Да хозяин, нет хозяин

POV Криса

      Я зажмурил глаза, и для верности уткнулся лицом в подушку дивана, упорно отказываясь смотреть на тело Ирины, которое, с вероятностью сто процентов было частично, или полностью изуродовано. Дышать через подушку сложно. Шаги Оскара, раздававшиеся до этого где-то вдалеке, внезапно, начали стремительно приближаться ко мне. Может, мне только кажется, но за время пребывания в особняке в качестве купленного товара, я стал более чутким к звукам. Могу более-менее точно определить на каком расстоянии от меня Господин в данный момент. — Я разве говорил тебе отворачиваться? — то ли возмущённо, то ли раздражённо спросил меня Хозяин.       Он довольно неспешно присел рядом со мной, и провёл пару раз пальцем по моей щеке, потом, мягко спустился своими пальцами вниз, до подбородка. Ухватившись за него, Господин грубо повернул мое лицо, чтоб я смотрел прямо на него и больше не смог повернуть голову в другую сторону. Пришлось открыть глаза и подчиниться. — Для кого ты думаешь я устроил это маленькое шоу? — он положил вторую руку мне на талию, и слегка сжал бок. — Я не просил Вас об этом, — хотелось бы, чтоб прозвучало более ли менее монотонно, но голос как-то сам стал выше, чем я рассчитывал. И, Хозяин тоже это заметил. — О, поверь. Тебе стоит это увидеть. Или хочешь, чтоб я тебя заставил?       Понимаю, подчиниться придется в любом случае. Хоть он сам этого и вроде не говорил, а может, и сказал когда-то, но Оскара раздражает мешканье и медлительность с ответом. Думаю, это и так было понятно, даже без всяких намеков. Ведь Оскар всем своим видом воплощал практически королевское величие. Во всяком случае, то, что происходит сейчас, контролировать я не могу, да и не смог бы. Что сможет сделать раб, который в два раза меньше и, соответственно, слабее Господина.       А может, всё же… Полностью перестал соображать…       Я наклонился, и легонько, пару раз поддел носом большой палец Хозяина, который уже белее нежно и менее настойчиво поглаживал мой подбородок в ожидании дальнейшего поворота событий. Дрожь чувствовалась в каждой конечности, во всём теле. Я обречённо вздохнул и совершенно точно знал, что смотреть на тело Ирины будет сложно… Морально сложно. Эта девушка была единственным лучиком света, моим лучиком. Она искренне, без малейшей выгоды для себя заботилась обо мне. Только на Ирину я мог рассчитывать. Если честно, то самому себе было противно признаться, что тогда, когда в последний раз видел ее живой и невредимой, то мне было совершенно без разницы, дойдёт ли она до полицейского участка или нет. Это не преданность или трусость… Скорее, мной полностью овладела безнадёжность. Ну, уйду я отсюда каким-либо способом… А дальше? В том то и дело. Я думал, раз она держится, то и я смогу.       Если честно, со стороны, наверное, сейчас казалось, будто я загнанный в угол клетки, маленький зверёк. Точнее состояние просто невозможно описать…       Но вдруг, дрожь​ сама собой внезапно прекратилась, при том, по неизвестной причине. Можно было даже сказать, что я на пару секунд почувствовал, будто нахожусь уже не в роли жертвы, а стал практически соучастником. Я прекрасно понимал, что стоит выбирать: либо снова упираться, что совершенно ни к чему не приведет, либо перебороть себя и… Увидеть то, что с Ириной сотворили по вине Оскара. Совершенно не осознавая своих действий я… Поступал не совсем, как мне позже покажется, логично. Я легонько, почти невесомо, поцеловал большой палец на руке Хозяина, будто просил его о чем-то, или благодарил. Не знаю, на что я столь наивно надеялся, и что хотел донести, может, даже смел надеяться на его милость. Самому уже сложно что-либо понять. Но попытаться и сделать хоть что-то, пусть и столь незначительное, стоило. — Хороший мальчик, всё-таки,.ты научился слушаться, хоть и пока что кое-как, — его голос прозвучал неожиданно ласково, даже можно сказать бархатно, и над самым ухом.       Господин придвинулся ещё ближе, его нос буквально касался моей щеки. Я смог ощутить тёплое дыхание и понюхать аромат его дорогих духов, который мне так нравился. Это выглядело уже более интимно. Я открыл рот немного шире, и Оскар медленно просунул свой большой палец ко мне в рот, а затем, аккуратно ввел ещё и указательный.       Оскар прощупал нёбо и углубился дальше. Он провел пару раз по дёснам, что оказалось даже приятно. Когда Хозяин нашел мой язык, то специально прижал его между своими двумя пальцами, будто зажимая в клешни. Я издал глухой полустон, что вызвало у него мягкую, едва заметную усмешку.       Оскар ухватился почти за основание языка, из-за этого, я чуть было рефлекторно не сжал челюсти. Это было бы расценено как неповиновение, и испортило всю атмосферу.       Я медленно повернулся в сторону входной двери, где всё ещё лежало тело Ирины. Я устремил свой взгляд сначала наверх, чтоб морально себя подготовить. Потом, постепенно начал спускаться ниже, чтоб наконец, закончить всё это, и увидеть служанку, как этого хочет Оскар, пока он был более ли менее лоялен. Может, я даже отделаюсь одним взглядом, и не придется смотреть на этот кошмар в упор.       Лесник что-то упорно потирал на своём изношенном пальто, которое изначально было чёрного цвета. Сейчас об этом напоминали лишь нелепо приделанные заплатки. Когда мы встретились с ним взглядами, он показушно фыркнул, и продолжил дальше своё бесполезное дело…       И тут, я увидел Ирину. Меня просто перекосило. Я не знал, как реагировать. То ли разрыдаться здесь и сейчас, то ли истерично убежать и спрятаться. Девушка была полностью раздета, ещё дышала, но слабо. На шеё и запястьях были многочисленные круглые раны от бычков, которые потом непременно преобразятся в шрамы. Густые темные волосы, местами сбились в колтуны, которые теперь только отстригать. На теле красными полосами шли следы от верёвки. Кожа на лице служанки была частично содрана, особенно на правой щеке. Её нижняя губа была разбита, и несмотря на то, что кровь на остальных ранах уже засохла и замёрзла, на губе ещё шла довольно сильно и капала с подбородка на пол. Видимо, лесник её случайно ударил по пути об одну из ступеней, ведущих в особняк. Оскар увидел, что я куда-то пристально смотрю, и достал свои пальцы из моего рта.