько изменилась за те двадцать лет, которые прожила здесь. Реджина вообще не привыкла кому-либо доверять, тем более в том состоянии, котором находилась последнее несколько дней: раздражение и злость. — Жаль Уилла, - тихо добавил Робин. Белль много чего им рассказала, но так же, как и Реджина, много о чём умолчала. За всё то время, которое они не виделись столько воды пролилось, поэтому никому не хотелось погружаться в прошлое слишком глубоко. — Так вы все из того мира, что и моя мама? – спросил Бен, не совсем понимая, кто такие все эти люди, сидящие за столом вместе с ним и его матерью. — Оставим эту тему на потом, - вмешалась Реджина. Ей не было интересно, как именно умер Валет, и как Белль умудрилась выжить в этом опасном мире сама, не считая сына. — Ты пробовала вернуться в Сторибрук? — Нет, - сразу же ответила Белль. Реджина удивлённо приподняла брови и решила не тратить время на расспросы. Всё что они могли узнать в этом доме, уже узнали, и задерживаться в гостях было ни к чему. И так уже слишком долго засиделись. Главной целью оставалось – вернуться домой, с Белль или без неё – не важно. — Мы уходим, - сказала она, поднимаясь из-за стола. — Что? Так скоро? – удивился Генри. — К чему такая спешка? – спросил Робин, желая ещё немного послушать историю Белль. — Я не собираюсь торчать в этой дыре до скончания дней! – проворчала Реджина. — Нужно забрать Свон и покинуть этот чёртов лагерь, пока есть время! — Это будет непросто, - спокойно добавил Бен, не испытывая ни радости ни грусти от того, что старые друзья мамы уже совсем скоро уйдут. — Что ты имеешь ввиду? – обеспокоено спросил Робин. Реджина сразу же вспомнила, как Голд однажды упомянул при ней о какой-то магической защите лагеря. Если причина была именно в этом, то Голд что-нибудь да придумает. А если и нет, то Реджина заставит его поднапрячь свои гениальные извилины, благодаря которым тот всегда и везде и выкручивался из разнообразных ситуаций. — Если вы и есть те самые чужаки, которых разыскивает Джон, - заговорила Белль, — то мне очень жаль… Реджина взглянула на Белль раздраженным и полным не понимая взглядом. — Да кто на самом деле такой этот Джон? — Он тот, кто построил этот лагерь, - ответила Белль. — Он всем здесь заправляет. — Мы это уже поняли, - пробурчала брюнетка. — И люди идут за ним? – спросил Робин. — Как видите, - хмыкнул Бен, слегка покриви носом. — И пусть этого никто не скажет… - Белль сделала небольшую паузу, после чего добавила чуть потише: — …но он ужасный человек, - на её лице появилось странное выражение, будто она чувствовала себя виновной. Вот только в чём? — Почему же вы живёте под его крылом? – Реджина нахмурила брови, не понимая смысла в такой жизни. — Потому что за пределами этого лагеря не лучше, - ответила та, положив ладонь на плечо сына. — Там правит Артур, а он куда хуже Джона. Взглянув на Бена, а после и снова на Белль, Робин был вынужден не согласиться с утверждением последней. Как для него, так эти два типа стоили друг друга и ничем не отличались в своей ненормальности и желании уничтожить друг друга. Артура он ещё не видел, в отличии от Джона, но уже имел весьма мрачноватое и довольно-таки неприятное о нём представление. Впрочем, так ему казалось. Белль же отреагировала на его высказывание весьма удивительно, начав доказывать, что все могут поменяться и Джон не исключение. И эти слова были ещё одним доказательством того, что она ни капли не изменилась. Такая же слишком добросердечная и наивная принцесса, какой была до всего этого. Они всё же просидели за столом ещё некоторое время, пока Белль пыталась донести до своих старых друзей ту печальную и шокирующую новость, из-за которой Реджина наигранно закатила глаза и устало хлопнула себя по лбу. — Джон – твой муж? – ошарашено переспросил Робин, пытаясь успокоить любимую, которая начала твердить ему, что с каждой минутой нахождения в этом доме они рискуют быть застигнутыми врасплох. — Прошу, не задайте вопросов, на которые я не смогу ответить. — Тут и задавать-то нечего, - отмахнулась Реджина, желая поскорее покинуть этот дом. — Стоит только вспомнить твоего первого мужа… Где-то на улице прозвучал странный звук, словно бы кто-то дунул в рог. Этот шум привлёк внимание всех присутствующих, в том числе и Белль, которая встревожено вскочила со своего стула и огляделась по сторонам. Она словно бы начала что-то искать, вызывая на лице Робина тревогу. — В чём дело? – поспешил спросить он. — Что это за звук? — Мне очень жаль… - сказала Белль. — Почему? – ничего не понимая, переспросил тот. Реджина сразу же заподозрила что-то неладное. Быть может, Белль их сдала? Но как? Белль промолчала и замерла, задумчиво посмотрев на свои руки. Тишина продлилась недолго, Робин и Реджина сразу же выглянули в окно. К дому приближался хмурый невысокий человек в сопровождении двух мужчин. Он шёл целенаправленно, словно бы знал, что в доме напротив чужаки. Ну, или просто шагал домой, к жене… — Ты! – зло выплюнула Реджина, резко развернувшись к Белль. — Нет! – воскликнул Бен, сообразив, что брюнетка хочет обвинить его маму в том, что она их предала. — Мама здесь ни при чём! Реджина хотела сказать что-то ещё. Но Белль её перебила, обратившись к сыну: — Принеси палочку, живо! Парень, без лишних вопросов, согласно кивнул и быстро убежал наверх по лестнице. — Прошу, поверьте мне! – попросила Белль, взглянув на Реджину. — С чего бы это? — Хорошо! – воскликнул Робин, на что Реджина сразу же возмутилась. — Нет времени спорить! – пояснил он. — Я отдам вам палочку волшебника и вы сможете покинуть лагерь незамеченными! – быстро протараторила Белль. — Что? – зло прошипела Реджина. — Палочка волшебника у тебя? – и чуть было не обрадовалась в голос. Это же прямой путь домой! — Она поможет вам выбраться из лагеря и вернуться в Сторибрук, - кивнула Белль. Бен в это время уже спустился вниз и протянул волшебный предмет маме, которая в свою очередь сразу же отдала его Реджине и указала на дверь, служащую вторым выходом. Толком ничего так и не объяснив, она всех поторопила и выпихнула наружу. — Идём с нами! – сказал Робин. — Нет, - Белль отрицательно замотала головой, — моё место здесь, - и приобняла сына за плечо. Робин понимающе кивнул и добавил: — До встречи. — Прощай – было бы более уместным, - хмыкнула Реджина. Стоило только выйти за порог, как ей в голову пришла мысль сразу же воспользоваться палочкой и вернуть всех в Сторибрук, но здравый смысл взял вверх. Сначала нужно было разобраться и вспомнить, как правильно пользоваться этим предметом, а после уже и пробовать его на деле. Да и стоило вернуться за Свон, иначе Генри и Робин никогда ей этого не простят. — Спрячьтесь, - сказал Бен. — Что? — Воспользуйтесь палочкой, чтобы скрыться от магии Джона, - в спешке пояснила Белль, поглядывая на другую дверь, в которую в скором времени уже должен был зайти её муж. — Ладно, - решила согласиться Реджина, — попробуем, - и задумчиво взглянула на волшебный предмет в своих руках. — Вы не умеете ей пользоваться? – спросил Бен, снизу вверх поглядывая на брюнетку. — Было бы лучше, если бы детям голос не давали, - нервно проворчала та. Робин укоризненно взглянул на любимую, понимая её раздражение. Она ведь просто волновалась за их жизни…не так ли? — Так, - выдохнула Реджина, всё ещё поглядывая на волшебную палочку словно бы на какую-то диковину. Как ей помнилось, пользоваться эти предметом было не так уж и просто. — Хорошо, вот так, - она сделал рукой небольшой круг в воздухе, и прикрыла глаза. Из кончика палочки прошлась слабая волна магии, которая разошлась по сторонам небольшими светлыми кругами. Белль улыбнулась и сразу же закрыла дверь. — Сработало? – спросил Генри, выглядывая из-за угла дома. Джон вошёл в хижину через ту же дверь, через которую вошли и они, а два мужчины, сопровождающие его, остались стоять у порога. — Проверять не стоит, - сказал Робин, предлагая поспешить убраться отсюда и забрать остальных. Вот только стоило им добраться до небольшого деревянного дома, в котором должны были ждать их Эмма, Голд и Румпельштильцхен, там никого не оказалось. — Я же говорила, что ему нельзя доверять! – зло воскликнула Реджина, бросив огненный шар в и так уже разваленный стол, разнеся его вдребезги. — Голд, твою мать, – скотина! Генри испуганно отшагнул, обменявшись взглядом с рядом стоящим Робином, который сразу же попытался успокоить любимую. Женщина сжала кулаки и в голос пообещала найти Голда и наконец-то вырвать его подлое и грязное сердце. Что-то заставило её забыть о всех прошлых опасениях потерять доверие сына и Робина, что-то, что напомнило ей о том, как нужно решать проблемы в стиле Злой Королевы…. — Возможно, они просто были вынуждены уйти, - предположил Робин. — Неееет, - зашипела Реджина, — Свон бы ни за что не оставила Генри, а Голд ещё с самого начала вёл себя так, словно всё идёт по его очередному гениальному плану! – на последнем слове она повысила голос и разбила магией пустой кувшин, стоящий на подоконнике. — Успокойся! – сказал Робин. — Да как это вообще возможно? – воскликнула женщина, совсем позабыв про Генри. — Ты только взгляни на этот мир и на тех психов, пытающихся его поделить! Может стоит убить их обоих и облегчить всем жизнь! — Это не ты сейчас говоришь, - спокойно добавил Робин. — Просто успокойся и мы решим, что делать дальше. — Для начала – догоним Голда! – фыркнула Реджина, заглядывая в открытый люк в полу. — Я уверен, что у них были весомые причины уйти без нас, - Робин хотел верить своим словам, но что-то глубоко в подсознании подсказывало, что это ложь. Да, Эмма определённо не могла уйти и бросить Генри, а вот Голд…. А может, с ними что-то случилось?

***

Румпельштильцхен устало выдохнул и снова опустился на колено, собирая веточки в кучу и пытаясь развести очередной костёр. В пару шагов влево Голд делал то же самое, а Эмма всё ещё спала на самодельных носилках, парящих примерно в футе над землёй. Постепенно, Румпель начинал соображать, зачем они это делают, но не до конца. Они шли по лесу довольно-таки странным путём, всё время заворачивали то влево, то вправо и иногда даже делали круги, чтобы снова развести огонь, где его ещё не было, и пойти дальше. За весь путь они не обмолвились ни словом. Голд хромал впереди, находил место для очередного костра и тыкал в ту точку пальцем, а Румпель уже разводил там огонь. Когда солнце начало медленно опускаться за горизонт, Голд приказал поторопиться и закончить с кострами. Темнеть, как и всегда, начинало довольно-таки быстро, поэтому нужно было срочно найти укрытие, которого поблизости нигде не наблюдалось. Румпель даже уже заволновался, и хотел было спросить, долго ли им ещё идти. — Стой, - Голд резко затормозил и прижался спиной к толстому дереву перед собой. Румпельштильцхен сразу же последовал его примеру и спрятался за густыми кустами, подтянув к себе носилки с Эммой, чтобы спрятать и её тоже. Он понятия не имел, кого там увидел Голд, но стоять без действия не собирался. В этом лесу медлить было нельзя, хотя отдохнуть было бы неплохо. За весь пройденный путь они сделали лишь одну единственную остановку, и то, чтобы быстро поесть и снова пойти дальше. — Сама судьба сегодня на нашей стороне, – хмыкнул Голд, выглядывая из-за дерева. Румпель же не мог понять, от чего тот такой довольный. Солнце с каждым мгновением опускалось всё ниже и ниже, тьма постепенно окутывала лес своими длинными и холодными ручонками. Ничего хорошего в этом не было, по крайней мере, для тех, кто находился в самой гуще леса, без возможности где-нибудь спрятаться. Быть может, Голд нашёл очередное укрытие? Хотя, такой расклад событий не объяснял, почему он решил поиграть в прятки. Жестом руки, мужчина поманил Румпеля к себе, из-за чего тот слегка занервничал, снова взглянув на Эмму. Блондинка всё ещё спала и, наверное, видела цветные сны, совсем не схожие на серую реальность. По крайней мере, Румпель так думал, хотя ему самому уже давно не снилось ничего хорошего, лишь только тьма и мрак, которыми уже на протяжении многих лет был укутан весь этот мир. Подвинул носилки чуть ближе к кустам и, перепроверив, чтобы ничего нигде не выглядывало, Румпельштильцхен ползком добрался до дерева, за которым спрятался его двойник. Вытянув голову влево, он увидел лишь небольшой спуск - горку, которая вела куда-то вниз. Немного привстав, он смог разглядеть ту картину, из-за которой они и прятались за деревом. Там, внизу, сделали привал два рыцаря. На слабом огне жарился довольно крупный кабан, а в нескольких шагах от костра стояли три осёдланных коня. — Нам нужны эти лошади, - сказал Голд, нахмурившись и закрутив головой в разные стороны. — И ты должен отвлечь тех двоих. — Я-я? – испуганно переспросил Румпель, впиваясь пальцами в кору дерева. — Но как? — Придумаешь что-нибудь, - фыркнул Голд, всё ещё высматривая что-то по сторонам. Румпель же совсем скис и начал быстро придумывать план действий, но ничего толкового в голову не лезло. Он в этом не был силён. Паника постепенно начинала подбираться к горлу, а в пятках появилось неприятное ощущение покалывания, словно бы тысячу маленьких иголок впиваются в кожу из-под земли, не давая шагнуть или сдвинуться с места. — Где-то должен быть третий… — За твоей спиной. Румпельштильцхен едва заметно дёрнулся и повернул голову вправо, чтобы взглянуть на совершенно спокойного Голда, в спину которому упиралось острие меча. — Без резких движений! – снова прозвучал грубый мужской голос. Голд медленно поднял руки на уровне головы и развернулся, постепенно растягивая губы в хищной ухмылке. — Ланселот, - едко протянул мужчина, — давно не виделись, - и без какого-либо опасения отодвинул острый клинок в сторону. — Не так давно, как хотелось бы, - рыцарь убрал меч в ножны и вонзился злым взглядом в Румпельштильцхена. — Твой брат? – спросил он у Голда. Румпель уже видел этого человека, а точнее рыцаря в таких же чёрных доспехах, как и этот. Только тогда его голову скрывал шлем, поэтому Румпель не мог сказать точно. Зато Голд, похоже, знал этого брюнета. — У меня нет семьи! – брезгливо фыркнул мужчина, словно бы только одна мысль о родстве со стоящим слева человеком была ему противна. — И ты это прекрасно знаешь! — Конечно знаю, - довольно протянул Ланселот, — мой старый верный друг.