Поменяться местами

Проснулась Эмма от дурманящего запаха кофе. Голова была настолько тяжелой, что и вовсе не хотелось отрывать её от мягкой подушки, как и скидывать с себя тёплое приятное на ощупь одеяльце. А восхитительный сон, что она не успела досмотреть, остался в воспоминаниях. Пару раз поморгав, скидывая с глаз белую пелену, она всё же поднялась с подушки и приняла вертикальное положение. Посмотрев на свои ноги, женщина ещё раз моргнула, пытаясь вспомнить, почему на её ногах мужские носки. Тяжелая голова снова норовила лечь обратно на мягкую удобную подушку и Эмма с трудом заставила себя удержаться. Почесав нос, и окончательно скинув с себя пушистое одеяльце, она почувствовала слегка странное и неизвестное ей раньше ощущение в штанах. — Вот чёрт! — А я надеялся, что Вы проспите ещё два дня, - съязвил Голд. У него в руках был поднос с двумя чашками кофе и сахарницей. — Голд… Проигнорировав жалостный взгляд женщины, антиквар поставил поднос на журнальный столик, сел на кресло напротив и взял одну чашку в руки, отпил маленький глоток, блаженно вздохнул, наслаждаясь горьковатым вкусом, и только после соизволил спросить: — Что? — Эмм… —… —… — Оуу… - протянул Голд поняв причину неудобства женщины и снова сделал глоток приятного тёплого напитка. — И это всё? – возмутилась Эмма, прикрываясь одеялом. — Что Вы имеете ввиду? – искренне спросил он. — Это всё, что Вы можете мне сказать? — А чего ещё Вы хотите от меня услышать? – лицо Голда выражало полное безразличие. Эмма только беззвучно похлопала ртом, пытаясь найти подходящий ответ. — Сходите в душ, - добавил он, закидывая ногу на ногу. — В душ? – слегка покраснев, переспросила Эмма. — Да, - подтвердил Голд, — он там, - и указал куда-то в сторону дверного проема. Эмма ещё немного посверлила чересчур беззаботного мага испепеляющим взглядом, после чего задумчиво улыбнулась и покинула зал. Голд знал свои эмоции слишком хорошо, и уж точно не мог не заметить хитрую ухмылку, что появилась на его лице, когда Эмма встала с дивана. Эта женщина что-то задумала – без сомнений. Тогда антиквар допил свой кофе и пошёл на кухню. Завтрак он уже давно приготовил и даже успел поесть, осталась только порция Свон, что уже остыла. Женщина проспала пятнадцать часов, и помяла его очередные рубашку и брюки. Подогрев кашу с кусочком куриной грудки, Голд поставил тарелку на стол и принялся ждать. Размышляя о том, о сём, он дошел до мысли, что совсем даже неплохо вот так жить - с кем-то. Живя один, маг просто ночевал здесь и иногда работал, просто перебывал в этом пустом и даже отчуждённом помещении. Когда же с ним жила Белль, то каждое утро, и весь день, в доме царили приятные ощущения умиротворения и спокойствия. Хотелось каждый день возвращаться и наполняться энергией жизни. И вот сейчас Голду показалось, что из-за Свон дом стал каким-то оживленным, не таким, каким был при Белль, но уже и не пустым. — Выглядит вкусно, - прозвучал его же голос со стороны дверного проема. — Не толь… - если бы он всё ещё пил кофе, то обязательно бы подавился им. — Где Вы это нашли?! — На нижней полке в дальнем шкафу Вашего гардероба, - довольно ответила женщина, поправляя чёрную футболку с надписью “Hasta la vista baby” и портретом Шварценеггера. А вместо брюк на ней были надеты светлые джинсы, почти как её собственные, только мужские, и в завершении всего образа на её (Голда) ногах красовались чёрные в красную полоску кеды. — Честно говоря, я и сама удивлена, что у Вас имеется такой наряд, - она хихикнула и села за стол, где её уже дожидался, судя по запаху, второй вкуснейший завтрак в её жизни. Она была довольна тем, что не придётся оставшиеся два дня таскать на себе жаркие костюмы и рубашки. — И я не сниму это, - опередила мужчину женщина, заметив, что тот уже собрался возмущаться. Голд закрыл рот и, молча, принялся наблюдать за тем, как Свон поглощает свою порцию завтрака. Он всегда надевал классические костюмы куда бы не пошел, что иногда не нравилось Белль. Вот она и решила в один прекрасный день подарить ему наряд, который выбрала на свой вкус. Мужчина, конечно же, принял подарок без оговорок, но носить отказался, засунув его куда подальше. Вкусы у Белль были немного своеобразные. — Ах, да, - заговорил он. — Пока Вы спали и слюнявили мой диван, мисс Свон, Ваш телефон трезвонил без перерыва. — Киллиан, - с набитым ртом сказала Эмма. — Да, скорее всего это был он, - мужчина скривился, вспомнив надоедливого пирата. — Он просто волнуется. — Не сомневаюсь. — Что Вы там увидели? – Эмма отложила вилку и посмотрела на антиквара, который не сводил взгляда с окна. — Ничего, - Голд повернул голову и слегка отодвинулся, ибо женщина вдруг оказалась слишком близко, пытаясь что-то разглядеть в его (своих) глазах. — Мисс Свон? Эмма промолчала. — Эмм… - Голд наиграно закатил глаза, пытаясь этим жестом показать всю свою усталость. — Мисс Свон, отойдит… Спасительница, сама не зная почему, сократила расстояние между ней и магом и поцеловала его в губы. Как только она это сделала, вокруг них закрутилась чёрная дымка, и просторная светлая кухня антиквара сменилась на ещё более просторное, но слегка мрачноватое помещение с высоким потолком и большими окнами. Голд сразу же отпрянул от женщины и испуганно огляделся по сторонам. Не узнать эту комнату было просто невозможно, и он понятия не имел, почему их сюда перенесло. Эмма же удивлённо осматривалась, радуясь тому, что она снова была в своем теле, ибо перед ней сейчас стоял Голд, который тоже был самим собой…ну, за исключением наряда. — Зачем Вы это сделали? – чуть ли не в истерике проорал он. — Что? — Поцелуй! Зачем Вы меня поцеловали?! – его грудь вздымалась и опускалась, выдавая его состояние, а сердце билось в бешеном ритме. Они не должны были здесь находиться, это было очень опасно, тем более, когда у него нет магии. — Я…я… - Эмма замялась, сама не зная, зачем сделала это. Что-то неизвестное двигало ею в тот момент, и она не могла этому сопротивляться. Что-то похожее на магию, но чью? — Я не знаю… - сейчас такого желания уже не было. Мужчина устало прикрыл глаза и почесал переносицу, пытаясь придумать план действий. Боль в ноге, от которой он уже так отвык, снова напомнила о себе. — Ладно, Вы здесь ни причём, - он осмотрелся по сторонам. Трость осталась в его кухне у стола, а без неё и без магии, с больной ногой, перемещаться не так уж и легко. — Что это значит? — Думаю, это ещё один побочный эффект зелья. — Ещё один? – она хмыкнула. — Знаете, зельевар из Вас не самый лучший. — Или, - проигнорировав высказывание женщины, продолжил маг, — каприз магии, - он нахмурился. Женщина не поняла последнего выражения, поэтому просто спросила: — И почему же нас перенесло сюда? Она хорошо запомнила это помещение, а точнее замок в котором они сейчас находились. Замок Румпельштильцхена. Тот самый, что стоял в Зачарованном Лесу. — Не знаю, - он прошёлся по деревянному полу и провел пальцем по столу, что стоял в центре зала. — И главный вопрос совсем иной, - он посмотрел на палец, на котором осталась пыль со стола. Её было не так много, как было бы, если бы замок был заброшен. — В котором году мы сейчас? — Думаю, для вас это уже не так важно, дорогуши. Маг резко обернулся. Перед ним во всей своей красе стоял…он, но только из прошлого. Тёмные глаза ящера искрились недовольством и замешательством, а тёмный взгляд, который антиквар знал как облупленный, выдавал его желание убить незваных гостей без лишних вопросов. — Голд? – Эмма сделала два шага назад, с любопытством разглядывая Румпельштильцхена. Как и в прошлый раз, он был в кожаном длинном камзоле и белой рубашке с глубоким вырезом на груди, кожаных брюках и в высоких, до колен, сапогах с красным переплётом по центру. — Мне очень интересно, почему ТЫ, - Тёмный виртуозно указал на мужчину и скривился, разглядывая странный наряд незнакомца, — копируешь меня, - повернувшись, он посмотрел на женщину, — но я не в настроении сейчас кого-либо слушать, - маг прошелся к креслу, что стояло в центре стола и устало уселся в него. — Послушай… - антиквар не успел договорить, ибо Тёмный взмахнул рукой и Голд почувствовал, как магия начала его душить. Мужчина схватился за горло, пытаясь вздохнуть больше воздуха, который начал очень быстро покидать его лёгкие. Голова закружилась, в глазах потемнело, а ноги вовсе отказались держать равновесие, и антиквар осел на пол. — Постой! – Эмма протянула руки в примирительном жесте. Она помнила этого Румпельштильцхена с былой вылазки в прошлое, и уж точно не могла забыть его едкий нрав, который, кстати, не очень-то отличался от характера Голда. — Пожалуйста, прекрати это, - она нервно взглянула на антиквара, который безмолвно хлопал ртом, пытаясь вздохнуть хотя бы капельку воздуха. У женщины кольнуло в сердце. — Зачем? – Тёмный закинул ноги на стол и сложил руки в замок. — Он тебе дорог? — Я…Не… - думать не было времени, но и вот так сразу ответить на такой вопрос она почему-то не могла. — Он, это ты! Румпельштильцхен на мгновение замер, в недоумении уставившись на женщину. — Что за глупость? – лицо мага скривилось в ещё большем раздражении. — Я, это я, дорогуша, а он – жалкий самозванец, и, раз явился сюда в таком виде – ещё и глупец. — Нет! Он, это ты, только из будущего. И если ты убьешь его, то убьешь себя! – последние слова она чуть ли не прокричала, ибо Голд уже без чувств рухнул на пол. Маг недоверчиво всмотрелся в испуганное лицо женщины и щёлкнул пальцами, освобождая мужчину от удушья. Голд остался лежать на полу, не двигаясь и не подавая признаков жизни. Эмма подскочила к нему и проверила пульс. — Голд? – обеспокоенно произнесла она. Антиквар закашлял и открыл глаза, жадно хватая ртом воздух, а Эмма с облегчением выдохнула. — Я должен был это предусмотреть, - хрипло выдавил из себя мужчина, поднимаясь на локти. — У вас есть пять минут перед тем, как я превращу вас в улиток, после чего с удовольствием раздавлю, - маг щёлкнул пальцами и незваные гости оказались за столом по обе стороны от него самого. — Ну-с, я весь во внимании, - губы растянулись в ядовитой улыбке. Голд нервно потёр шею, угрюмо косясь на самого себя. Этого человека действительно сейчас нужно было бояться, поскольку не было в те времена в Зачарованном Лесу более опасного и коварного существа. Он и представить себе не мог, что когда-нибудь ему придётся встретиться с самим собой нос к носу. И это ещё удивительно, что Тёмный сразу не убил их, хотя был близок к этому. Мужчина ещё раз потёр шею.

***

— Вот оно как, - задумчиво протянул маг, выслушав историю своих гостей. — Дитя истиной любви? – он щёлкнул пальцами и оказался за спиной Эммы, отчего та дёрнулась и слегка отодвинулась. Румпельштильцхен, стоя за спиной женщины, рассматривал её как какую-то аномалию, что слегка пугало. — Но, это же всего лишь теория, - он закончил осмотр и, щёлкнув пальцами, вернулся в свое кресло. Эмма облегченно выдохнула: Голд и так был со странностями, но в его прошлом этих странностей было ещё больше. — Да и неужели в будущем будет можно носить вот это? – он брезгливо указал на наряд своего двойника. — Нет, - Голд сердито покосился на Эмму, а та лишь безобидно пожала плечами. — Ну и славно, - маг облегчённо откинулся на обширную и мягкую спинку золотистого кресла. — Я нашёл Бея? – вдруг слишком резко спросил он. Повисла небольшая пауза, во время которой оба мужчины помрачнели. — Лишняя информация может навредить нам обоим, - глухо ответил Голд. — Боишься изменить прошлое? – едко переспросил Тёмный, и от его голоса у Голда по спине пошли мурашки. Это было так глупо – бояться самого себя, но так оно и было. Он слишком хорошо себя знал.— Боюсь вас огорчить, дорогуши, - на этих словах Голд дернулся, — но вы уже его изменили, когда оказались здесь. Эмма улыбнулась, следя за реакцией антиквара на свой же сарказм. — Хватит умничать и верни нас назад, - сердито потребовал Голд. — А почему бы тебе самому это не сделать? – саркастически протянул маг. — Ах да, - он театрально изобразил разочарование, — у тебя ведь нет магии. — Дааа, Голд, - вмешалась Эмма, — Вы даже себе язвить мастак. И самомнение у Вас как всегда на высоте, - на что получила два сердитых взгляда. — Молчу, молчу… — Мы нашли Бея? – ещё раз спросил маг. — Ты не должен этого знать, - ответил Голд, щадя чувства самого себя в прошлом. — Мы нашли Бея?! – с напором переспросил маг. — Отвечай! Голд помрачнел и с пустотой в глазах посмотрел на своего двойника. — Я не мог так оплошать! – вдруг воскликнул Тёмный. — Я тоже так думал, - сумрачно сказал Голд. — А теперь верни нас назад. — Нет! – угрюмо ответил Румпельштильцхен и взмахнул рукой, откидывая своего двойника из будущего к стене. — Ты! – его голос сочился злостью, а глаза вмиг помрачнели. — Голд! – Эмма вскочила и сразу же была обездвижена. — Ты не смог спасти Бея?! – вокруг мага закрутилась фиолетовая дымка, и за долю секунды он оказался перед носом Голда, который только начал отходить от удара об стену. — Нашего сына! – он схватил его за горло и резко поднял на ноги. — Ты жалок! - когтистые пальцы впились в кожу. Голд безнадёжно попытался разжать стальной захват, но не смог сдвинуть даже пальца. Тёмный держал крепко, снова начиная душить свое двойника из будущего. Золотистое лицо выдавало всю его злость на самого себя, а в глазах читалось недоверие и желание убить. — Убьешь самого себя? – хрипло спросил мужчина. — И изменю будущее! – со злостью ответил маг и сжал чужое горло ещё сильнее. Он не верил ни единому его слову, по крайней мере, не хотел верить. И наблюдая за тем, как его двойник из будущего задыхается, маг криво улыбнулся, пытаясь скрыть всю скорбь, что накопилась в его сердце за долгие годы жизни. Возможно, человеческая частичка его и поверила всему, что здесь недавно было сказано, но вторая, более могущественная частичка его, хотела верить лишь в одно – что он сможет всё: спасти своего сына и убрать всех, кто встанет у него на пути. Никто не смеет говорить, что у него это не получиться, даже его двойник из будущего. Он готов был ещё сильнее сжать хрупкое горло и покончить со всем, но увидев в карих глазах страх - сразу разжал захват и отпрянул на два шага назад. Голд снова осел на пол, растирая шею и хватая ртом воздух. А он думал, что прошлый день был плохим, но вчера его, по крайней мере, не пытались задушить. Дважды. — Я…я, - маг озадаченно отошёл к столу. — Почему? – он растеряно сел в кресло. — Я недостаточно силён? – он схватился за голову. — Да, - отдышавшись ответил ему Голд. — Я всегда был слаб, - он устало облокотился о стенку. — Я тот, кто я есть…и, - он хмыкнул, — не смотря на мою сущность, она меня любила, - на мгновение на его лице появилась добрая улыбка, быстро сменившаяся грустью, — но я не смог сохранить эту любовь, - он смотрел куда-то перед собой, вспоминая прошлое и прокручивая в голове все свои ошибки. На сердце вдруг стало так тяжко. Зачем он вообще решил всё это рассказать? Словно что-то подталкивало его. Эмма могла лишь молча слушать и ждать, когда Тёмный этого времени соизволит её отпустить. В прошлый раз маг показался ей более стабильным, чем сейчас. — Нет, - Румпельштильцхен в протесте замотал головой. — Нет! – повысив голос, вскрикнул он. — Ты расскажешь мне всё, и я изменю будущее! – он со злостью посмотрел на себя и стены вокруг задрожали, оповещая о взбушевавшейся магии. — Я всесилен! — Невозможно, - всё так же без эмоций ответил ему Голд. Хотя двойник уже начинал его злить. Неужели он настолько глуп? — Будущее нельзя изменить, и уж ты-то должен это понимать, - он тяжко, держась за стену, поднялся на ноги. — Может, что-нибудь ты и изменишь, несколько маленьких тропинок, но конец пути будет один и тот же, - уголки его губ растянулись в едкой улыбке, как бы дразня самого себя. — Послушай меня, ибо я живу дольше. — Расскажи мне всё! – потребовал маг. — Нет, - спокойно ответил Голд. — Тогда я убью тебя, ибо будущее не влияет на прошлое! — Давай! – мужчина в пригласительном жесте расставил руки. Без магии он мог лишь играть, играть свои роли и этим самым побеждать, а точнее обманывать. Ему было страшно, но он тщательно это скрывал. Вот только обмануть самого себя не так уж и просто. Эмма попыталась пошевелиться, но магия Тёмного крепко держала, не давая даже моргнуть. Румпельштильцхен пару секунд, молча, посверлил своего двойника взглядом, как бы раздумывая, после чего повернулся к блондинке и хитро улыбнулся. — Тогда, я убью её, - он хихикнул и в миг оказался за спиной женщины, а когтистая рука приготовилась вырвать человеческое сердце. — Нет! – вместе с протестом из мужчины вырвался светлый сгусток энергии, что откинул Тёмного в сторону, а Эмму освободил из плена магии. — Светлое волшебство? – Румпельштильцхен поднялся на ноги и в изумлении посмотрел на себя из будущего. — Как? Голд как параноик посмотрел на свои руки. — Это не моя магия… - он взмахнул рукой и в его ладони появился белый сгусток энергии. Эмма отошла в сторону, пытаясь понять, как её магия оказалась у Голда, и возможно ли, что волшебство Тёмного передалось ей. И почему? Пользуясь всеобщим замешательством, Румпельштильцхен из прошлого создал огненный шар и запустил его в своего двойника. Голд увернулся и ответил ему светлой магией, отбивая атаку, и атакуя в ответ. Что-что, а ловкости ему не занимать. Одним взмахом руки он свалил на своего двойника люстру, но тот разбил её и поднял в воздух стол, запустив его в своего противника. На этом моменте Эмма решила вмешаться: — Стойте! - и стол взорвался, так и не долетев до цели. Оба мага уставились на блондинку, которая была удивлена не меньше их. Она самодовольно хмыкнула и заговорила: — Так, девочки, давайте не будем устраивать бессмысленные бои и разойдемся по-хорошему. Румпельштильцхен и Голд ещё немного безмолвно постояли, пристально взирая на женщину, после чего маг этого времени резко взмахнул рукой и откинул своего соперника в окно. Стекло с громким звоном разлетелось на маленькие кусочки, а мужчина вылетел наружу, пролетел два этажа и упал на грязную, залитую дождём землю. — Голд! – Эмма подбежала к окну. Вокруг Румпельштильцхена закрутилась пурпурная дымка, перенося его к своему двойнику, который кривясь от боли, скидывал с себя осколки стекла. Он поднялся на локти и еле успел остановить падающее на него дерево, чтобы откинуть его в мага, который с лёгкостью разнёс огромное растение на маленькие кусочки. Тёмный ехидно улыбнулся и взмахнул обеими руками, скидывая на мужчину ещё несколько громадных растений. Тяжёлые деревья с треском вырвались из земли вместе с корнем, намереваясь задавить невысокого мужчину. Антиквар успел отскочить в сторону, но это не помогло, он всё равно был придавлен одним из деревьев, на что Румпельштильцхен этого времени едко хихикнул и вмиг оказался над мужчиной, ликуя своей победе. — Надеюсь, мне там хорошо лежится? – с издевкой спросил маг, присаживаясь на корточки и наблюдая за лицом своего двойника, которое было искажено болью и тяжестью.— Всё-таки… - он замолк. — Голд, Вы псих, - Эмма подсела к придавленному деревом мужчине. — Я спасла Вас от себя самого, а Вы, - она повернулась к Румпельштильцхену, которого пару секунд назад обездвижила, и осуждено ткнула в него пальцем, — чуть не убили себя. Магия не давала мужчине и слова сказать, поэтому он только, молча, взирал на происходящее перед собой. — Чёрт, Голд, не вздумай умирать! – скорее возмущенно, чем обеспокоено произнесла спасительница, заметив, что маг закрыл глаза. — И не надейтесь, - сипло ответил ей антиквар, но глаз не открыл и даже не двинулся. — Голд? – Эмма хотела было потрясти его за плечо, но передумала, решив, что сначала, не помешало бы сдвинуть с него это дерево. Она прикрыла глаза и сосредоточилась на своем желании, вспоминая былые уроки Реджины. Пару секунд и дерево исчезло, а Голд смог вздохнуть полной грудью, но при выдохе болезненно захрипел. Не раздумывая, Эмма провела над мужчиной рукой, в надежде вылечить его от всех травм, полученных при борьбе с самим собой. По лицу мага, на котором появилось облегчение, было видно, что у неё это получилось. Тёмная магия давалась ей с лёгкостью, она даже чувствовала себя как-то иначе, словно может сделать всё, что пожелает. Ей в голову пришла мысль, как вернуться в свое время, и она повернулась к Тёмному этого времени. — Простите, - сказала она и, взмахнув рукой, стерла ему память. — За что Вы из… - Голд не договорил, поскольку женщина снова накрыла его губы своими, и вокруг них закрутился сгусток магии, возвращая их в светлую и просторную кухню. В этот раз поцелуй затянулся, и совсем не хотелось его прерывать, ни ей, ни ему, и даже тот факт, что они снова поменялись телами, не смог испортить самые прелестные минуты последних двух дней.