Крысы в лабиринте

      Эрза шумно втянула влажный воздух. Воняло сырым мясом, гнилью и плесенью. Колотящееся сердце отдавалось шумом в ушах. Тишина давила, темнота душила, мешая нормально вдохнуть.       Эрза медленно пошевелила замёрзшими онемевшими ногами и с облегчением осознала, что те не связаны. Она подтянула колени к животу и аккуратно перевернулась, упёршись лбом в землю. Неглубоко вдохнув, она, пошатываясь, поднялась на ноги. Вокруг царила темнота, густая, как пролитые чернила.       Эрза сделала шаг вперёд, предварительно нащупав ногой дорогу: не покидало ощущение, что она стоит на краю глубокой ямы. Врезаться лбом в стену тоже не сильно хотелось. Не успела она сделать и десятка шагов, как наступила на что-то твёрдое и шероховатое, напоминающее камень. Однако стоило ей опереться на тот, как земля под ногами осела. Эрза потеряла равновесие, свалилась и покатилась вниз.       Падение прекратилось так же внезапно, как и началось: она больно ударилась спиной и затылком обо что-то железное. В ушах раздался тихий звон. Перед глазами вспыхнули яркие круги. Она зажмурилась и дождалась, пока те угаснут. Когда вокруг вновь стало темно, Эрза распахнула глаза. Ничего не изменилось.       Где-то рядом капала вода. Монотонный стук срывающихся капель вводил в оцепенение. Эрза подтянула колени к животу и оттолкнулась от железного борта, но попытка не увенчалась успехом: она скатилась обратно. Холод пробирал до костей. Влажная одежда липла к телу. Эрза прижалась ноющим затылком к холодному твёрдому металлу и закрыла глаза.       Холод. Темнота. Вой ветра и тихий стук распахнутого окна. Пол под ногами ледяной, гладкий, словно лёд на озере. Она ступает осторожно, будто действительно боится провалиться. За окном неистовство метели. Бешеный вальс снега и ветра из закрученных белых спиралей. Проём окна словно дверь, ведущая в живую дышащую снежную ночь из ледяного полумрака. Слабое свечение в конце слишком длинного и слишком тёмного тоннеля. Один шаг, всего один. Она ведь думала когда-то об этом.       От общей чёрной массы отделяется часть. Его фигура формируется из самых густых теней, залёгших в углах. Темнота обретает форму, заслоняет собой блёклое свечение. Его руки тянутся к ней, медленно, как в пущенной по кругу киноленте старого давно знакомого кошмара. Он касается волос, перебирает пряди. Скользит пальцами по щекам, губам и спускается к тонкой шее, ниже, ниже, ниже…       Сдерживаемый крик комом застревает в глотке. Что-то тяжёлое оттягивает ладони. Нечто холодное и… смертоносное. Он отпускает её на миг, протягивает в сторону руку, нащупывая старый тканый абажур. «Только не включай свет, пожалуйста, только не включай свет», — отчаянно бьющаяся в сознании мысль вытесняет другие.       Желание, которому не суждено свершиться. Она медленно, словно через силу, поднимает руки и жмёт на курок. Снова, и снова, и снова, и снова…       Эрза открыла глаза, вновь оказавшись на холодной сырой земле. Лёгкие лихорадочно гоняли затхлый сырой воздух, вырывающийся наружу хрипом. Она рванулась вперёд всем телом, не обращая внимания на боль и покалывание в затёкших онемевших конечностях. Ей казалось, холодные пальцы ещё скользят по телу, заставляя содрогаться. Она вновь поднялась на ноги и сделала несколько шагов. Идти было трудно, словно она пыталась подняться вверх по крутому склону.       Ей хотелось уцепиться за что-нибудь, да пусть бы за сырую землю, но связанные за спиной запястья лишали такой возможности. Ориентироваться в темноте было невозможно. Остановившись передохнуть, она неосторожно распрямила спину, сведя лопатки вместе. Затёкшие мышцы отдались тупой болью.       Она потеряла равновесие и попятилась назад. Нога угодила в мокрый и скользкий металлический жёлоб и заскользила вниз. Эрза изо всех сил дёрнулась вперёд и повалилась на землю. Поперёк горла встал ком закипающих слёз. Если ей суждено было умереть в этой сырой тёмной яме, к чему было терпеть? Отчего было сразу не шагнуть в оконный проём несколько лет назад? Зачем нужно было переносить столько боли, унижения, отвращения и страха? «Бессмыслица», — слёзы казались настолько горячими, что обожгли щёки.       — Почему?! — собственный крик показался глухим и слабым.       Каждый судорожный вдох отзывался болезненной тяжестью в груди. Каждый резкий выдох не приносил облегчения. Она перекатилась на спину, перепачканные волосы опутали лицо. Запястья слегка саднило от жёсткой верёвки.       — Не дождёшься, — прошипела Эрза. — Я не ты, и не сдохну, как ты.       Она вытянула руки и, напрягая мышцы до болезненного предела, прогнулась в спине. Грубые волокна впились в кожу, раздирая ту в кровь. Наконец, Эрзе удалось проскользнуть над верёвкой, и запястья оказались под согнутыми коленями. Она подтянула к груди левую ногу и упёрлась пяткой. Путы впились в кожу, напряжённые мышцы ныли.       Продев через кольцо связанных рук одну ногу, Эрза позволила себе отдышаться. Вспотевшее тело содрогалось от холода. Стиснув зубы и зажмурившись, она подтянула к груди вторую ногу. Переместив руки из-за спины вперёд, она вцепилась в верёвку зубами, но весьма скоро осознала бесполезность попыток освободиться.       Эрза вновь поднялась на ноги и стала спускаться вниз. Нащупав металлический борт, она не смогла подавить полного досады возгласа: край пластины был недостаточно острым, чтобы перетереть верёвку.       Тяжело вздохнув, она провела ладонями по лицу и убрала липнущие волосы. Где-то наверху глухо хлопнула дверь. Эрза насторожилась, напрягла слух, но больше так ничего и не услышала. Выше, на краю ямы, в которую она скатилась, блёклым прямоугольником осветился проём двери.       Эрза присела на корточки, нащупывая камень, который скатился вниз вместе с ней, когда она упала первый раз. Наткнувшись на шероховатый край булыжника, она сжала тот в ладонях и начала карабкаться вверх, пока свет по ту сторону двери не потух. Добравшись до дверного проёма, Эрза замерла в нерешительности и прислушалась. Из комнаты доносился отчётливый звук шагов.       Она крепче сжала камень. Нащупав второй рукой длинную ручку, она медленно опустила ту. Дверь бесшумно отворилась. Эрза протиснулась в маленький коридор. Присев на корточки, она вскарабкалась по короткой деревянной лестнице. Плотно прижавшись к ступеням, она осторожно заглянула в комнату.       В центре спиной к ней стоял мужчина. Перед ним на столе были разложены целлофановые упаковки и плоские картонные коробочки. У Эрзы не было ни малейшего желания выяснять, что в них. Она резко поднялась на ноги, кинулась к мужчине и, размахнувшись, ударила его камнем по затылку. Тот пошатнулся, ухватился руками за стол и медленно осел на пол. Скатились вниз и разбились две ампулы.       Эрза затравленно обернулась, больше никого поблизости не было. Из комнаты вело три двери, через одну она пришла, осталось проверить две. Она осторожно обогнула стол, чтобы не поранить осколками босые стопы. Дверь, ведущая в соседнее помещение, оказалась заперта. Подёргав ручку, Эрза направилась к последнему выходу из комнаты. Круглая ручка легко провернулась. Дверь тихонько скрипнула, заставив вздрогнуть.       Перед ней висела лёгкая полупрозрачная ткань. Эрза осторожно отодвинула ту рукой и заглянула внутрь. На полу лежал мягкий ворсистый ковёр. Стены были задрапированы, а часть комнаты заставлена ширмами разных форм.       Лавируя между теми, Эрза пробралась к центру, выискивая взглядом другую дверь. Однако наткнулась она совсем не на то, что искала. У противоположной стены за ширмами стояла большая двуспальная кровать с балдахином. Стена за той была увешана мотками верёвки, кляпами, кожаными масками, плётками, ремнями, кнутами, наручниками и ошейниками. Рядом стоял шкаф, содержимое которого несложно было себе представить. На прикроватном столике лежали вибраторы, страпон и другие приспособления, назначения которых Эрза не знала и не планировала узнать. На тумбочке у стены громоздились разного размера флакончики с разноцветным содержимым и пёстрыми этикетками.       Предположив, что дверь скрыта за складками драпировки, Эрза направилась к стене, когда кто-то подобрался сзади и плотно зажал ей рот ладонью. Она вцепилась в удерживающую её руку, царапая кисть ногтями, но кричать опасалась.       — Тихо ты, — раздался над ухом знакомый голос.       — Изая? — выдохнула Эрза и развернулась к нему лицом, как только тот отпустил её.       — Ты как всегда паршиво выглядишь, — заметил Изая, достав из кармана складной нож. — Знаешь, я не устаю поражаться твоей способности влипать в передряги, — заявил он, перерезав верёвку. — Кажется, я велел тебе сидеть тихо и не привлекать лишнего внимания.       — Откуда ты знал, где меня искать? — выпалила Эрза, осторожно потирая распухшую кожу.       — Я не знал. Увидел, что дверь за лестницей приоткрыта, и решил спуститься. Не успел толком оглядеться, как наткнулся на тебя. Как ты сюда попала?       — Не знаю. Я очнулась уже здесь, в темноте на земле в соседней комнате.       — Не говори мне, что ты забыла запереть дверь комнаты после моего ухода? — недобро прищурился Изая.       — За дуру меня держишь? — возмутилась Эрза. — Я ночевала не у себя.       — У Джерарда.       — Это был вопрос? — зачем-то поинтересовалась она.       — Догадка. Видела кого-нибудь здесь?       — Да, — ответила Эрза, чувствуя противное облегчение из-за того, что тот не стал интересоваться подробностями. — За этой дверью маленькая комната. Там был мужчина, я оглушила его, ударив камнем по голове.       — Недурно, — похвалил Изая. — Пойдём, поглядим, кто ошивается в подвале.       — Постой, мы в подвале гостиницы? — удивилась Эрза: она и не предполагала, что до сих пор находится в здании общины. — А который час?       — Около шести вечера, — ответил Изая, исчезнув за ширмами. Эрза поспешила за ним. У стены Изая замешкался, нащупывая дверную ручку. Эрза налетела на него, больно стукнувшись носом о плечо.       — Если тебе страшно, можешь держать меня за руку, — не оборачиваясь, предложил тот. — Не обязательно пытаться сбить меня с ног.       — Прости, — пропустив мимо ушей первую часть фразы, шепнула Эрза.       Глупо отрицать, что она до сих пор порядком напугана, но ещё глупее было бы сейчас пререкаться с человеком, который способен помочь ей выпутаться из очередной передряги.       Изая открыл дверь, подошёл к лежащему на полу без сознания мужчине. Присев на корточки, он приложил пальцы к сонной артерии и проверил пульс. Эрза робко топталась у двери, постоянно оглядываясь назад.       — Это Феликс. Он жив, но в себя придёт, видимо, не скоро, — он поднялся на ноги, окинул взглядом упаковки шприцов и коробки с ампулами на столе и поманил её, — иди-ка сюда. Протяни руки.       — Зачем? — поинтересовалась Эрза, когда подошла к столу.       — Ты всегда такая несговорчивая? — поинтересовался Изая. Не дожидаясь ответа, он ухватил её за запястье, перевернул руку и провёл пальцем по локтевому сгибу, стирая с кожи грязные разводы: — Тебе делали инъекцию, — сообщил тот, отпустив её. — Снотворное, — добавил он, покрутив в руках упаковку с ампулами. — Где ты, говоришь, очнулась?       — Вон та дверь, — указала Эрза на проём, ведущий в маленький тёмный коридорчик. — Там лестница, осторожно.       — Какая трогательная забота о моей персоне, — произнёс Изая, голос его был полон иронии. Эрза быстро пересекла комнату и вновь чуть не налетела на него. Тот стоял на пороге открытой двери и всматривался в темноту.       — Наверняка, там где-нибудь есть рубильник, — предположил Изая, достав из кармана куртки мобильный телефон, тот включил фонарик.       Тонкий луч скользнул вперёд, выхватив из темноты шероховатые бока булыжников и чёрные комья земли. Внезапно в круглое пятнышко света попал железный жёлоб, по пожелтевшему ржавому дну которого медленно струилась тёмная жидкость.       — Я, кажется, угодила в один такой ногой, когда взбиралась вверх, — прошептала Эрза, опасаясь говорить громче. — Интересно, что это?       — Похоже на водосток, — сказал Изая, направив свет вниз по всей длине желоба. — Там внизу, видимо, в земле какая-то ёмкость.       — Зачем водосток в подвале?       — Давай выясним, — пожал плечами тот и сделал шаг вперёд, намереваясь спуститься вниз.       — Нет, — она уцепилась обеими руками за его локоть. — Не ходи туда. Изая поднял полный недовольства взгляд. Эрза с минуту смотрела в ответ, потом отвернулась и убирала с лица перепачканные волосы.       — Ладно, — тот тяжело вздохнул. — Есть и другой способ узнать, что сливают вниз.       Он направил тонкий луч света вдоль стены. Эрза проследила за тем взглядом и прижала ладони к губам, приглушив непроизвольно вырвавшийся возглас. Вдоль стены в небольших нишах лежали тела. Кровь из вскрытых глоток струилась вниз по желобам. Эрза содрогнулась всем телом, вытерла ногу о дощатый порог, зажмурилась и упёрлась лбом в плечо Изаи.       — Зачем они это делают?       — Возможно, ответ в соседней комнате, — предположил Изая, выключив фонарик, он убирал телефон обратно в карман.       — Она заперта.       — Значит, поищем ключ, — тот поднялся по лестнице и вновь опустился на корточки рядом с бесчувственным Феликсом.       — Думаешь, Куница велела меня сюда притащить? — поинтересовалась Эрза, наблюдая, как Изая обшаривает карманы в поисках ключей от подвала.       — Уверен в этом.       — И Джерард… — Эрза осеклась.       — Знал о её планах? Поспособствовал этому? Наверняка, — Изая отыскал связку ключей и выпрямился. — Предположу, что Куница решила на тебя охотиться. Подвал, видимо, нечто вроде промежуточного пункта.       Феликс должен был сделать тебе повторную инъекцию снотворного. Потом тебя вынесли бы ночью, погрузили в грузовик, вывезли в город и бросили бы в каком-нибудь здании с одеждой и парочкой ножей. Куница любит охотиться на вооружённого противника. Хотя, что такое нож против дробовика, да ещё в столь неумелых руках?       — Но как я не проснулась от первой инъекции?       — Ты что-нибудь ела или пила перед сном?       — Да, минералку.       — Вот и ответ, — Изая направился к запертой двери и, выбрав ключ наугад, поковырялся в замке.       — Не понимаю, — упрямо тряхнула головой Эрза. — Всё равно не понимаю.       — Чего? Зачем Джерарду помогать Мелиссе? — не оборачиваясь, поинтересовался тот и попробовал другой ключ. Эрза молча кивнула, наблюдая за процессом. Спохватившись, что тот не видит, она хотела ответить, но Изая и без того счёл молчание за положительный ответ.       — Ну, вероятно, одного секса недостаточно, чтобы убедить Куницу доверять кому-то. Думаю, охота что-то вроде обряда инициации для новичка в команде. Ну а ты — идеальная мишень: вы ведь с ним вдвоём здесь появились. Для Мелиссы не секрет, что вы знакомы.       — И Джерард позволил бы им убить меня? — едва слышно проронила Эрза, не ожидая ответа.       — Он исполнитель, не забывай. Скорее всего, попытался бы тебя как-то вывести. Другое вопрос, удалось бы ему это или нет. Исходя из ситуации со сбоями на этапе, на мой взгляд, это неоправданный риск и не самый удачный план. А вот, похоже, и нужный ключ, — раздался тихий щелчок замка, дверь со скрипом открылась.       Изая пошарил рукой по стене и включил свет. Эрза тяжело вздохнула, отгоняя мрачные мысли: даже слегка прояснившись, ситуация не стала казаться лучше. Она подошла ближе и выглянула из-за его спины. Сердце пропустило удар, чтобы заколотиться с удвоенной силой.       Это помещение было значительно больше комнаты с водостоком. Вдоль одной стены громоздились тумбочки, вероятно, собранные в номерах гостиницы. Их полированные поверхности были уставлены мелкими фигурками, вырезанными из костей. Выше на стене, на вбитых крючьях висели скреплённые леской позвоночники. Каждый позвонок был обточен и представлял собой фигуры в действии, вместе же те составляли чудовищные композиции, повествующие короткие истории.       Чуть дальше находились закреплённые на гвоздях полукружия тазовых костей. На тех были вырезаны человеческие профили. Знатные дамы с высокими хитроумными причёсками, нищенки в платках, прячущие глаза, дети с непослушными завитками волос, джентльмены в высоких цилиндрах, военные в касках, подростки. Сотни разных незнакомых лиц: мужчины и женщины, старики и дети, из разных слоёв общества и эпох.       Отдельной группой на полу стояли птичьи клетки, сооружённые из рёберных дуг, проволоки и деревянных дощечек. Над теми на стене были закреплены черепа. Те служили своеобразными подставками для выставки скальпов. Длинные и короткие, русые, рыжие, каштановые, чёрные, крашеные волосы были уложены в разнообразные причёски и обильно залиты лаком. У противоположной стены на самодельных мольбертах и рядом на полу стояли картины. Причудливые чёрные узоры струились и переплетались между собой, холстом же служила обработанная и натянутая человеческая кожа.       Поодаль, на деревянном подиуме находились музыкальные инструменты. Флейты были целиком выточенные из кости, при создании гитар и скрипок использовалось преимущественно дерево. Тонкие струны арфы протянулись между крепко скреплённых между собой лучевых и берцовых костей. Ксилофон с набором выточенных из кости молоточков и россыпь разной формы и размера свистков завершали картину.       Рядом на полках были разложены украшения и маски, основным материалом для создания которых послужили ногти, зубы, фаланги пальцев и другие мелкие косточки. У двери располагалась небольшая каморка, где лежали незаконченные изделия и инструменты для обработки.       В самом же центре комнаты в окружении подсвечников находился каменный алтарь, залитый засохшей кровью. Те были сооружены из костей кистей рук, сжимающих или поддерживающих чередующиеся чёрные и белые оплывшие свечи. Сейчас алтарь пустовал, а потому выглядел особенно зловеще.       — Что это за место, чёрт возьми? — проронила Эрза, переведя взгляд на Изаю.       — Очевидно, трофейный зал, — голос того прозвучал возмутительно спокойно, словно подобные картины ему доводилось наблюдать уже не раз.