Aliis inserviendo consumor.

В библиотеке царила тишина, лишь шуршание страниц ветхих книг нарушало ее. Смуглый молодой мужчина сидел в кресле, бегая серыми глазами по желтой странице. Рен всегда подходила тихо, она скользила руками по его шее и обнимала его тепло и крепко. Он же всегда мягко улыбался и делал колкое замечание, о том, что ему приятна ее заинтересованность во мнении такого очаровательного и неподражаемого имперца. Она заливисто хохотала и целовала Дориана в щеку. Никто из них не променял бы эту дружбу ни на что на свете. Однажды Павус даже признался Инквизитору, что будь она мужчиной, их отношениям вообще не было бы равных. А она опять хохотала, и он опять улыбался. Но ночами он видел ее другой, более бледной, чем днем, судорожно листающей древние фолианты, закостеневшими от холода пальцами. В такие ночи он не мог узнать ее, словно она была одной большой загадкой, которую простому смертному не решить. Живые, блестящие глаза пожирают букву за буквой, отточенным движением поправляет золотистые пшеничные волосы, облизывает палец и переворачивает страницу за страницей. Дориан подливает Инквизитору вино, подает бокал, она легко улыбается и глотком осушает его наполовину. Он всегда спрашивает о том, кто научил ее так пить, а она ловко поднимает голову и торжественно заявляет, что это талант. И так проводили они свои бесконечные вечера в Скайхолде, когда не были в походе. Он знал, как она смотрит на эльфа, понимал ее бесконечную боль и отчаяние, ведь любить мужчин, когда ты тоже мужчина, так же больно. Рен стала Дориану больше чем подруга, но меньше чем может быть женщина для мужчины. Он любил ее так же, как и она его, они были искренни и абсолютно просты в обращении друг с другом. Однажды она подарила ему прекрасную книгу, которую он так долго пытался найти по всем известным ему книжным лавкам и библиотекам, он был так возбужден этим событием, что чуть ли не подскочил от радости, а она улыбалась тепло и открыто. Теперь же Рен реже заходила к Павусу, меньше хохотала и все больше просиживала у себя, обложившись свитками и книгами. Солас стал чаще интересоваться ее успехами, что показалось Дориану подозрительным само по себе. Вестница замкнулась. Однажды Тревелиан пришла к нему рано утром бледная, уставшая, нервно заламывая руки, и попросила помочь в одном деле. Дориан удивился, но пошутив что-то про бессонные ночи, согласился. - Мне нужно найти кое-что… Поможешь достать? Спросила она, смотря ему прямо в глаза так же уверенно, как и всегда. - Хорошо, но только убивать девственниц ради этого я не стану, только девственников. Так о чем речь? Инквизитор криво улыбнулась и протянула ему кольцо. Она носила множество разных колец, ее красивые руки всегда украшала россыпь драгоценных камней, поэтому Павус не был удивлен. - Расскажи-ка, что же такого особенного в этом кольце? - Камень. Мне нужен камень. - Да, я вижу, что только оправа. Я про всякие захватывающие подробности! Ну, знаешь там… камень, что крадет души у маленьких детей или призывает орду кровожадных нагов? Она хохотнула тише, чем обычно и, оторвав взгляд от кольца в своей руке, низко наклонилась к его лицу. Едва слышно Вестница прошептала «почти угадал». Любопытство разжигало Павуса куда сильнее, чем горячее дыхание Рен на его лице. - Так и что же?! - Его называют «белый огонь». Слышал? - Ты сейчас серьезно? Хочешь, чтоб я помог найти тебе то, что никому еще не удавалось с момента падения империи? Инквизитор взяла Дориана за руку и загадочно улыбнулась. - Я знаю, где его найти. Доверься мне. - И ты хочешь, чтобы мы пошли одни? Вдвоем? - Не совсем, с нами будет Коул. Надеюсь, что все пойдет по плану, и мы выберемся оттуда в целости! Дориан нахмурился, идея была сомнительной, но Вестница была самым близким ему человеком, да и он уже дал обещание. - Я в деле. - Отлично! Я велю седлать лошадей, отправляемся сейчас же. С этими словами Вестница выбежала из библиотеки, оставляя за собой шлейф из запаха трав. Солнце только озарило своим первым лучом горы. Павус улыбнулся сам себе. - Что же ты со мной делаешь, ведьма…

***

Рен спустилась по лестнице из библиотеки и оказалась в скромной обители Соласа, стены в которой были расписаны фрагментами пережитых событий. Стараясь идти как можно тише, чтобы проскользнуть мимо мага в холл, Тревелиан задержала дыхание, но это не помогло. - И куда же Вы собрались миледи Инквизитор? Он смотрел на нее из дверного проема так, как смотрят на нашкодивших детей: сверху вниз, с легкой усмешкой. Эйрен выдохнула и прислонилась к стене. - У меня есть одно очень важное дело. Дориан обещал мне помочь. Солас расцепил руки, которые все время держал за спиной, и медленно приблизился к Вестнице. Он снова оказался непозволительно близко. - Что же за дело такое? - Я не обязана говорить. - Обязана, если дело касается знаний из книги, что я дал тебе. Так это из-за нее? - Частично. Мне нужно кое-что найти. - И где же будете искать, Инквизитор? Он гипнотизировал ее взглядом, она сама себе казалась нелепой, маленькой и беззащитной. - В гробнице Диртамена. Она постаралась отвернуться, но Солас резко обошел ее так, чтобы смотреть прямо в глаза. - В таком случае я иду с вами. Возражения не принимаются. - Хватит! Я не маленькая девочка, чтобы ты мог так обращаться со мной! Кровь ее вскипела, едва ли она могла держать себя в руках. Слабые электрические разряды уже начали плясать между пальцев и локонов ее волос. Солас быстро развернулся и одним ловким движением прижал Инквизитора локтем к стене. В его глазах пылала ярость, таким она его видела только во время сражений, нет… Даже во время сражений он был более спокоен, чем сейчас. - Послушай, Вестница! Ты думаешь, что я просто так предупредил тебя о последствиях? Играть с такой магией более чем опасно, не только для тебя, но и для тех, кто тебя окружает. Так что я буду обращаться с Инквизитором как с ребенком до тех пор, пока она сама не повзрослеет. Оторопь быстро спала, когда он договорил. Они стояли неподвижно, Солас все еще продолжал смотреть в глаза своей добыче. Рен окатило волной ярости, она не успела подумать и отшвырнула отступника телекинетической волной с дикой силой. Тяжело дыша, она выпрямилась и еще какое-то время смотрела на эльфа пустыми, невидящими глазами. Солас встал на ноги и отряхнулся. - Теперь я вижу, что за словами что-то да есть. Я по-прежнему собираюсь идти с тобой, Инквизитор. Рен очнулась и быстро кивнула. - Я велю седлать коня и для тебя…