Грешники

Мар де Голль неотрывно наблюдал за создателем, который стоял напротив и расслаблено улыбался, не подавая никаких признаков агрессии. Король демонов отчетливо понимал, что Зереф пришел именно к нему не просто так. Сейчас держать себя в руках позволяла только вековая выдержка. Рядом с этим, несомненно, страшным человеком черноволосый юноша в полной мере ощущал себя этериасом. В испорченной душе вновь зашевелился временно заснувший мрак. Он расправил свои паучьи лапы, медленно поднял голову, оскалив острые, как бритва, зубы. В кончиках пальцев появилось знакомое покалывание. Казалось, что проклятье прямо сейчас сорвется с раскаленных ладоней демона, готовое уничтожить всё на своем пути. Мар де Голль даже одёрнул себя — попробуй он атаковать Драгнила-старшего, парень сотрет его в порошок одним усилием воли. Нужно дождаться остальных ребят. Возможно, Королю демонов при особой необходимости даже придется снять печать Тартороса с Нацу. Парень окинул взглядом ловушку для Акнологии, понимая, что создателя она задержит на каких-то несчастных десять-пятнадцать минут. Хотя, если „Хвостатые“ успеют добраться до него за это время, они успеют активировать печать. От раздумий этериаса отвлек тихий голос Зерефа, резанувший по чувствительным ушам порождения Бездны: — И кем же ты стал, Мар де Голль? — поинтересовался юноша, подходя к демону чуть ли не вплотную. Этериас не сдвинулся с места, холодно смотря Драгнилу прямо в притворно ласковые черные глаза. — И ты после своего предательства считаешь себя Королём демонов? Думаешь, что ты грозный этериас? Страх и ужас людей, каким был когда-то? Нет… Сейчас ты жалок. Опустился до их жалкого уровня, раскис, утратил всю свою первостепенную ненависть и хладнокровность. Мне вот интересно, что бы сказала Шелл, увидев тебя таким? — злорадно заметил Зереф. Он втоптал своими словами честь юноши в грязь. — Не смей упоминать о ней в присутствии Мар де Голля, — едва ли не прорычал порождение Тартороса, вспоминая насмешливый взгляд желтых глаз демоницы, о которой шла речь. Он всегда ненавидел, когда его с кем-нибудь сравнивают. Он — это он. Ненависть и ярость, о которых говорил создатель, вулканической лавой поднималась из недр израненной души. Руки на автомате сжались в кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Вена на шее вздулась, а всё тело автоматически напряглось. Несмотря на всё это, лицо демона застыло каменной маской, не выражая никаких эмоций. — Вроде бы уже четыреста лет, а ведешь себя, как ревнивый ребёнок. — со смешком заметил Драгнил, скрестив руки на груди, тем самым вызывая новый всплеск эмоций у Короля демонов. Парень едва сдержался от того, чтобы не разрушить близ стоящее здание. — Вроде уже четыреста лет, а семьёй так и не обзавелся, и силу свою не научился контролировать, — с лукавой улыбкой парировал этериас, замечая, как гневно сощурились резко покрасневшие глаза Зерефа. Мар де Голль резко отпрыгнул назад, делая сальто в воздухе и приземляясь на неустойчивую поверхность. Нога неожиданно соскользнула, из-за чего парень не успел вовремя среагировать и уклониться от выпада Драгнила-старшего. Зереф за долю секунды оказался перед самым носом этериаса, врезав ему ногой по животу. Демон согнулся пополам, выплюнув изо рта багровую кровь, испачкав лицо создателя несколькими каплями. Черноволосый юноша злорадно усмехнулся, придерживая „своё дитя“ за плечо, дабы он не отлетел назад. Следующий удар пришелся левой рукой по челюсти демона, едва не вывихнув ее. „Хвостатый“ с силой сжал зубы, дабы не закричать. Боль была просто адская. Она медленно обвила змеёй живот, укусила парня за лицо. Резкая вспышка агонии на мгновение заставила Мар де Голля отключиться от внешнего мира. Драгнил с легкостью подкинул Короля демонов в воздух, собираясь атаковать его тёмной магией, однако этериас, резко распахнув глаза, уклонился от, возможно, смертельного удара прямо в воздухе. — Тюремный цветок. — Мар де Голль взмахнул одной рукой, рассекая воздух. Мгновенно земля под ногами создателя заходила ходуном. Зереф, почувствовав что-то неладное, ловко подпрыгнул вверх, однако это не спасло его. Из недр планеты молниеносно вырвался огромный уродливый цветок, отдаленно напоминающий венерину мухоловку. Массивный цветок-людоед обладал кольцом тупых шипов по всему периметру тела. Две тяжелые железные цепи обеспечивали высокую прочность растения. Широкий стебель с множеством своеобразных язв и длинных листьев невозможно было уничтожить обычной магией. Цветок, широко распахнув свою зубастую пасть, заглотил черного мага целиком, с громким и противным клацаньем закрываясь. Цепи мгновенно крепко стянули основание, не позволяя Драгнилу-старшему выбраться из своей пасти. Мар де Голль мягко приземлился неподалеку от растения, держась одной рукой за ноющий живот. Всё же физическая сила создателя ничем не уступала силе этериасов, что уже говорить про магическую. Уродливая гримаса на пару секунд изрезала лицо демона, показывая его истинные эмоции. Внезапно цветок стал нервно дергаться в конвульсиях, сильно тряся головой-цветком. Цепи с отвратительным металлическим скрежетом разъезжались в разные стороны, звенья отлетали буквально на глазах. Черное основание стало стремительно раздуваться, грозясь в любую секунду взорваться. Почувствовав, что запахло жаренным, демон резко кинулся за большой обломок здания, падая на злосчастный живот и прикрывая голову руками. Через мгновение канонада громких взрывов уничтожила цветок. Ошмётки растения разлетелись в разные стороны, окрасив импровизированное поле боя в тошнотворно-зеленый цвет. Цветок ещё некоторое время извивался на земле и вскоре затих. Зереф, как ни в чем не бывало, спокойно отряхивал свой черно-белый балахон от пыли и подарка растения — слизи. На проклятом богом Акселам не было ни единой царапины. Возникало ощущение, что его сейчас не цветок-мутант проглотил, а просто попытался укусить шмель. Мар де Голль досадливо фыркнул, осторожно выглядывая из своего укрытия. Бой идёт всего каких-то несчастных три минуты, а расклад сложился явно не в его пользу. Ещё и этот чертов создатель стоит и провокационно позёвывает, прикрывая рот рукой. Чтоб его черти в котле сварили! — Ты все еще надеешься, что сможешь победить меня? — лениво интересуется парень, слегка брезгливо перешагивая через мёртвое тело растения. Этериас предусмотрительно молчит — знает: стоит ему только ответить, как незамедлительно прилетит магический снаряд. «Где же „Хвостатые“, чёрт их подери?!» — негодующе подумал Король демонов, в уме прикидывая, сколько он сможет продержаться в одиночку. — Оп-па! Нашел, — с неприкрытой издевкой сказал Драгнил-старший, смотря на стену за которой сидел этериас. — Смертельный столб. — Зереф круговым движением ударил рука об руку. Между ладоней сильнейшего темного мага Фиора начала медленно зарождаться тьма. Сформировав небольшой шарик, оттуда вырвался огромный столб энергии, на мгновение даже ослепив своего заклинателя. — Проклятье бомбы. — Мар де Голль резко выбросил правую руку вперед, создавая особую ударную волну, которая бы задержала магию создателя. Скорость обеих атак была просто ужасающей. Стоило им только столкнуться, как произошел ужасающей силы взрыв. Обоих парней откинуло назад взрывной волной, но, если Зереф, ловко оттолкнувшись рукой от земли, приземлился на ноги, то этериасу повезло немного меньше. Демон, повторив „вираж“ создателя, не удержался на ногах из-за неожиданной вспышки боли в животе. Парень, одним рывком поднявшись, успел поставить блок руками, отражая удар черноволосого юноши. — Неплохо, — хмыкнул он, отставив одну ногу назад для устойчивости, а другой, хорошенько замахнувшись, попытался проломить порождению Тартороса череп. Этериас, правильно выгадав время, со всей силы пнул Драгнила в живот. Хоть на этот раз скорость демона превзошла скорость Зерефа. Юноша отлетел назад, проехал спиной пару метров, больно содрав кожу до самого мяса. Зашипев от боли, черный маг легко поднялся на ноги и зло посмотрел в сторону „своего дитя“. Алые глаза скрыла длинная челка, а Мар де Голль понял, что всё же накликал на себя Смерть. Опасная злая аура окружила парня, стремительно превращаясь в водоворот. Голод смерти стремительно просыпался в теле, казалось бы, такого хрупкого человека. Сначала черноволосому демону показалось, что время на некоторое время остановилось. Все вокруг замерло в невесомости, звуки перестали существовать, а мысли будто лопнули, как струны гитары. — Деа Иггдрасиль, — на автомате прошептал „Хвостатый“, резко приобретая способность двигаться, и ударил раскрытой ладонью по земле. Мгновенно перед оппонентом вырос самый, что ни наесть настоящий лес, который служил своеобразным отводом от голода смерти создателя. Лесная стена стремительно чахла под напором проклятья, превращаясь в груду обуглившихся иллюзий. — Прощай, Мар де Голль, — послышался полный ледяного спокойствия голос создателя уже за спиной. Глаза Короля демонов шокировано распахнулись. Не успел юноша полностью обернуться к черному волшебнику, как Зереф с мягкой улыбкой положил руку ему на грудь. — Пора на покой. — из ладони Драгнила-старшего повторно вырвался смертельный столб, с омерзительным чавканьем пробив грудь этериасу. Алая кровь брызнула во все стороны фонтаном, а самого парня откинуло назад. Острая боль пронзила всё тело, не позволяя даже пальцем шевельнуть. Агония сковывала сознание демона, медленно погружая его во тьму. Мар де Голль хрипел, захлёбываясь собственной кровью, понимая, что его сейчас добьют. Внезапно он чувствует, что его поймали прямо налету чьи-то сильные мужские руки, а атака Зерефа отражена обжигающим пламенем Нацу Драгнила. Грей сумел немного замедлить полет Короля демонов, но даже с этим поймал его с трудом. Рана на груди этериаса ужасала. Оставалось только надеяться на демоническую регенерацию. Фуллбастер как можно осторожнее опустил рвано вдыхающего Короля на землю. Глянув вперед, парень заметил стремительно приближающуюся к их компании Эльзу. Похоже, девушка бежала без остановки, силясь успеть на выручку раненому порождению Тартороса. Алые волосы были растрёпаны, сама она изредка покоцана вражескими атаками. — Эльза, пригляди за ним. Мы вас прикроем! — громко выкрикнул „Хвостатый“, вступая в решающую битву с черным магом. Скарлет, едва успев сбавить ход, рухнула перед черноволосым юношей на колени, содрав их в кровь. Однако боль Титании сейчас ничто по сравнению с болью Мар де Голля. Волшебница осторожно положила голову демона себе на колени, начиная на автомате перебирать спутавшиеся пряди. Она видела, как ему было тяжело. Парень хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, так как дышать с каждой секундой становилось все сложнее и сложнее. Эльза на свой страх и риск осторожно приподняла окровавленную ткань рубашки и спешно закрыла рот рукой, чтобы не закричать. Она видела в своей жизни многое, но такое… С одной стороны кожа полностью обуглилась, от нее воняло паленым мясом. С другой стороны она обвисла кровавым пузырем, который мог от неосторожного прикосновения лопнуть, доставляя парню еще больше агонической боли. Зияющая дыра в груди открывала вид на спекшуюся под напором магии кровь, переломанные и искрошившиеся в некоторых местах кости. Слава Богу, регенерация уже началась. Карие глаза девушки на автомате наполнились слезами. Солёная жидкость потекла по лицу, завершая свой путь и разбиваясь о побледневшие щёки демона. Скарлет винила во всем себя. Если бы она пришла хоть немного раньше, то успела бы помочь Мар де Голлю. Такого бы не произошло. Чувство вины с силой вгрызалось в душу острыми, как бритва, зубами, заставляя её кровоточить. От досады Титания прокусила губу. Пара алых капелек скатилось по подбородку, но волшебница упорно продолжала их не замечать. — Мар де Голль, я тебя очень прошу, выживи, — срывающимся от волнения и слез голосом попросила Эльза, наклонившись к уху этериаса. Где-то совсем рядом раздался взрыв, и Скарлет посильнее обняла раненого юношу, закрывая своим телом от обломков и осколков. Раздался крик Нацу и злорадный хохот Зерефа, а рука Эльзы на автомате потянулась к мечу. Внезапно девушка почувствовала, что дыхание Короля демонов замедляется. Быстро стерев тыльной стороной ладони слезы, волшебница приложила руку к шее, измеряя пульс. Слабый. Слишком слабый. Паника захлестнула „Хвостатую“ с головой. Алая стала судорожно соображать, что же делать. Она повторно приподняла ткань, увидев, что рана не затягивается. „Черт! Как бы сейчас пригодились умения Венди! — подумала Скарлет, нервно оглядываясь на напарников, которые тем временем пытались задержать Драгнила-старшего. — Видимо, ловушка для дракона оставила свой след, а после битвы с Зерефом его магический запас и вовсе упал. Значит, придется передать ему часть своего.“ Внезапно Скарлет обуяла светло-голубая аура. Наклонившись к лицу Короля демонов, Эльза невесомо коснулась его губ своими. Её магическая сила мгновенно стала перетекать в тело этериаса. „Думаю, достаточно“. — спустя некоторое время Скарлет отстранилась. Спустя пару минут веки Мар де Голля дрогнули. Алые глаза медленно открылись и с неким интересом посмотрели на Эльзу, по лицу которой снова текли слезы. — Это слёзы грусти? — спросил парень, стирая солёные капли большим пальцем, слегка морщась от боли в груди. Волшебница отрицательно покачала головой, слабо улыбаясь. Неимоверная радость поселилась в груди девушки. — Нет. Это слёзы радости, — негромко произнесла „Хвостатая“, несильно сжимая руку черноволосого юноши. Этериас удивленно вскинул брови, садясь ни без помощи Титании. Слегка поморщившись, парень глянул на грудь и снова перевел взгляд на девушку. — Кажется, Мар де Голль понял в чем разница. Или нет… — несколько неуверенно сказал Король демонов. — Ладно, не важно. Прибыли только трое? — резко сменил тему юноша, отведя взгляд в сторону. — Да. Гажил уже на подходе, он отправил меня вперед, прикрывая спину. — кивнула Эльза, помогая подняться „Хвостатому“ и вставая сама. — Шакал и Хартфилия уже тоже рядом. Надо задержать создателя до их прихода. — мимо пары пролетела пара черных шаров смерти. Ребята, уклонившись от атаки, поспешили на выручку к Грею и Нацу. — Перевооружение: доспех чистилища, — Эльза облачилась в один из своих сильнейших доспехов. Руки и ноги заковали в прочную черную броню. На плечах появилась пара острых шипов. Темное платье, напоминающее драконью чешую, плотно прилегало к телу. В руках появилась массивная шипованная булава чуть выше Скарлет. — Колючая роза. — Мар де Голль сконцентрировал темную энергию проклятия в руке. Рядом с ним стремительно начала образовываться роза. Эльза резко взмахнула своей булавой, создавая огромную волну воздуха и отправляя взрыв в сторону Зерефа. — Нацу, Грей, в сторону! — прокричала девушка, смотря на то, как атака стремительно приближается к трем парням. Фуллбастер и Драгнил-младший мгновенно среагировали и отпрыгнули в разные стороны. Удар настиг чёрного мага, взрываясь. Не успела пыль осесть, как Скарлет почувствовала опасность совсем рядом. Резко обернувшись, девушка получила сильный удар по лицу. Вскрикнув от жгучей боли, Алая отлетела в сторону, пробив спиной стену какого-то дома и не очень удачно приземлившись на руку. Послышался противный хруст ломаемой кости. Послышался очередной душераздирающий крик. Рука и щека болезненно ныли, заставляя волшебницу глухо застонать. Чёрт! Как же больно! Нацу успел унюхать старшего брата и отделался парочкой ударов. Грею и Королю демонов повезло меньше. Фуллбестеру, который успел поставить блок, переломало по три пальца на каждой руке, так что Грей не то, что кулак сжать, а даже пошевелить ими не мог. Этериас, немного подлатанный, даже смог зацепить создателя по щеке. Правда, рука прошла вскользь и оставила всего лишь небольшую царапину. Взамен он получил новый удар по лицу, пропахав пару метров спиной. Зереф неспешно двинулся к Скарлет, понимая, что левой рукой она не много может сделать ему. Парню нравилось наблюдать за мучениями „Хвостатых фей“. Видеть гримасы боли, страха и благоговейного ужаса было особым удовольствием. Драгнил-старший замер перед раненной девушкой, которая уже пыталась встать. „Надо же… Какие упорные букашки в этой мерзкой гильдии. Все же выродки Мавис переняли от неё слишком много отвратительных черт. Особенно эту упёртость“, — раздосадованно подумал черноволосый парень, поднимая с земли один из клинков Эльзы. Да, у Скарлет был крепкий доспех, и даже такой булавой он не пробьет его, однако… Есть у это брони один существенный недостаток — нет шлема или хотя бы пародии на него. Предвкушающе улыбнувшись, маг замахнулся оружием, готовый проломить волшебнице череп, как внезапно руку парня крепко опутал хлыст и зафиксировал над головой. Зереф, глубоко и как-то печально вздохнув, лениво повернул голову к новоприбывшей паре. Запыхавшаяся от долгого бега, Люси крепко сжимала в руке хлыст, не позволяя Драгнилу завершить начатое. Она не позволит своим друзьям умереть! Ни за что! Шакал тем временем оказался уже подле Скарлет и, легко подхватив девушку на руки, успел отойти от создателя на приличное расстояние. „Наверное, он зашел с другой стороны“, — несколько отрешенно подумал черный волшебник, используя силу разрушения, дабы освободиться от мешавшей помехи. Через некоторое время к ребятам присоединился и Гажил, картинно присвистнув, увидев раны согильдийцев. — Чешуя железного дракона, — на всякий случай произнес Редфокс. Под ногами парня открылся светло-зеленый магический круг, а на теле начали появляться драконьи чешуйки. Теперь у него хоть какой-то шанс остаться более-менее целым. — Рёв железного дракона! — во рту Гажила стала концентрироваться мощная энергия. Набрав в лёгкие побольше воздуха и сложив руки в подобие трубы, парень выдохнул мощный металлический торнадо в сторону Зерефа. — Волна смерти. — вокруг парня стал образовываться опасный черный смерч. На этот раз он не распался множеством частиц, а, наоборот, уплотнился, легко нейтрализовав атаку железного убийцы драконов. Не успел он моргнуть, как на щит обрушился целый град магических стрел от Люси и череда взрывов от Шакала. Пара работала слаженно и четко, судя по всему, уже привыкнув к действиям друг друга. — Златого быка откройтесь врата: форма Тельца! — Хартфилию охватило яркое золотое сияние, и уже через секунду она получила силу своего духа. Волосы были собраны в два пучка по бокам головы. На руках появилась пара перчаток без пальцев, а ноги были облачены в брюки, обрезанные на правой до самого бедра. — Земная волна! — в руках у Люси появился новый кнут, которым она со всего маху ударила по земле, образуя огромный разрыв. Куски земли полетели прямиком в сторону Зерефа. — Спираль взрыва! — Шакал резко отвёл руку назад, концентрируя энергию проклятья в ладони. Затем выбросил вперёд, отправляя взрыв в форме спирали в ту же сторону. Две атаки, дополняя друг друга, врезались в новый магический щит, созданный чёрным волшебником. — Удар унисона: рёв дракона ледяного пламени*! — Нацу и Грей протянули друг к другу широко раскрытые ладони, собирая в них всю свою оставшуюся энергию. Пламя Драгнила резко вырвалось наверх, ластясь к льду Фуллбастера, словно кошка. Магия начала медленно закручиваться в спираль, а затем резко рванула к Зерефу. На этот раз парень не успел ничего сделать. Атака на полной скорости врезалась в живот мага, откинув того назад. Впервые за долгое время „Хвостатые“ услышали вскрик Драгнила-старшего. Мар де Голль неожиданно махнул рукой, и ловушка, предназначенная для вестника апокалипсиса, захлопнулась. Множество прочных нитей опутало тело черноволосого парня с ног до головы, удерживая его магическую силу. — Сейчас! — крикнул Король демонов, призывая друзей к запечатыванию. — Три вестника жизни перекрестят клинки с тремя вестниками смерти, и тогда на свет появится новое проклятье бога Вольфеида, что будет равно по силе Акселаму. Великая сила спустится в этот бренный людской мир, дабы запечатать на многие тысячелетия воплощение смерти. Пусть пятеро лучей пронзят вековой мрак. И черный маг Зереф Драгнил падёт, — разом прозвучали семь голосов. Огромный магический круг загорелся кроваво-красным цветом. По контуру печати прыгали белые молнии, создавая что-то наподобие препоны, не позволяя участникам ритуала выйти. Из груди каждого из магов сорвался чёрный шар с фиолетовой окантовкой, окружая Драгнила-старшего. Последний, восьмой сгусток появился на груди черноволосого парня, полностью обездвиживая его. Зереф громко зашипел, пытаясь использовать голод смерти, однако ловушка Мар де Голля все еще сдерживала его натиск. Внезапно множество крепких эластичных бинтов прочно обвили тело черноволосого юноши. В ключицы вонзились две острые длинные иглы, заставив волшебника поморщиться. Сверху на него со всего маху опустился тяжелый черный куб, придавливая к земле. Громкий, болезненный крик разнесся по полю. Люси, чтобы не видеть все происходящее, крепко зажмурилась. Ей было слишком больно видеть чужие мучения, будь то даже враг. Слезы текли по ее лицу, довершая свой путь по лицу и разбиваясь о землю. Нацу было тоже очень тяжело, наблюдать за тем, как родного брата уничтожают прямо у него на глазах. Он только узнал о том, что у него есть близкий родственник, как уже должен расстаться с ним. Нет, Драгнил не плакал, но смотрел на Зерефа с огромным сожалением, жалостью и некой обидой. Сердце обоих магов защемило от душевной боли, а глаза защипало от слез. Если розоволосый парень терпел, то Люси себя не сдерживала. Грей понимал лучшего друга, как никто лучше. Не так давно он сам столкнулся с этой ужасной реальностью. Ему тоже предстояло убить собственного отца. Того, кого он не видел больше десяти лет. Эльза и Гажил не могли смотреть на своего друга без боли и тоски. Печаль Нацу передавалась всем в этом круге. Каждый ощущал тоже, что и драгонслеер в этот момент. Этериасы, в общем-то, некогда прежде считали создателя своим отцом и божеством. Шакалу и Мар-де Голлю было даже несколько страшно лишаться поддержки этого человека. Все же именно он их вырастил и выучил. Стал для них всем, даже несмотря на то, что позже предал, оставив их. Зереф, все еще продолжая надрывно кричать, с трудом оторвал свою голову от земли и измученно посмотрел на магов „Хвоста феи“. Даже боль ушла на задний план, когда парень увидел на глазах людей слезы… Шок и недоверие поселились в черной душе мага. Даже несмотря на то, что он сделал, скольких убил, волшебники… жалели его? Одинокая слеза скатилась по щеке проклятого Богом Акселам, и он раскаялся. Раскаялся в том, что хотел уничтожить „Хвост феи“, в том, что нарушил запреты Великого. Во всём. „Я наконец-то обрету покой, избавившись от этой чёртовой силы“, — с некой радостью подумал Зереф, слыша, как ломаются под напором куба его ребра. Было жутко больно. Можно сказать, даже агонически. Ну и пусть, он заслужил это своими деяниями. Он — грешник, который должен искупить свою вину кровью. Этериасы уже расплатились за свои грехи, Зереф только сейчас это понял. „Неужели без этого не обойтись? — с отчаянием подумала Хартфилия, не желая становиться убийцей. Она не хотела, чтобы старший брат ее лучшего друга умирал. Они оба должны быть счастливы. — Но как я могу ему помочь?“ — сердце Люси обливалось кровью, а душа стенала. Девушка сжала руки в кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Твое прощение похвально, а твое прошение услышано. Слушай внимательно и повторяй за мною следом, коли считаешь эту душу очистившейся. — Когда прощению внемлет темная душа, и Вольфеид сразит проклятье Акселама, с небес спустится Архангел Жизни. Коль вступится за него человек, останется сей грешник жить, грехи ужасны искупая, — шепотом произнесла заклинательница духов, надеясь, что заклинание все же сработает. Внезапно в чертов куб ударила яркая белая молния, полностью испепелив его. Маги засуетились, не понимая, что происходит. Бинты медленно спадали с израненного тела Драгнила-старшего. Вместо этого руки в районе запястий проткнули острые шипы, заставив парня в очередной раз закричать. Вторая пара шипов проткнула ноги, а небольшая колючка оцарапала лоб. Зерефа медленно подняли, вернув в вертикальное положение. От купола медленно отделилось странное существо, которое мягко ступало чуть выше земли. Нечто ярко светящееся с длинными волосами и острыми ушами приблизилось к Зерефу и застыло в трех шагах от мага. — За тебя вступились, — начало существо. Его голос как будто звучал в голове. Такой мягкий и завораживающий. — Я лишаю тебя проклятья моего собрата Акселам и дарую вольную жизнь. Твое бессмертие исчерпало себя. Теперь ты обычный смертный, лишенный черных сил. Самая светлая магия останется в тебе, дабы ты смог искупить свой грех, — вёл справедливый суд Архангел Жизни. — У тебя останутся шрамы, как у Иисуса Христа, в знак покаяния. Не забудь поблагодарить светлого заклинателя, даровавшего тебе нормальную жизнь. Резкий свет ударил по глазам волшебников, ослепляя их. Магический круг печати стремительно исчезал, барьер спал. Шипы, удерживающие Драгнила-старшего рассыпались, а сам он обессиленно опустился на колени. Шатающаяся Скарлет облокотилась на Мар-де Голля, любезно придерживаемая им. Ослабевшую после двойного заклинания печати Хартфилию подхватил Шакал. Грей устало вздохнул и медленно опустился на землю. Гажил уперся руками в колени, глубоко дыша, а Нацу застыл на месте, неотрывно глядя на живого старшего брата, который с удивлением рассматривал свои стигматы. Слезы сами по себе текли из глаз, не переставая ни на секунду. Зереф не верил. Этого просто не может быть! Черноволосый парень совсем не ощущал в себе темной магии. Её не осталось ни крупицы. Волшебник чересчур осторожно прикоснулся рукой к ноющим ребрам и неожиданно почувствовал приятное тепло. Темные глаза удивленно распахнулись, а „Хвостатые“ шокировано замерли. Рук Зерефа касался мягкий приятный свет, который практически мгновенно залечивал полученные в бою раны. Всё закончилось, или почти всё. Воздух сотряс дикий драконий рев. Акнология!

***

Сэйру откинуло назад мощным взрывом. Демоница налетела ногой на острый осколок, громко вскрикнув. Трясущимися руками девушка стала медленно вытаскивать осколок из раны. Реугецутен, почувствовав что-то неладное, резко подняла голову вверх, но было поздно. Вестник апокалипсиса уже использовал свой рев. „Хвостатая“ закрылась руками, понимая, что не сможет уклониться. — Веское слово: защита! — перед девушкой мгновенно образовался трехслойный барьер. Магия дракона пробила препону и довольно-таки сильно опалила Сэйре кожу. Кожа на руках и груди расплавилась, словно восковая. Из груди этериас вырвался новый крик. Тело неприятно жгло, боль стремительно расползалась по всему телу. — Сэйра, ты как? — Леви, хромая, подошла к порождению Тартороса и опустилась перед ней на колени. Вместо ответа Реугецутен сдавленно всхлипнула. — Так… осторожно отними руки от лица, — попросила маг слова. Демоница слабо кивнула и протянула руки вперед. — Веское слово: вода, — МакГарден как можно осторожнее прикоснулась одной рукой к груди подруги, а второй к рукам. — Спасибо. — этериас слабо улыбнулась, поднимаясь на ноги и покачиваясь. „Хвостатая“ поднялась следом. — Взрыв энергии! — девушка выставила правую ладонь вперед, слегка поморщившись. На ней практически сразу образовался магический круг проклятий. Прямо по центру ладони появился выпуклый уродливый глаз. Хорошенько прицелившись в голову Акнологии, Сэйра выбросила огромную взрывную волну. — Космический дождь! — Мира, парящая неподалеку от дракона смерти в форме демона Халфаса. Штраус рассекла рукой воздух, создавая целый шквал бомб. Объединенные атаки на полной скорости врезались в крылья Акнологии, содрав ему чешую. Новый душераздирающий рёв сотряс землю, вдавливая Сэйру и Леви в землю. Демоница успела дернуть синеволосую девушку на себя, прикрывая собой. Совсем рядом прошлась воздушная атака вестника апокалипсиса, едва не задев „Хвостатых“. — Я готов! — послышался выкрик Лаксуса где-то поблизости. — Давай! — выкрикнула Сэйра, с трудом отрываясь от земли и помогая подняться Леви. — Глаза демонов! — Реугецутен выставила руки вперед, повторяя предыдущую атаку, на этот раз усиливая эффект удара. — Поток тьмы! — Миражанна резко крутанулась в воздухе, собирая в руках демоническую энергию и резко выпуская её в дракона. — Веское слово: дыра. — Леви быстро написала в воздухе нужное слово, отправляя его под ноги Акнологии. — Закон феи! — окружающий Дреяра-младшего свет начал стремительно собираться в руках внука мастера. Резкий свет поглотил средний фронт, а именно, тот участок, где находилась крылатая рептилия. Все атаки достигли дракона одновременно. Взрывная волна Сэйры попала Акнологии прямо по глазам, навсегда ослепляя дьявольское существо. Земля под ним резко провалилась, и вестник апокалипсиса потерял свою прежнюю устойчивость. Тьма полностью поглотила крылья рептилии, спалив их дотла. Завершением стало основное заклинание светлой организации, стерев тёмное создание со света уже навсегда. Реугецутен устало осела на землю, едва не заплакав от счастья. Всем не верилось, что всё закончилось. Битва на дальнем фронте тоже утихла. Судя по всему, монстры исчезли сразу же, как ребята запечатали Зерефа. Ну, и слава Богу! Все закончилось. Закончилось…