Грешники

      Венди, изредка подталкиваемая сзади Ромео, старалась идти как можно быстрее. Объявление мастера Макарова произвело в городе сильный фурор, до ужаса напугав местных жителей. Слава всем Богам, они не стали малодушно сеять панику, а быстро собрались у выхода из города, терпеливо дожидаясь волшебников-провожатых.       Марвелл считала, что люди будут недовольны, глядя на двух маленьких детей и летающую кошку. Все же на кону стояли их жизни. Но нет, жители отнеслись к этому вполне нормально или же, в крайнем случае, тактично промолчали. Погибать не хотелось никому. Все они отчетливо понимали, что, возможно, уже через пару минут начнется бойня; прогремят первые взрывы, почерневшее небо перечеркнет линия опасной магической молнии, а Магнолия станет полем битвы и к ее концу превратиться в самые, что ни наесть настоящие руины.       Комбольт-младший активно размахивал руками, громко кричал всем людям о том, что они покидают город. В мальчике проснулся долг. Долг защитить этих слабых, совершенно беспомощных горожан, не дать кому-либо погибнуть. Волшебник никогда себе не простит, если что-либо случиться. Он был готов стоять до самой смерти, крепко сцепив зубы, дабы люди смогли спастись. Это желание шло как от сердца, так и от головы.       Ромео прекрасно понимал, что сейчас он — главная поддержка людей. Главная поддержка Венди и Шарли. Однако, даже несмотря на все это, его душа рвалась обратно, в гильдию. Мальчик хотел помочь старшим магам в сражении, хотел прикрывать их спины и помогать с расстановкой особых артефактов.       Но ослушаться приказа Марде Гира он тоже не мог. Сейчас его первостепенная задача уберечь горожан. Комбольт отчетливо понимал, почему именно их двоих отправили сопровождать жителей Магнолии. Король демонов подсознательно, даже сам того не ведая, не хотел, чтобы дети видели смерть, чтобы их искалеченные тела бездыханными упали наземь. Все же, за тот короткий период, что этериасы провели в «Хвосте феи», они научились чувствовать. Они научились дружить, искренне улыбаться, когда весело, и сострадать, если кому-то больно. Они наконец научились разделять боль других так, как ее разделяли все «Хвостатые».       «Я надеюсь, мы справимся. Обязаны. Наши ребята еще покажут Зерефу и Акнологии, где раки зимуют!» — подумал мальчик, кидая печальный и, возможно, последний взгляд в сторону города.       Они отошли уже на приличное расстояние от Магнолии, но Венди требовала, чтобы люди шли еще дальше. В случае нападения на их весьма большое шествие, двое магов не смогут долго держать оборону. Особенно, если этими нападающими станут черный маг и его дракон.       Сейчас жители пробирались через густые лесные заросли, часто спотыкаясь о выступающие корни деревьев и падая. Марвелл, осторожно поднимая с холодной земли ребенка, зазевалась, и неосторожно отпущенная ветка сильно ударила ее по лицу. Девочка потерла рукой поцарапанный нос и продолжила упрямо идти вперед. В данный момент ее мало заботили собственные раны.       Ее чутье драгонслеера чувствовало нависшую опасность. Нос улавливал мерзкий аромат смерти с каждым мгновением все ближе и ближе. Этот тошнотворно-сладковатый запах заполнил собой чувствительные ноздри воздушной убийцы драконов, из-за чего Венди дышала ртом.       Она видела, как город уже накрыл смертоносный миазм. Ощущала дыхание смерти в затылок. Чувство животного страха съедало ее изнутри. Сердце отбивало в груди чечетку, грозясь пробить девочке грудь и с омерзительным чавканьем упасть рядом с телом. Адреналин зашкаливал в крови. В горле резко пересохло.       В последний раз Венди ощущала этот животный ужас не так давно. При первой встрече с Вестником апокалипсиса.       Марвелл видела, насколько страшно Ромео, но он держался изо всех сил. Ведь, если они поддадутся этому липкому связывающему чувству, то не смогут ступить дальше и шага. Без их сил люди просто умрут. Эта безысходность придавала немного сил, толкала в спину — вперед.       Шарли сидела на плече юной волшебницы и слегка подрагивала. Как бы иксид не хотела прекратить это, у нее не получалось. И Венди совсем не винила ее.       Они с Ромео должны выстоять, должны вынести это суровое испытание вместе, дабы идти дальше с гордо поднятой головой, дабы снова встретиться со своими друзьями и родными.       …Первый взрыв прогремел так громко, что земля сотряслась от страданий. Люди, в том числе и драконоубийца, упали на колени и, прижимая голову к земле, закрыли ее руками. Ромео, чудом устоявший на ногах, одним резким движением поднял напарницу на ноги и хорошенько встряхнул.       — Венди, приди в себя! — с неким отчаянием крикнул он. — Скорее вставай, нам нужно уводить людей! — голос Комбольта утонул в очередном взрыве. Казалось, что на миг звук вообще перестал существовать. Битва шла весьма далеко, но все ее прекрасно слышали. — Без паники! Выстроиться с шеренги по трое! Детей взять на руки! Помогите старикам и прибавьте шагу! — командовал волшебник, стараясь уничтожить зарождающееся семя паники.       Люди послушно подхватили маленьких детей, кое-кто взял под локоть пожилых, а третьи помогали больным. Процессия ускорилась, а Венди все еще не могла прийти в себя.       Она чувствовала, как у нее дрожат колени, и понимала, что не в состоянии встать. Глаза были широко распахнуты и наполнены слезами. Ее нос отчетливо уловил металлический запах крови и мерзкую вонь паленого мяса и волос.       Страшно! Страшно и жутко! Смерть уже прокралась в ряды «Хвостатых», и Марвелл это прекрасно понимала. На некоторое время мир перестал существовать для нее. Он смазался, стал тусклым серым пятном. Казалось, что время остановилось.       Девочка смогла более менее очухаться, когда Ромео подхватил застывшую от благоговейного ужаса Шарли, а затем ее саму.       Люди уже не шли — бежали, спасаясь от гибели и черного волшебства, что преследовало их по пятам. От него воняло гнилью и разложением. Нет, это не волшебство — проклятье. Древнее и давно забытое.       Венди не видела, но чувствовала, как проклятье хочет их смерти. Девочка принялась судорожно перебирать в голове магические уроки своей учительницы Грандины. Неужели нет ничего, что могло остановить это или хотя бы задержать на какое-то время?       Ромео ловко перепрыгивал через ямы и корни деревьев. Все его тело было напряжено до предела, но мальчик даже не думал останавливаться. Наоборот, он бежал быстрее с каждой секундой, порой отстреливаясь огненной магией, дабы гниль хоть как-то замедлилась.       — Венди, бери Шарли и уводите людей, а я останусь и задержу это чертово проклятье! — на ходу крикнул паренек, резко подкидывая в воздух иксид. У Шарли на автомате открылись широкие ангельские крылья. Не успела Марвелл что-либо сообразить, как Комбольт легко подкинул ее в воздух. Кошечка быстро поймала свою хозяйку и устремилась вперед, несмотря на крики Венди, что она не оставит Ромео.       — Удачи вам, — прошептал волшебник и остановился.       Гниль, будто живая скалила свои зубы. Черная медузообразная жижа лениво ползла на встречу магу. По всему периметру ее импровизированного тела были противно пищащие глаза, которые вращались в своих орбитах. Из каждого текла мерзкая зеленая слизь, которая к тому же жутко воняла.       Это проклятье определенно имело свой собственный разум и характер.       Гниль, увидев Ромео, гадко хихикнула и стала подбираться к его телу, дабы сорвать с костей кожу и мяса. Она хотела сожрать Конбольта заживо, упиваясь его криками и страданиями.       — За «Хвост феи», — прошептал мальчик, зажигая на кулаках фиолетовое пламя. Уж он-то поджарит этой скотине ее поганую рожу!

***

      Лисанна прикрепила одну из печатей на дом, медленно и четко читая заклинание особого призыва. Печать медленно загоралась ярко-синим светом, стремительно впитывая в себя магическую силу волшебницы. По телу девушки ползали алые узоры, принося ей сильную боль, но она упорно терпела. Штраус дала себе обещание, что даже ей оторвут руки и ноги, она дочитает заклинание. Без этих печатей, что доверили расставить ей, Лаки и Кане, они не смогут призвать круг единения этериасов и магов.       Сейчас пепельноволосая волшебница находилась в районе ближнего фронта и часто вздрагивала от любого постороннего звука. Все же именно на этой территории будет вестись основной бой с Зерефом, пока группа страховки и прикрытия будут сражаться с Вестником апокалипсиса.       Наконец вся печать приобрела должный цвет и руны на теле Штраус пропали, собственно говоря как и боль. Данная бумажка была уже шестой, что установила Лис. В этом районе она закончила. Сейчас ей надо направляться на левый фланг. Главное — успеть до начала нападения.       Марде Гир сказал, что артефакт девушки должны призвать только после того, как установят все печати в отведенной им местности. Место призыва демоны обозначили своими черными проклятьями. По крайней мере, черноволосый юноша сказал, что они точно не перепутают его ни с чем другим.       И Лисанна верила ему. Теперь порождения бездны одни из них. Одни из «Хвостатых фей», члены большой и дружной семьи. Девушка чувствовала, что желание троицы защитить свой новый дом, столь же велико как и их.       За несколько минут Штраус пересекла район и оказалась в нужной части города. Первая печать на землю — заклинание и боль.       Вторая через пару-тройку метров — заклинание и боль.       Крепко сцепив зубы и слегка поскуливая от пульсирующей боли, девушка ставит печати дальше со всей тщательностью. Как только последняя закрепляется на здании, в паре шагов от пепельноволосой волшебницы появилась красивая роза, медленно сгорающая в черном пламени. Проклятье демонов. Вот оно!       Лис стремглав бросается к розе. Четкое «Mortuus» слетает с губ на автомате и девушка дотрагивается до одного из лепестков цветка. На место проклятья мгновенно открывается небольшая черная дыра — проход в мир бездны.       «Если испугаетесь или начнете сомневаться, мгла вас поглотит», — вспомнила она слова Марде Гира и бесстрашно запустила руку в неизвестность.       Девичьи пальцы мгновенно ощутили сильный холод. Будто кровь застыла в жилах, а в кожу вонзилось около тысячи тонких иголок.       Лисанна глубоко вздохнула и опустила руку еще ниже — по локоть. Только тогда она ощутила, что что-то крепко сжимает в руке. Штраус, не тратя времени зря, резко выдернула руку из бездны. Воронка еще некоторое время висела в воздухе, а затем исчезла, позволяя девушке вздохнуть с неким облегчением.       Волшебница перевела взгляд на предмет. Им оказалась небольшая, но довольно-таки потрепанная временем или магией книга.       Пожелтевшие страницы веяли вековой пылью и сильной магией.       Лис протянула руку вперед и отпустила вещь, что сразу повисла в воздухе.       — Артефакт установлен, — громко произнесла она. Ее тело снова испытало ужасную боль. Девушка согнулась в три погибели, боясь лишний раз пошевелиться. Книгу медленно оплетала синяя лоза с колючими шипами. Там, где должно было быть написано название, расцвела такая же яркая лилия.       Девушке в миг стало легче дышать. Возникло такое ощущение, что у нее с плеч упал груз. Она успела!       Девушка знала, что к артефакту уже никто не сможет прикоснуться. Храбреца мгновенно испепелит древняя сила, так что можно больше не опасаться. Сейчас она лучше поможет Лаки и Кане закончить их работу.       На данный момент ближе всех к Штраус была Альберона. Марде Гир отправил ее работать на среднем фронте, где печатей требовалось около пятнадцати штук.       Едва Лис успела выйти из «своего» района, как громкий рев сотряс землю. Ноги волшебницы подкосились, и она рухнула на землю вперед лицом. Казалось, воздух потяжелел и сейчас грозился раздавить пепельноволосую волшебницу.       Девушка, вскрикнув от жгучей боли в ушах, с огромным трудом поднялась. Внезапно она ощутила, что звук перестал для нее существовать. «Хвостатая» почувствовала, как по ушам течет какая-то жидкость. Лисанна провела рукой: кровь. Это очень, очень плохо. Судя по всему, у нее лопнули барабанные перепонки. О Боги, как же ужасно приходиться демонам и драгонслеерам с их сверхчувствительными ушами?!       Черт, как же теперь ей быть?! Паника и страх невидимой волной накрыли Штраус-младшую с головой. Слезы крупными каплями катились из голубых глаз, заканчивая свой путь по щекам девушки и разбираясь о землю.       В душе бушевала самая, что ни наесть настоящая буря из эмоций. Страх, ненависть, презрение к самой себе и своей слабости, безысходность, паника и животный ужас.       Лис громко закричала. Пусть она и не слышала этого сама.       «Успокойся!» — Штраус дернулась в сторону. Ей не показалось? Она слышала голос Марде Гира. Но, как такое вообще возможно?!       «Марде Гир сказал отставить панику!» — Лис внезапно поняла, что голос звучал у нее в голове. Точно, Король демонов ведь обладает телепатией.       «Вспомни про свои способности перевоплощения и действуй. Еще не все печати установлены на среднем фронте!» — голос в голове затих так же резко, как и заговорил. Наступила пугающая тишина.       Девушка судорожно перебирала в голове все свои превращения: птица, русалка, бык, кот… Кот! Бинго!       Лисанна сосредоточилась на образе кота и… мир снова обрел для нее звуки. Кошачьи уши улавливали все так же хорошо, как уши этериасов. Где-то совсем рядом прогремел взрыв. Девушка едва успела упасть ничком и прикрыть голову руками.       Резко вскочив, Штраус кинулась вперед. Нужно помочь Кане установить печати, пока не поздно!