Не всё то золото

Шум голосов вокруг, вкус черствого хлеба, даже подпалубный запах гнили; сегодня все это вселяло во Флинта странное чувство удовлетворения, даже удовольствия. - Разрушай города почаще. Тебе идет. Флинт поднял голову от тарелки и увидел Чарльза Вейна, усевшегося напротив него. Команда немного притихла. Эти двое преломляют хлеб – вот уж зрелище, которое никто не ждал увидеть, поэтому многие отнеслись к этому с подозрением. - Неужели? – наконец ответил Флинт. - Я уж думал, ты будешь более обеспокоен – после того, что произошло с той женщиной, Барлоу. Флинт ощутил, как Билли, сидевший рядом, напрягся всем телом. Он успокаивающе коснулся руки боцмана под столом. Чарльз осторожно вынюхивал, выискивая слабое место – возможно, просто по привычке. Но, по правде говоря, что касалось Миранды, то едва ли у Флинта остались чувства. В момент ее смерти, чувство потери опустошило его, но когда Флинт стоял на палубе, созерцая клубы дыма, поднимающиеся в небо над Чарльзтауном, он почувствовал необыкновенное умиротворение. Несмотря на то, что они говорили о том, чтобы перебраться подальше от моря и прожить остаток жизни в безвестности, Флинт всегда знал, что Миранде не обрести покой. После потери Томаса она еще сильнее, чем он сам, испытывала гнев и отчаяние. Это медленно убивало ее, пожирая изнутри. Он скорбел по ней еще при жизни. Все то время, пока она была в Нассау, заботясь о нем, будучи свидетелем его злодеяний, бремя вины тяготило его, как якорь. Развалины разрушенного им Чарльзтауна были подходящей усыпальницей для такой женщины. Ее последние желания были самыми мрачными, что он мог себе представить, и он воплотил их в жизнь. Каждый грохочущий выстрел, каждая свернутая шея, каждая рассеченная грудь стали для него катарсисом. Бог знает, каким человеком он стал после этого, но он не был намерен об этом беспокоиться. - Я смирился с этим, – сказал он, продолжая трапезу. - Что ж, я этому рад, – проворчал Вейн, явно разочарованный ответом. Билли заерзал на своем месте. - Капитан, мне нужно на палубу, проверить, как идут дела. Еще многое предстоит сделать до того, как мы причалим завтра. Флинт утвердительно кивнул. - Конечно, только отчитайся в конце дня. Билли удалился, бросив быстрый взгляд на Вейна, который развязно ухмыльнулся ему в ответ. Когда Билли уже не мог их услышать, он сказал: - Знаешь, я ведь пытался переманить его, и не раз. Он не говорил? Флинт улыбнулся. - Нет, но я не удивлен, что ты попытал счастья. Он опытный моряк. - О, он гораздо больше. Как думаешь, сколько грамотных людей у меня в команде? И сколько из этих немногих хороши в сражении, честны, преданны?.. Флинт не мог понять, к чему он клонит. Он всмотрелся в лицо Вейна, но ничего тревожного не увидел. - Жаль, что ты разочарован, но что я могу сказать? Он знает, что его место здесь. Вейн оглянулся по сторонам и понизил голос. - Рядом с тем, кого он любит. Флинт почувствовал, как хлеб комом застрял у него в горле. Ему пришлось хлебнуть рома, чтобы наконец проглотить. Вейн рассмеялся. - Не подавись. Мне нет дела до того, что он согревает твою постель. Слушай, уж я как никто другой знаю, какую цену порой приходится платить за собственную привязанность. Флинт провел пальцами по бороде и тихо сказал: - Полагаю, ты пытаешься что-то до меня донести, так что давай ближе к делу. А там уж я решу, оскорблен я или нет. Вейн пристально посмотрел на него, затем отвел взгляд. - Возможно, ты не послушаешь, но вот тебе мой совет. Ты самый грозный пират Нассау. Ты только что разнес целый порт в щепки. Думаешь, кому-то есть дело до того, что ты трахаешься со своим боцманом? После того, что мы с тобой совершили, наши имена будут внушать ужас еще десятки лет. И пока мы исправно платим своим людям, мы можем делать какого только хрена нам ни вздумается. Флинт выгнул бровь. - Смысл в этом есть. Вейн развел руки. - Это факт, и учитывая схватку, которая нам всем предстоит, есть смысл держать самых лучших своих людей как можно ближе, любой ценой. И не делай вид, что это не доставит тебе удовольствия, – лукаво ухмыльнулся он. - Меня трогает твоя забота о моем благополучии, – ответил Флинт, – но если не секрет, какого хрена тебе надо? - Все просто, – сказал Вейн. – Поскольку мы теперь, – он подыскивал подходящие слова, – связаны одним делом, я заинтересован в том, чтобы ты был в наилучшей форме. Я считаю, что твоя привязанность к Билли имеет стратегические преимущества. Команда любит его, причем гораздо больше, чем тебя. Флинт недовольно хмыкнул, но не стал этого отрицать. - Им нравится, что он может повлиять на тебя, и они будут рады, если это влияние усилится. Флинт ненадолго задумался. - Возможно, насчет команды ты и прав, но меня беспокоят все остальные. Я хочу, чтобы капитан каждого торгового судна, каждый новоявленный офицер королевского флота до усрачки боялся одного лишь упоминания моего имени. Если я признаю перед миром свои слабости, как я смогу этого достичь? Вейн рассмеялся. - Ты такой умник, а соображаешь иногда туговато, – он нагнулся ближе и едва слышно проговорил низким голосом. – Человек, который живет, презирая все правила цивилизации? Это самое страшное, что все они могут себе представить. *** Позже, когда солнце уже было высоко в небе, Флинт ступил на палубу. Заняв привычную позицию, он стал наблюдать за своей командой. Они работали, как идеально отлаженный механизм, и это приятное зрелище даже вызывало у него чувство гордости. Флинт сразу же остановился глазами на Билли, который проворно взбирался на грот-мачту с целью устранить обнаруженные им неполадки. Его рубашка была немного распахнута, и Флинт мог разглядеть изгибы его упругого тела. Он залюбовался тем, как боцман сильными руками затягивал канаты. Флинту безумно захотелось вновь ощутить эти руки на своем теле. Все утро слова Вейна эхом отдавались в его голове, и он неохотно признал, что в них была толика правды. После опрометчивого поступка в Нассау, Флинт умудрялся избегать Билли, и парень безропотно смирился с этим. Тем не менее, в тишине своей каюты Флинт не раз прокручивал то событие в своей голове. Столько раз, что это было уже рискованно. Он ощущал, что тогда он выпустил наружу нечто такое, что уже не могло быть скрыто вновь. Флинт рассудил, что долгие размышления делу не помогут. Возможно, лучше просто сделать шаг, а потом уж пытаться выкрутиться, если что-то пойдет не так. - Мистер Бонс! – крикнул он громче, чем было необходимо. - Капитан? – Билли оторвался от работы с выражением лица «нельзя ли подождать?» - Снимите рубашку, – гаркнул Флинт. В этот раз некоторые матросы подняли головы, не веря своим ушам. - Что? – Билли слегка насторожился. - Я сказал, снимите рубашку, – капитан подмигнул ему. Последовали скабрезные смешки команды. Флинт почувствовал на себе чужие взгляды. Двое долго и пристально смотрели друг на друга. - Для Вашего развлечения? – губы Билли расползались в улыбке. - Да. С палубы донесся смех, уже громче, и кто-то выкрикнул: «Выполняй!» Билли качнул головой, но Флинт ясно видел, как он улыбался и прикусывал губу. С плохо скрываемым удовольствием, он драматично пожал плечами и сказал: - Ну ладно. Обхватив ногами грот-мачту, он медленно снял рубашку, стащив ее через голову, под хор одобрительных воплей и восторженного свиста снизу. Он завершил представление, раскинув руки и с вызовом вздернув подбородок, словно приглашая Флинта на драку. Флинт не отводил взгляда от боцмана. Матросы внизу начали ритмично хлопать и топать, что заставило Флинта наслаждаться моментом еще дольше. Он сам не мог поверить, как сильно возбудился от одного вида загорелой кожи и бугрящихся мускулов. Наличие публики как будто усиливало его желание. Ему казалось, что это худший грех, который он мог совершить, но кому этого не хочется?.. Наконец, он кивнул головой в сторону своей каюты, затем развернулся и шагнул по направлению к ней, с некоторым трудом из-за напряжения в штанах. Топот команды сменился улюлюканьем и завываниями, и он надеялся, что Билли легко пробьется через них. Флинт ни на секунду не сомневался, что Билли последует за ним. И правда, Билли вскоре вбежал в каюту. - Какого хрена!? Это называется «скрывать от команды»? Флинт открыл рот, не зная, что сказать, но Билли остановил его. - Нет, не отвечай. Лучше мне не знать. - Вот и хорошо, – сказал Флинт, – я и не собирался вести беседу. Он потянулся рукой к двери позади Билли, захлопнул ее и закрыл на замок, а затем вжался в парня всем телом, резко схватил его за шею и притянул его голову вниз для жаркого поцелуя. Флинт почувствовал вкус рома во рту боцмана, а его губы были такими солеными от морской воды и пота, что их хотелось кусать. Вместо этого он протолкнул язык как можно дальше ему в рот. Флинт вскоре осознал, что Билли пытается что-то сказать и отталкивает его руками. Он слегка отпрянул, ощущая, как горячее дыхание Билли обжигает его лицо. - Подожди, дай хоть отдышаться, – Билли потер кожу вокруг губ, которая уже покраснела от натиска бороды Флинта, – почему так грубо? Флинт ничего не ответил, и лишь его полуприкрытые глаза и обнажившиеся зубы говорили за него. Он знал, что хотел быть грубым с Билли здесь и сейчас, но причины оставались туманны для него самого. Возможно, так он хотел восстановить баланс после прошлого раза. Его поражало то, как он отдался боцману тогда. Словно в ответ на его мысли, Флинт ощутил, как Билли начинает возбуждаться. Он метнул взгляд вниз, обнаруживая выпуклость в штанах Билли. - Тебе, очевидно, нравится, – сказал он, – так почему бы и нет? Он медленно приблизился и позволил их губам вновь соединиться. Билли стал жадно сосать язык Флинта, и на этот раз он притянул капитана ближе. Его рот был теплым и скользким, и Флинт почувствовал горячее желание в паху при мысли о том, что еще он мог бы протолкнуть в этот рот. Словно прочитав его мысли, Билли начал расстегивать ему штаны. Его руки работали поспешно и судорожно, но как только он высвободил член Флинта, его движения стали медленными и сдержанными. Он дразнил Флинта правой рукой по всей длине, мягко поглаживая, едва касаясь. Это словно разжигало огонь у основания члена Флинта, но Билли воздерживался от крепкой хватки, которой капитан так желал. Флинт простонал и прикусил зубами мускулистое плечо парня. - Хочешь оставить на мне метку? – прошептал Билли, когда Флинт впился в него сильнее, уже не так игриво. Хотел ли он тем самым показать, что обладает им? Флинт не был в этом уверен, но он представил, как Билли будет работать завтра, с голым торсом, на котором будут пестреть следы капитанской похоти. Ему нравилась эта идея, оставить свою метку на нем. Билли скользнул рукой ниже, проводя ей по изнывающей от желания мошонке Флинта. Его прикосновения все еще были очень осторожными, и на этом терпение Флинта закончилось. - Хватит играть со мной, как с какой-то девкой, – прорычал он, – отсоси или оставь его в покое. Билли лукаво оскалился и бросил долгий взгляд на член Флинта, который торчал вверх и был направлен на него. Флинт посмотрел вниз, его член бесстыдно выпирал из-под рубашки и будто выглядел толще, когда Билли разглядывал его. Билли облизал палец и слегка провел им вокруг головки. - Просто из любопытства, насколько сильно тебе хочется, чтобы я… О! Флинт пнул его в правую ногу, и Билли приземлился на колени. - Грязный мерзавец! - Заткнись и отсасывай. Но язык Билли уже был там, где нужно. Флинт закрыл глаза и ухватился за дверной косяк, чтобы удержаться на ногах. Билли одним движением полностью проглотил его член. Его рот был таким мягким, по сути, Флинт ощущал просто его тепло и влажность. Тем не менее, он хотел, чтобы это продлилось целый день. Флинт знал, что тут нет никаких хитростей или особой техники, настоящее удовольствие заключалось в том, чтобы кто-то отсасывал тебе с истинным энтузиазмом. И Билли всем своим видом – от прикрытых глаз до постанываний через нос – будто говорил, что он тоже об этом осведомлен. Это заставило Флинта задуматься – занимался ли Билли этим до него? Эта мысль больно задела его, и это его поразило. Что там говорил Вейн? «Я пытался переманить его»? Что он имел в виду? Флинт невольно представил Билли на коленях перед Чарльзом Вейном, проделывающим все то же самое, что и с ним. Невольно, но, как ни странно, не без удовольствия. Он разрывался: ему в равной мере хотелось, чтобы он был первым у Билли и чтобы тот был самым последним развратником нового мира. Наблюдая, Флинт мягко провел пальцами по коротко стриженным волосам Билли. Парень старался изо всех сил, облизывая и посасывая влажный член Флинта и стараясь доставить ему как можно больше удовольствия. Он прервался, чтобы слегка провести языком по розоватой головке. Он был так прекрасен в эту минуту, что Флинт чуть не сказал об этом вслух, но вовремя прикусил язык. Жгучее желание разливалось по его члену и затуманивало глаза. Ему до безумия захотелось более мощных прикосновений. Он начал с силой толкаться в рот Билли, все быстрее и грубее, хватая его за голову, принуждая принять его. Билли покорно держал рот открытым, он был намерен принять все, что давал ему капитан. Флинт знал, каково это – полностью предаваться тому, кого любишь. Неужели это было так? Его мысли перенеслись в прошлый раз, когда Билли в экстазе выдыхал «я люблю тебя». Бог свидетель, мужчины что только ни говорят в момент оргазма, но во Флинте теплилась надежда на то, что Билли сказал правду. О своих собственных чувствах он предпочел не размышлять. Вдруг Флинт услышал, как Билли задыхается, и вернулся в настоящее. Он сразу же вынул свой член и опустился на колени. Билли тяжело дышал, его губы распухли. Флинт протянул руки к его лицу, нежно целуя и лаская его губы своими. - Прости, – прошептал он, – я не хотел… Я совсем забылся. - Ничего, – Билли улыбнулся похвале, – мне нравится ублажать тебя. - Тебе нравится ублажать кого-то еще? – Флинт и сам не понял, зачем он задал такой вопрос, сразу же пожалев об этом. – Нет, не отвечай, – он накрыл рот Билли своей рукой, – это не мое… Он умолк и коснулся губами уха Билли, сжимая мягкую мочку зубами. Может, чтобы вновь причинить боль, а может, чтобы попробовать покорного парня на вкус. Теперь, когда они оба были на коленях, Флинт ощутил, как твердый член Билли сталкивается с его собственным. Он вжался в него и смог обхватить оба члена рукой. Черт, как же сильно Билли был возбужден. Флинт ощутил укол зависти, проводя пальцами по стальным плотным мышцам. Он водил рукой вверх-вниз, наслаждаясь, как трутся друг о друга их члены, уже скользкие и блестящие от смазки. - Представляю, как далеко ты можешь им выстрелить, – прорычал Флинт. Билли рассмеялся. - Хочешь посмотреть? Флинт издал стон, закатив глаза. - Сначала я хочу тебя трахнуть. Лицо Билли стало серьезным, он с трудом поднялся на ноги, потянув Флинта за собой. Проворными пальцами он снял свой ремень, штаны спали с него на пол и он откинул их в сторону. Член Флинта вновь шевельнулся от осознания того, насколько сильно Билли хочет его. От этой мысли он невольно расправил плечи и вытянулся, словно оправдывая желание и преданность парня. - Как ты хочешь? – проговорил Билли хриплым от предвкушения голосом. Флинт ненадолго задумался, любуясь обнаженным телом боцмана, таким упругим и безупречным. «Ему нравится, когда я смотрю», – подумал Флинт. У него перехватило дыхание, когда Билли, явно возбужденный одобрительным взглядом капитана, обхватил свой член рукой. - Подойди к моему столу и нагнись над ним. - Как будто для порки? - Можно и так. Билли повиновался, выпятив зад и приглашая Флинта через плечо крайне непристойным взглядом. Капитан медленно приблизился к нему – его мошонка ныла так сильно, что он боялся излиться после первого же толчка. Билли вытянул руки вперед, хватаясь за дальний край стола. Флинту подумалось: «Он опасается яростного нападения, или же надеется на него?» Флинт протянул руку в ящик стола, чтобы достать флакон с маслом, и смазал им не только пальцы, но и всю ладонь, на всякий случай. Он провел ладонями по ягодицам парня, зная, какой эффект возымеют эти прикосновения. Пальцами он приближался все ближе к дырке, вызывая у Билли нетерпеливые стоны. Затем вдруг, в порыве страсти, он наклонил голову и провел языком по краям узкого отверстия. Билли громко выдохнул, дергаясь всем телом. - О Боже! – простонал он, как будто от боли. Воодушевленный реакцией Билли и собственным возбуждением, Флинт продолжил более решительно. Он смело вращал языком, постепенно усиливая натиск, по мере того как Билли все сильнее извивался под ним и его мышцы сокращались все чаще. С каждым вздрагиванием тела Билли Флинт заводился все больше, как будто он сам ощущал все то же, что ощущал парень. - Трахни меня, трахни меня, – повторял Билли, как заведенный, и Флинт был готов исполнить его желание. Он выпрямился, взял член в руку и начал проталкиваться в Билли. Он вошел на удивление легко. Лишь слегка надавив, он был уже полностью внутри. Скользкое и теплое ощущение вокруг его члена было упоительным, но Флинта слегка насторожило, насколько быстро Билли оказался готов принять его. Флинт вновь невольно задумался, занимался ли он этим раньше, и как часто? Он не был уверен, какие ответы он хотел бы получить. Внизу живота защемило от одного предположения, что Билли был с кем-то, кроме него. В нем вновь вскипело страстное желание заявить свои права на него, на его тело. В равной степени возбужденный и озадаченный, он начал жестко засаживать парню. Каждый раз он почти полностью выходил из него и всаживал обратно. На этот раз Билли был очень громким, не в силах сдерживаться. После каждого толчка он то вскрикивал, то шумно выдыхал, заглушая рык и стоны Флинта, который не отрывался от него. Флинт не был уверен, было ли это от удовольствия или от боли, и на самом деле, его это не заботило, он совсем потерял контроль над самим собой. Он ухватился за бедра парня и стал толкаться как можно глубже, насаживая его на себя, стараясь почувствовать все внутри боцмана своим членом. Он мельком взглянул на лицо Билли, который благодарно смотрел на него через плечо. Он был как будто пьян, его сузившиеся глаза потемнели, рот был приоткрыт. Он был в абсолютном забытьи и испытывал невероятное блаженство. Флинт попытался замедлиться, но не смог удержаться и излился в парня. Ему показалось, что его скелет превратился в ртуть и растекся. Это продолжалось долго, до тех пор, пока Флинт едва ли не начал терять сознание. Он осознал, что повторяет «ты мой, ты только мой» между судорожными выдохами. Это был не просто оргазм, это был взрыв эмоций. Обессиленный и опьяненный удовольствием, Флинт внезапно ощутил нежность и привязанность к Билли, это теплое чувство окатило его с ног до головы. Все еще тяжело дыша, он опустился на горячую и влажную от пота спину Билли. Флинт потянулся вперед, отыскивая руки парня, крепко переплетая их пальцы, оставаясь в этом положении, пока биение его сердца не начало замедляться. - Что ты имел в виду, когда сказал, что любишь меня? – нежно прошептал Флинт в шею Билли. Так ему было легче говорить с ним. - Именно то, что сказал, – ответил Билли, его голос гулко отдавался в деревянный стол. – Я более прямолинеен, чем ты. Флинт улыбнулся. - И слава Богу, но.. Ты же не считаешь меня хорошим человеком? Он прекрасно понимал, на какой ответ напрашивается. Лицо Билли дернулось. - Думаю, нет, – это признание словно кинжалом резануло Флинта прямо по сердцу. – Если честно, я не знаю, какой ты, но я точно знаю, что хороший человек с твоим мировоззрением не выжил бы и утянул бы за собой всю команду. Хорошие люди опасны. Мне больше по душе знакомый мне мрачный ублюдок с багажом проблем, потому что у него есть шанс. Можно я наконец встану? Флинт выпрямился, а за ним и Билли, подрагивая и потирая следы от краев стола на бедрах. Он хотел было повернуться, но Флинт не позволил – парню ни к чему было видеть его увлажнившиеся глаза. Вместо этого, капитан протянул правую руку к члену Билли и сказал: - Твоя очередь. Он крепко удерживал Билли, прижимаясь грудью к его спине – так он мог свободно проводить рукой по его члену, как по своему. Как только он коснулся члена Билли, он вновь стал твердым, и когда Флинт полностью обхватил его, он ощутил ладонью его жар и увеличивающийся размер. Парень начал постанывать, наблюдая за движением руки капитана. Флинт ублажал его нежными поглаживаниями, поочередно проводя то большим, то указательным пальцем по чувствительной головке, и затем медленно к основанию. Когда он закрыл глаза, это расстояние показалось ему невероятно большим. Он контролировал силу и скорость движений, прислушиваясь к дыханию Билли, и быстро приноровился, продлевая ощущения как можно дольше для них обоих. Вскоре парень начал толкаться бедрами в кулак Флинта, и тот вновь начал возбуждаться. Билли резко выгнул спину, опуская голову на плечо капитана. - Давай же, прошу тебя… Флинт немного изменил позу, чтобы лучше видеть, и сказал: - Кончи для меня, прямо сейчас. Он прекрасно понимал, как парень отреагирует на эти слова. Билли глубоко вдохнул и задержал дыхание, тогда как Флинт ускорился. - Твою мать! Ощущение толстого твердого члена Билли, который пульсировал в его руке, было невероятным. Флинт с жадностью смотрел, как тот выстреливает на его стол молочно-белой спермой, изливаясь на его пальцы, делая их горячими и липкими. Флинт непроизвольно поднес руку ко рту и вылизал дочиста. Вкус был неповторимым, это был жидкий секс. Когда Билли кончил, Флинт наконец отпустил его. Отворачиваясь, он убрал член в штаны и завязал в хвост выбившиеся пряди. - Тебе стоит одеться, – сказал он. Билли все еще не мог отдышаться, опираясь руками на стол и смущенно оглядывая устроенный им беспорядок. Флинт уселся на стул. Наблюдая, как боцман неспешно одевается, он почувствовал некоторую недосказанность между ними, и именно он должен был что-то сказать. Он заерзал на стуле. - Тебя не беспокоит, взаимны ли твои чувства? Билли вздохнул. - Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы чего-то ожидать. Если ты и любишь меня, вряд ли ты и сам это осознаешь. Флинт занервничал. Вот и результат его грозной репутации, подумал он. Даже тот, кто тебя любит, считает тебя чудовищем. - Я правда очень привязан к тебе, – едва промолвил он, – и я не уверен, как это назвать, но все же… Продолжить он не смог. Билли улыбнулся. - Давай начнем с чего-нибудь попроще. Флинт взглянул на него с опаской. - Могу я предположить, что ты не хочешь, чтобы я занимался этим с кем-то еще? Флинт поежился. - Ты хочешь сказать, что ты в моем распоряжении? Билли ответил лишь выгнутой бровью. Какие еще доказательства были нужны капитану? - Хорошо, – кивнул Флинт, силясь вновь обрести командный тон, – с этих пор ты занимаешься этим только со мной, и ни с кем больше. Таковы будут мои ожидания. Ухмыляясь, Билли сказал: - Ну вот, уже что-то. Он собрался было надеть рубашку, но остановился. - Дай-ка мне свою рубашку, – сказал он, помедлив. - Что? Чем тебя не устраивает твоя? - Да ничем, просто… Представь, что я буду носить ее, как твой флаг. Флинт признал про себя, что идея была хороша. Это послужило бы предостережением, чтобы к боцману никто не прикасался. Он встал, стянул с себя рубашку и бросил ее Билли. - А мне что носить? – сказал он слегка капризным тоном. - Просто надень свой камзол на голое тело, – Билли подошел к нему с насмешливо-нежным выражением лица и провел пальцами по груди Флинта, – сделай это для моего развлечения. Флинт улыбнулся. - Похоже, я это заслужил. Билли задержался на нем взглядом, а затем направился к двери. Флинт подумывал было притянуть его к себе и сделать еще один подход, но нехотя передумал. В конце концов, у боцмана были дела помимо удовлетворения нужд капитана. Флинт последовал за ним к двери и некоторое время стоял, наблюдая за его работой. Билли взобрался наверх, ловкими пальцами устраняя неполадки, будто воодушевленный вторым дыханием. Краем глаза Флинт заметил еще одного наблюдателя, который так же пристально смотрел на Билли. Чарльз Вейн вальяжно опирался на правый борт, привычно выпятив вперед бедра. Его рот был сжат в линию. Заметил ли он рубашку Флинта? И что вообще ему было нужно? Ведь это он подстрекал Флинта, так почему бы ему не радоваться плодам его стараний? Ответы были неведомы Флинту, но он почувствовал напряжение в груди. Партнерство с Вейном было необходимым, но его отношения с Билли развивались сами по себе, и он был не в силах остановить это, даже если ему следовало это сделать. Он понадеялся, что конфликта удастся избежать. Время покажет.