Средимирье: Башни

Право, мне давно хотелось увидеть этот мир глазами обычного человека, на котором нет родовых обязательств, нет богатств и замков, и вот, мне представилась такая возможность. Тархан провел меня через массовый портал в далёкий от центра район, где дома уже стояли плотнее, где зеленых насаждений было практически не видно, а кроны редких деревьев торчали то тут, то там словно маяки. А ещё в этом районе можно было открыто ездить на машинах, повозках, лошадях, здесь не было подземных паркингов и скрытых виадуков, поэтому и считался этот район довольно-таки бедным. Я бы, правда, так не сказал. По моим ощущениям, я был в нашем, земном, элитном районе. Каждый дом тут был красиво оформлен, на окошках часто можно было увидеть цветы, да и к тому же очень многие здесь дома хоть и были маловаты для малоквартирных, зато принадлежали одной большой семье, где все жили друг с другом под боком и вели общее хозяйство. Неплохо. Мой друг, однако, жил именно в квартире. На втором этаже довольно узкого дома, главной приметой которого была глубокая арка-крыльцо, на которой мы встретили хозяйку дома и её столь же пожилую, как и она сама, подругу. ― Добрый вечер, Тархан, ― поздоровалась она, заприметив нас ещё на подходе. ― Добрый, Элли, ― ласково отозвался мой знакомый. ― Как Ваше самочувствие сегодня? Мне нужно будет зайти, помочь чем? ― Нет, дорогой, спасибо, ты мне вчера здорово помог, лечили бы так наши врачи, как лечишь ты! ― Не дай бог. Я всё же не имею никакого образования в этой сфере, они поболе знают. ― Всё равно, от твоих рук все раны как на кошке заживают, а они что? Им даже посмотреть времени жалко, негодники. Платишь им налоги, платишь, а вон какое обращение в ответ. Ладно, иди уже, я вижу, у тебя гости сегодня, идите, отдыхайте. ― Спасибо! ― Тархан поманил меня за собой и провел внутрь дома. Парадная лестница тут была слабо освещена и поначалу меня даже напугала, вернув в картинки прошлого, где в подъездах было невозможно дышать, а состояние ступенек можно было оценить на твердую тройку - они по крайней мере были ещё уверенно приделаны, впрочем, травмоопасности от этого было не меньше. ― Ночь, не удивляйся. После полуночи свет у нас тут не включается из соображений экономии. ― Аа, понятно. А чего тогда твоя знакомая, та бабушка, на улице сидит? Не поздновато ли? ― Она вампир, ― усмехнулся Тархан, поднимаясь на второй этаж. ― Кстати, она наша домоправительница, я, конечно, квартирку тут в собственности имею, но все остальные площади вплоть до чердака у нас тут заняты съемщиками. Она же живет на первом этаже, подо мной. ― Всё время забываю, что город этот многонациональный. Привык, что обычно с наступлением ночи все спать ложатся. Мы подошли к единственной двери на этаже и мой друг начал копаться в замке. У него была такая здоровая связка ключей, что я был даже не удивлен тому, что он мешкается. ― Не проще магию инициализации поставить? ― поинтересовался я. ― Да не, ты что! Хорошую магию ставить - это большие деньги, а их у меня нет. А дешевку - бессмысленно. А так, механические замки ещё в моде, так что вот, прошу, проходите, дорогой друг. ― Ну и ты, малыш, входи, ― на автомате проговорил я, заходя в настоящую квартиру небогатого мага. Первое, что мне бросилось в глаза - это наличие больших не зашторенных окон, через которые можно было наблюдать за противоположным домом. С порога мы сразу попали в гостиную, поэтому мне было как-то неловко в обуви-то по коврам, но Тархан на мою заминку косо на меня посмотрел и подозвал к себе, показывать, как он тут живет. Комнат было пять, если не считать гостиной, объединенной со столовой и кухней. Множество кладовок, два санузла. Да уж, я бы мечтал о таком пристанище! ― Неплохо устроено, я бы гордился таким владением! ― Да ладно тебе, ― отмахнулся Тархан и пошел на кухню. ― Это практически нищий район, тут квартиру не может себе купить только тот, кто вообще дохода не имеет, даже продавцы книг и мороженого здесь надолго не задерживаются, перебираются ближе к центру. Конечно, в центральную часть пробиться практически невозможно, там всё же квадратный метр жизни стоит, но так, на периферии с центром вполне реально найти свой лакомый кусочек. ― Какая разница, если тут такие хорошие телепорты? ― пожал я плечами и уселся в большое кресло. ― Ты голодный? ― Не откажусь. Я с утра ничего не ел. ― Вот и хорошо, значит, я буду не один такой. По поводу телепорта - это да, я тоже думаю, что иметь здесь квартирку или чуть ближе - не существенно. Вся зона между Башнями считается центральным районом, и те наивные, что пытаются к нему хоть как-то приблизиться - да зачем? Я с таким же успехом могу добраться до центральных улиц через пятнадцать минут, просто дойдя до ближайшего телепорта. Здесь я вот хоть что-то купить смог, не надо выплачивать каждый месяц честно заработанное. Не хоромы, конечно, но меня устраивает. Удобно и ладно. ― Слушай, Тархан, ты говоришь, что купил здесь квартиру, а откуда ты? Тоже приезжий? И кто ты по своей сути, если не секрет? ― Расскажу, если в ответ о себе поведаешь. Ты славный парень, Рио, я тебе благодарен, но согласись, меня немного тревожит, что ты молчишь о себе. ― Договорились, расскажу всё, что смогу. ― Отлично. Ну, в общем, на самом деле при отце мы не бедствовали. Мать свою я толком и не знал, она ушла от нас, когда мне было десять, хотела вести более светскую жизнь, а отец не позволял. Мы жили в третьем кольце Столицы, в своём большом частном доме с садом. Поместье Квизлбик служило моему роду уже давно, когда мой прадед его получил в дар от хранителя восточной Башни. Не помню, за какие такие заслуги, но как факт. Правда, прадед мой скончался не по своей воле, и тогда Квизлбик получил мой дед. Он порядком выпотрошил из дома душу, при нём деньги практически никогда в доме не водились, да и слуги все разбежались кто куда, не желая служить бесчестному казанове. Мой отец был единственным сыном, который стал его законным наследником, и то, благо, мою бабушку насильно с ним поженили. Печальная у меня история. Отец мой искал всё способы восстановить утраченное, так и стал сыщиком, да хорошим. В нашем деле тоже своя мафия есть, отец принадлежал одному из агентств, и на нём регулярно зарабатывали. Мы не бедствовали, даже напротив, дела пошли в гору. Тогда папа и стал заниматься мной. Долгие годы учил всему, что знает, мы вместе делали какие-то открытия и раскрывали преступления, да вот только знания наши вышли на особый уровень. На нас хотели зарабатывать миллионы, а отец вдруг сказал, что нам надо своё дело открывать. И связи были, и деньги, а всё равно родное агентство его и убило. Знали, что конкурент из него серьезный выйдет, а остановить иначе уже нельзя было. Меня же на правах наследника дара сразу под крыло взяли. Я год поработал так, да вот только они следили за мной нещадно, боялись, что тоже захочу уйти, потому и не давали мне связи упрочнять. Я уволился, ушел от них, потому что не было мне больше там места, они пытались выпутать секреты нашего дела, наши с отцом открытия и знания. А в итоге я остался без связей, без заказов и без денег. ― А устроиться в другое агентство не судьба? ― Да кто ж возьмет-то, если я уже в другой конторе мафиозной был. Не хотят они недовольство большого брата на себе испытывать. Отец мой, правда, до сих пор за грань не ушел. Так что бегаем мы теперь не только от старых знакомых, но и от бога смерти. За душой папы тот охоту ведет. ― Бог смерти? ― не думал, что они действительно существуют. ― Ну а кто же ещё, ― Тархан закончил возиться на кухне и принес нам по две тарелочки жареных овощей с рисом и мясом. ― Отец сам за грань не пошел, хотел меня доучить, прежде чем одного совсем оставить. Мы с ним каждую неделю говорим, да вот только жнецы бога тоже это знают. Страшно мне его окончательно потерять, я в этом мире ещё столько не знаю, а смерти на это всё равно, у неё свои правила. ― Надо же. Никогда прежде не сталкивался с богами смерти. ― Бог-то один, главенствующий, а вот жнецов у него много. Охотятся, как заправские ищейки, и на мольбы им плевать. Нет против них оружия, кроме собственного духа. Отец в день смерти белого кролика отловил, видать, это его и спасло. Богиня жизни никогда от купели не отходит, а приспешники её - белые кролики - вольно гуляют, где хотят, такого отловишь и можешь даже после физической смерти ещё какое-то время в этом мире быть, правда, без большой цели этому не бывать. ― Понятно. Тархан был таким же человеком, как и я, поэтому мы допоздна говорили, он рассказывал об этом мире, а я о жизни там, где магии нет и в помине. Оказалось, что он грезит миром без магии, всё хочет узнать, как же там расследуют преступления без способностей к эмпатии и достоверной проверки воспоминаний. Никогда бы не подумал, что кому-то это будет интересно, но, как всегда, мнений оказалось больше, чем одно. Мы спорили, обсуждали, смеялись, и, признаюсь честно, нам совершенно не мешал тот факт, что я не мог признаться, кем являюсь, однако про себя я уже решил сделать две вещи: уболтать Иргара взять моего нового друга под крыло, ибо парень был разумный, а второе: узнать, за что его прадеду было выделено поместье и кем именно, хотя подозреваю, что Мане, ибо век людей недолог. Расстались мы на сонной ноте. ― Что-то меня совсем рубит, ― признался мне Тархан. На часах было практически семь утра. ― Иди спать. ― А ты? ― А мне пора возвращаться, а то хватятся. Сегодня утром мы возвращаемся в Академию, откуда меня уже не выпустят, так что, до лета, прости, но навестить тебя не смогу. ― Обидно, ― нахмурился шатен, после чего зевнул. ― Давай хоть тебя до портала провожу! ― Не надо, Тархан, я трансгрессирую. У меня как раз полный резерв, так что хоть два часика посплю, да восстановлюсь. ― Так тут же расстояние ого-го! ― от удивления у парня даже глаза по пять золотых стали. ― Никакого резерва не хватит, да и восстановление после этого двумя часами сна не обернется. Я улыбнулся и тихо выдал: ― Не суди по себе. Мой резерв спокойно покрывает расстояние до центра, я даже до нашей Академии могу дотянуться отсюда. Да и иссушение мне не грозит… ― Ого! Это насколько же ты крут? Небось, что-то вроде легионера из специальной военной академии? Будущий боевой маг? Тогда понятно, чего ты не хотел с полицией нашей связываться. ― Ну, не совсем, ― сложно было не рассмеяться, но я смог. Он с такими блестящими оленьими глазками это говорил, что аж жалко стало его разубеждать. ― Я уже говорил, что не могу тебе открыться, по крайней мере, пока что. ― Ну, хоть близко к этому? Я почесал затылок и неохотно, под закипающую кровь сказал: ― Намно-ого выше. Тархан улыбнулся мне и больше не стал ничего спрашивать. Вряд ли он понял, о чём я говорю, но вероятно, он увидел мои вздувшиеся на руках вены, а потому прекратил допрос. Я же впервые ощутил зачатки той адской агонии, что ожидали меня, если я нарушу клятву. Да уж, магию не переплюнешь, да и в любом случае не стоит сейчас признаваться в том, кто я есть, когда я нахожусь под шапкой преподавателей. Прощание наше было недолгим, потому что мы оба понимали, что опять можем надолго зацепиться языками. Я не стал выходить за дверь, чтобы телепортироваться, поэтому сразу с того места, где стоял, перенесся в посольство. Только вот финт ушами не удался, на здании висел барьер, чтобы никто не мог туда попасть подобным мне способом. Меня выкинуло на площадь у посольства, совсем рядом с кафе, где продавали замечательный кофе. ― Что-то Вы рано, господин посыльный из посольства дроу! ― выглянула официантка, что в прошлый раз меня обслуживала. ― На чашечку кофе зайдете? Я встал с брусчатки, на которую упал под силой отталкивающего барьера, и, пожав печами, пошел к ним. Чего мне спешить? Уже не принципиально. ― А поесть чего существенного у вас есть? ― спросил я, занимая место недалеко от барной стойки. ― Всё есть, меню дать или на наш выбор положитесь? ― спросила Жас, как значилось у неё на бейджике. ― Давай меню, я офигею, и попрошу выбрать за меня. Девушка с улыбкой принесла мне меню и даже не собиралась отходить, так и простояла, пока я не решился на завтрак. ― Гуляли всю ночь? ― Вроде того. Спать охота, но за два часа уже не выспишься, поэтому я лучше поем. ― Понятно, я попрошу Хору сделать Вам супер-кофе, до середины дня будете как огурец, гарантирую. ― Да, не откажусь. Когда девушка ушла, я уставился в окно, за которым медленно просыпался город. В голове было пусто, видимо, от недосыпа, но изредка туда все же заплывали мысли. Например, о том, что Тархан всё же классный парень. Он был так похож на меня, такой же простой человек, каким я был по рождению. Все эти ответственность, наследование, власть, это всё было не для меня, слишком сложно и внезапно, даже спустя год я всё ещё не мог найти себя здесь, в этом мире. Он был чудным и интересным, но не родным. Каин был прав, однажды я затоскую по родине, точнее, я всегда тосковал по простому человеческому быту. Даже не по семье, а по миру. ― Я уже хотел, было, тебя искать, ― прозвучал голос у меня за спиной, пока я шел по коридору в свою комнату. Было девять с чем-то. ― И тебе доброе утро, Каин, ― отозвался я даже с улыбкой. Кофе всё же было хорошим, я чувствовал себя энерджайзером, хотя всю ночь не спал. ― Доброе. Завтракать пойдешь? ― Нет, я уже. Дроу шел рядом со мной, держа руки за спиной и стараясь не смотреть в мою сторону. Он был взвинчен и напряжен, чего я у себя не наблюдал и в помине. Как-то то, что произошло между нами вчера, меня уже не волновало от слова совсем. Его чувства - его проблемы, а я всё сказал. ― Можно, я поинтересуюсь, где ты был всю ночь? Признаться, я волновался. ― Можно, ― благосклонно разрешил я. ― Я гулял по Столице. Всё же её-то я толком и не видел, а тут такая возможность! Было интересно, так что спасибо тебе, Каин, за это. И за практику в целом спасибо, для меня это было хорошим приключением. ― Пожалуйста, ― глухо отозвался он. ― Если ты готов, то мы можем вернуться хоть прямо сейчас. ― Да, я готов. Единственное, надо, наверное, с твоими братьями и Жаком попрощаться. ― Идем тогда. Кансиль с прежней улыбкой распинался передо мной о том, как рад познакомиться, и что ждет в гости в любое время, и что летом будет рад увидеть нас в их королевстве, ну и так далее. Я доброжелательно кивал головой, бросал косые взгляды на Каина и улыбался. Домир же был лаконичен, просто обнял и сказал, что я хороший парень и со мной весело играть, правда, попросил не влюбляться в его брата. Я на это только усмехнулся. Так и быть, маленький судья, я не буду. В Академии же нас встречали с хмурыми лицами. Тут-то я и заподозрил, что по мою душу это недовольство, впрочем, бумеранг так и не вернулся. Видать, ректор под давлением сверху запретил меня как-либо отчитывать, ибо по лицам их было видно, что они готовы содрать с меня шкуру. Спасибо Мане, если я тебе обязан своим спокойствием. Что же касается возобновившейся учебы, то тут я скажу только следующее: за партой я теперь сидел неохотно. Во-первых, рядом был Каин, который со мной общался по минимуму, но охранял, словно цербер, даже с Роком никуда одного не пускал. Во-вторых, Рок из-за этого надзора стал более нервным и бесился, заодно выводя из себя и меня. Внезапные знаки внимания и от змеюки я не ожидал и был совершенно к этому не готов. Впрочем, Рок не настаивал, а просто баловал меня, а меня это напрягало, когда я видел реакцию Каина на всё это и мог сам взглянуть на происходящее со стороны. В-третьих, Мане всё же послал ко мне Икзара в воспитательных целях промыть мне мозги, благо, ругать никто не собрался, но проверить мою сознательность хотели. И наконец, в-четвертых, Тархан давал о себе знать регулярно, то писал вечером, прежде чем лечь спать, рассказывал, как прошел день, то кидал маяки о помощи и я посылал к нему птицу, чтобы та помогла. Его жизнь меня манила куда больше, чем учеба и накалившиеся отношения, поэтому, будем честны, я сбегал к нему, дабы не видеть всего того, что творилось вокруг. ― Ты опять с ним переписываешься? ― поинтересовался со своей кровати утречком воскресенья мой сосед. ― Ага, ― буркнул я, продолжая печатать. ― Тебя ещё не бесит ревность твоих друзей? ― продолжил отвлекать меня Брамр, у которого, видимо, пробился словесный гейзер. Очередное сообщение ушло, и я обратил всё своё внимание на лиса. ― Какая ревность? ― Ты опять ничего не заметил? Рио, так нельзя, иногда я подозреваю, что ты слишком слеп! ― Да ладно, Брамр, я просто немного увлечен. ― Чем? Новым знакомым, с которым переписываешься и день, и ночь? Я, конечно, ревновать не могу, но и меня это подбешивает, если честно. С тобой о чём не заговори, ты в любой момент можешь просто выпасть, забив на собеседника. Обидно, между прочим. ― Извини. Просто… это тот человек, который понимает меня и которого понимаю я. Мы… как бы объяснить… ― Безумно друг в друге заинтересованы. ― Да! Но нет, не смотри так, не в этом смысле, ― сразу же постарался всё исправить я. ― Вы вечно всё опошляете. Кошмар. Я просто нашел того, кто отвечает моим запросам и может мне рассказать то, что мне реально будет интересно, не только потому что это цепляет актуальностью, а потому что это мне близко. Понимаешь? ― Не очень. Но вообще я больше хотел спросить, что у тебя там с этими двумя? Неужели не видишь, что они который день грызутся, словно два самца в брачный период? Ты прости, но это слегка раздражает. ― Что именно? ― как же неохота было вылезать из мягкой постельки, кто бы знал. ― Да их поведение. Каин за тобой тенью ходит, да ещё и атмосферу нагоняет. На всех огрызается, кто к тебе ближе двух метров подходит, меня за вражину держит, а ведь он сильный маг, это вот тебе не страшно, а мне каково? А Рок тебя балует, как может, чуть ли не на ручках носит, всё тебе покупает, что только ты захочешь, я бы позавидовал, но радугой блевать охота. А вместе их встретишь, так вообще поджилки трясутся, меряются своей аурой, да прессуют всех, кто послабее. Между прочим, не очень приятно испытывать это всё на себе. Я нахмурился. Что-то всё это мне совсем не по душе, тем более, если это мешает моему соседу. Надо будет с ними поговорить, чтоб прекращали. ― А ещё оба пытаются выдворить меня из комнаты. То деньги предлагают, то уговаривают, один раз даже угрозы были. И причем оба, втихую, по очереди. Рио, тебя там делят не по-детски, а ты в облаках витаешь. Хм. Что-то вообще абзац. Мне, конечно, всё это тоже хлопот добавляло, но всё же они вокруг меня танцы пляшут, мне это мешает, но так, чисто как отсутствие полной свободы, что и так редкость, но чтобы до такого. Со стороны лучше видно, вот я и узнал, что там творится, пока я предаюсь общению. Кошмар какой. Я задумался. В тот же день я поставил ультиматум, что если я хотя бы еще раз услышу жалобу от Брамра или кого-то еще на их поведение, то огражусь барьером и буду прятаться, да так, что видеть они меня будут только в своих снах. Вообще сначала я хотел просто поговорить, может, прояснить чего, но тут-то я и столкнулся с их пресловутой борьбой, что ничего лучше уже не придумал. А для профилактики я решил в этот день более не попадаться им на глаза, чтобы поняли, что им грозит. Вернулся я только поздно вечером, когда весь лагерь уже спал, и по заверению соседей моих одногруппников Каин и Рокшар вернулись в свои комнаты. ― Где ты был? ― набросился на меня Брамр, стоило мне материализоваться на своей кровати. ― Гулял, друг мой, ― улыбнулся я и довольно растянулся на своей кровати, в чем был. ― Эти твои такой шум подняли! ― Тебя донимали? ― Меня? Нет, всего раз приходили, довольно цивильно поинтересовались, не знаю ли я, где ты, случаем. И не важно, что они применили на мне заклятие правды (тут и слепой догадается), но в любом случае, когда я ответил, что понятия не имею - ушли без лишних слов. А вот Академия на ушах стояла. Ко мне даже Барсек прибегал, спросил, были ли они у меня, после чего напросился посидеть в гостях, пока не уляжется. Отказать Вожаку, как ты догадываешься, я не смог. ― Мда, ― я смотрел в потолок и довольно ухмылялся. ― Ну, надеюсь, что это послужило им уроком. ― Так, где ты был? ― Брамр, неужели ты реально думаешь, что я тебе скажу? Нет уж, лучше тебе и дальше не знать, чем испытывать на себе эмпирическую магию голубых кровей. Сосед хотел было обидеться, но не смог, против правды не попрешь, а противостоять тому, что кто-то копается в твоей голове, очень больно, и лучше лично не проверять. Прошла довольно тихая неделя. Меня донимали редко и держали положенную дистанцию, чуть что - эти двое сразу сливались, боясь, что я опять пропаду. Вроде как они и сами строили из себя обиженных на весь белый свет, но стоило мне их поманить и всё, виляли хвостиками и сидели рядом. Пользовался я этим сугубо потому, что всё ещё верил в хотя бы иллюзию дружбы. Они помогали мне с учебой, развлекли меня и всё такое, а я пытался сделать вид, что всё это находится в рамках дружбы и не более. Однако получалось, как оказалось, у меня это хреново. ― Не надоело ещё? ― спросил Риц, жуя бутерброд из соседней таверны. ― О чём ты? ― мы оба были голодные, как волки. Целый день убили на разгон шайки воров, терроризирующих деревню. ― Да о твоих ухажёрах. Что один, что второй, когти рвут, воют по тебе, а ты пользуешься и в ус не дуешь. Не стыдно? ― А должно быть? ― удивился я. ― Мне от них нужна дружба, они это знают, я своё получаю, так чего мне стыдиться? Тому, что не разорвал все контакты и не ушел в женский монастырь? Так фигли меня кто пустит. Эльф тяжело вздохнул и отпил вина из бутылки. Мы не захотели сидеть в душном помещении и взяли себе поесть навынос, да примостились на лугу, где хорошо была видна деревенька. Был полный штиль, на небе горели звезды, где-то позади догорал закат, а мы не знали, что нам делать, то ли комнату брать, то ли ждать портала. ― Не знаю. По мне, так, когда за тобой так ухаживают, проще сдаться на милость, выбрать одного и жить припеваючи. На брак я бы не рассчитывал, но кто знает, судя по тому, как они вокруг тебя вьются, тут всё возможно. Им же реально крышу сносит, разве не видишь? ― Вижу, ― выдохнул я и посмотрел в небо. ― Вижу, что с ума они сходят, только не понимаю, почему вдруг так? Раньше такого не было, а сейчас вообще клиника. Думаешь, мне самому приятно? Если бы. Иногда хочется их послать обоих далеко и надолго, да вот только парни-то хорошие, с кем ещё дружбу-то водить, если от них отказываться? Да и не привык я друзей кидать. ― А Вигор с Барсеком? ― А что они? Они уже опасаются рядом быть, видят, что фигня какая-то творится. Мерзко это. ― Да уж. И ведь вроде бы давно уже началось, но свернуло им крышу только сейчас с чего-то. Ты сам-то ничего странного не чувствуешь? Может, ты их привораживаешь? Резерв у тебя излишне, случаем, не опустошается? ― Если бы. Я сам уже сто раз перепроверил. Даже блоки ставил на отдачу энергии, а всё равно без толку. Вьются, как собаки бешеные. Риц, если бы я знал, как избавиться от этого - давно бы уже применил все доступные методы, да вот только нет от этого защиты. ― Любовь, ― многозначительно вздохнул напарник и взялся за второй бутерброд. Я же вновь посмотрел в небо, потом перевел взгляд на огни деревни и впервые за всё это время почувствовал, что реально несчастен. Ещё месяц и должна была начаться сессия, из-за чего я и решил, что оставлю эту светскую жизнь и займусь учебой. Активно общался я только с Тарханом и Брамром, так что можно сказать, что за пару недель ко мне вернулся прежний покой. Парочку умалишенных я старался обходить третьей дорогой, а на парах вести себя покладистым котенком, чтобы они лишний раз не имели возможности ко мне заявиться. Но и у них кончилось терпение. В тот день небо хмурилось. На дополнительном занятии я порядком придолбался, поэтому, вернувшись в общагу, завалился спать на пару часиков. Голова болела с чего ни попадя, резерв был наполовину пуст, да ещё и восстанавливаться никак не хотел. Короче, мне больше ничего не хотелось, как заснуть сном младенца на добрых пару часов. На периферии сна я услышал, как вернулся Брамр. С чего начался весь сыр-бор, Рио так и не понял, его резервы не восполнялись, Башня, напротив, высасывала всё, что вырабатывалось, поэтому видение было отрывочным и неясным. Он видел, как где-то в парке Академии под кронами деревьев на лужайке двое его хороших знакомых о чём-то сначала спорили, а потом и вовсе стали преображаться. Они стояли метрах в десяти друг от друга и сначала просто давили друг друга аурой, а потом и вовсе у одного стала сереть кожа, а кончики волос побелели, а у второго изменилось строение лица, а трансформировавшийся рот стал выдавать предупреждающие шипящие звуки, наг рос на глазах, и без того белоснежная кожа менялась на бронированную змеиную, изменялось и тело. Вскоре под взглядом десятка невольных зрителей на полянке парка уже стоял мощный дроу в полной боевой готовности и величественный белый наг, тихо шипящий под угнетающую атмосферу. И тот и другой не торопились нападать, ждали этого друг от друга, но, тем не менее, давили атмосферой своей власти. Обе особи были королевского масштаба. Некоторые зрители склонились, другие же шушукались между собой, обсуждая неожиданное перевоплощение двух миротворцев. Все наги Академии стелились к ногам Рокшара, а дроу испытывали прилив сил, ощущая мощь Каина - вот сила, что текла в крови обоих, которая вмиг могла разразить войну рас если не во всем Средимирье, то внутри одной Академии - пожалуйста. Красивый белый наг, маг жизни, искусный воин, обученный вести за собой армию, и воинствующий дроу, способный разорвать противника по первому знаку, сильнейший боевой маг, умеющий управлять массами. Они так и не сошлись в схватке, когда подоспела охрана Академии, когда пришел сам ректор и постарался вернуть им разум и холодную голову. Не так страшна драка двух миротворцев, как последствия, отразившиеся на тех, кто им подчиняется. Нельзя было допустить того, чтобы наги и дроу сошлись в схватке, ведь от властителей они получают энергию, которую так и тянет реализовать против тех, кто обидел будущих представителя расы и посла расы. ― Риогалл! ― заорал мне на ухо Брамр, от чего я подлетел на кровати. ― Чего орёшь? ― возмутился я, потирая ухо. В голове словно колокол трезвонил, всё кружилось и темнело. ― Ммм, придурок, ― я покачнулся и чуть было не упал, сжимая от боли глаза. Резерв был пуст на половину, доставляя порядком неудобств. ― Тут за тобой пришли. ― Кто? ― я всё так же не мог разлепить глаза. ― Тебя вызывают к ректору! ― Зачем? ― Не знаю, но тебе надо идти. Тебе помочь? ― Ммм, дайте пять минут… Я постарался вызвать Рока или Каина, понимая, что без них я сейчас овощ. Я не мог понять, почему за время сна мой резерв так и не наполнился, да ещё и, кажется, слегка опустел. Эти двое могли без проблем поделиться со мной энергией, чтобы я хотя бы оклемался, но вместо того, чтобы увидеть их через мгновение, я получил лишь просьбу подождать немного, оба они были чем-то заняты. Вот вам и любовь, кинули, когда были так нужны. Я разлепил один глаз и посмотрел на посыльных, что пришли за мной. Простите, ребятки, но сегодня не ваш день. Обнаглев в край, я прорвал защиту двух средних по уровню магов высших курсов и потянул с них энергию. Все их попытки уйти из-под удара были пресечены, впрочем, много я всё равно не выпил, лишь настолько, чтобы хватило на трансгрессацию до деканата. Там я надеялся на сострадание какого-нибудь высшего мага, например, того же ректора. Но, на моё удивление, выпал я прямо в руки своим друзьям, которые тотчас же открыли для меня свои потоки. Приходить в себя я начал лишь пять минут спустя. Я сидел между Каином и Рокшаром, которые придерживали меня с двух сторон и щедро наполняли мои запасы. На фоне звучал голос Мане, а рядом внезапно появился Икзар и протянул мне два браслета. Взять я их не смог, поэтому дракончик присел напротив и самолично надел их мне на руки. Стало немного полегче, правда, резерв всё равно ещё словно был дырявым. Точно, вот чего мне было так хреново! С меня долгое время сосали энергию, мою энергию. ― То есть вы хотите сказать, что он ваш истинный? ― голос Мане вдруг облачился в раздельные слова. ― Да, причем мы, тем не менее, не чувствуем друг в друге пары, ― сказал Каин у меня над ухом. Я лежал головой у него на плече. ― Единственное этому объяснение - это редкий случай параллельной истинности, но в силу того, что Рио никого из нас выбрать не может, мы решили решить сами, путем дуэли. ― Здорово, а то, что это могло повлечь за собой вражду двух рас, вы, конечно, не подумали! ― ректор был не рад происходящему, ой, не рад. Парни ничего не ответили. ― Значит, нам всё же придется ждать, пока решит Рио? ― спросил Рокшар. ― Боюсь, что нет, ― что-то паленым пахнет. Я открыл глаза и посмотрел на своего предшественника, который продолжил, рассматривая нашу троицу. ― Кхем, Рио, подойди-ка ко мне. Не люблю, когда в Мане просыпается злой папочка. Хочется спрятаться. Ой, тут ещё и Эгиль с Картором есть. Ууу… что я сделал-то? Я неохотно встал, и покачиваясь, подошел к столу ректора, за которым как всегда сидел Хранитель. ― Дай лоб, ― попросил он. Я наклонился, стараясь при этом не упасть. Мане поцеловал меня, словно хотел узнать, есть ли у меня температура. Мне же неожиданно полегчало, резерв, конечно, не наполнился вмиг, но, по крайней мере, больше я не испытывал давления, будто кто-то с меня качает энергию, точнее, пытается качать. ― Неудачный день, произошел прорыв, поэтому она восполняет запасы, высасывая энергию у всех. Икзар дал тебе браслеты, прости, что раньше не подумал, они предотвращают выкачивание энергии после определенного уровня, правда, резерв у тебя успел порваться за это время, я сейчас залатал дыры. ― Спасибо, ― мне, правда, стало намного лучше, осталось ещё немного потянуть энергии с парней и всё, я буду как огурец. Я тотчас же уполз обратно, притворять свой гадкий план в жизнь. Друзья, впрочем, были не дюже против. Страшно всё же, когда злость на себя и злость на других выражается одинаково, у Мане это часто меня пугало до чертиков. ― Так что нам делать? ― спросил Рокшар, стоило мне вернуться. Мой взгляд напоролся на Икзара, который еле сдерживал улыбку от всего происходящего. Я даже голову приподнял, смотря на него, Мане тоже это заметил. ― Икзар, ― сделал ему замечание Хранитель. ― Простите. Просто это забавно, ― честно признался дракончик. ― Если тебе весело - можешь пойти погулять. ― Ладно-ладно, я больше не буду. ― Как ты? ― поинтересовался Каин, поцеловав меня в макушку, что уже практически отошедшему от иссушения мне показалось нарушением всех рамок приличия. ― Тих-тих, ― он аннулировал моё любимое тление и чуть отодвинулся. ― Он пришел в себя, ― усмехнулся Рок. Смешно ему, а я дал по руке, что меня за талию придерживала и вообще, встал и отошел в сторону. Какого хрена я вообще здесь? И зачем вызвали Мане? ― Вот так всегда, мы ему всё, а он злится, ― пожаловался на меня Каин. Мане улыбнулся, а я поинтересовался, зачем, собственно, это собрание. Икзара опять пробило, на него даже Эгиль шикнул. ― Дело в том, Риогалл, ― официально начал Хранитель, ― что в чертогах Девы что-то творится. Рушатся порталы, приходят неприятные известия из разных миров, а ты развиваешься слишком быстро. ― В смысле? ― не понял. ― В прямом. И самым прямым подтверждением всего этого является внезапное, весьма преждевременное, пробуждение скрытых сил. Собственно, твоей главной способности. Это может значить только одно: нависла серьезная угроза, из-за чего в тебе активировался набор твоей личной армии. Эта способность должна была появиться только через десять лет, после того, как ты бы закончил обучение в Академии, после того, как ты в принципе должен был получить большую часть знаний, и сила эта должна была начаться с другой своей половины. Что? Что-то я совсем запутался. ― Рокшар, Каиномар, вам нет смысла соперничать, потому что оба вы отныне связаны с Риогаллом узами истинных. Прежде никогда этого не случалось в стенах Академии, поэтому… я несколько в замешательстве, как всё это преподнести, ― застопорился Мане. Он тяжело вздохнул и жа-алобно так посмотрел на своего первого помощника. Эгиль в этот момент был словно между молотом и наковальней. Видно, ему совершенно не хотелось что-то говорить. ― Сам, ― только и буркнул он. ― Блин. Короче, пошли все в Башню, всё равно тут уже делать нечего. Икзар, забирай всю троицу, там с ними разберемся, ― Мане, как всегда, был в своём репертуаре. Вне Башни у него обострялась нелюбовь к длинным пафосным речам, поэтому добиться от него адекватных объяснений здесь я уже и не надеялся. ― А их зачем? ― поинтересовался я, пока Мане вставал из-за стола. ― А вот, Рио, коль уж выбрал, то теперь не отнекивайся. Никуда теперь ты от них не денешься, они твои первые, ― Хранитель был совсем не в духе. ― Кто? ― Гаремники, Рио, ― прошелестел у меня над ухом Икзар. А я как понял - глаза по пять золотых и залипон. Они? Мои? Гаремники? Что? ― Подождите, что за башня? Та самая? ― ткнув пальцем в потолок, словно это что-то уточняло, взволнованно спросил Рокшар. Каин же по моему лицу прочел что-то хорошее для себя и теперь гаденько так улыбался. ― Ага, ― кивнул Мане, открывая большой портал. ― Риогалл - наследник Хранителя восточной Башни, то есть меня. Занавес. Мы с Икзаром ржали над лицами этой парочки уже в открытую.