Неразделимые

Ни на кого не глядя, он стал с наслаждением осматривать своё новообретенное тело. Он не обращал внимания ни на истекающего кровью, корчащегося на земле Хвоста, ни на гигантскую змею, медленно, с шипением укладывавшую длинное тело вокруг могилы, ни на Гарри, бессильно опустившего голову, ни на Лили, которая была всего лишь призраком. — Они должны были почувствовать, — наконец, вкрадчиво проговорил он, — они должны были уже понять... вот мы и увидим... вот мы и узнаем... Он подошел к Хвосту, резко одернул рукав и прижал длинный, белый указательный палец к Черной метке, которая словно ожила от его прикосновения. Гарри вновь закричал от ужасной боли, а Хвост взвыл с новой силой. С жестоким удовлетворением на лице, Волдеморт выпрямился, вскинул голову и осмотрел тёмное кладбище. — Интересно, сколько найдётся храбрецов, которые явятся, как только почувствуют? — зашептал он, поднимая к звёздам тускло светящиеся красные глаза. — И сколько найдётся дураков, которые осмелятся не явиться? Остановившись совсем рядом с тем местом, где стояла Лили, он судорожно вздохнул, словно принюхиваясь. Лили с невероятным омерзением смотрела на него – он не был человеком, он был настоящим монстром, который лишил её родителей. Кровь медленно текла по ее правой руке, вязкими густыми каплями падая на землю. - Что вообще происходит? Это какой-то сон… Зачем я здесь, почему? – она не была уверена, услышал он её или нет. Честно говоря, сейчас это не имело значения. Змееподобное лицо исказила зловещая улыбка: — Гарри Поттер, - воскликнул Волдеморт, резко обернувшись, - ты стоишь на бренных останках моего покойного отца, — зашипел он, — маггла и редкого болвана... такого же, как твоя дорогая матушка. Неожиданно воздух наполнился шуршанием мантий. Из-за тисовых деревьев, из-за могил, со всех сторон появлялись аппарирующие колдуны. Все они были в капюшонах и масках. Они подходили один за другим... медленно, осторожно, словно не веря собственным глазам. - Вот моя семья, Поттер! Лили покачнулась и села на землю, прислонившись к холодному мраморному надгробию. На лице Волдеморта снова появилось зловещее выражение. Раздув ноздри, он с силой втянул воздух. — Я чую вину, — прошипел он. — В воздухе стоит дурной запах вины. За тринадцать лет никто из вас не осмелился меня найти, может, вы смирились с тем, что я мертв? Или вам казалось, что существует более могучая сила, способная победить самого Лорда Волдеморта? Возможно, вы служите теперь другому господину... Может быть, вы служите этому жалкому герою простонародья, предводителю магглов и грязнокровок Альбусу Дамблдору? «Лучше уж служить ему, чем подчиняться тебе!». Лили почувствовала, что ей стало стыдно, за всю злость, которую она испытывала к этому старому волшебнику, ведь он не сделал ничего плохого. Он поступил благородно, стараясь оградить её от возможной опасности, а она всего лишь маленькая глупая девочка, у которой словно отобрали любимую игрушку. «Ничего… ничего, главное пережить сегодняшнюю ночь, а с остальным разберемся», — она, наконец, поняла, что это не сон. При упоминании Дамблдора, стоящие в строю зашевелились, невнятно забормотали, затрясли головами. Волдеморт не обратил на это внимания. — Я разочарован... Должен признать, что я разочарован... Круцио! Один из Пожирателей душераздирающе завыл и упал на землю, корчась от боли. Волдеморт опустил палочку. Тот, кого он пытал, замер без движения, хрипло дыша. — Встань, Эйвери, — обманчиво мягко проговорил он, — я никого не прощаю. Я ничего не забываю. Тринадцать долгих лет... Вы отплатите за каждый из них, прежде чем получите прощение. Волдеморт двинулся дальше и остановился, глядя в отделяющее Эйвери от следующего человека в строю пустое пространство — достаточное, чтобы вместить двоих. — Здесь должны стоять Лестрейнджи, — печально промолвил он, — но их заточили в Азкабан. Они хранили мне верность. И предпочли тюрьму отречению... Когда мы откроем двери этой страшной темницы, я осыплю Лестрейнджей почестями, о которых они не смели и мечтать... Дементоры на нашей стороне... они наши союзники, такова их природа... также мы вернём изгнанных великанов... Я верну всех моих преданных слуг, соберу армию из существ, которых боятся все... Он приблизился к самому широкому промежутку в цепи и остановился, глядя в пространство пустыми, красными глазами, словно видел тех, кто должен был бы стоять там. — Здесь отсутствуют шестеро Пожирателей Смерти... Трое умерло во имя своего господина. Один — слишком большой трус, он не явился... он заплатит. Один отказался от меня, покинул... он, разумеется, будет убит...и ещё один, самый преданный мой слуга, уже вернулся и служит мне. Пожиратели зашевелились. — Он находится в Хогвартсе, этот верный мне человек, и это благодаря его усилиям к нам сегодня прибыл наш юный друг! «Каркаров?», — пронеслось в голове Лили, и взор слегка затуманился. — Да-да, — усмешка исказила безгубый рот Волдеморта, и его глаза сверкнули в направлении Гарри. — Гарри Поттер любезно посетил нас в день моего возрождения. Его, если угодно, можно назвать моим почётным гостем. Все молчали. Потом Пожиратель Смерти справа от Хвоста шагнул вперёд и заговорил из-под маски голосом Люциуса Малфоя: — Господин, мы жаждем знать... мы умоляем вас рассказать... как вам это удалось... это чудо... как вы смогли вернуться к нам... — Ах, это такая интересная история, Люциус, — со вкусом произнёс Волдеморт. — И она начинается — и заканчивается — моим юным другом, которого вы видите перед собой. Он, наверное, и сам не знает, как тщательно его охраняли! Мой верный слуга, он поместил в Кубок Огня заявку от имени мальчишки. Он сделал так, чтобы тот выиграл Турнир, а Кубок превратил в портал. Он принёс мальчишку сюда, прямо в мои заждавшиеся руки. Здесь он не защищён и не может ждать помощи от Дамблдора. И вот он перед вами... мальчик, которого все считали причиной моего падения... Волдеморт медленно повернулся лицом к Гарри. И поднял палочку. — Круцио! Лили ждала этого. Она давно поняла, зачем она здесь. Боль, охватившую её, нельзя было сравнить ни с чем: всё тело до мозга костей горело адским огнём, а голова, казалось, сейчас разлетится на куски. Хотелось только одного — чтобы всё кончилось... потерять сознание... умереть... И вдруг всё действительно кончилось. Она безжизненно упала на траву и сквозь туман слезящимися от боли и ужаса глазами посмотрела на Гарри. Очевидно, в какой-то момент ее защита ослабла, и заклятие все-таки попало в него. Он обессилено висел на веревках, которыми его привязали к могильному памятнику, но глаза его были открыты, и он с улыбкой смотрел прямо на Лили. - Чему ты улыбаешься, несносный мальчишка? Ты всё равно слабее меня, я собираюсь доказать это, убив тебя, здесь и сейчас, перед всеми, сейчас, когда рядом нет ни Дамблдора, который мог бы помочь ему, ни матери, которая могла бы умереть вместо тебя. Но я дам тебе шанс, Поттер. Ты сразишься со мной. Пожиратели Смерти смотрели на них во все глаза. — Теперь развяжи его, Хвост, и отдай ему его палочку.

***

Хвост направился к Гарри, и тот задёргал ногами, пытаясь обрести опору — чтобы не упасть, когда развяжутся верёвки. — Вас учили драться на дуэли, Гарри Поттер? — почти ласково поинтересовался Волдеморт. Красные глаза зловеще сверкнули в темноте. — Сначала мы должны поклониться друг другу, Гарри, — сказал он, сгибаясь в лёгком поклоне, но, не опуская змееподобного лица и не сводя глаз с Гарри. — Давай же, этикет нужно соблюдать... Дамблдор был бы рад видеть, какой ты воспитанный... поклонись своей смерти, Гарри... Лили цепляясь ногтями за траву, наконец, удалось сесть. Все тело её горело от боли, словно её поджаривали на костре. Пожиратели Смерти загоготали. Рот Волдеморта скривился в усмешке. Гарри не стал кланяться. - Не позволяй ему играть с тобой, как кошка с мышью... не доставляй ему такой радости, – крикнула она из последних сил. — Я сказал, поклонись, — Волдеморт взметнул палочку, и будто чья-то невидимая, огромная рука с силой заставила Гарри поклониться. Пожиратели Смерти умирали со смеху. — Молодец, — похвалил он, — а теперь мы встретимся лицом к лицу, как мужчина с мужчиной... встань прямо, смотри гордо, так, как встретил смерть твой отец... Гарри перекатился по земле и вскочил на ноги; его колотила непроизвольная дрожь — совсем как Хвоста, перед тем, как тот отрубил себе руку; спотыкающиеся ноги сами повлекли его к стоящим стеной зрителям, и те толкнули его назад, к Волдеморту. - Поттер, как ты это сделал? Почему на тебя не действует мое заклятие?— Волдеморт ошарашено смотрел на него. - Потому что ты ошибся, Том, пускай мои родители умерли, но мне есть ради кого жить. Волдеморт рассмеялся: - Глупый мальчишка, ты смеешь меня дурить. — Я не буду тебе подчиняться! Последние слова вырвались у Гарри громко, вслух и эхом разнеслись по кладбищу. Дурманная пелена мгновенно спала, как будто Лили окатили холодной водой. Разум стал как никогда ясным. — Ах, не будешь? — спокойно повторил Волдеморт, и Пожиратели Смерти на этот раз не стали смеяться. — Гарри, послушание — великая добродетель, и я намерен воспитать её в тебе... перед тем, как ты умрёшь... видимо, для этого потребуется ещё одна небольшая доза... Волдеморт взмахнул палочкой, но на сей раз Гарри боком откатился за могильный камень, который треснул от удара проклятия. — Ты перепутал, мы играем не в прятки, Гарри, — невозмутимо произнёс приближающийся ледяной голос, и Пожиратели Смерти опять расхохотались. — Тебе не удастся от меня спрятаться. Означает ли твоё поведение, что ты устал от дуэли? Означает ли оно, что ты хотел бы, чтобы я прикончил тебя сразу? Выходи, Гарри... выходи, продолжим...это не займёт много времени... это, наверное, даже не больно... не знаю... никогда не умирал... Лили подняла с земли его волшебную палочку. Теперь ей не нужно было напрягать волю, чтобы касаться предметов. Волдеморт, не успел заглянуть за камень, как Гарри встал во весь рост, крепко держа в руках палочку Седрика. Он выставил её перед собой и выскочил из-за надгробия прямо перед врагом. Тот был готов к нападению. Одновременно с криком Гарри: "Экспеллиармус", он выпалил: "Авада Кедавра!" Из обеих палочек выстрелили лучи света — зелёного и красного, они встретились в воздухе. И вдруг палочка Гарри сильно завибрировала, как будто по ней пошёл мощный заряд электрического тока. Лили выкрикнула несколько заклинаний, и Пожирателей отделила от них слегка подернутая дымкой стена, которая мешала им подойти ближе. Золотая нить, соединяющая Гарри и Волдеморта, расщепилась: палочки оставались соединены, но нить превратилась в тысячи высоко поднявшихся тонких золотых арок. — Ничего не делайте! — закричал Волдеморт. Лили видела, что он ошарашен происходящим — красные глаза округлились в изумлении — и старается разорвать нить, связывающую палочки... Гарри вцепился в свою палочку крепче, обеими руками, и золотая нить осталась невредимой. — Ничего не делайте, пока я не прикажу! — снова крикнул Волдеморт. И тут в воздухе зазвучало неземное, прекрасное пение... звук исходил из каждой нити, образующей купол. Лили в жизни не слышала ничего прекраснее и желаннее... ей казалось, что песня звучит не вне, а внутри её... чудесные звуки как будто соединили её с Гарри, Дамблдором, с Фредом и Джорджем, с Гермионой… она словно услышала их дружеский шёпот... - Не разрывай связь, не сдавайся! – сказала она, подойдя совсем близко к брату. - Я знаю, — ответил Гарри, — я знаю, что нельзя... Лили положила ему руку на плечо, стараясь передать ему хоть частицу своей энергии, чтобы он направил её на то, чтобы не дать Волдеморту победить. Красные глаза в ужасе расширились — из его палочки постепенно вырастало большое сероватое нечто, сделанное, казалось, из густого дыма... голова... грудь и руки... торс Седрика Диггори. Густо-серый призрак Седрика (но призрак ли это? он такой плотный), словно выдавив сам себя из очень узкого тоннеля, вырвался из палочки Волдеморта, поднялся в полный рост, внимательно оглядел золотую нить и заговорил. — Держись, Гарри, — сказал он. Голос прозвучал будто бы издалека, отдаваясь эхом. Гарри посмотрел на Волдеморта. Испуганное изумление не исчезало из красных глаз. - Не сдавайся, не сдавайся! – отчаянно шептала она ему. Из палочки зазвучали новые крики боли и ужаса... что-то ещё вырвалось оттуда... ещё одна плотная тень... голова, следом руки, торс... старик выбирался, так же как Седрик, выталкивал сам себя из палочки... Призрак, или тень, или что там это было, вывалился рядом с Седриком, встал и, опираясь на палку, в тупом недоумении вытаращился на Гарри, на Волдеморта, на золотой купол, на сцепившиеся палочки... Вот и ещё одна голова стала рваться наружу. Лили, заметив это, догадалась, кто это должен быть, как будто знала с самого начала, как только увидела Седрика. Высокий дымчатый мужчина со встрёпанными волосами упал, потом выпрямился и посмотрел на Гарри... и тот, с заходившими от волнения ходуном руками, поглядел в призрачное лицо своего отца. — Мама сейчас будет, — спокойно проговорил тот. — Она хочет тебя увидеть... всё будет хорошо... держись... И она появилась... сначала голова, потом тело... молодая женщина с длинными волосами... дымчатая тень Лили Поттер расцвела на кончике палочки Волдеморта, упала на землю и выпрямилась рядом с мужем. - Почему именно я? – громко спросила Лили у крестной, но она подошла к Гарри очень близко, поглядела на него и заговорила тем же далёким, гулко отдающимся голосом, что и остальные, но тихо, чтобы не услышал Волдеморт, чьё лицо стало сизым от страха: — Когда связь прервётся, мы сможем остаться всего лишь на несколько мгновений... но мы дадим тебе время... ты должен добраться до портала, он возвратит тебя в Хогвартс... ты понял? — Да, — через силу выговорил Гарри, сражаясь с палочкой, вырывающейся, выскальзывающей из пальцев. — Гарри, — прошептала тень Седрика, — отнеси моё тело назад, ладно? К родителям... — Обязательно, — пообещал Гарри, морщась от напряжения. — Приготовься, — шепнул голос Джеймса, — будь готов сразу бежать... давай... — Сейчас! — заорал Гарри. Он с силой потянул палочку вверх, и золотая нить порвалась; световой купол исчез, пение феникса смолкло — не исчезли лишь тени — они обступили Волдеморта, преграждая путь. Гарри бросился бежать, Лили бросилась следом, не замечая, что бежит сквозь Пожирателей смерти, сквозь надгробия и колючий кустарник. Гарри зигзагами несся меж могил, вилял, петлял и бежал к телу Седрика, забыв обо всем, помня только о своей цели... — Оглушите его! — донёсся вопль Волдеморта. «Ну уж нет!». Оставалось десять футов. Гарри нырнул за мраморного ангела и упал, протягивая руку к руке Седрика. — Отойдите! Я убью его! Он мой! — завизжал Волдеморт. Кубок был слишком далеко. — Акцио! — закричал он, указав на него палочкой. Тот взмыл в воздух и стремительно подлетел к нему. Гарри схватился за ручку... В вихре ветра и цветовых пятен Лили уносило назад... Наконец, она словно вынырнула из воды и ошеломленно огляделась по сторонам. Водоворот звуков оглушил её и сбил с толку. Правую руку пронзила острая боль и на белом рукаве рубашки проступили красные пятна. - Господи, что с тобой? – вскричала Гермиона. - Ничего, ничего, все в порядке, — пробормотала она и побежала вниз на поле, где, вцепившись в Кубок и в тело Седрика, лицом в землю лежал Гарри.