Во имя мира

***

      Люди – подозрительны. Плохо. Испытывают беспокойство. Подмечают странности. Неприемлемо. Провал недопустим. Все будет хорошо. Выход есть. Пусть неприятный, но есть. Контроль. Всех присутствующих. Кроме объекта №1. Он должен оставаться в сознании. Должен пойти добровольно. Остальных – подчинить.       Раскинуть ментальную сеть. Усилить воздействие. Отключить восприятие. Внедрить программу. Очень простую. Никто не должен знать. Во имя мира.

***

      - Кого же ты ищешь? Может, Роза знает?       - Она не может знать.       - Почему? – только теперь Барни обратил внимание, что Роза безразлично отвернулась в сторону и, судя по всему, не собирается принимать участие в разговоре. Она просто стояла, скрестив руки на груди, и отсутствующим взглядом смотрела в пространство перед собой. Обиделась на девчонку из-за этого трижды проклятого сахара? Ну и черт с ней.       - Потому, что мне нужен партнер для спаривания. Она не может знать наверняка кто это будет.       Барни чуть отстранился и теперь внимательно разглядывал девушку, которая и не думала отводить глаз. Черт знает что!       - Ты так откровенно об этом говоришь… - произнес он наконец.       - Я не хотела нарушать традиций. Приношу искренние извинения.       - Кто ты такая?       - Что ты имеешь ввиду?       - Откуда ты? Местная? Или приехала издалека? Хотел бы я знать, откуда!       - Я… мое… место жительства находится примерно в двадцати милях отсюда. Возможно, я бы могла отвести тебя туда.       - Хочешь, чтобы я тебя подвез?       - Дай мне свою кружку.       - Что?       - Кружку из которой ты пьешь. Передай ее мне, пожалуйста.       - Зачем? Здесь уже почти ничего не осталось. Эй, Роза! Налей…       - Не нужно (краем глаза Барни заметил, что барменша даже не пошевелилась). Мне нужна только кружка.       - Ладно, держи. И объясни, наконец, что все это значит.       - Объяснения ни к чему, - девушка слегка прикоснулась кончиком языка к ободку кружки. Как раз там, где прикасался к нему губами незадолго до того сам Барни. – Важен лишь инстинкт. Ты мне подходишь. Нравишься мне. Ты спрашивал, хочу ли я, чтобы ты подвез меня домой? Ответ – «да».       В более идиотское положение Барни еще ни попадал за все тридцать с небольшим лет своей жизни. Казалось бы, все ясно. Есть девушка, которая не прочь. Вот, прямо здесь, на расстоянии вытянутой руки. Можно ехать к ней хоть сейчас. И все же…       - Слушай, все это как-то странно, - произнес он. – Ты приходишь в этот захолустный, задрипанный бар (он опасливо покосился на Розу, но та по-прежнему была безучастна) и сходу заявляешь, что…       - Но ведь ты тоже пришел сюда именно за этим? Ты искал с кем спариться, не так ли? Так что же тебя не устраивает?       - Откуда тебе знать? И вообще, что за мерзкое слово – «спариться»? Люди так не говорят!       - Прости. Я подыщу другое выражение. Но смысл от этого не изменится.       - Ты права. Но откуда ты узнала?       - У тебя повышенный гормональный фон. Твое тело говорит само за себя.       - Что? Знаешь, я слышал, что у некоторых бывает повышенная чувствительность к феромонам, выделяемым представителями противоположного пола (он поймал себя на том, что начинает говорить совсем как Анна), но…       - Так действительно бывает. Я удивлена твоими познаниями в биологии. Это комплимент.       - Так ты биолог?       - Да. – Она задумалась на секунду, а затем решительно кивнула. – Да, я биолог.       - Уф, ну тогда понятно.       Перед его мысленным взором моментально возник образ нелюдимой, асоциальной, помешанной на своей работе (отсюда и отвратительный жаргон, верятно), девушки, не способной даже адекватно общаться с людьми. Просто удивительно, как она вообще хоть раз в жизни собралась пойти в бар! Должно быть, для нее такой поступок сродни подвигу. Впрочем, такая жизнь как у нее кого угодно может толкнуть на подвиги. И не только. Да, это многое объясняет. Черт возьми, может она еще и девственница? Было бы неудивительно.       - Ты замужем?       - Нет.       - И зачем я спрашивал? Все, извини. Больше никаких дурацких вопросов. Поехали к тебе, ладно? Я только отойду отлить, - он кивнул на заднюю дверь.       - Нет-нет. Мы поедем прямо сейчас, хорошо? На твоей… машине мы сможем доехать очень быстро.       - Как скажешь. – у него было ощущение, что он забыл нечто очень важное. Что-то, связанное с задним двором. Неважно. Пора ехать. Прямо сейчас.       - А которая твоя машина? – поинтересовался он минуту спустя, обозревая небольшую парковку перед баром. – Или…       - У меня ее нет.       - Понятно. Так ты добиралась сюда на такси?       - Нет. Пешком.       - Что? Но ты сама сказала, что до твоего дома двадцать миль! Это ведь далеко за городом, верно? – он вдруг сообразил, что небольшой, тихий городок , куда его занесло по служебным делам, не достигает в диаметре и пяти.       - Я не солгала. Предпочитаю передвигаться самостоятельно.       - А, ясно. Ведешь здоровый образ жизни, биолог?       - Да. Можно и так сказать.       - Что ж, тогда остается лишь надеяться, что поездка на моей тачке не скажется на наших… отношениях, - он снял блокировку с замков и сел за руль своего старенького «Форда». – Забирайся!       Девушка не двинулась. Глубоко вздохнув, Барни перегнулся через сидение и отщелкнул ручку передней двери напротив.       - Прошу, мисс.       - Спасибо, - теперь Анна не мешкая устроилась рядом с ним и, чуть помедлив, захлопнула за собой дверь.