Грешники

— Драгнил, Шакал, вы идиоты! — громко взвизгнула заклинательница звездных духов, опасливо высовываясь из-за тоненького, хлипкого на первый взгляд ствола дерева, подобно тайному агенту или шпиону из соседнего государства. А ведь этот день начинался так хорошо и миролюбиво, что само по себе было уже слишком подозрительно. Признаться честно, Хартфилия изначально ждала какого-то особо крупного подвоха с самого утра, однако она всяко не ожидала, что коварная судьба подкинет им «радостный» подарочек в лице сумасшедшего мага-извращенца. Задание по устранению чокнутого волшебника команда получила всего лишь пару дней назад в небольшом, но довольно-таки известном городке с ореховым названием Кедр. В поселение ребята прибыли на небольшом корабле, ни много ни мало четыре дня назад. Чёртово судно, как выразился недовольный всем миром Нацу, спаслось от уничтожающего драконьего пламени только благодаря активным стараниям блондинистой девушки, суровый взгляд карих глаз и грозно нахмуренные брови которой служили аргументом получше любого лома. Этериас наблюдал за сей смешной картиной со стороны, лукаво улыбаясь и с трудом сдерживая сильное желание по привычке щелкнуть пальцами и создать мощный, оглушительный взрыв. Хвост нервно метался из стороны в сторону, с головой выдавая чувства своего хозяина, уши слабо подрагивали, иногда плотно прилегая к голове. Бывшая «Хвостатая» едва заметно усмехнулась, глядя на забавную реакцию своего товарища. Вроде бы парень уже не первый день находится среди обычных людей, довольно-таки ловко находя общий язык с простыми смертными, пусть и не с первого раза, но непривычное волнение все еще осталось. Люси слабо улыбнулась — перед глазами сразу же всплыло воспоминание о первом дне порождений Тартороса в гильдии. Демоны, получив свои печати, неловко мялись под множеством недружелюбных, настороженных взглядов магов, а затем заняли крайний столик, подозрительно наблюдая за каждым. На глаза невольно навернулись слезы, а сердце предательски защемило. Казалось, что по нему провели острым, как бритва, ножом оставляя глубокие кровоточащие раны-насечки, которые сама же Хартфилия позже небрежно заштопала черными нитками. Стежки были неровными и кривыми, маленькие ниточки то и дело выбивались и лопались, как натянутые гитарные струны, а боль не уходила… Она залегла глубоко на дне души илом — пока не трогают, озеро останется зеркально чистым и бесшумным, стоило только наступить на вязкое дно — чернота всплывет уродливой кляксой. Наверное, Нацу и Шакал полностью разделяли прискорбные чувства своей дорогой подруги, пусть и в разной мере. Драгонслеер практически вырос в светлой организации; она была его единственным домом. Существо бездны пробыл в «Хвосте феи» от силы месяц, но уже успел за такой короткий срок привыкнуть к согильдийцам. Хотя, как сказать — короткий? Для этериаса, скорее всего, он был даже мгновенным. Удивительно, но, когда хрустальные слезы Хартфилии уже готовы были начать свой путь по щекам, Шакалу оказалось достаточно одного мимолетного взгляда, чтобы понять душевное состояние напарницы. Он, несильно дернув розоволосого парня за шиворот, едва заметным кивком указал на девушку. Сам-то он, признаться честно, не очень хорошо разбирался в том, как надо успокаивать, ну, только разве что по голове похлопать. Огненный убийца драконов, мигом оценив ситуацию уже опытным взглядом, неожиданно для демона ярко и открыто улыбнулся, объявил, что в этом городке никогда не было гильдий, следовательно — уйма заказов теперь у них в кармане! На разведку, как самого крайнего, послали недовольного, тихонько бурчащего себе под нос что-то о злых и ленивых магах Хеппи, мигом скрывшегося в воздушном пространстве. Заклинательница, украдкой стерев слезы тыльной стороной ладони, благодарно взглянула на друзей, мысленно делая заметку приготовить им на ужин чего-нибудь вкусненького. Уже к утру следующего дня в их трёхместном недорогом номере на деревянном столе лежала жёлтая помятая бумажка с расплывающимися чернилами и витиеватой печатью мера. Суть задания заключалась в поимке одного не особо опасного, но достаточно проблемного мага, обладающего редким видом волшебства. Плюс ко всему, мужчина, (по крайней мере по описанию) имел некоторые психические отклонения, а посему весьма докучал жителям Кедра. В итоге трио уже который день бегает, как сумасшедшее, по лесу и гоняется за отшельником, стараясь особо не навредить хиленькому — так это только на вид — волшебнику. Сейчас парочка незадачливых парней висела вниз головой, полностью опутанная специальной веревкой, которая блокирует любую магию. Шакал, смешно извиваясь в путах, как гусеница, злобно шипел себе под нос различные иносказания, проклиная мужчину, который догадался усилить действие артефакта. Теперь этериас, лишившись способности проклинать, был в равном положении с Драгнилом. — Нацу, ты можешь определить, где он? — негромко поинтересовалась Люси из импровизированного укрытия, судорожно крутя головой в разные стороны. Можно сказать, что ей просто несказанно повезло, что она умеет быстро бегать, а то висеть бы ей сейчас, да травинки считать. Бывший «Хвостатый» положительно кивнул головой и с шумом втянул носом воздух, стараясь определить, как далеко ушла цель. Ноздри щекотали всевозможные ароматы, начиная от приятного сандалового дерева и заканчивая отвратительным запахом гниющих в воде цветов. Естественный человеческий запах уловить было весьма сложно и долго. Хартфилия уже начала паниковать, когда огненный драгонслеер наконец-то облегченно вздохнул и злобно выплюнул: — Этот урод уже практически пересек первую черту леса, а это, если я не ошибаюсь, более четырех километров! Откуда в этом тощем мужичке с длинным лицом и глазами как у рыбы столько прыти и сил? — вспылил розоволосый парень. На лице играли желваки, брови сошлись в одном месте причудливым домиком. Казалось, из ушей волшебника сейчас повалит пар. Веревка подозрительно шипела, как змея, раскалялась от огромных всполохов огненной магии, однако стойко все терпела и даже не собиралась выпускать его, наоборот, с каждым новым усилием Нацу затягиваясь все крепче и крепче. — Прекрати дергаться, ящерица, иначе нас расплющит! Если на себя плевать, то подумай обо мне, мать твою, ну, или хотя бы о Хартфилии. Сомневаюсь, что она обрадуется колбасе с кровью, — ехидно бросил этериас, едва ли не рыча. — И как по твоему нам выбираться отсюда? Веревку перегрызть что ли?! — рявкнул Саламандр, мгновенно замерев на месте. — А это мысль… — протянул он задумчиво, с нездоровым интересом косясь на магический артефакт. — Ты серьезно что ли? — держательница глупо моргнула и, представив себе сию картину, не удержалась, громко захохотав. — Тогда желаю вам удачи, мальчики, — сквозь смех проговорила блондинка, держась за живот. — Догоните, если справитесь. «Простите меня, ребята, но такими темпами мы будем его ловить еще полгода», — подумала Люси, срываясь в сторону зарослей, стоявших плотной стеной. Взмахнув золотым ключом Тельца, девушка мгновенно приняла его одеяние, так как выносливость этого звездного духа самая высокая. Хартфилия бежала напролом, совсем не обращая внимания на больно стегающие по лицу ветки, которые оставляли глубокие кровоточащие царапины. Сейчас самое главное — догнать мужика, ну, а дальше, дело техники. Основной способностью мага, как объяснил мер, было…кхм… лишение одежды. Горе-волшебник, неведомо откуда получив сию странную способность, сразу же принялся применять её на практике, вот только потом случилось нечто такое, что заставило мужчину двинуться рассудком. В связи с этим магия приняла опасный оборот, толкая своего обладателя на кровавые убийства и жестокие расправы над людьми. Детский, совершенно не уместный и свойственный Люси восторг охватил ее с головой, погружая в свою глубокую пучину. Кровь бешено стучала в висках, кривоватая улыбка расплылась на лице, более не желая покидать его. Ох, похоже, она ещё никогда не испытывала такого драйва! «О чём я вообще думаю? Становлюсь уже как Нацу или Шакал с их манией», — спешно отдернула себя девушка, тряхнув головой. Не хватало ещё уподобиться двум двинутым напарникам. Зазевавшись, Хартфилия не заметила выступающий из-под земли корень дерева и таки зацепилась за него. Падение вышло весьма неприятным. Прокатившись по земле и остро режущей траве животом, заклинательница болезненно застонала, содрав себе всю кожу до мяса. Хартфилия, осторожно перевернулась на спину, стараясь не задеть горящий адским пламенем живот; сердце бешено билось в груди раненной птицей, глаза заслезились — в них попала пыль. Ненадолго расслабившись, бывшая «Хвостатая» вымучено прикрыла глаза. Вот скажите, почему ей всегда так «везёт»? — Ой… Милая девушка скучает? — певуче поинтересовались сверху. Блондинка, резко распахнув карие глаза и вернув себе всю былую боевую готовность, рывком села, глухо застонав. Взгляд хищной рысью устремился на притворно удивленного мужчину, который точно также смотрел на «неожиданную гостью», прокручивая в руках небольшой чёрный ножичек, красиво поблескивающий на солнечном свете. Рука Люси на автомате легла на кнут, висящий на поясе, и крепко сжала его. Разве Нацу не говорил, что волшебник уже пересёк первую черту леса, хотя держательница даже не приблизилась к её границе. Неужели великолепное обоняние драгонслеера впервые в жизни его подвело? Быть не может… Хартфилия обвела противника внимательным, чуть настороженным взглядом, осторожно поднимаясь с холодной земли. Оппонент стоял немного в отдалении, слегка пошатываясь из стороны в сторону. Приглядевшись повнимательнее, волшебница мгновенно поняла, что именно её смущало. Глаза девушки шокировано распахнулись, а сама она застыла, как вкопанная. Этот сумасшедший отрезал себе левую кисть. Рукав грязной серой кофты уже насквозь пропитался багряной кровью, которая медленно, отрывисто капала на траву. Хартфилия, зажав себе рот рукой, отшатнулась в сторону. У нее возникло такое чувство, что это она полчаса назад без сожалений и особых на то причин отпилила себе руку. Удивительно, этот маг даже не морщится, будто отсутствие одной из конечностей, причем еще и дико болящей, вполне нормальное явление. Волшебник, проследив за направлением взгляда своей противницы, хихикнул, а затем вообще заливисто расхохотался, запрокинув голову к небу. — Круто, правда? — безумно улыбаясь, спросил он. — Я подарил часть себя вервольфу, это так романтично. А ты не хочешь подарить мне часть себя? — мужчина стал медленно приближаться к девушке, в уме уже прикидывая, какую часть тела он оставит себе на память. «Отрезал руку и привязал ее к оборотню? Страшно, но практично. Вот почему Нацу не смог распознать, где на самом деле находится маг. Боже… Еще говорят, что сумасшедшие — глупцы!» — отчаянно подумала Люси, готовая в любой момент отразить атаку. Хартфилия, замахнувшись оружием, ловко оплела правую руку оппонента, рывком заставляя его полететь вперед. Люси, крепко сжав руку в кулак, резко сделала выпад вперед, метясь противнику в живот. Мужчина неожиданно зло оскалился и, выпустив из руки свой нож, дождался, когда боевой инструмент опустится на уровень живота девушки и одним точным ударом ногой, загнал оружие в бок. Одновременно вскрикнув от боли, маги отлетели в разные стороны. Хартфилия, согнувшись пополам от острой боли, стала харкать кровью. Нащупав скользкими пальцами рукоятку ножа, Люси, хрипя, стала медленно вытаскивать инородный предмет из тела. Воткнув нож рядом с собой, девушка поспешно зажала глубокую рану рукой, про себя надеясь, что жизненно важные органы не задеты. Кинув мимолётный взгляд на лезвие, держательница испуганно застыла. По центру острия расположился маленький черный дракон с рваными крыльями, профессионально выгравированный человеческой рукой. — Точно такая же метка есть на плече у Нацу… — на грани слышимости прошептала Хартфилия, прежде чем мир перед глазами заплясал цветными пятнами. Люси, точно также на ощупь нашла ключ Льва и слабеющими пальцами отцепила его от пояса. Если она сейчас не справится, во-первых, её убьют, во-вторых, напарники так и останутся висеть на том злосчастном дереве. Чёрт! Волнение не давало блондинке сосредоточиться только на противнике и абстрагироваться от ужасающей боли. Сердце, срываясь с итак сумасшедшего ритма, начинает биться в разнос, желая с омерзительным хлюпаньем пробить грудь девушки и упасть рядом с бездыханным телом. Голова кружилась, сознание держалось только на одной силе воли, которая уже, впрочем, тоже покидала заклинательницу. — Царя зверей откройтесь врата, Лев, — выдохнула Люси. Тонкая нитка крови прилипла к подбородку, в глазах стремительно темнело. Золотая вспышка, озарившая лес, заставила волшебницу вымученно улыбнуться и облегченно вздохнуть. Где-то неподалеку послышались знакомые голоса Нацу и Шакала, звенящие от напряжения и злости. «Наконец-то…»

***

Сэйра лениво смотрела в окно небольшого домика, в котором они с командой остановились на время, и рассеянно заплетала маленькой Венди косички. Девочка о чем-то весело щебетала, иногда всплескивая руками и задорно улыбаясь. Демонесса слушала краем уха временную напарницу, время от времени давая короткий односложный ответ. Нет, Марвел совсем не обижалась на Реугецутен, аргументируя это тем, что черноволосая девушка еще не привыкла к новой спокойной обстановке и только и ждет, когда в городе неподалеку бешено завоют сирены, призывая граждан к боевой готовности. Сказывалась битва с великим антагонистом Фиора. — Ты не видела, куда Грей ушел? — спокойно поинтересовалась бывшая «Хвостатая», нагло перебив очередную речь воздушной убийцы драконов. Шарли, сидящая рядом, досадливо фыркнула и многозначительно посмотрела в сторону своей хозяйки. Мол, на что ты надеешься? — Он сказал, что пойдет в город, дабы попросить у его верхушек карту Снежного побережья. — девочка забавно нахмурила брови и махнула на эксид рукой. — Грей не так давно говорил, что хочет побывать в тех местах, где он вырос, а потом направиться в горы, где раньше жила его учительница ледяной магии. — Понятно. — этериас кивнула головой и замолчала, думая о чём-то своем. Наверное, девушка очень скучала по своим товарищам из Тартороса, поскольку на лице у неё застыло какое-то странное выражение лица, не сходившее с тех пор, как Фуллбастер поведал ей о приключениях их гильдии на острове Тенрю. А, может быть, она все еще обдумывала его слова о Первом мастере-создателе светлой организации, при упоминании которой ставший уже привычным румянец сошел с щек. — Сэйра-сан, скажи… — неуверенно пробормотала драгонслеер себе под нос, прекрасно зная, что порождение Бездны её легко услышит. — Ты была знакома с Мавис? — казалось, воздух перемножился на ноль или просто стал в разы тяжелее, чем обычно. Руки Реугецутен застыли на очередной петле косички и неуверенно опустились вниз. Девушка неосознанно вздрогнула и напряглась всем телом, когда Венди закончила фразу. Глубоко вздохнув, Сэйра придвинула к себе небольшое кресло и откинулась в него. Царство тишины было нерушимо еще около минуты. Марвел уже считала, что этериас не заговорит, как она тихонько выдохнула: — Да… — Шарли заинтересованно подалась вперед, впрочем, как и сама девочка, которая уже успела развернуться к напарнице лицом. - Да, я была знакома с Мавис еще когда была человеком, — уже более уверенно проговорила Сэйра, скрестив руки на груди. Её взгляд был затуманен, казалось, что девушка вновь переживает самые счастливые дни в своей жизни. — Тогда я была обычной астральной проекцией, созданной Вермилион в горе. Она даже не знала, что мое тело давным-давно мертво. На ту пору меня еще звали Зейрой, — как завороженная стала рассказывать Реугецутен, едва заметно улыбаясь. — Мы с Мавис долгое время жили плечом к плечу на острове Небесного волка, радуясь обществу друг друга. Я помню, как туда приплыли юные искатели главного сокровища этой земли и забрали нас вместе с собой. Помню старую воровскую Магнолию, которая еще даже не имела названия, помню создание «Хвоста феи» и первых её членов. Я слишком хорошо знала вашу гильдию, пока не стала такой, какая есть. — печально молвила Сэйра и как будто пришла в себя. — Но хватит об этом, что было, то прошло. На прошлое не надо оглядываться. — Вот это да… — пораженно пропищала Марвел, когда Реугецутен вышла из дома. — Как говорится, у каждого есть свой скелет в шкафу. — Просто забудь о том, что она тебе рассказала, и Грею лучше не говори, — убежденно проговорила Шарли, спрыгнув с комода и царственно прошествовав к хозяйке. — Будем приглядывать за ней. Вполне может быть, что Сэйра знает о самых сокровенных тайнах нашей бывшей организации, которые пытались разгадать многие её члены. — А правильно ли мы поступим, сделав так? — неуверенно спросила Венди. — Время покажет.