Aliis inserviendo consumor.

- И ты говоришь, что не знаешь, куда она направилась? Вот так просто? Ушла? - Именно. Никто не видел, как она уходила. Просто испарилась. Кассандра меряла комнату Инквизитора шагами уже не первый час. Лелиана корила себя, допрашивая всех своих агентов поочередно, но никто так и не понял, что случилось, куда пропала Вестница. В комнате Тревелиан все было по-прежнему: засушенные растения, развешанные по периметру балдахина, горы свитков, занимающие все свободное место и несчетное множество зеркал, которые, как говорила сама Рен, были сродни оберегам. Но во всем этом беспорядке не хватало одного – хозяйки. Бык осматривал каждый сантиметр, в поисках зацепок, ему казалось, что творится что-то неладное. Холодный ветер хлещет в окна, которые издают грохот от каждого порыва. Солас молчит, его лицо слишком серьезное, брови нахмурены, а взгляд направлен куда-то внутрь себя самого в поисках ответа, Нен на его плече сидит неподвижно. Дориан не отходит от Тайного канцлера и постоянно обвиняет ее в некомпетентности, упоминая, что Вестница однажды сведет его с ума. Скайхолд раздирал гул взволнованных голосов, эхом разносящийся по каждому углу.

***

Тишина царила вокруг, звездное небо мерцало мириадами всполохов. Шепот ветра блуждал по кронам вековых деревьев, едва оставляя мелкую рябь на озере. Тревелиан лежала на спине, устремляя взгляд в глубину неизведанных небесных далей. Протягивает руку и, кажется, что можно дотянуться до далекого огонька, что холодно блещет где-то в мертвой темноте. Она закрывает глаза и чувствует покалывание на кончиках пальцев, душа ее устремляется ввысь. Вздох срывается с губ, словно жизнь покидает ее тело, оставляя взамен что-то большее. Чувство единения с силой такой древней и могущественной накрывает ее словно тяжелым одеялом. Негромкий гул в руинах, словно отголосок прошлого, долетает до ушей. Мысли наполнены болью. Нет сил больше терпеть, она здесь, не может больше видеть людей, ради которых жертвует всем. Вестница устала. Все чаще она стала замечать, что эмоции покидают ее, оставляя только боль и безразличие. Вот и сейчас она сбежала, открыла разрыв и прыгнула. Теперь она лежит на руинах эльфийской империи где-то на Изумрудных Могилах. Голоса в голове не покидают ее, вот и сейчас кто-то шепчет ей, зовет ее по имени. Она слышала страшные пророчества, но старалась не слушать. Ночами перед ее глазами появляются золотые угольки глаз, белоснежная рука тянет к ней длинные тонкие пальцы, антрацитовые локоны пахнут влажной землей. Все мысли поглощены этим взглядом и холодным дыханьем, что она по-прежнему чувствует на своей щеке. Волной страх пробегает по ее спине, а в руке она сжимает иссиня-черное перо. Кажется, что она не одна. Кажется, что они всегда были рядом. Воспоминания возвращаются к Вестнице, теперь она четко помнит все, что сказал ей Диртамен. «Берегись волка». Так он говорил. Волка… О чем говорил хранитель тайн, она не понимала, но смутно догадывалась, что речь идет о Фен`Хареле, ведь именно он обманул Богов. Едва ли Рен могла понимать наставления своего хозяина. Инквизитор открыла глаза, весь мир казался ей пустым и забытым. Невероятная грусть поселилась в ее сердце. Кусает солоноватые губы, не может идти дальше. Поднимается, спрыгивает вниз. Вода такая холодная, такая притягательная. Чувствует дыхание смерти на своем затылке, Фалон`Дин оставляет леденящий поцелуй на ее лбу. Ноги сами несут к воде. Шаг, вода касается ее щиколотки, еще один, волны лижут икры, еще, дрожь бежит по коленям, ступает глубже, вода скрывает ее наполовину, дальше, становится трудно дышать, ледяные волны покачиваются, щекоча ребра… Волчий вой разрывает тишину. Она стоит на месте, не может сдвинуться. Снова раздается протяжный волчий плач. Зачем она здесь? Почему она в воде? Нет, нет-нет, нужно уходить. Молочный камень в ее кольце мерцает бледным свечением. Рен поднимает руку и долго, неотрывно вглядывается внутрь. - Эйрен… Знакомый шепот раздается в голове. Страх пронзает сердце, она отшатывается и падает. Вода накрывает ее с головой, открывает рот, хочет вдохнуть, но захлебывается. Где-то рядом снова раздается вой. Пытается выплыть, но тело не слушается, постепенно мир блекнет в ее глазах. Стало темно. Кровь стучит в ушах, она не жива и не мертва, медленно продолжает опускаться на дно. Свет… Голубоватое свечение. Ярче. Вспышка. Что-то тянет ее за воротник вверх, резко и сильно. Что это? Громкий визг и шипение, ледяные пальцы хватают ее за полы мантии, оставляя следы. Горячо. Голубоватое сияние тухнет, сердце жжет. Кашляет, изрыгая воду. Легкие болят, в глазах проясняется. Хрипит, уткнувшись головой в камни. Затихает.

***

- Солас? Солас, ты в порядке? Он отпускает подвеску, что тер пальцами все это время, открывает глаза. Поднимая голову, прислушивается к чему-то. Выдыхает. - Она жива.