Грешники

      Лисанна настороженно вглядывалась в свою соперницу. Сначала она не могла поверить, что перед ней стоит именно Кёка. Живая, нисколько не изменившаяся с их последней встречи и, несомненно, опасная.       Когда Штраус попыталась связаться с Королем демонов, увы, у нее ничего не получилось. Почему-то Марде Гир не ответил девушке, как бы она ни старалась до него достучаться. Этериас подумала, что черноволосому юноше, возможно, сейчас не до нее, и он сам сражается. Причем противник весьма серьезный, если демон молчит.       Лис не представляла, насколько она права.       От раздумий «Хвостатую» вывел взрыв, прогремевший едва ли не над головой.       Прямо на волшебницу летел огромный обломок здания, который легко сможет раздавить ее. Штраус, особо не задумываясь над своими действиями, резко вскинула правую руку в верх, по которой поползли непонятные черные письмена. С ладони сорвался яркий сгусток энергии, легко уничтоживший мнимую угрозу.       Этериас глупо моргнула, а потом перевела взгляд на руку. Что это было? Неужели ее магия настолько сильно изменилась? Одним махом уничтожить кусок камня, даже особо не напрягаясь. Все же силы демонических проклятий поражают воображение.       Пепельноволосая девушка втянула носом воздух и поморщилась. От Кёки несло могильной землёй, разложением и смертью. К горлу подкатил неприятный ком тошноты, и Лисанна с трудом сдержалась от того, чтобы не согнуться пополам. Какая мерзость.       С одной стороны усиленные чувства этериасов это, конечно же, огромный плюс, а с другой… Это огромная уязвимость. Слава Богу, хоть прикосновение к коже не отзывается болезненно.       …Кёка неожиданно сорвалась с места, атакуя оппонентку. Звериная левая рука демоницы со всей силы ударила в живот Лисанну, одновременно используя проклятие ощущений, из-за чего волшебница подалась немного вперед. Резкая невыносимая боль пронзила тело Штраус, и она вскрикнула. Одновременно с этим, правой рукой Рейсейтен нанесла встречный удар в лицо. Стоило голове Лисанны дернуться назад, нога этериас повторно впечаталась в ее живот. «Хвостатая» судорожно выдохнула и, согнувшись в обратную сторону, отлетела назад, пробив спиной стену одного из зданий.       Штраус, проклиная Кёку всеми известными ей способами, пошатываясь поднялась с земли, на этот раз встав в боевую стойку. Все же она ещё не очень хорошо контролирует новые способности Тартароса, а посему, реакция значительно медленней, чем у порождения Бездны.       Демоница злорадно усмехнулась, глядя на перекошенное лицо соперницы. У Рейсейтен возникало такое ощущение, что где-то уже видела эту девчонку, вот только никак не могла вспомнить. У неё в голове вообще царствовал сплошной туман. Она не помнила ничего, кроме того факта, что она должна уничтожить «Хвост феи» по приказу создателя.       Некоторое время девушки смотрели друг на друга не отрываясь. Однако Кёка, уже уверенная в легкой победе, снова кинулась вперед. На этот раз новое порождение Тартароса было проворнее. Лисанна ловко отбила правую когтистую лапу влево, а левую, наоборот, вправо, а затем резко, с выдохом, ударила Рейсейтен в район солнечного сплетения.       Девушка громко захрипела, выплюнув изо рта кровь. Что же, неплохо. Видимо, она несколько недооценила волшебницу.       «Больше ты меня не коснешься!» — с неким злорадством подумала этериас, готовясь к новой атаке.       Штраус же стояла на месте и рассчитывала свои последующие ходы. Лисанна прекрасно помнила предыдущую битву против Тартароса, в частности сражение Эльзы. Тогда одна из сильнейших волшебников «Хвоста феи» с трудом справилась с этой демоницей.       Насколько пепельноволосая девушка знала, Кёка использует проклятия, легко совмещая их с рукопашным боем. Следовательно, ни в коем случае нельзя допустить, чтобы Рейсейтен попала по ней. Но, как сражаться, если сама Лис не имеет возможности коснуться оппонентки?       Внезапно в голове девушки раздался знакомый расчетливый голос Короля демонов:       «Отключись от внешнего мира. Почувствуй тьму внутри себя, а после выпусти ее наружу. Используй своё проклятье на ней», — холодно отчеканил юноша.       Похоже, это была последняя подсказка.       Лисанна хмыкнула — этого вполне достаточно.       Девушка решила поступить, как и сказал ей Марде Гир. Просто отключиться.       Волшебница закрыла глаза и успокоилась. Постепенно мир стал пропадать для нее. Звуки медленно исчезали, уступая место тишине. Земля будто ушла из-под ног этериас. Казалось, что она зависла в безвоздушном пространстве, оказалась в пучине тьмы, самом сердце Тартароса.       Поначалу Лис не испытывала никаких чувств. Внутри была одна лишь пустота. Колючая и враждебная пустота. Странный, доселе незнакомый голос шептал ей принять силу, таившуюся в черноте.       И Штраус приняла.       Резко распахнув налитые кровью глаза, девушка почувствовала, как отшатнулась Кёка, пораженная и слегка напуганная переменой оппонентки. По телу Лисанны побежали уже знакомые письмена.       В этот момент земля под ногами Лисанны содрогнулась, огромный магический круг стал быстро разрастаться в размерах, пугая своей ужасающей мощью. Асфальт пошел буграми, а спустя мгновение из недр планеты вырвались черные тернии с ядовитыми шипами, которые с поразительной скоростью устремились к Кёке.       Мощь порождения Тартароса быстро распространялась по городу, делая воздух тяжелее. Казалось, что кто-то с силой давит на плечи, грозясь размазать в лепёшку.       Проклятье Штраус в разы превосходило проклятья Рейсейтен.       Тернии с силой сжали крепкое тело демоницы, с каждой секундой сдавливая все сильнее и сильнее. Ядовитые шипы мягко погружались в кожу, протыкая насквозь жизненно важные органы девушки. В последний раз вскрикнув, Кёка повисла на терниях без сознания.       Лисанна знала, что это было жестоко, но сейчас не до самобичеваний. Убивать противницу она не собиралась с самого начала, только обезвредить.       Волшебница, с облегчением вздохнув, развеяла свое проклятье, а вместе с ним и форму этериаса. Эдаким доказательством, что она стала демоном, стали драконьи уши, оставшиеся даже в людском облике.       Пока девушка не умела долго держать боевую форму, а посему быстро выдыхалась. Если «Хвостатая» не ошиблась в своих подсчетах, то она продержалась всего десять минут. А сейчас она может позволить себе немного отдохнуть.       «Всего пару минуточек», — подумала этериас, прежде чем отключиться.

***

      Шакал легко ушел от выпада Темпесты, который атаковал бывшего товарища с каменной маской на лице. Казалось, что сознание демона находится где-то далеко за пределами досягаемости. В реальности осталось только его тело, что слепо следует приказам Зерефа.       Не то, чтобы он был слишком эмоциональным раньше, но сейчас его безразличие было другим. Оно напоминало безразличие мертвецов, которых подняли на ноги, да и те способны кое-как воспринимать окружающий мир.       Демон в очередной раз использовал свое проклятье бедствия, снеся все на своем пути, но по счастливой случайности не зацепил парочку магов из «Хвоста феи». Шакал атаковал бывшего собрата, со всей силы пнув его в живот. Темная кожа Темпесты резко вздулась кровавым пузырем и с омерзительным чавканьем лопнула, свисая с обугленного мяса и почерневших костей.       Люси передернуло от увиденного, а посему она поспешила закрыть рот рукой.       В воздухе запахло паленым, боль должна была быть просто адской, однако порождение Тартароса даже не поморщился. Возникало такое ощущение, что ему совершенно наплевать на всё происходящее вокруг.       — Как интересно… — издевательски протянул Шакал и встал между парнем и Хартфилией. — Что же создатель такого сделал, что ты теперь не реагируешь на внешние факторы? — вслух спросил он, внимательно разглядывая этериаса. — А, может быть, господин Зереф был так любезен, что подарил тебе адаптирование? — Темпеста упрямо молчал. — Я не люблю, когда меня игнорируют, — в своей привычной манере сказал Шакал, жутко оскалившись.       — Шар бомбы, — лениво произнес парень, щелкнув пальцами. Мгновенно вокруг Темпесты образовалась тонкая сфера лилового оттенка, которая легко подхватила демона. — Взрыв.       После приказа вакуум мгновенно взлетел на воздух. Взрыв снёс парочку домов в радиусе нескольких метров. Когда пыль немного осела, парень мог лицезреть парочку оторванных конечностей и кровавое месиво, которое осталось от этериаса.       «Как-то быстро», — отстранено подумал «Хвостатый».       Прежний Темпеста бы выжил после такой простой, по мнению Шакала, атаки. Что-то здесь нечисто.       Люси, стоявшая всё это время за спиной напарника, хотела выглянуть, что стало с их соперником. Демон, сразу разгадав замысел девушки, резко развернулся к ней лицом и отрицательно покачал головой.       Хартфилия, нахмурившись, все же попыталась выглянуть из-за плеча Шакала. Но внезапно остановилась.       — Люс… — парень не успел договорить, как девушка Хартфилия резко дернула этериаса на себя.       — Ложись! — крикнула заклинательница звездных духов. Порождение Тартароса среагировал мгновенно: он ничком упал вперед, накрыв своим телом держательницу. В эту же секунду из останков Темпесты вырвался огромный черный торнадо. Голод смерти Зерефа накрыл плотной пеленой район, в котором находились напарники.       Воздух изничтожался темной магией за доли секунды, не позволяя магам дышать. Шакал, понимая, что волшебница долго не продержится, впился в губы девушки поцелуем, таким образом передавая ей немного воздуха.       Пара понимала, что долго им в таком положении не протянуть. Нужен новый, более сильный взрыв, способный перенести миазм в другое место или даже уничтожить.       Люси начала про себя читать заклинание Уранометрии. Она свободной рукой дотянулась до ладони Шакала и покрепче сжала ее, пропуская через парня свою энергию. Этериас сразу понял, что от него требуется.       Сконцентрировав энергию руке, парень высвободил спираль взрыва одновременно с тотальным заклинанием напарницы.       Яркий свет заставил их зажмуриться и наконец-таки нормально вздохнуть.       Миазм Зерефа исчез.       Внезапно в голове обоих прозвучал голос Марде Гира, призывающий их на финальную битву…