Халява, приди!

«Бежать. Бежать из окутавшей меня и всё вокруг тьмы. Бежать хоть куда-нибудь! Нужно найти выход! Где же он?» — вокруг меня была гнетущая темнота. Она окутывала моё тело, ноги, руки и словно пыталась помешать моему бегству от неё. Но я упрямо, в панике, старалась вырваться вперёд. Под ногами звенело и отдавалось эхом, будто то был хрусталь, что разбивался от соприкосновения с твёрдой поверхностью. Моему бегству не было конца, пока откуда-то сверху не засветился тонкий белый луч. Он не спеша опускался вниз. Я в надежде на что-то хорошее побежала навстречу этому лучу, и как назло из темноты стали прорезаться какие-то тёмно-синие растения. Их стебли были усыпаны колючками, которые впивались в меня, разрывая одежду и оставляя кровавые полосы на теле. Я чувствовала небывалую боль. Но это не останавливало меня. Вскоре в моих глазах наступило помутнение — я не видела ничего, и лишь примерно ориентируясь и помня, что где-то там был луч, на четвереньках ползла по разбитому вдребезги полу. «Я должна увидеть! Я должна!» — твердила я себе и — о, чудо! — в глазах стало проясняться, и я увидела, что нахожусь возле этого лучика света. «Есть!» — было моей последней радостной мыслью, прежде чем рука коснулась этого луча. А потом я оказалась на просторной зелёной поляне. Неба и облаков здесь не было. Дул ветер, и я наслаждалась им. Было так легко. Казалось, ещё чуть-чуть и я взлечу, словно птица, куда-то в это белое пространство, и действительно, потихоньку я стала подниматься ввысь, как вдруг… — Не пущу, — услышала я нежный шёпот за спиной, а затем чьи-то руки коснулись моих ног и осторожно стали опускать меня обратно на землю. Я прикрыла глаза и позволила незнакомцу мягко касаться меня, опуская на землю. Его руки нежно скользили по моим бёдрам и крепко обнимали за талию, прижимая к мужскому телу, стоило мне очутиться ногами на мягкой траве. «Кто ты?» — отчего-то я не могла произнести и слова вслух. Лишь беззвучно раскрыть губы и прикрыть их. — Моя… — послышался шёпот возле уха. Такой приятный, отдающийся эхом в округе. И тут я почувствовала, что я могу говорить. — Но кто же ты? — я резко развернулась, но никого не было. Стало страшно. — Я здесь, — и вновь меня обнимают чьи-то руки. — Покажись, — спрашиваю осторожно и хочу повернуться назад, чтобы увидеть, кто же этот незнакомец. — Не хочу… — А я хочу знать, кто ты, — я надеялась, что моя просьба будет всё-таки услышана, но нет. Незнакомец вдруг задумчиво протянул «м», затем усмехнулся и сказал: — Я тебе не покажусь, но сделаю кое-что другое… — после его слов на мои глаза легла красная лента, которую завязали сзади на затылке. Я ничего не понимала, но чувствовала, что одна рука незнакомца переместилась к шее, а пальцы мягко повернули голову влево, вторая рука ещё крепче прижала моё тело к телу мужчины, а потом этот некто поцеловал меня. Так трепетно, еле ощутимо. Я растворилась в этом поцелуе, а потом… Потом я нехотя открыла глаза и увидела белый потолок, на котором висела в виде пяти тюльпанов оранжево-красная люстра. «Что это?» — я сильно зажмурила глаза и вновь распахнула их, продолжая ничего не понимать. Приподнявшись на локтях, я сонно осмотрелась вокруг и поняла: это чужая квартира. Данный факт меня напугал, и мне пришлось поднапрячь свою девичью память, чтобы понять, где я и у кого. Я чётко помнила, как проходило веселье в клубе, по крайней мере, до момента, где экономисты устроили разврат. А дальше я туго припоминала, как освежала своё лицо в дамской комнате, потом вышла и напоролась на Вову. От воспоминаний его действий, меня как током парализовало. Я была в ужасе: такой весёлый, душа компании парень, во многом хорош, пытался меня… — Твою ма-ать, — судорожно выдохнув в ладони, я прикрыла глаза и уткнулась так в свои колени. Всё тело пробивала дрожь от страха. Не знаю, сколько я просидела в такой позе, но потом в мою голову постучался вопрос «а что дальше было?». Обняв свои плечи, я опустила ноги с дивана. Да, только сейчас я заметила, на чём спала и что была укрыта мягким толстым фиолетовым одеялом с различными геометрическими фигурами желтых, красных, розовых цветов. Первая мысль, которая меня посетила, была о том, что я дома у математика. Собственно, разве человек не может ради забавы купить такое? Ну, или понравилось просто. Мои раздумья касательно одеяла были прерваны щелчком открывающейся входной двери. Не зная, что делать, я со страху нырнула под одеяло и натянула его до самого кончика носа. Слышались приближающиеся шаги. Сердце в испуге сумасшедше колотилось. «Кто? Кто?» Кажется, мой правый глаз нервно задёргался. И вот, шаги уже близки. Ещё чуть-чуть и в комнату заглянул Кирилл Филиппович. — О, юный алкоголик проснулся! — радостно поприветствовал он меня с утра, махнув рукой. — И вам доброе утро, — кисло отозвалась я, убирая с себя одеяло и присаживаясь на край дивана. Брюнет поставил на стол возле шкафа, что располагались вдоль стены, белый пакет с какими-то продуктами. — Как самочувствие? — парень развернулся ко мне лицом и стал стягивать с себя кожаную коричневую куртку. — Да вроде нормально, — пожала я в ответ плечами. На меня устремились зелёные глаза, в которых читалось сомнение. — Голову не кружит? Слабость? Сонливость? Или сушняк? — продолжал расспрашивать сосед, на что я в знак отрицания на каждый вопрос мотала головой в стороны. — И не тошнит? — Всё хорошо, — улыбнулась я, склонив голову набок. — И вообще, я, кажется, выспалась, — в ответ послышался смешок, и на мой вопросительный взгляд преподаватель щёлкнул пальцами, указав куда-то наверх в левой стороне на стенку. Мои глаза чуть из орбит не выпали, а челюсть пришлось попридержать, чтобы та не поцеловалась с полом. – Что?! Сколько-сколько?! — визжала я под хохот брюнета. — Вы это серьёзно? Третий час! — Зато выспалась, — констатировал факт весёлым голосом Кирилл Филиппович. Видимо, его забавляло всё это. Я недовольно фыркнула, сложив руки на груди, в то время как парень кинул куртку на спинку ближайшего кресла, подхватил в руки пакет со стола и вышел с улыбкой из зала. Сидела я в таком положении недолго: вернулся соседушка и поторопил меня умываться, да и в целом приводить себя в порядок. Воевал он со мной долго. Я всё упиралась, говоря, что дойти-то мне тут до дому пару шагов, но этот настырный парень просто взял за руку и отвёл в ванную комнату, оставив меня со словами: «Слушайся старших!» Моему негодованию не было предела. Не, ну какого чёрта это было? — Чуть не забыл, — послышалось за приоткрытой дверью, в которую просунулась рука с моей сумкой. Вот уж про неё я совсем забыла. — Спасибо, — буркнула я, приняв своё сокровище обратно, после чего закрылась на щеколду. Что же, в итоге, как бы я не возмущалась, а всё-таки приводить себя в норму нужно было: пусть я и смывала макияж в дамской комнате, но вышло, оказывается, неудачно. Сейчас больше всего я напоминала себе панду. Это я быстро исправила при помощи влажных салфеток, а потом умылась, вытерлась полотенцем, которое так любезно предоставил мне хозяин квартиры, перекинув его через сумку. Далее я расчесала свои запутанные волосы и поправила одежду — теперь я выглядела сносно. — Ну-с, — выдохнула я, взглянув в последний раз в зеркало, и покинула ванную комнату. Свою сумку я поставила на тумбочку в прихожей и только собралась пойти сказать своему соседу «спасибо», а уже потом уйти домой, но Орда покачал головой и кивком головы указал на кухню. Волей-неволей пришлось следовать за ним. — Кирилл Филиппович, правда, спасибо, но мне пора уже, — пыталась мягко я отказаться от такой гостеприимности, когда брюнет сказал мне садиться за стол. — Нет уж, — выражение лица было его недовольным. Вдруг парень подошёл ко мне, обошёл и теперь стоял за моей спиной. Я была в растерянности: что он собрался делать? Как бы ответом на мой вопрос послужили его руки, так резко положенные на мои плечи. — Садись, — процедил он сквозь зубы строго-сердито, и я с испугу моментом приземлилась на стул. — Умница! — усмехнувшись, Орда погладил меня по голове, а затем приступил обслуживать меня, столь проблематичную гостью. «А он умеет быть жутким», — подумалось мне, пока Кирилл Филиппович наливал мне и себе кофе, и что-то из пакетов выкладывал на тарелки. Когда же всё было на столе, я увидела, что на одной тарелке были мягкие вафли с карамельной начинкой, потом пирожные, а на другой — нарезанный сыр и колбаса, на маленьком блюдце был стопкой выложен нарезной хлеб. — У меня редко бывают гости, так что… — брюнет улыбнулся и тут принялся делать себе бутерброд. — Не стесняйся, ешь. Или ты из этих, что на диете вечно сидят? — в зелёных глазах плясали насмешливые искры. — Нет, конечно! — надулась я и последовала примеру своего преподавателя, правда, по привычке взяла и бутерброд стала есть колбасой вниз. На прыснувшего со смеху парня я смотрела с недоумением. — Навевает воспоминания о детстве, — он отпил кофе из своей кружки, — ведь кот Матроскин завещал, что если есть бутерброд, то колбасой вниз — вкуснее. — Но так правда вкусно! — возмутилась я, жутко краснея и смущённо улыбаясь при этом. Орда лукаво смотрел на меня, а потом сделал себе очередной бутерброд и принялся уплетать его, как я. — Ну, твоя правда, — усмехнулся он. – М! Ангелина, ты ведомость не всю заполнила, между прочим. — А между прочим это ваша работа, а не моя, — сказала я и показала язык. Вот это я осмелела. — Ты — моя практикантка, так что будь добра, в понедельник доделать работу, которую я тебе поручил. Этот гад вовсю торжествовал над тем, как быстро меня настигают поражения, а мне отчего-то было на душе так тепло, так уютно. — А любопытно знать, что вы делали в клубе, если не секрет. — День рождение было у вашей завотделением. Коллективом сидели на втором этаже. — О! Наверное, здорово посидели? — Ну как… Пойдёт. Если бы ты мне не попалась, меня бы уволокли обратно праздновать. — То есть это вам на руку было, что я… — Ага… — Как продумано. — Тебе ещё повезло, что не другие преподаватели засекли тебя, а я, — на мой немой вопрос в глазах Орда продолжал: — Ну, во-первых, мы с тобой соседи, что уже значительно облегчило тебе наказание… Да-да, ты у меня всю практику пахать будешь, как лошадка, — брюнет победно улыбнулся, на что я лишь фыркнула: облегчило, ага. — Во-вторых, от других преподавателей попало бы тебе так, что в глаза потом было б стыдно им смотреть. В-третьих… Наверняка тех товарищей они встретили. — Так вас можно с рыцарем на белом коне сравнить? — усмехнулась я, вопросительно глядя на него. — М-м-м… Можно. Но твоего наказания это не смягчит. — А что мне будет-то? — А это… — брюнет задумался и посмотрел в окно. — Ещё не придумали? — У нас ещё вся практика впереди! — Бли-ин… — жалобно простонала я, прикрывая руками лицо. Наш разговор не кончался. И мне нравилось вот так с ним разговаривать. Нравилось, что друг с другом ведём, как хорошие соседи или даже друзья. «Или голубки», — ехидно отозвалось моё второе «Я», на что я незамедлительно ответила: «Да ну, бред!» — и продолжила своё общение с Ордой. Мы долгое время общались вот так. Уже ничего не пили и не ели, просто сидели и общались. Было здорово. Я чувствовала себя такой окрылённой, такой счастливой! .. — Ого! Уже стемнело! — вот это да, так заболтались, что уже восемь часов стукнуло. — Да, заболтались мы с тобой, — удивлённо произнёс брюнет. — Спасибо вам большое за всё, Кирилл! — радостно сказала я и в изумлении широко распахнула глаза, как и мой сосед, который после ухмыльнулся и осмотрел меня с головы до ног. — Ладно-ладно. Соседи же, ну, — парень дёрнул плечами и подмигнул. — Это ничего, что я… Так?.. — я осторожно шагала за ним по коридору. — Ничего, — на выдохе с улыбкой произнёс он. — Но… — В институте я себе таких вольностей не позволю, честно-честно! — как бы заверяя верность моих слов, я подняла правую руку, выпрямив ладонь. Кирилл хохотнул и кивнул. — Вот и славно. — До свидания! — звонко произнесла я, открывая дверь его квартиры и выходя на лестничную площадку. Поправив в руках куртку с сумкой, я достала ключи от своей квартиры и стала открывать дверь. — Не буянь, — Орда стоял в дверном проёме своей квартиры и устало смотрел на меня. — Хорошо, не буду, — пообещала я, кивнув. — Извините за доставленные неприятности и спасибо за всё. Доброго вечера! — Доброго, — ещё раз кивнув своему соседу, я прошла внутрь своей квартиры и захлопнула дверь. Соседняя дверь закрылась следом. Я повесила куртку на крючок, сняла сапоги и прошла, шаркая ногами, в свою комнату. Сумку я поставила на пол, а сама добрела до кровати и плюхнулась на неё. Тело сразу окутала приятная прохлада, а из-за мягкости я расслабилась и готова была провалиться в сон, хотя спать вовсе не хотелось. «А он всё-таки хороший. Интересно, чтоб со мной стало бы, если бы мы не встретились? Отчего-то страшно об этом думать. А как быть с Вовой? Я не хочу его видеть… А всё равно увидимся же» — Ладно! — громко сказала я, резко поднявшись. — Разберёмся…