Путь к власти

      Все коты задержали дыхание на несколько секунд, думая, что Чернозвёзд продолжит через пару мгновений. Нет... этот кот не так прост. Златогривке показалось, что он ещё не решил, кто станет его правой лапой и займёт его место.Белолап же искушённо облизнулся, представляя, как он встаёт рядом Чернозвёздом, всё племя осыпает его похвалами. Молодая королева, заметив это, усмехнулась в усы. Белоснежный кот недовольно шикнул на палевую кошку, та лишь посмотрела на него сверху-вниз и хмыкнула. Снежная Буря боднула подругу в плечо и что-то прошептала ей на ухо. Обе королевы хихикнули. «Ну же, долго ты будешь медлить, предводитель?» — пронеслось в голове кошки, и Чернозвёзд, словно прочитав её мысли, незамедлительно продолжил: — Будет Львиногрив. — закончил кот. Все зашушукались, Златогривка первая одобрительно мяукнула. Подхватили и другие коты, а Белолап, между тем, грустно опустил голову и уставился на собственные лапы, что-то невнятно пробурчав под нос. Златогривка и Белогривка первые подбежали к отцу и поздравили его после церемонии. Златогривка поспешила в детскую, к своим ненаглядным деткам. Войдя в детскую, кошка увидела такую картину — Пёрышко запрыгнул на спину к Синюшке и шуточно взял её за загривок, а Когтишечка, между тем, носилась за Белышом, который бегал от неё. В общем-то, в детской было всё перевёрнуто сног на голову — видимо, Синюшке и Белышу придётся менять моховые подстилки с кем-то из воителей. Златогривка так и застыла на входе, разглядывая происходящее. Снежная Буря подошла к ней и заглянула в душную палатку, где сейчас играли их котятки. Первой очнулась из "транса" Златогривка, прикрикнув: — Хватит! Успокойтесь! Кто будет менять подстилки? Вы, что ли? Если хотите играть — идите на поляну. Идите, идите! — на этих словах малыши поплелись к выходу, но Златогривка остановила своих котят. — Останьтесь, Когтишечка и Пёрышко. Снежная Буря, попроси кого-нибудь из младших воителей сходить за мхом, ладно? Кошка кивнула и помчалась к палатке воителей. Златогривка выдохнула и кивнула на моховую подстилку, чтобы котята присели. Было ясно, что они не очень рады перспективе слушать мать, им лишь бы поноситься по поляне и поиграть с Синюшкой и Белышом. — Дорогие мои, я всего лишь хочу, чтобы вы выросли примерными воителями, чтобы с вас брали пример малыши-оруженосцы. Мои любимые, когда мне было всего три луны, меня бросила мама, оставив в детской одну, а сама ушла, забрав мою сестру. Недавно Белогривка — моя родная сестра, вернулась в племя. Вы ещё малы для этого разговора, я не уверена, что вы уловите его суть, но вы обязаны знать — я никогда вас не брошу! Я умру за вас, котятки... вы будете самыми лучшими в племени, я выращу вас как самых лучших. Знайте, котятки, я с папой, ваш дедушка Львиногрив, тётя Белогривка и тётя Гладколапка всегда будут с вами. Мы всегда вас защитим, котятки. Вы будете самыми лучшими, правда? Котята молча кивнули, и, спросив разрешения, понеслись на полянку. — Э-эй, Златогривка! — окликнула её Снежная Буря. — Мгла и Чернобок согласились, Пеплогрив решил поспать подольше. Он сегодня лагерь охраняет, не хочет заснуть ночью. — Хорошо. Я пойду с ними. — бросила кошка и уже была готова выйти из детской, как Снежная Буря преградила ей путь. — Эй, ты чего? — Ты должна остаться с котятами! Пойми ты, они без тебя сами не свои. Это же твоё чадо, а ты так... моим Синюшке и Белышу почти 6 лун, а я всё равно не ухожу за пределы лагеря. Потому что я не могу без них! — А они без тебя могут... — пробурчала кошка под нос. Хотя... Снежная Буря была права. Как же может Златогривка так поступать? Сама им рассказывает, что никогда не бросит, а ведь за ними не следит. Кошка огорчённо кивнула, как бы соглашаясь с подругой. Когда Снежная Буря пропустила её, сердце кошки учащённо забилось. — Где мои котята? — прокричала Златогривка, увидев обеспокоенных чем-то Синюшку и Белыша. Видимо, они искали Когтишечку и Пёрышко... — Где мои котята???!!! — в истерике завопила кошка, почувствовав, как сердце глухо ухает и направляется в пятки. Они пропали! Её малыши пропали!