Сказания крови

Отблески кровавой луны

      Выпрямившись во весь рост, Шеон открыла глаза. То существо, что имело дивный запах, стояло в паре шагов от неё. Она инстинктивно прижала Тинни к себе и внимательно посмотрела на обладателя незнакомой ауры. Напротив неё, опустив руку на статую Рандона, стоял высокий парень. Молодое, приятное на вид лицо. Дрим не дала бы парню больше двадцати семи лет. Белоснежные длинные волосы распущены, только две пряди по бокам от лица отделены металлическими кольцами. Кроваво-красные глаза с любопытством смотрели на неё. Если бы не аура и запах, Дрим приняла бы его за вампира своего клана, не хватало только утончённости в чертах лица и вогнутых заострённых вампирских ушей. Всё остальное — это мелочи внешнего сходства. Он был крупным мужчиной, даже вампиры клана Арис никогда не могли похвастаться такой формой, а ведь они были рождены воинами. Почти на голову выше Дрим. Серьга в левом ухе привлекла внимание девушки — тонкая цепочка с небольшой подвеской в виде белого клыка. Из одежды на нём были: чёрная куртка, сапоги, штаны и беспалые перчатки. Шею парня украшал красный ошейник с эмблемой клана «Кровавой луны» — красная луна с головой белого волка в центре. Это значило, что перед ней был оборотень.       Незнакомец приветливо улыбнулся, и Дрим смягчилась. Он не проявлял агрессии, не скалился, не рычал и не прогонял её прочь, как сделал бы другой оборотень.        — Милая девочка, — услышала Дрим приятный тенор. Парень протянул руку к Тинни, но заметив то, как вампирша прижимает её к себе, передумал. Он почувствовал себя неудобно и убрал руку.       Нирона, оставаясь немного поодаль от компании, решила вмешаться:        — Это мой племянник. Райн.       Парень склонил голову в знак приветствия.        — А меня зовут Тинни, — девочка подалась вперёд, но не отошла от вампирши.        — Очень приятно познакомиться с тобой, Тинни, — Райн улыбнулся, смотря на девочку. — А вы? — он перевёл взгляд на вампиршу, пытаясь завязать с ней разговор.        — Дрим, — девушка ослабила хватку, позволяя девочке подойти к оборотню.       Вампирша почувствовала себя странно.       «И почему я не враждебно отношусь к нему? Он ведь тоже оборотень, — она с интересом наблюдала за парнем, пытаясь найти ответ. — И аура у него какая-то странная».        — Что-то не так? — Райн заметил её пристальный взгляд.        — Нет, — она отрицательно мотнула головой. — Просто нам уже пора прощаться, — Дрим грустно посмотрела на девочку, оставив попытку понять, что не так с этим оборотнем.        — Нет, Дг'им, не уходи, — Тинни крепко обняла вампиршу, не желая её отпускать.       Дрим льстил этот порыв, и на душе стало приятно. Она улыбнулась. Расставаться с Тинни не хотелось, но девушка понимала, что полукровке проще выжить среди других оборотней. Вампир не может научить её, как ей жить со своими способностями. Хорошей Дрим будет матерью или нет — неизвестно, но одно она знала точно — с Нироной и волками Тинни будет проще выжить в мире, который чаще всего бывает несправедлив к полукровкам.        — Мне уже пора, — Дрим присела на одно колено, чтобы их лица с Тинни были напротив друг друга.       Девочка шмыгнула носом, на её глаза нашли слёзы, от этого расставание давалось ещё тяжелее.       — Не грусти, — вампирша крепко обняла Тинни, прижимая её к себе. — Будь хорошей девочкой, — поцеловав её в висок, Дрим ослабила объятия. Тяжело, но нужно отпустить её прямо сейчас. Чем сильнее Тинни привяжется к ней, тем тяжелее будет потом расстаться.        — Райн тебя проводит, — Нирона взяла ребёнка на руки, и девочка крепко обняла её, спрятав заплаканное лицо в серебреных волосах.        — Не стоит. Я хоть и не волк, но отлично ориентируюсь в лесу. Благодарю за заботу, — Дрим поклонилась, отдавая дань уважения хозяевам замка. — Позаботьтесь о ней, — попросила, посмотрев на девочку.       Нирона кивнула.        — И всё же я настаиваю, — волчица не отступала от своего. — У нас не любят чужаков.       Дримуэл поняла, что вместо последнего слова должно было прозвучать «вампиров», но скалиться в присутствии ребёнка не хотела ни она, ни Тёмная.        «Вот же настырные эти оборотни», — Дрим мысленно вздохнула, но решила смириться с этим.       — Хорошо… Но только по лесу, дальше я сама.        Нирона кивнула, и Райн подошёл к вампирше.        — Пойдём.

***

      Свет уступил мраку. Над миром нависло тёмное небо, и тучи не желали расступиться и уступить место луне и звёздам. Дрим и её нежеланный спутник неспешно шли по лесу. Темнота их ничуть не смущала, а повисшее молчание в редкость было в радость. Вампирша смотрела на дорогу. Она потеряла уже двух дорогих ей существ. И ничуть не удивится, если Браэнн решит остаться с сестрой. Странно, что это решение Тинни принимала в одиночку. Девушка вспомнила, как сама оказалась на месте матери полукровки. И тогда мнение подростка ничего не значило. Она следовала за младшей сестрой, не задавая вопросов. Придётся снова поставить её перед фактом.       Впервые за всю прогулку с оборотнем, Дрим подумала, что это хорошая идея — пойти вместе с ним. Если Браэнн решит последовать за сестрой, ей потребуется проводник. Возвращаться в гнездовье оборотней Дрим не хотела, понимая, что уйдёт оттуда только с Тинни.       Оборотень шёл в хвосте, изредка бросал взгляд на Дрим, то и дело, прислушиваясь к вою волков в лесу. Когда вампирша остановилась, он поднял на неё взгляд и спросил:       — Что-то не так?       — Нет, — она мотнула головой, не желая открываться.       — Это из-за той девочки?       — Да, — тихо ответила Дрим, не видя причины для лжи.       Райн задумчиво вздохнул и сказал:       — Если хочешь, я могу поговорить с Нирой, чтобы она позволила вам видеться.       — Спасибо, но не нужно. Я и сама смогу её увидеть, если захочу, — нахмурилась вампирша и возобновила шаг. — Мне не нужно на это чьё-то разрешение.       — Ты злишься.       — Это не удивительно.       — Из-за того, что мы — оборотни?       — Нет. Тинни тоже перевёртыш.       — Она полукровка.       — Это не меняет дела.       — Тогда что? — не унимался парень.       Дрим остановилась и обернулась, встав к собеседнику полубоком.       — Ты можешь себе представить, что чувствует мать, когда у неё отбирают ребёнка? — вампирша испытующе посмотрела на оборотня, но так и не смогла донести до него мысль.       — Но она не твоя дочь.       — Для этого не обязательно иметь кровное родство, — Дрим покачала головой и отвела взгляд, пусто смотря перед собой. — Иногда не скреплённый с нами кровью становятся намного ближе тех, кто с тобой одной крови.       — Тогда почему бы тебе не забрать её?       — Она сделала свой выбор и, независимо от того, одобряю я его или нет, я уважаю и принимаю его, — самообман. Она понимала, что не одобряет выбор, но пытается принять его.       — Она всего лишь ребёнок и…       — Я уважаю её выбор, — Дрим резко оборвала его и объяснила принятое решение, не надеясь, что оборотень поймёт. — Волку проще выжить в стае.       Райн замолчал. Дримуэл возобновила шаг. Оставшийся путь до конца леса прошёл в молчании. Так было намного проще. Без лишних вопросов. Без ненужных потревоженных ран. Любопытство оборотня было излишним.       — Мы пришли, — остановившись, Дрим обернулась. — Можешь возвращаться.       Райн осмотрелся, чувствуя себя лишним. Просьбу тёти он выполнил.       — Да, пожалуй.       — Прощай… Райн, — Дрим прибавила шаг, неосознанно пытаясь сбежать от сына Рандона.       Он остановился и бросил взгляд ей вслед.       — До встречи, — негромко произнёс оборотень, но она не слышала. Дрим была уже слишком далеко, и через пару минут она поднималась по ступенькам таверны, чувствуя взгляд парня. Сегодня ей не хотелось общаться с посетителями и друзьями. Настроение было паршивым, и Дрим считала излишним делиться им. Со своими проблемами она привыкла справляться в одиночку.       Зайдя в заведение, она направилась в сторону лестницы. Тишина и одиночество — то, что нужно.       — Дрим!       Вампирша обернулась. В её сторону спешно направлялась Браэнн.       — Ты не видела Тинни? — взволнованно спросила девушка. — Я нигде не могу её найти.       — Она в замке Нироны Тёмной, — заметив удивление в глазах девушки, Дримуэл объяснила: — Она приняла решение стать частью её семьи.       — Как? — Браэнн непонимающе посмотрела на вампиршу.       — Твоя сестра захотела сделать приятное главе клана Белый Клык и согласилась стать её дочерью. Так что я могу отвести тебя к ней, — Дрим поняла, что её слова звучат по-детски глупо и необоснованно. Она не должна злиться ни на Тинни, ни на Браэнн, которой тоже пришлось нелегко. — Твоя сестра перевёртыш, несмотря на то, что один из её родителей — человек. Я не смогу научить её контролировать свой дар и управлять животной сущностью. Оборотни выживают в стае, а без неё погибают. С ними она будет в безопасности.       Как бы Дрим ни хотелось это признавать, но оборотни благодаря их инстинктам хорошо заботились о потомстве. Даже о полукровках. Вампирша не знала, как оборотни отнесутся к человеку. В Браэнн не было крови перевёртышей.       — Нет, — уверенно заявила Браэнн, и Дрим растерялась. — Я никуда не пойду. Я останусь с тобой.       — Браэнн… Ты должна быть с сестрой.       — Она выбрала свою дорогу. Я выбираю свою.       Дрим не понимала, почему Браэнн приняла такое решение. Девушка долго заботилась о Тинни, но сейчас, когда настало время принять выбор и вновь последовать за ней, она решила отпустить её.       — Мы… Мы не кровные сёстры, — отчего-то признание тяжёло далось Браэнн. — Я спасла её, когда работорговец тащил её на рынок. С тех пор мы были вместе. Две сироты, — девушка грустно усмехнулась. — Я о ней заботилась, но Тинни нашла своё место. Теперь я ей не нужна.       Дрим видела, как девушка теряется и собирается с силами. Вампирша чувствовала себя эгоисткой, которая думала о собственных чувствах, но совершенно не подумала о Браэнн.       — Не прогоняй меня, Дрим, — Браэнн с просьбой и грустью посмотрела на неё.       «А могу?» — горько усмехнулась Дрим. Она не хотела расставаться с ней. Мягко улыбнулась. Браэнн поняла всё без слов, и в следующее мгновение вампирша ощутила толчок — порыв подростка вылился в крепкие объятия.       — Не хотела бы я жить с оборотнями, — честно призналась Браэнн. — Куча шерсти, вой по ночам. Бр-р, — и наигранно изобразила дрожь, немного повеселив вампиршу.       — Глупышка, — ласково произнесла Дрим и погладила подростка по голове.       — И знаешь что? — Браэнн подняла голову, смотря на вампиршу.       — Что?       — Я думаю, что приняла правильное решение.       — Надеюсь, что это так.       — Дрим?       Вампирша опустила взгляд и внимательно посмотрела на девушку.       — С ней всё будет хорошо?       — Хочешь её навестить?       Браэнн кивнула.       — Утром мы её навестим. Ралина как раз испечёт любимые булочки Тинни, а сейчас иди спать.       Браэнн снова кивнула. Дрим сделала вид, что не заметила, как девушка украдкой вытирает слёзы. Она знала, что это расставание далось ей тяжело, и допускала мысль, что поступок Тинни, несмотря на то, что она ещё была ребёнком, больно ранил Браэнн. Вампирша надеялась, что разговор между сёстрами внесёт немного ясности.       Девушка отпустила вампиршу, пожелала ей доброй ночи и отправилась в комнату. Проводив её взглядом, Дрим поразмыслила над тем, что ещё нужно сделать, и неспешно стала подниматься наверх следом, но и на сей раз не обошлось без приключений. Её чуть не сбил с ног съезжающий по перилам Демон.       — Звёздной, Дрим, — обронил парень, спрыгнув на ступеньку ниже.       — И куда это ты собрался на ночь глядя? — Дрим вопросительно взглянула на полукровку, остановившись на лестнице.       — Мне нужно кое-что забрать у Шина, — уклончиво ответил парень, отводя взгляд.       — И что же это такое за «кое-что»? — Дрим скрестила руки на груди, не отводя взгляда.       — Не могу ответить на твой вопрос… — он глупо и немного застенчиво улыбнулся.       — Ладно, тогда я спрошу у Катариады, — Дрим начала показательно подниматься наверх.       — Нет! — Демон, спотыкаясь, ринулся за ней. — Постой! Она не должна знать про… — парень осёкся и замолчал.       — Про что? — Дрим остановилась.       Демон обречённо вздохнул, но так и не ответил на вопрос. Вампирша кивнула и снова начала подниматься.       — Ладно-ладно!       Улыбнувшись, Дрим остановилась и повернулась. Маленькая победа всегда приятна на вкус.       — Я должен забрать у Шина подарок. Мы с Кэт ведь уже давно вместе и…       — И?       — Я хотел сделать ей предложение, — тихо добавил парень, боясь, что его может кто-то услышать кроме тёти.       — Я так и знала, — она весело улыбнулась.       — Ты знала?! — возмутился Демон, но вынужденно приглушил голос, чтобы не перебудить всех постояльцев. — Тогда зачем я должен был это говорить?! — зло прошептал полукровка.       — Я просто хотела услышать это лично от тебя, — Дрим пожала плечами, с озорством улыбнувшись, и быстро добавила: — Спокойной ночи, Демон.       Вампирша торопливо поднялась наверх, оставив растерянного парня одного.       Шаг за шагом Дрим приближалась к своей комнате, обдумывая необычную встречу с молодым оборотнем, но, сколько бы она ни думала об этом, логического ответа не было. Вдохнув полной грудью, она решила не забивать себе голову ненужными мыслями, полагая, что эта встреча была последней. Вошла к себе в комнату, где надеялась найти покой, но ей было трудно смириться с тем, что Тинни осталась с Нироной, а ко всему этому примешивалось исчезновение Хая, от которого не было ни единой весточки.       Дрим сняла наплечную походную сумку и кинула её на кровать. Развернулась, чтобы спуститься вниз за чаем и немного взбодриться, но услышала шорохи за спиной. Вампирша медленно повернулась, бросая взгляд на кровать. Сумка жила своей жизнью. Она то прыгала, то по ней проходили волны, выгибая мягкую материю по бокам, пока заклёпка не заскрипела и не открылась. Наружу выглянул чёрный нос.       — А ты как здесь оказался? — удивилась вампирша, заметив, что волчонок, которого она хотела подарить Тинни, вернулся вместе с ней. Она тепло улыбнулась, наблюдая за щенком, играющим с ремнём. — Маленький проказник, — достав его из сумки, Дрим села на кровать и посадила волчонка к себе на колени. — Как там тебя назвали? Диро, да? — заглянула ему в глаза и ласково почесала за ухом. — Добро пожаловать в семью, раз уж ты предпочёл мою сумку замку Нироны Тёмной.

***

      Вся ночь Дрим прошла в кошмарных сновидениях. Только жар, мучивший её тело, и лихорадочная дрожь напоминали о том, что это только сон, но даже они не спасали вампиршу от преследующих её глаз. Его лицо. Этот оборотень. Такие обжигающие прикосновения. Чёрные радужки глаз и лицо человека. Приятные черты обезображены прорывающимся через них звериным оскалом. Слюна обильно капает с клыков, и от звериного рыка дрожь холодком пробегает по позвоночнику.       Вскрикнув, Дрим резко проснулась. Тяжело дыша, она осмотрелась, пытаясь прийти в себя и убедиться, что это был сон и ничего более. Лучи дневного солнца пробивались в комнату, слегка освещая её. Это внушало спокойствие. Темнота отступила, а вместе с ней ушёл кошмарный сон, такой похожий на реальность. Это не её время, но спать больше не хотелось. Дрим заметила, что волчонок играет с куском пергамента, и попыталась её отнять. Волчонок тут же спрятался под кровать, словно почувствовал свою вину. Кусок пергамента оказался запиской. Браэнн предупреждала её, что не смогла дождаться и отправилась к Тинни сама, а чтобы Дрим не беспокоилась, то дописала, что пошла не одна, а в компании.       — Знать ты ещё, в какой компании…       Вздохнув, вампирша встала с кровати и оделась. Все планы изменились. Сегодня не её очередь работать в таверне, поэтому можно было не торопиться. Воспоминания о сне долго всплывали в сознании обрывками картин, иногда мелькающими перед глазами. Решив, что свежий воздух пойдёт ей на пользу, девушка отправилась во двор, чтобы провести там какое-то время, успокоиться и забыть о том, что её тревожило.       Осенняя прохлада, одинокий берег озера. Теперь здесь не было молодёжи, которая хотела полюбоваться красивыми пейзажами, поделиться своими секретами, рассказать о любви. Для многих наступила осень. И не только в календаре. Небо затянуло светло-серыми облаками без намёка на дождь. Вампирша сильнее натянула на лицо капюшон плаща, защищаясь от редкого солнца.       Здесь ей становилось легче. Старые воспоминания стирали из памяти обрывки сна, и говорили о том, что есть что-то ценнее этого, а сны — они всегда быстро забываются. Так, мелкая ерунда, которая иногда приукрашивает Мир Снотворца. Жаль, что не всегда яркими и положительными красками, но теперь это не имеет никакого значения. Воздух сделал своё дело. Дрим расслабилась и теперь могла вернуться в таверну, решив, что там для неё найдётся подходящая работа. Всё лучше, чем сидеть без дела и думать о снах.       Стоило ступить на порог заведения, как Дрим снова посетило странное ощущение и перед глазами промелькнуло изуродованное молодое лицо. Что всё это означало? И как это вообще связано с тем оборотнем?       Взгляд скользнул по посетителям таверны и остановился на одном из них. По телу Дримуэл пробежала лёгкая дрожь, её снова бросило в жар, но, взяв себя в руки, она прошла вглубь зала. Райн сидел за стойкой и наблюдал за посетителями таверны.        «И на кой Фойрр он сюда пришёл? — вампирша с непониманием посмотрела на парня. Оборотни — редкие гости в таверне Рэдда, а уж волки из клана Луны — ещё реже заглядывали на огонёк. — Хм, а что если…»       Дрим резко обернулась и направилась к оборотню.       — Здравствуй.       — Здравствуй, — Райн не ожидал увидеть её так скоро и удивлённо посмотрел на неё, когда вампирша подошла достаточно близко. — Браэнн… просила передать, что с ней всё хорошо.       Под пристальным взглядом Дрим оборотень добавил:       — Её приведут обратно, когда она пожелает.       — Хорошо.       Кажется, Райн ждал от неё другой реакции, но Дрим оставалась спокойной.       — Как девочка? — спросила она.       — Тинни? — вопрос был риторическим. — Отлично, — он улыбнулся.        — Это радует, — Дрим легко улыбнулась. — А ты какими судьбами у нас?        — Да, так, — он отвёл взгляд, пытаясь придумать подходящий ответ. — Решил прогуляться.       Дрим усмехнулась, но решила не приставать с расспросами. Лгун из Райна была никакой.        — Кстати… Я поговорил с тётей, — он перевёл взгляд на вампиршу и весело улыбнулся. — Она не против ваших встреч с Тинни. Могу отвести тебя к ней прямо сейчас, — и поспешил добавить: — если хочешь, конечно…        Дрим немного подумала, посмотрела на Хатоми, которая уже приступила к обязанностям и разговаривала с посетителем, а потом кивнула. Раз сама Нирона не против этой встречи, то нужно этим воспользоваться.       — Тогда мы можем идти, — встав, едва получив ответ, Райн направился к выходу.       — Ты же сюда прогуляться пришёл, — Дрим хитро улыбнулась.       — Вот и прогуливаюсь, — он остановился, — по лесу… — тихо добавил и возобновил шаг.       Вампирша непонимающе посмотрела на оборотня и следом за ним вышла из таверны. Он пришёл сюда только ради того, чтобы устроить ей встречу с Тинни? Что двигало Райном, Дрим не понимала и закончила свою мысль тем, что детям ночи луноликих не понять. На его месте любой другой оборотень предпочёл бы не сталкиваться с кровопийцами, а он ещё и пытался помочь ей. Девушка покачала головой.       Они молча шли в сторону леса. Дрим немного отставала, думая о значении своего сна.        — Почему ты сейчас не с остальными членами своей стаи, а возишься со мной? — вампирша остановилась и подняла взгляд на оборотня.        Парень неохотно остановился и слегка повернул голову в сторону девушки.       — Я не совсем такой, как остальные.       — И что это значит?       — Не знаю, как это объяснить…       — Я постараюсь понять, — Дрим настаивала на своём.       — Моя форма волка немного отличается от других…       — И это всё? — удивилась вампирша. Она ожидала чего-то большего.       — Всё… — усмехнулся оборотень.        Дрим нахмурилась, чувствуя какой-то подвох.       — Я хочу на неё посмотреть.       — Что? — Райн опешил и изумлённо посмотрел на девушку, думая, что он ослышался.       — Я хочу увидеть тебя в облике волка.       — Нет, — оборотень саркастично хмыкнул и развернулся, собираясь уйти.       — Чего ты боишься?       — Я? — он усмехнулся. — Я не хочу, чтобы ты боялась меня в истинном облике.       — Уверяю тебя, мне страшно не будет.       Она повидала достаточно кровопролития, смертей и искалеченных уродством и ужасом лиц и тел, чтобы не бояться сущности оборотней.       Парень тяжело вздохнул.       — Ну? — Дрим вопросительно взглянула на него, ожидая ответа.       — Ладно, — оборотень смирился. — Только отойди на три шага от меня.       Решив не спорить с ним, вампирша послушно отступила.       — А тебе для этого, разве, не нужна полная луна? — осознала Дрим.       — Нет.       — Мне всегда казалось, что оборотни только в…       — Мне это не нужно, — перебил Райн,и девушка решила промолчать.       Тело оборотня стало меняться и увеличиваться в размерах. Одежда, что была на нём, рвалась по швам. Уши стали удлиняться, а всё его тело стало покрываться белой, как снег, шерстью. Лицо вытянулось, становясь похожим на волчью морду. Руки и ноги обернулись лапами, из которых торчали здоровые когти; клыки в пасти увеличились вдвое. Из копчика появился белый хвост средней длины. Волк был на две головы больше обычного оборотня и более жилистым.       Теперь Дрим понимала, что он имел в виду под словосочетанием «немного другой». Она изучала его телосложение. Не удивительно, что он не проводил время с остальными, ведь только от одного его вида могло бросить в дрожь каждого. Взгляд девушки задержался на его глазах, они были такими же добрыми, печальными и боящимися, что его снова отвергнут. Но Дрим не было страшно. Она жила с монстром внутри себя, а это намного страшнее изуродованного лика. Удивительным в Райне была не только форма, которую он мог контролировать, но и разум — то, чего оборотни лишались, с перевоплощением теряя свою человечность. Он был полностью другим, и в этом имелось своё очарование.       — Никогда не видела ничего подобного…       Оборотень с интересом наблюдал за ней, настороженно отслеживая каждое движение. Ладонь девушки коснулась волчьей морды, и вампирша заглянула ему в глаза, смотря в них с пониманием. Оборотень затаил дыхание и, прикрыв глаза, наслаждался прикосновениями девушки. Дрим водила рукой по его морде, не отводя взгляда.       — И вовсе ты не ужасен, — её голос был ровным. Странно, но она не испытывала отвращения по отношению к нему. — Ты первый оборотень, который позволил себя погладить вампиру, — шутливо ухмыльнулась Дрим.       Райн лизнул её в лицо, а его огромная мохнатая лапа легла на талию вампирши и прижала Дрим к своей мягкой груди. Вампирша легко улыбалась, смотря на волка. Понимание между настолько разными народами уже было странным, но небольшой казус вытеснило другое ощущение. Стало неуютно. Осенний ветер принёс вместо сырости запах крови. Дрим настороженно осмотрелась, пытаясь найти источник. Оборотень принюхался, из его груди вырвалось тихое утробное рычание.        — Нужно найти это существо раньше, чем кто-то из вампиров учует его запах.       Райн ослабил объятья, выпуская девушку. По его бездействию она поняла, что он, если и пойдёт с ней, то присоединится позже. Вампирша кивнула и пошла глубже в лес, идя на запах. Чем он был сильнее, тем труднее давался вдох. По-хорошему, Дрим стоило бы держаться как можно дальше от источника, чтобы не поддаться соблазну и не вкусить крови, но ноги сами вели её.       Дрим остановилась, прислушиваясь. Слабое сердцебиение и тяжёлое дыхание; она уже рядом. Вампирша замедлила шаг. Она услышала шаги. Кто-то тяжело и неуклюже переступал с лапы на лапу, ломал ветки и хрипло дышал. Дрим заметила огромную чёрную тень. И она тоже её заметила. В тени блеснули зелёные глаза, она распахнула пасть. С длинных клыков нитью стекала слюна по лохматому подбородку и капала на опавшую листву и поломанные ветки. Чудовище сделало к ней шаг, оставляя кровавые разводы на земле.       Дрим вскинула руку, собираясь ударить заклинанием, как чудовище остановилось, повернуло голову в сторону, принюхалось, глухо рыкнуло, будто от досады, и бегом отправилось в лес. Вампирша, напуганная неожиданной встречей с воплощением своего кошмара, медленно опустила руку. Она вспомнила, зачем пришла сюда, когда услышала сиплое дыхание. Под деревом, лежа среди отсыревших листьев и обломанных ветром веток, была девушка.       — Кэт? — Дрим изумлённо посмотрела на эльфийку. Вот уж кого она не ожидала здесь увидеть.       — Прин, — тихо отозвалась девушка, поднимая глаза.       — Тише… Я здесь, — она опустилась рядом с ней на колени, осмотрела эльфийку, чувствуя, как та холодеющей и влажной ладонью накрывает её руку, пытаясь сжать.       — Я так рада, — словно в беспамятстве сказала она, и её глаза лихорадочно заблестели, — что умру не в одиночестве.       — Ты не умрёшь.       В складках ажурного верха платья, пропитанного кровью, виднелись борозды свежих ран от когтей. В одной из ран застрял чёрный длинный коготь. Дрим не знала, что за существо напало на эльфийку, и не ядовито ли оно, но решила, что лучше сразу достать коготь из раны. На её глаза коготь, будто живой пытался проникнуть глубже.       — Это морвот.       Из-за дерева показался Райн уже в обличии человека.       — Морвот? — переспросила Дрим.       Оборотень кивнул и хмуро посмотрел на раненную девушку.       — Они отравляют жертву ядом с когтей, а потом преследуют их, — объяснил Райн. — Нужно достать. Не трогай коготь голыми руками.       Дрим оторвала клочок ткани от одежды и осторожно достала коготь, стараясь касаться его через плотную ткань. Рана была небольшой, не больше четверти дюйма в глубину и ещё меньше в длину, но если бы проблема была только в этом. Вампирша убрала коготь, стараясь не оцарапать пальцы. Яда, который был на нём, хватило бы на двоих.       — Нужно отнести её к целителю.       — Долго, — отмахнулась Дрим.       Райн не стал спорить. Дорога до таверны займёт время. Они не знали, как давно яд находится в теле эльфийки и сколько времени у неё осталось. Морготы — порождения темноты, скорби и боли. Они появляются там, где слабый духом человек прекращает бороться. Они приходят за ним, изматывают его ядом от ран, а потом пожирают. Говорят, что в тот момент, когда умирающий жалеет о проявленной слабости, из его сожаления рождается новый моргот.       Дрим поднесла руку к губам и, стараясь не касаться языком чужой отравленной крови, попавшей на кожу, сделала глубокий надкус. Тяжёлые капли упали на рану эльфийки — это сняло боль, пока вампирша занималась остальным.       Запах крови отвлекал, но она постаралась сконцентрироваться на заклинании исцеления. Дрим занесла ладонь над раной эльфийки. Райн со стороны наблюдал, как красное сияние поглощает рану. Чёрный яд с шипением выливался из неё, вязкой жидкостью оседая на ткани платья. Время шло. Наконец края раны стали тянуться друг к другу. У Дрим ушло много сил на очищение крови от яда. Она чувствовала дрожь в пальцах и накатывающую слабость.       — Сколько времени тебе нужно?       Вопрос Райна был неожиданным. Дрим не замечала, что происходило вокруг. Потеря внимания на заклинании замедляло или останавливало исцеление. Оборотень стоял спиной к ним и смотрел в сторону леса. Он был напряжён и внимателен.       — Несколько минут.       Райн ничего не ответил.       — Дрим, — Катариада пришла в себя, открыла заплаканные глаза и посмотрела на вампиршу. — Прошу тебя. Хватит, — тихо прошептала Кэт. — Уходите.       — Нет, — возразила вампирша. — Я ещё не закончила.       Они услышали тихий треск — что-то направлялось в их сторону.       Райн зарычал. Катариада увидела, как он обернулся белым волком и кинулся в сторону чёрной тени в лесу. Она испугалась, вцепилась в руку вампирши, пытаясь уговорить бросить её.       — Ты не должна…       — Помолчи, Кэт, — грубо одёрнула Дрим. Они остались вдвоём, пока Райн тянул время, отвлекая моргота. — Ты привлекаешь его своими желаниями.       Эльфийка замолчала и убрала руку. Рана на её теле полностью затянулась. Магическое свечение померкло и быстро исчезло. Дрим оглянулась в поисках оборотня, но слышала лишь шум драки в отдалении. Она поднялась на ноги, протягивая руку эльфийке.       — Пойдём. Нужно отвести тебя в таверну, к Мейлину. Я не уверена, что сделала всё правильно и…       Дрим не успела договорить. Что-то толкнуло её в сторону. Она ощутила острую боль в боках, как что-то сдавило её рёбра так сильно, что она не смогла вдохнуть. Резкая боль оглушила её, из глаз брызнули слёзы. Мир вокруг закрутился, завертелся, что-то чёрное мелькало на фоне тёмного неба. Она чувствовала, как каждый раз бьётся спиной и головой о твёрдую землю, покрытую пожухлой листвой, каждый раз что-то тяжёлое падало ей на грудь и выбивало дыхание. Падение закончилось с сильной болью. Дрим беззвучно вскрикнула. Мир завертелся пред глазами, как разноцветные узоры в калейдоскопе, а следом за ярким хороводом пришла темнота.

***

      Когда Райн вернулся, он нашёл эльфийку у края оврага. Она смотрела вниз, сидя на земле — ей не хватило сил, чтобы подняться, но она пыталась доползти до него и спуститься по склону.       — Дрим! — с отчаянием она звала вампиршу, надеясь, что та ответит ей.       — Что произошло?       — Моргот, — со слезами выдавила Кэт. — Он напал на нас. Дрим… Он утащил её туда. Это всё моя вина. Если бы не я…       — Оставайся здесь и никуда не уходи.       Кэт его будто не слышала, она продолжала лить слёзы и винить себя.       Парень быстро спустился по склону. Он почувствовал запах крови внизу и ускорил шаг. Земля перекатывалась под его ногами. Он с трудом удерживал равновесие, хватаясь за корни деревьев и ветки, чтобы не покатиться. Оборотень боялся, что опоздал и найдёт девушку на дне оврага уже мёртвой.       Он увидел тёмное существо. Оно нависло над чем-то. Оно его почувствовало. Подняло голову, повернуло к нему морду. С раскрытой челюсти стекала вязкая слюна вместе с кровью. Моргот рыкнул и повалился на бок. Райн увидел стрелу, торчащую у него из головы, а потом заметил парня с арбалетом на другом краю оврага. Обменявшись с ним короткими взглядами, оборотень кинулся к вампирше.       Она лежала на земле с кровоточащими глубокими ранами от когтей.       — Дрим, — оборотень позвал её, но она не ответила.       Девушка была бледной.       Спаситель с арбалетом, убивший моргота, оказался рядом. Он сел рядом с девушкой, прислушался к ней.       — Жива, — сказал он и попытался её приподнять. — С вами был кто-то ещё?       — Эльфийка. Она наверху.       — Забирай её и идите в таверну. В округе слишком много морготов.       — А она? — Райн посмотрел на вампиршу.       — Ты здесь ничем не поможешь.       Стрелок достал из-за пояса охотничий нож, полоснул им себя по запястью и поднёс рану к губам девушки, заставляя её пить. Он осмотрел её раны, но торчащих когтей моргота не нашёл.       — Осмотри его лапы. Все когти на месте?       Райн переполз по листьям к телу моргота. Ему пришлось перевернуть тяжёлое тело монстра, чтобы добраться до всех лап и осмотреть каждую из них.       — Двух не хватает. Но какой-то моргот напал на эльфийку. Мы достали коготь из неё. Может, это тот же.       — Эльфийка жива?       — Да… Если ничего не случилось, пока мы здесь.       Стрелок перестал поить вампиршу своей кровью, оторвал от рубашки лоскут и перевязал им рану на запястье.       — Пошли. Покажешь, где она.       Стрелок поднял девушку на руки. Подъём наверх по склону дался тяжелее, чем он рассчитывал.       — Дрим! — выкрикнула эльфийка, заметив вампиршу на руках у парня. Она посмотрела на стрелка и снова заплакала. — Прости меня. Это я во всём виновата. Демон, прости. Это из-за меня она…       Кэт всё причитала, но полукровка не обращал внимания на её слова. Он посмотрел на оборотня и обратился к нему:       — Отведи эльфийку в таверну, найди там лекаря Мейлина.       — А ты?       — Отнесу её к другому лекарю.       Райн не стал спорить. Парень, которого Катариада назвала Демоном, исчез вместе с вампиршей, показав им безопасную тропу. Эльфийка противилась. Она не хотела уходить, не убедившись, что с вампиршей всё будет в порядке, и не понимала, почему ей не позволили отправиться вместе с ними. Оборотню пришлось приложить много усилий, чтобы силком удержать девушку — а он-то думал, что она ослабла из-за ранения! — и отвести её в таверну.       Лекарь нашёлся в главной зале таверны. Как оказалось, это нападение моргота не было единственным. У камина сидел охотник, работавший на хозяина таверны. Он рассказывал, что пошёл в лес проверить ловушки и подстрелить диких птиц к ужину, когда на него напало чудовище. Сам он не знал, что это такое, но некоторые посетители таверны узнали в нём по описаниям моргота. Это известие переполошило постояльцев таверны.       — Далеко же они зашли, — Ралина качала головой.       — Война кругом, чего ты хочешь? — Ансгар был таким же грубым. Он спокойно пил эль, сидя за столиком. Казалось, что события его вообще не волновали. — Где смерть и отчаяние — там морготы. Люди бегут из своих домов и перебираются сюда, к нам на юг, потому что здесь безопасно, — он хмыкнул, потому что не верил, что в мире где-то осталось безопасное место.       — И что теперь? В лес не сунуться совсем?       — Перестреляют их как уток по весне, — мужчина пожал плечами. — Морготы не бессмертные. Их обычные стрелы и болты берут. Может, у вашего хозяина есть знакомые светлые маги. Проведут ритуал защиты и морготы вас больше не побеспокоят. От нежити можно защититься, а вот от войны…       Мужчина посмотрел на раненного охотника. Лекарь обработал и перевязал его рану. Эльфийка, которая знатно навела шума в таверне, уже успокоилась и уснула. Парень, который привёл её, получил настойку от лекаря, но так и не притронулся к ней.       — Дрянь редкостная, а? Давай выпью за тебя, — предложил Ансгар. — Слыхал, что Мейлин не скупится на самогон, когда свои настойки делает.       — Не скуплюсь, — вмешался Мейлин, но настойка не для тебя. Если не хочешь шерстью обрасти.       — Чего? — удивился Ансгар и перевёз взгляд с лекаря на парня у стойки. — Так ты оборотень, что ли?       Райн ничего на это не ответил.       — Так ты их видел? — спросила Ралина, обращаясь к оборотню.       Он посмотрел на неё и кивнул.       — Что он сказал?       — Что отнесёт её к какому-то другому лекарю.       — Надеюсь, что с ней всё будет хорошо, — от беспокойства Ралина крутила в руках передник и посматривала на раненных друзей.

***

      Некогда прекрасный замок потерял былое величие. Он был таким же мёртвым, как и большая часть вампиров, живших в нём в недалёком прошлом. Тишина давила. Многие забыли сюда дорогу, но крики, стоны и шум сражения иногда, как заново, рождались в нём — стены впитали отголоски прошлого.        — Шад! — крикнул Демон, пытаясь найти вампира в пустом замке. Он не выпускал Дрим из рук, но, сколько бы ни кричал, замок оставался таким же безжизненным, как и до их появления. Полукровка остановился посреди тронного зала. Он мчался сюда изо всех сил, чтобы успеть. Порядком измотанный долгой дорогой, всё время на собственных крыльях, он с трудом стоял на ногах и удерживал девушку на руках. Он слышал биение её сердца, тихое и слабое. Слышал её дыхание. И жалел, что не успел прийти раньше. Если бы только Ралина сказала ему раньше, чем Кэт отправилась в лес, где видели моргота!       Демон никогда бы не пришёл за помощью к Шаду после всего, что он сделал, но не видел другого способа спасти девушку. При дурном нраве и ветре в голове вампир оставался отличным зельваром и алхимиком. Он знался на зельях, ядах и противоядиях лучше, чем все целители и зельеделы, которых когда-либо знал полукровка, а кровная связь должна помочь с исцелением. Но его здесь не было. Демон думал, что найдёт вампира в пьяном беспамятстве — даже это было бы лучше его отсутствия.       Посмотрев на вампиршу, он заметил, что искорка в её глазах уже давно угасла. Она теряла жизненные силы, и пусть моргот, ранивший её, уже не придёт за ней, вампирша менялась. Демон замечал, как её руки на пальцах медленно темнеют.        — Демон, — тихо прошептала Дрим, собираясь что-то сказать, но её глаза непослушно закрывались, поддаваясь навязанному покою. Она хотела спать.        — Дрим? Нет, Дрим, прошу тебя. Держись! Ты же сильная, — он опустился на колени, так же крепко держа девушку. — Пожалуйста. Потерпи совсем немного. Мы всё исправим. Ты поправишься. С тобой всё будет хорошо, — полукровка сам не заметил, как его голос понизился до тихого успокаивающего шепота, словно он разговаривал с маленьким ребёнком, а не с той, кого называл своей матерью.       Паника захлестнула его, когда появилось отчаяние. Он чувствовал себя бессильным и не знал, как ещё помочь вампирше. Демон считал, что ошибся, когда понёс её сюда вместо того, чтобы отправиться в таверну вместе с остальными. Мейлин мог бы попытаться исцелить её. Это лучше, чем бездействие и ожидание неизбежности.       Дрим тихо вздохнула, но так и не сказала ни слова.       — Шад! — снова закричал Демон. — Фойрр тебя побери! Где ты?! Ша-ад! — резкая вспышка гнева, а вместе с ней гневный крик с рычанием, рвущимся из груди.       Тишина и только редкое эхо отражается от пустых стен замка.