Вальс на осколках воспоминаний

Булатова, кажется, вообще не заметили. Активно жестикулирующий Бизон готов был везти Риту домой прямо сейчас, начмед Виктор Сергеевич пытался убедить его в том, что стремительные действия ни к чему. И уж лучше Багире остаться здесь, под присмотром медиков, где в случае чего ей смогут оказать помощь, чем ехать пусть и в свою, но все же в пустую квартиру. Воспоминания? Отлично. Но не так быстро. Человеческий мозг штука сложная, и нет никаких гарантий, что внезапно вернувшаяся память не преподнесёт никаких неприятных сюрпризов. К тому же пока не понятно, как реагировать на эти воспоминания, ведь кроме позывных женщина не упомянула что-либо еще. Булатов тряхнул головой и перевел взгляд на отчаянно спорящих юннатов. Импульсивные Кот и Ума тут же встали на сторону Тарасова, более сдержанные Физик и Мура поддерживали врача. Еще через пару минут голова и вовсе стала раскалываться, а словесные перепалки ребят грозили перейти в рукопашную. Во всяком случае, Мурашова уже грозно двинулась в сторону Ионова, но тот даже не подумал отступать. И если в этом противостоянии еще имелась хоть какая-то интрига, то в поединке Бориса с Виктором Сергеевичем командир ставил только на первого. Мужчина деликатно кашлянул, но должного результата не добился, заметил его только Мыцик. — А ну отставили базар! — гаркнул Булатов, и все тут же захлопнули рты. — Забыли, кто вы и где находитесь?! Вообще-то он надеялся на то, что бойцы разом присмиреют, но… Секундное замешательство прошло слишком быстро. — Бать! Говорили они хором, махали руками, отчаянно отстаивая свою точку зрения. Голова разболелась еще сильнее. — Отставить я сказал! — он смерил их грозным взглядом и обернулся к начмеду, — Сергеич, пойдем потолкуем. Она спустила ноги, а потом, немного подумав, и вовсе спрыгнула с койки. Прошлась по палате, в который раз обшаривая ее взглядом, и взялась за дверную ручку. Ей чертовски надоело находиться здесь и теряться в догадках относительно своей дальнейшей судьбы. Все еще оставалась надежда на то, что ее отвезут домой, но время шло, и она становилась все меньше и жальче. И как назло, не узнаешь, о чем сейчас там говорят. Вообще интересно, привыкли ли в отряде прислушиваться к мнению медиков? Если да, то в ближайшие дни, а быть может и неделю ей отсюда не выбраться. А за это время ей можно написать новую биографию. Если, конечно, уже этого не сделали. Дверь отворилась, и Багира высунула голову в коридор. Никого. Что делать дальше и куда ей идти, Рита не знала, просто хотелось уже поскорее убраться из этой безликой палаты без окон. Она интуитивно прижалась к стене и свернула за угол. Главное, чтобы никто не попался по дороге, а то, судя по тому, что она умеет, никому не поздоровится. Додумать Кошкина не успела, потому как за очередным поворотом на нее налетела девушка в белом халате. — Добрый вечер, Маргарита Степановна, — учтиво поздоровалась медсестра, — Вы как себя чувствуете? — Спасибо, хорошо, Мариночка, — улыбнулась в ответ женщина. Медичка кивнула и поспешила скрыться за одной из дверей, а вот Багира встала как вкопанная. Так, стоп! Она только что узнала медсестру? Точнее, не вспомнила, но на автомате назвала по имени. Прямо как бывших сослуживцев. Женщина воровато оглянулась по сторонам, и ее взгляд зацепился за камеру, установленную под самым потолком. Стало смешно. Надо же, она тут крадется как идиотка, а за ней все это время наблюдают с экранов. Забавное, наверное, зрелище. С губ сорвался истерический смешок. Она еще раз окинула взглядом узкий коридор, запоминая расположение камер и дверей, просто так, на всякий случай, и двинулась дальше. На этот раз уже не таясь. Коридор вывел ее к лифту, возле которого она застыла в нерешительности. И куда дальше? Если ей разрешили погулять по медблоку, это не значит, что так легко выпустят из центра. Да и в лифте тоже камеры, она видела, когда они спускались сюда. — И далеко ты собралась? — раздалось за спиной. Нет, Рита даже не вздрогнула, только застыла на месте. Голос из ее снов. Только там он дарил спокойствие и тепло, а сейчас звучал строго. Женщина не спеша повернулась. Так и есть, прямо позади нее стоял командир собственной персоной. Сложил руки на груди, голову вон набок склонил и смотрит так, не то встревоженно, не то снисходительно. — Домой! — Багира тряхнула головой и гордо расправила плечи. Мужчина улыбнулся и сделал шаг ей навстречу. Рита сделала один назад. Батя остановился. — Одна? — в голосе прозвучала издевка, — вспомнила куда ехать? Маргарита, как ей показалось, незаметно, попятилась спиной к лифту. Контр-адмирал, видный красавец с еле заметной улыбкой на губах, почему-то не внушал доверия. И, кажется, он это прекрасно понимал, но торопиться отчего-то не собирался. Видел ведь, как она отступает назад, но даже не попытался сократить расстояния между ними. — Найду как-нибудь, — с вызовом бросил Рита. — Или я арестована? — Нет. — Тогда имею право уехать, когда и куда захочу. — Имеешь, — примирительно подтвердил Булатов, — но лучше не надо так рисковать. Вообще-то он таким образом хотел проявить заботу, получилось с точностью, да наоборот. Багира подозрительно прищурилась и скривила красивые губы в саркастической улыбке. — Угрожаешь? Батя мысленно отвесил себе звонкую оплеуху, потом подумал и отвесил вторую. — Беспокоюсь. Мы все беспокоимся. — Не стоит. Из его груди вырвался вздох. Слишком громкий. Преодолев разделяющее их расстояние в два широких шага, Булатов весьма бесцеремонно схватил ее за руку чуть выше локтя. Рита дернулась и попыталась вырваться, но пальцы сжались еще сильнее. Женщина вскинула свободную руку, надеясь нанести удар, но командир был начеку. Блок, и вот уже вторая ее рука в стальной хватке. Еще прием, и сама Рита крепко прижата спиной к холодной стене. А мозг лихорадочно подбирал варианты. — Хватит! — ее тряхнули за плечи, — угомонись, Багира! Не устраивай цирк! Несмотря на повышенный тон, в голосе не чувствовалось злобы. Да и глаза… И зачем она только в них посмотрела? Серо-голубые, глубокие и такие завораживающие. И все разом перестало существовать. Остались только его глаза и голос. Голос из сна. И ощущение защищенности. — Успокоилась? По-прежнему не отрывая взгляд от его лица, Багира растеряно кивнула, и тут же почувствовала, что сжимавшие ее руки исчезли. Только облегчения это почему-то не принесло. — Вот и отлично. Пошли. — Куда? Булатов оглянулся по сторонам, словно пытался убедиться, что за ними не следят. То, что он сейчас собирался сказать и сделать, наверное, станет самым глупым поступком за его жизнь. Но, как говорится, была, не была. — Домой тебя отвезу.