Вальс на осколках воспоминаний

Картинки, мелькавшие перед глазами, мешали сосредоточиться. Все плыло, голова кружилась, и эти чертовы вспышки… Рита наблюдала за ним через прицел винтовки и понимала, что парень не успеет, а она слишком далеко, чтобы помочь. Палец опустился на спусковой крючок, и один из террористов рухнул на землю, второго застрелил сам Ионов. Где-то сбоку что-то блеснуло, и Багира резко выпрямилась. — Кот, снайпер! Он дернулся в сторону, и, наверное, именно это и спасло ему жизнь. Пуля прошила плечо. Женщина чувствует, как ее трясут за плечи и что-то обеспокоенно не то кричат, не то приказывают, но сил вынырнуть из цветного калейдоскопа в собственной голове у нее нет. Да и сосредоточиться не получается. А эта настойчивая девчонка все не оставляет попыток вернуть ее в реальность. Так хочется избавиться от ее рук, но думается, что за еще одно проявление агрессии по головке ее не погладят. Значит, нужно абстрагироваться. Хохочущие парни ринулись влево, но наткнулись на стену и тут же притихли. Риф трусливо попятился назад, Вася же умоляюще сложил руки. Рита, запыхавшаяся от долгого бега, остановилась, перевела дыхание, а потом грозно двинулась в сторону молодых людей. — Попались, красавцы? Она мотнула головой, пытаясь избавиться от ярких вспышек. Не получилось. В мозгу творилось черт знает что. Воспоминания ли это или игра воображения? И почему на душе так светло? Они ведь убийцы! Убийцы ее ребенка, предатели. Или нет? Но кто тогда Анри, и почему он ей врал? Столько вопросов, и ни одного внятного ответа. С каждой минутой все становится только запутаннее. Женщина потуже затянула свой рюкзак и, печально вздохнув, пожаловалась: — Ах, как же хочется большой и светлой любви. Сидящие рядом мужчины переглянулись. Ионов расплылся в улыбке. — Тебя что, укачало что ли? На этот раз ее тряхнули куда сильнее. Маргарита удивленно моргнула и осмотрелась по сторонам. Ничего особо не изменилось, если не считать появления в палате врача, представившегося Виктором Сергеевичем, и крепкого мужчины в камуфляже. В него она стреляла. Он еще раз тряхнул ее за плечи и обеспокоенно заглянул в глаза. Медик за его спиной попытался что-то возразить, но Тарасов лишь отмахнулся. — Русалка, ты как? В голосе звучало беспокойство. Искреннее! А глаза… такие глаза не могут врать. — Ты что-то вспомнила? — Тарасов! — Отстань, Сергеич! Видишь же, на ней лица нет. Холодно не было, но она все равно сжалась в комочек, обняла себя руками и прикрыла глаза. Как же паршиво. Они опоздали всего-то минут на пять, и теперь смерть того парнишки на их совести. Рита привыкла видеть смерть, но сегодня ее переклинило. Перед глазами по-прежнему стояла картинка — изуродованное тело совсем еще мальчишки. Багира и не заметила, как он присел рядом. Накинул ей на плечи свою куртку и притянул к себе. Сильные руки дарили ощущение тепла и спокойствия. Виска коснулись губы. — Мы не виноваты, Рит. Она подняла голову, встречаясь с его серьезным взглядом. Кивнула. — Я знаю, Бизон. Но все равно гадко. Мужчина ощутимо вздрогнул от неожиданности, когда Багира вдруг скинула с плеч его рук и перехватила запястья. Взгляд, еще секунду назад, внушавший сомнение относительно ее адекватности, вдруг стал осмысленным. — Я хочу домой, — Рита, не отрываясь, смотрела ему прямо в глаза. Борис обернулся к Виктору Сергеевичу в поисках ответа на ее просьбу, но тот лишь отрицательно качнул головой. Пальцы на его запястьях сжались еще сильнее. — Пожалуйста, Бизон…