Не всё то золото

Флинт стоял у входа в хижину, хмурясь и ожидая, пока команда его заметит и притихнет. Будучи всего в паре ярдов от Билли, он почти чуял его страх. И хотя Флинт находил удовольствие в том напряжении, что он создавал своим присутствием, он заметил в лице Билли не страх и тревогу, а нечто иное – как будто радость от того, что он видит своего капитана вновь. Флинт на миг оторопел. Неужели этот здоровый глупый мальчишка совсем не помнит, каким образом он очутился в море? Как Флинт нащупал его руку, крепко схватил, а затем вдруг так резко отпустил ее. Такой вспыльчивый молодой парень попросту не смог бы простить покушение на убийство. Никто не смог бы, черт возьми! Возможно ли, что за время, проведенное Билли в оковах, он поверил, что Флинт имел на то основание, что действия его были оправданы? Если и так, эту мысль трудно было допустить. Какова бы ни была истинная причина, Флинт не мог отрицать, что его напрочь лишили равновесия и этот взволнованный взгляд округлившихся глаз, и скользящая в них теплота. С намерением на сухое рукопожатие, он протянул Билли руку. Но когда рослый парень взял ее, Флинт ощутил его едва уловимую дрожь, и чувства вдруг накрыли его волной. Ему стоило немалого труда не выдать своих эмоций. Билли не должен был увидеть, как Флинту его не хватало, как он тешил себя слабой надеждой на то, что тот остался в живых. Неожиданно для самого себя, он потянул Билли к себе и крепко обнял, не желая отпускать. Несколько секунд спустя, он усилием воли все же заставил себя ослабить хватку. Команда, казалось, вопросительно глазела на них обоих. Флинт поднес губы к уху Билли, близко, как для поцелуя, и произнес: «Хорошо, что ты снова с нами». Наконец, он скрепя сердце выпустил парня из объятий и отстранился – сразу после того, как болезненно дернулся его член, что Билли вряд ли мог не заметить. Вскоре после этого, сидя в одиночестве в своей хижине на пляже, Флинт размышлял об этой встрече. «Черт его подери, слишком долго я держал его, слишком близко!» Он начал теребить рукой бороду, как делал всегда, когда был взволнован. Ну почему Билли именно такой – высокий, источающий мощь? Он возвышался над Флинтом, как Томас когда-то давно, и когда они стояли рядом, Флинту приходилось прятать глаза, чтобы это сравнение не выдавало его эмоций. Может, Билли и уступал Томасу в интеллекте, но был равен ему в великодушии. Глядеть снизу вверх в его ласковые глаза иногда казалось Флинту выше его сил. Раздраженный, он шагнул к шкафчику, где хранил крепкое спиртное, и налил себе какого-то ядреного вяжущего пойла. Горло обожгло до боли. Вот и хорошо. Нужно было, чтобы спиртное возымело эффект, да побыстрее. Он грузно опустился на стул и позволил себе поддаться воспоминаниям, впуская образы из прошлого – те, что он удерживал с таким трудом. В разгаре их с Томасом романа, он был способен и любить, и верить, и молить – так, что сейчас едва в это верил. Воспоминания перенесли Флинта на много лет назад, в предрассветное утро, когда он, проснувшись, увидел рядом Томаса, опирающегося на локоть, обнаженного и прекрасного, как статуя… Его точеное тело словно сияло в робкой предрассветной заре, капли смазки блестели на его вставшем члене, как жемчужины. Он неспешно проводил ладонью по всей длине, и глаза его улыбались, жадно оглядывая мускулистое тело Флинта. Возбужденный зрелищем, Флинт резко поднялся и откинул Томаса на теплую постель. Он начал целовать его бедра, сначала лишь слегка проводя по ним губами, а затем все жестче, сладко и медленно поднимаясь выше. Покусывая кожу, он подобрался к основанию члена Томаса, воодушевляемый его тихими постанываниями. Не отводя взгляда, он начал облизывать и сосать его член по всей длине, ощущая знакомый вкус, вдыхая пьянящий запах. Осознавая, насколько отчаянным и покорным он выглядит, он наконец полностью заглотил член любовника… Это ощущение вновь непроизвольно всплыло в памяти Флинта. Спиртное уже затуманило его голову, и он осознал, что сидит с приоткрытым ртом, как будто еще удерживая внутри себя Томаса, который заполнял его, делал его целостным. …Ему приходилось быть осторожным, ведь Томас был так чувствителен. Даже самое медленное и легкое движение языка Флинта могло заставить его кончить с такой силой, что это ошеломляло их обоих. В этот раз, когда Томас начал взбрыкивать и толкаться в его язык, Флинта охватило желание и нужда уступить своему любовнику. Одним быстрым движением он вынул член Томаса изо рта и перекатился на спину. Он обвел пальцем скользкую головку и прошептал Томасу, куда он хочет, чтобы тот кончил. С любовью и пониманием в глазах, Томас поднялся на колени, оседлав торс Флинта, и начал двигаться в своей ладони, до тех пор, пока не излился на него. Горячие брызги окатили лицо Флинта, заставляя его стонать от блаженства. Жидкость стекала по его носу и подбородку, вдоль лини челюсти, попадала в его волосы, а он открывал рот, стараясь не пропустить ни капли. Облизывая губы и упиваясь вкусом, он чувствовал, как экстаз накрывает его, когда Томас изогнулся, чтобы вылизать его, по-кошачьи… Утонувший в грезах Флинт вздрогнул от грохочущего звука тяжелых сапог за спиной. - Капитан, это я. Флинт выдохнул, чувствуя облегчение от того, что он был нетрезв. Он долго молчал, не поворачиваясь к Билли, лишь едва заметно кивнув головой. «Подождет», подумал он, размышляя о том, как мальчишка отреагирует на заметную выпуклость в его штанах, если он встанет и повернется к нему, выставляя ее напоказ. Может, это был пьяный дурман, но какая-то часть его желала, чтобы Билли увидел, желала доказать, что он самый обычный человек. Какого хрена он ожидал, вторгаясь в личное пространство Флинта? Он же мужчина, в конце концов! Он имеет право возбуждаться, где и когда захочет. Черт, наверно, было бы лучше, если бы кто-то из команды застукал его охаживающим шлюху на столе, чем в одиночестве, пьяного и возбужденного воспоминаниями. - Эмм… Капитан? Я только хотел убедиться, что Вы знаете, что я поддерживаю Вас, – помолчав, он добавил: – В голосовании. Флинт молча налил себе еще стакан. - Вы бы сказали что-нибудь, – в голосе Билли назревало раздражение, – а то меня пугает эта угрюмая тишина, черт возьми. Хотелось бы, чтобы Вы помогли понять, что сейчас между нами. В душе Флинта, осторожность сдала свои позиции. Он поднялся, держа стакан в руке, и неспешно повернулся. Билли стоял, как всегда, с озадаченным видом и скрещенными на груди руками, слегка сутулясь, тем самым как будто извиняясь перед своим капитаном за превосходство в росте. Флинт ждал, пока взгляд Билли упадет на взбухшую выпуклость чуть ниже его ремня, и не смог сдержать пошлой ухмылки, когда Билли вытаращил глаза. – Эх, Билли, мне бы полсотни таких, как ты. Знаешь, почему? Билли сглотнул и мотнул головой. Флинт подумал: «Потому что ты привлекателен, и я вижу, как ты хочешь меня». Он сказал: – Потому что, черт возьми, ты словно открытая книга, ты знаешь об этом? Все твои мысли до единой видны у тебя на лице. Ты же что угодно простишь мне, если я нагну тебя над столом и отымею как следует. Он подмигнул Билли, с наслаждением замечая, как тому неловко. Если на то пошло, трахнуть его было совсем не плохой идеей. Почему бы и нет? Снять напряжение… Щеки Билли вспыхнули и залились краской, что вызвало у Флинта кривую усмешку. Он начал надвигаться на дрожащего от волнения мужчину, намереваясь либо жестко взять его, либо выгнать вон, но, не пройдя и пары шагов, он оступился. Черт, что это за пойло такое? Не успел он выпрямиться, как его обхватили сильные руки Билли. Вмиг обескураженный и беззащитный, Флинт поднял голову и встретил взгляд возвышающегося над ним мужчины, тревожный и нежный. Не дав себе опомниться, он слегка откинул голову и прикрыл глаза. Билли принял вызов. Когда Флинт ощутил мягкое прикосновение его губ, позвоночник его превратился в раскаленный стержень, и сладкое возбуждение прокатилось от основания члена далеко вглубь – к тому месту, которое Томас отыскивал когда-то так часто, так умело. Билли крепко удерживал его в своих мощных руках, и земля словно таяла у Флинта под ногами. Прерывисто целуя Флинта, Билли обдавал его лицо жаром своего дыхания, и тот чувствовал, как колотится сердце в груди Билли, когда он крепко прижимался к нему. Одной широкой ладонью он скользнул Флинту за шею, лаская ее, а другой пробрался вниз и спешно расстегнул пряжку его ремня. Если отступление было еще возможным, то сейчас или никогда. – Нет, – произнес он едва слышно. – Нет! – Второй раз уже громче. Он отвернулся и провел рукой по волосам. – Капитан, не надо, – в голосе Билли сквозили раздражение и грусть. Он схватил Флинта за плечо, чтобы удержать, медленно сужая расстояние между ними, подкрадываясь, словно охотник к дикому животному, боясь его спугнуть. Флинт стоял, все еще отвернувшись, но не пытался отстраниться дальше, позволяя Билли слегка прижать губы к его уху. – Да, ты мог бы взять меня жестко и грубо, весь на взводе, в напряжении, – прошептал Билли, прерываясь, чтобы поцеловать Флинта в шею, на которой начала выступать испарина, – может, тебе бы даже понравилось. Но я знаю тебя, я наблюдал за тобой… Больше, чем ты думаешь. Позволь мне взять все в свои руки, снять бремя власти с твоих плеч. Она все равно не приносит тебе счастья. Черт возьми, Флинт, как ты не можешь понять? Я просто хочу дать то, что тебе нужно. Прошу, доверься мне лишь на миг, – умолял он. – Я не знаю, что, по-твоему, мне нужно. Что, по-твоему, ты обо мне знаешь, – голос Флинта, казалось, вот-вот сорвется. – Если хоть какая-то часть меня… Он осекся, закрыв рукой рот, но тут же повернулся и посмотрел Билли прямо в глаза. То, что он увидел в них, его обезоружило. – Я… ох!.. Он поднес обе руки к лицу Билли и потянул его к себе. Взяв в рот язык парня, он стал неистово сосать его, ощущая, как руки Билли обвивают его, а сильные ладони вжимаются в его спину. Билли нащупал край рубахи Флинта и стянул ее через голову, когда тот покорно поднял руки, позволив ему. Свет свечей озарял крепкий торс Флинта. Он чуть отвернулся, смущенно бегая глазами по сторонам, пока мальчишка восхищенно водил по его телу затуманенным взглядом, исследуя грудь Флинта кончиками пальцев. Нервно сглотнув, Билли поднес большой палец ко рту и облизал его. Что было у него на уме? Флинт закрыл глаза и вдруг почувствовал влажное прикосновение к его соску, слегка грубое, но и нежное. Мягко поглаживая его пальцем и очерчивая круги, Билли покрывал поцелуями ухо и шею Флинта, заставляя его задыхаться от блаженства, а его член – набухать от желания. Флинт вжался бедрами в Билли, своим вставшим членом ощущая его. Казалось, он был возбужден еще больше. От одной этой мысли ему до боли захотелось соприкоснуться с ним кожей, и он потянулся Билли в штаны, чтобы высвободить его член, но Билли оттолкнул его. – Сначала ты, – сказал он, расстегивая ремень Флинта и стягивая с бедер его штаны. К его собственному удивлению, Флинт позволил Билли толкнуть себя на стул и раздеть догола. Флинт ощущал себя таким уязвимым под взглядом рослого Билли, смотрящего на него сверху вниз, все еще полностью одетого. Без своего капитанского костюма, он был обезличен. В свете лампы, на его теле были видны все до единого шрамы и рубцы. Он знал, что на его члене уже выступила смазка. Билли шагнул вперед и одним коленом оперся на стул Флинта. Он положил левую руку Флинту на плечо, слегка удерживая его, а правой высвободил свой член и начал проводить рукой по всей длине. Теперь уже Флинт вытаращил глаза на Билли, который двигал бедрами взад-вперед. Он частенько задавался вопросом, был ли член парня соразмерен его росту и сложению. Теперь он получил ответ. Флинт тоже начал проводить по всей длине своего члена, скользя по своей смазке и двумя пальцами обводя головку, размеренными движениями. Он уже начал выгибаться в спине, не отводя взгляда от члена Билли, и не мог не представлять, как тот обдает его своей жидкостью и куда она попадет. Билли вдруг перевел дыхание, и Флинт напрягся в ожидании. Парень остановился как раз вовремя. Он наклонился и поднял лицо Флинта за подбородок, заставляя его посмотреть прямо ему в глаза. – Пойдем в постель, капитан. У Флинта встал в горле ком, огромный, как глыба. Если сейчас он разделит с Билли постель, нежно отдавшись ему… Кем же он будет после? Словно предчувствовав его сомнения, Билли нагнулся, взял его за руку и поднял на ноги. Он потащил его к стоящей в углу кровати, на которой Флинт отдыхал, когда представлялась такая возможность. Она была небольшой, но опрятной, и на ней как раз хватало места для них обоих. Первым действием Флинта было перекатиться на подушку и зарыться в нее лицом. Пока он лежал, легкий ветер покалывал его ноги, и он слышал, как Билли снимает одежду и бросает на пол. Затем последовал звук, который он знал много лет назад – как из бутылки выходит пробка, и масло попадает на горячую кожу. Он почувствовал, как провисла кровать, когда Билли забрался на нее позади него, и вновь напрягся, в ожидании скорого проникновения. Надеясь, что, быть может, если он не будет видеть, то все будет в порядке. – Нет, капитан, так не пойдет. Я хочу видеть твое лицо. Хочу, чтобы ты видел мое лицо. Руками настолько сильными, что Флинт вряд ли смог бы сопротивляться, даже если бы захотел, Билли схватил его и перевернул лицом к себе. Он развел ему ноги и приподнял одно колено к груди, сделав его совсем беззащитным. Он начал неспешно и уверенно ласкать упругое отверстие скользким от масла большим пальцем, вверх-вниз. Его нежность сводила капитана с ума, заставляя сжимать кулаки и извиваться всем телом. Флинт часто дышал, хватая воздух ртом. Он знал – все его лицо выражало нестерпимую похоть. – Ты хочешь меня? – спросил Билли. Он должен был услышать, как Флинт произносит это вслух. – Прошу тебя! Жесткость вдруг улетучилась из голоса Флинта, интонация была совсем не та, что он хотел. Он думал, как далеко Билли сможет зайти. Ответом на его мысли стал резкий толчок большого пальца Билли, который скользнул внутрь и начал бороться с сопротивлением, подготавливая Флинта к гораздо большему. Когда его коснулась головка члена Билли, Флинт не удержался и подался навстречу, но Билли водил ей по кругу, раздразнивая его и заставляя сгорать от ожидания. Флинт был уже не в силах терпеть. – Билли, Богом клянусь, если трахнешь меня прямо сейчас, я прощу все это, даю тебе слово. Билли отреагировал мгновенно и мощно. Даже после подготовки, его член казался настолько толстым, что едва мог войти. Флинт чувствовал, как Билли пытается побороть его тесноту и сопротивление, и на миг он даже испугался, что он так и не сможет приспособиться. Но затем напряжение вдруг ушло, он поддался, и Билли проник в него так быстро и глубоко, что Флинт чуть не вскрикнул. Таких ощущений он не испытывал никогда прежде. Поначалу Билли двигался медленно – наверно, ему всегда так приходилось. Флинт ощущал, как Билли растягивает его до невозможности широко и проникает настолько глубоко, что Флинту показалось, будто он вот-вот почувствует его член у себя в глотке. Желание все росло, и Билли ускорился. Быстрота и нарастающая мощность его движений разливала по телу Флинта сладкий восторг, когда Билли нашел нужное место внутри и всаживал в него снова и снова. Тела их быстро нашли ритм, и с каждым движением Флинту хотелось все жестче, все быстрее. Внезапно осмелев, он дал себе волю и стонал, выкрикивая «Давай же, давай!», нимало не заботясь о том, кто его услышит и что о нем подумают. В первый раз за столь долгое время он был самим собой. Его рот растянулся в ухмылке: – Сильнее, черт возьми! Это все, что ты можешь? Он хотел, чтобы Билли скорее кончил в него, хотел вызвать экстаз этого великолепного мужчины, о Боже… – Ааа! – Билли задрожал над ним и всадил так сильно, что это должно было быть его разрядкой. Член Билли толкался и пульсировал глубоко внутри его капитана, он вновь и вновь опускал голову, хватая и целуя рот Флинта. – Твою мать!.. Я люблю тебя!.. Я люблю тебя!.. О черт!.. О черт!.. Всего три движения рукой понадобилось, чтобы Флинт кончил вслед за ним. Его мышцы плотно сжались вокруг Билли и начали сокращаться, его накрывало волной безумного удовольствия, которое усилилось еще больше, когда он увидел лицо Билли над ним, искаженное, словно от боли. На самом пике, Флинт откинул голову, рыча, и ощутил брызги своего семени на груди. Билли улыбнулся, лениво глядя на него сверху вниз опьяненными глазами. – Вот так ты выглядишь после хорошей драки. Флинт рассмеялся, открыв рот и обнажив зубы, часто дыша. Возможно, Билли был прав. Он потянул Билли вниз и обвил парня руками. Тот весь дрожал, все его тело было покрыто испариной, которая начала остывать. Они лежали так очень долго, пока ритм ударов их сердец не замедлился, а дыхание не улеглось. Наконец, Флинт ощутил, как Билли обмяк в его руках, а дыхание его стало долгим и глубоким. Когда парень заснул, он страстно возжелал, чтобы между ними все осталось именно так. Он не намеревался лгать. Он хотел было просто плюнуть на все и справиться с любыми последствиями. Но когда страсть его остыла и вернулось ощущение реальности, Флинт решил, что ставки были чересчур высоки. Он зашел слишком далеко, чтобы рискнуть всем этим ради одного лишь момента радости. Это было невозможно. Флинт высвободился из объятий Билли и беззвучно оделся, и в процессе вся его решимость вернулась. Репутация, доставшаяся ему с таким трудом, была ему жизненно необходима. Он должен был беречь ее, чего бы это ни стоило и ему, и тем, кого он любит – по-своему. Бросив последний долгий взгляд на довольное и безмятежное лицо Билли, Флинт сделал то, что должен был. Билли проснулся от испуга, когда Флинт прижал его к кровати. Он попытался вскрикнуть, но Флинт плотно закрыл его рот рукой. – Ты попросил меня довериться тебе, – прошептал он, вплотную приблизившись к напуганному лицу Билли, – и я доверился. Но ты же знал, что это дорого обойдется. Не успел Билли издать и звука, как Флинт ударил его по лицу так сильно, что из носа его потекла кровь. Побледнев от шока, Билли вскочил и накинулся было на Флинта, но тот уже шагнул назад, подняв руки. – Это все, Билли, все, что я должен был сделать, нет нужды драться. Билли стоял, недоверчиво уставившись на него. – Какого хрена?! Флинт говорил спокойно и холодно: – Команда наверняка слышала что-то из произошедшего здесь сегодня. Повышенные голоса, крики. Пусть они лучше придут к выводу, что мы дрались, ты так не считаешь? Теперь ты и выглядишь соответствующе. Билли усмехнулся все еще приоткрытым от шока ртом. Флинт продолжал: – Я не извиняюсь за то, что произошло между нами. Я просто не могу объяснить это команде, не потеряв авторитета. А я не могу допустить этого, только не теперь. – Черт тебя подери, – сказал Билли, – ты просто не можешь избавиться от этого, да? Он опустил голову и выглядел таким удрученным, что Флинт с трудом преодолел порыв броситься к нему и крепко сжать в объятьях, пока Билли снова не улыбнется. Но он лишь молчал, и на лице у него не было никакого выражения. Вскоре Билли пришел в себя. – Что ж, – сказал он, – можешь бить меня так сильно и часто, как тебе вздумается, но это не меняет правды: ты хотел этого, и тебе это было нужно. Ты жестокая тварь, но в этом не весь ты. И чем скорее ты придумаешь, как примирить эти две стороны внутри тебя, тем лучше будет для всех нас. – Если бы только это было возможно, Билли. Боцман вздохнул. – Я подожду. Что еще мне остается делать?