Грешники

      Марде Гир, весьма сильно чем-то встревоженный, разбудил всех на рассвете. Сонная команда первые пару минут не особо понимала повод беспокойства Короля демонов: в Клевере все спокойно и тихо, городу ничего не угрожает с первого взгляда.       Существа Тартароса, прожившие долгие годы под командованием черноволосого юноши, не стали сомневаться в предчувствиях своего предводителя ни на секунду. Марде Гир никогда не говорил в пустую, и каждое его слово имело особый смысл.       Маги же стояли в ночных костюмах и глупо хлопали ресницами, не понимая, в чем, собственно говоря, дело. Но стоило парню только заговорить о темной, зловещей ауре, приближающийся к Магнолии, как волшебники мгновенно пришли в себя. Они не сомневались, что Марде Гир, как существо бездны, прекрасно ощущает поползновения тьмы.       Никаких конкретных описаний ауры Король демонов им не дал, но сказал лишь одно — это «Нечто» самое ужасное из тех, кто мог выползти из своей мрачной норы. Не то, чтобы черноволосый юноша боялся этого самого «Нечто», однако был настороже. Он явно чувствовал что-то еще, но пока упорно молчал. Чувствовали и другие члены Тартароса, но, следуя примеру Марде Гира, хранили молчание.       Существа бездны предложили добраться до Магнолии с помощью их проклятий перемещения, хотя и предупредили, что это будет весьма болезненно. «Хвостатые», долго не думая, скрепили сердце и согласились. Уж слишком реальной была угроза, темной тучей нависшая над сердцем их гильдии и всего города.       Марде Гир подозрительно сощурился, потянул носом воздух. Ему с трудом удалось сохранить маску спокойствия и отчужденности на лице, лишь бы не скривиться от мерзкого запаха. Воняло смертью и кровью. Тошнотворно-сладковатый запах раздражал чувствительные носы этериасов и драгонслеера. Они чувствовали врага за много километров отсюда.       Нацу, втянув еще одну порцию воздуха, резко выдохнул и дернулся. Запах… Сквозь эту вонь пробивается слабый запах. Совсем знакомый. Пахнет мятой, старьем и темной магией. Где же он мог чувствовать что-то подобное?       Драгнил закрыл глаза, задумавшись. Парень перебирал в уме все ароматы, которые ему доводилось ощущать. Запах гильдии несколько похож, но все равно не то… Нет, так пахло от какого-то человека, что он видел сравнительно недавно.       Волшебник внезапно распахнул глаза, шумно сглотнув. Неужели… он? Быть такого просто не может.       — Я не уверен, — серьезно сказал Нацу, обращаясь к демонам, — но… есть еще один тонкий, едва различимый запах, — Драгнил скрестил руки на груди, напряженно вглядываясь в медленно чернеющую даль.       — Ты прав, ящерица… — через некоторое время ответил Шакал. Его звериный нос слегка подрагивал, губы автоматически расплывались в диком оскале, а хвост встал дыбом. — Судя по всему, тебе тоже неплохо знаком запах нашего создателя, — озлобленно хмыкнул парень. — Запах Зерефа.       Люси, услышав последнее имя, вздрогнула и на автомате прижилась к более сильному человеку, в данном случае к Грею, который ободряюще хлопнул ее по плечу. Но жест вышел как-то вяло. Все же созидателю тоже было не по себе.       Одно имя этого страшного мага, прожившего более четырех сот лет, наводило ужас и панику. Да, Хартфилия не была слабой, однако в сравнении с Нацу она просто ничто, что уж говорить о Зерефе.       Фуллбастер до мельчайших деталей помнил свой бой с отцом и другими представителями Тартароса. Пусть у него тогда еще не было силы ледяного убийцы демонов, он получил множество травм, едва не погибнув там. Маг отчетливо понимал, что убить Зерефа не получиться, только если запечатать на несколько тысячелетий.       — Многие из «Фей» погибнут, — холодно проговорил Марде Гир, глядя на сильнейшую команду светлой организации. — Все еще хотите пойти? — демон и так знал, какой ответ дадут волшебники, но почему-то спросил. В конце концов, теперь ему тоже понятны чувства этих людей, теперь он тоже хочет защитить что-то, что стало ему дорого. Юноша хочет защитить «Хвост феи» — место, которое стало ему домом. Место, где люди приняли этериасов такими, какие они есть, и стали для них семьей.       — Костями ляжем, но отстоим нашу любимую гильдию! — сквозь плотно сжатые зубы проговорила Титания, любовно поглаживая свой меч. Она была готова рвануть в битву прямо сейчас и сражаться, не жалея себя. Скарлетт сделает все, чтобы близкие улыбались и были счастливы. Она не позволит забрать у себя свой дом и свою семью!       — Вы с нами? — спросила девушка, обращаясь уже к порождениям Тартароса. Троица переглянулась.       — Вы сумасшедшие, просто больные на голову людишки, которые собрались вступить в бой с величайшим волшебником всех времен, — парировал Марде Гир, прикрыв алые глаза и лукаво улыбнувшись. Волшебники уже были готовы ответить, как Король демонов продолжил: — Интересно, почему Марде Гир все же пойдет с вами? — спросил он, немного беспомощно глядя на согильдийцев.       — Потому, что мы друзья, — слабо улыбнулась Люси. — Мы — одна большая семья, и вы — ее неотъемлемая часть. Мы знаем, что, возможно, идем на верную смерть. Но, именно потому, что мы не хотим умирать, мы будем сражаться.       Шакал и Сейра по-доброму усмехнулись. Раньше человеческие речи казались им пустыми и глупыми, однако сейчас они обрели настоящий смысл. Вернее, некогда бесчувственные существа стали… живыми. Они научились радоваться, познали чувство горечи и печали, ощущение липкого страха и дыхание смерти. Они обязаны помочь «Хвосту феи».       По команде Короля демонов пара начала чертить с помощью особых проклятий переходный круг. В нем было множество непонятных и сложных символов, которые располагались едва ли не друг на друге, имелись какие-то странные узоры и рисунки. Сам круг перемещения оказался довольно-таки большим.       Волшебники, не медля ни секунды, заняли свои места в круге. Они были готовы к болезненному путешествию. Марде Гир, дождавшись положительных кивков со стороны ребят, нарисовал в воздухе большой символ и что-то неразборчиво прошептал.       Круг мгновенно заискрился яркими багряными, как кровь, молниями. Они прыгали по телам этериасов и волшебников, как живые, оставляя весьма сильные ожоги на коже.       Марде Гир слегка скривился — он терпеть не мог такого рода перемещение.       Люси стояла, слегка покачиваясь, и бормотала себе под нос все известные и неизвестные миру проклятья. Ей казалось, что плотная стена воздуха ее сейчас раздавит. Просто расплющит в лепешку, размажет по земле. Да, приятного, однако, мало.       Наконец, круг, вобрав в себя много темной энергии демонов, медленно поднялся в воздух.       — Советую взяться за руки, — хмыкнула Реугецутен, хватая за локоть ближе стоящую Эльзу. — Вас может не хило раскидать по городу, — добавила она, прежде чем письмена на круге засветились черным светом.       Марде Гир лениво протянул руку в одну сторону, взяв за клетчатый шарф сопротивляющегося Нацу — от этого «ребенка» больше всех проблем. Хартфилия покрепче вцепилась в Грея, который в свою очередь держался за плечо Шакала.       Внезапно, место, где находился круг, озарило черной вспышкой. Маги и демоны мгновенно исчезли из Клевера, появляясь перед самыми дверями их гильдии.       От тел волшебников шел пар, будто они вышли из теплой бани в сорока градусный мороз. Некоторые ожоги дали о себе знать, неприятно заныв. Однако, у них сейчас не было времени отвлекаться на мелкие царапины. Можно сказать, что перемещение прошло успешно.       Дверь была выбита одним мощным пинком Саламандра. Эдакий необычный призыв к тишине. Как Драгнил и рассчитывал, все маги отвлеклись от своих дела и обратили внимание на их команду. В гильдии быстро воцарилась тишина.       Остальные волшебники, глядя на через чур серьезные лица своих товарищей, понимали, что тут дело не только в нескольких сотнях разрушенных зданий. Они слишком напряжены для такого пустяка.       Мастер Макаров, сидевший на барной стойке, отставил свою кружку с вином в сторону.       — Что случилось? — его властный голос разрезал прочные нити тишины. Команда многозначительно переглянулась и нагло вытолкнула вперед Марде Гира. Дреяр-старший несколько удивился: что на этот раз за новости?       — К Магнолии приближается черный миазм*, — отчеканил Король демонов. — Судя по запаху, к нам приближается один из Ваших старых знакомых — Зереф, — волшебники, как по команде, вздрогнули. Им не послышалось? Зереф?! — Марде Гир склонен считать, что он не один, — через некоторое время добавил он, снова втягивая носом воздух. — С создателем вестник апокалипсиса.       — Акнология? — спросил старик. Черноволосый юноша положительно кивнул. В горле Макарова резко пересохло. Сердце ухнуло куда-то в пропасть. Нахмурившись и сделав пару глотков из своей кружки, мастер наконец произнес: — Нам нужно увести бой из города. Нельзя, чтобы пострадали обычные люди. Марде Гир, — обратился к этериасу он, — я отдаю командование в твои руки. Ты руководил гильдией опаснейших существ на свете. Думаю, организовать простых смертных сможешь.       — Можете рассчитывать на Марде Гира, — кивнул демон, далее обращаясь уже к согильдийцам. — Девчонка-лекарь и паренек ее возраста, уводите из Магнолии людей. Желательно как можно дальше. Обеспечьте им безопасность. Без приказа не сметь возвращаться, — холодно сказал юноша. — Мастер Макаров, дайте объявление всем горожанам, дабы не сеять панику.       Этериасы, Титания, Дьяволица и драконоубийцы ведут бой на передовой. Поле боя — весь город. Держите оборону и пытайтесь нанести Зерефу урон. Удобнее всего будет передвигаться небольшими группами и нападать неожиданно, причем вместе. Людские дома служат всем укрытием, но не забывайте, что у вестника апокалипсиса отличные зрение и нюх.       Дабы запечатать создателя, ибо сразить его и дракона у нас нет шансов, нужен хотя бы один этериас, сильный маг, заклинатель духов и драгонслеер.       Хартфилия, запомни — ты нужна нам живой, по возможности целой. Если что-то пойдет не так, ты сломаешь еще один ключ и призовешь Звездного владыку, дабы у нас было время, чтобы уйти.       Нам необходимо заманить Зерефа в центр города, где будут расставлены особые печати и артефакты, необходимые для запечатывания. Их расставит небольшая группа уже во время сражения.       Места, к которым вам нужно идти, будут указаны черными проклятьями этериасов. Как только оказываетесь перед таким местом, произносите четко и внятно: «Mortuus»*. Перед вами откроется воронка, ведущая прямо в бездну. Запускаете туда руку и достаете необходимую вещь. Если испугаетесь или начнете сомневаться, мгла вас поглотит.       Итак, идем дальше средний фронт составляют волшебники среднего класса, вплоть до ранга S. Дальний фронт составляют маги низкого класса.       Приманкой служит группа Саламандра. В нее также входят Титания, Шакал и Железный убийца драконов. Ведете активной бой с отступлением. Группа прикрытия с левого фланга атакует дракона и старается отвлечь его внимание на себя, уводя на средний фронт. В нее войдут Дьяволица и ее брат, Сейра и Медуза Горгона «Хвоста феи».       Группа страховки атакует дракона сзади, помогая предыдущей группе. В нее войдут внук мастера и оставшиеся члены его команды, маг слова.       Дело Марде Гира подготовить ловушку для вестника апокалипсиса, дабы задержать его на время запечатывания создателя. То есть Марде Гир сражается в основном на среднем фронте.       Все остальные маги ведут прикрытие «приманки» на дальнем фронте.       Слова запечатывания должны прозвучать разом от всех, кто находиться в круге. Даже если ты случайный маг, ты обязан произнести слова вместе с остальными, иначе печать не сработает.       «Три вестника жизни перекрестят клинки с тремя вестниками смерти, и тогда на свет появится новое проклятье бога Вольфеида, что будет равно по силе Акселаму. Великая сила спустится в этот бренный людской мир, дабы запечатать на многие тысячелетия воплощение смерти. Пусть пятеро лучей пронзят вековой мрак. И черный маг Зереф Драгнил падет».       — …И черный маг Зереф Драгнил падет, — повторила Люси последнюю строчку вслед за Марде Гиром и шокировано замерла. Впрочем ни она одна. Серые глаза Нацу распахнулись от удивления и непонимания. Парень провел языком по сухим губам, передернув плечами.       — Что ты только что сказал? — в полной тишине спросил розоволосый парень, во все глаза глядя на этериаса. — Повтори! — голос драгонслеера сорвался на крик. Руки сжались в кулаки с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Вены на шее пульсировала, на лице играли желваки.       — Зереф Драгнил, — невозмутимо повторил Король демонов. — Неужели не знал, что создатель — твой старший брат? — спросил черноволосый юноша, склонив голову на бок. — Хотя, судя по реакции, ты даже не догадывался. Не так ли, мастер E.N.D? — немного насмешливо протянул Марде Гир. — E.N.D. — известен, как Этериас Нацу Драгнил, созданный ради убийства собственного создателя, — холодно продолжил парень. Все равно, Драгнил должен это узнать.       — Ты умер четыреста лет назад. А твой брат — Зереф, на этой почве получил проклятье темного мага Акселам. Так называемый голод смерти. Чем больше он ценит чью-то жизнь, тем сильнее его проклятье. Драгнил прекрасно понимал, что ему лучше не жить, поэтому, создал нас — этериасов. Ты был последним. Зереф сохранил твое маленькое детское тело и смог оживить тебя. Однако, в отличии от оживленных некромантией, ты не умрешь с гибелью своего создателя. Ты для этого возрожден.       — В конце концов, — пожал плечами демон, — тебя не удивило то, что Зереф знал твое имя и даже заплакал, увидев тебя? Судя по всему, ты не зациклился на этом. Но и это еще не все. Ты ведь не помнишь жизнь в роли мастера E.N.D. Но это сейчас не особо важно.       Сейчас создатель уже немного не понимает, что он делает. Пока он еще был в «сознании», он пытался найти способ уничтожить себя. Мы наконец сможем исполнить его волю, — закончил этериас, внимательно глядя на Нацу.       Огненный убийца драконов некоторое время молчал, смотря в пустоту. Слишком внезапно на него обрушили новость, что у него есть живой старший брат, которого он должен самолично запечатать. Фактически убить, пусть и по желанию самого Зерефа. Черт подери, и почему все оборачивается именно так?!       Грей смотрел на своего лучшего друга и по совместительству соперника и не мог поверить в только что услышанное. E.N.D. — его враг, существо уничтожившее многих людей ради забавы. Монстр, что выпустил на свет Делиору… И этим самым монстром, что он поклялся уничтожить, оказывается Нацу. Нацу, с которым Фуллбастер знаком с самого детства. Нацу, который стал для него почти что братом.       В душе созидателя льда разыгралась буря. Эмоции били через край: непонимание, злость, обида, разочарование, жажда мести, голос разума, твердящий, что Драгнил должен быть убит, и голос сердца, что обливалось кровью. Все это смешалось. Казалось, что парень сейчас рухнет на пол, как подкошенный.       — Скольких?.. — негромко спросил Драгнил. У парня просто не поворачивался язык сказать: «Скольких я убил?» Воспоминания не вернулись к Нацу, он отчетливо понимал, что все сказанное Марде Гиром — правда. Горькая правда.       — Тысячи, — с ледяным спокойствием обронил Король демонов. «Что ты предпримешь теперь?» — с неким интересом подумал Марде Гир, а вслух сказал: — Если мы закончили, приступить к выполнению приказов! — маги, все еще шокированные, зашевелились, принимаясь за работу.       Фуллбастер был готов накинуться на Драгнила прямо сейчас, но, когда волшебник с печальной улыбкой обернулся и посмотрел ему в глаза, он замер.       — Можешь убить меня, Грей, — произнес он. — Я даже сопротивляться не буду, но пока мы не одолеем Зерефа и не защитим нашу семью, я буду жить! Я буду стоять до последнего, но коньки не отброшу! — яростно закричал Драгнил, поднимая вверх руку фирменным знаком гильдии. — Я из «Хвоста феи»!       Фуллбастер вздрогнул, внимательно посмотрел на согильдийцев, которые с легкими улыбками один за одним поднимали руку вверх. Грей глубоко вздохнул и, стремительно преодолев расстояние, разделявшее их, от души врезал Драгнилу.       — Запомни хорошенько, головешка! Если ты умрешь там, то я тебя из Преисподней достану! — голос сердца пересилил голос разума. Дружба и человечность утопили жажду мести. Грей никогда не лишит себя еще одного близкого человека. Никогда.       — Ну, а теперь, нам пора выполнять «приказ» великого и всемогущего Марде Гира, — скопировав манеру речи черноволосого юноши, передразнил созидатель, получив в свою сторону убийственный взгляд.