Талантливый мистер Х

      Когда Сириус с Люпином спустились к Гарри в кухню, Снейпа с ними уже не было. Гарри все-таки решил, что голоден, и теперь жевал сэндвич, найденный на столе, но, завидев крестного, тут же бросил это дело: у него накопилось немало вопросов, требующих немедленного разъяснения. - Что все это значит? Зачем он меня привез? Что он вам рассказал? - выпалил Гарри, стоило Сириусу переступить порог кухни. Последний вопрос волновал Гарри даже больше остальных: в курсе ли Сириус, что к нему по ночам является отпрыск рода Малфоев в чем мать родила? - Хотел бы я сам знать, что это значит! - проворчал Сириус и уселся за стол напротив Гарри. После визита Снейпа он был, как обычно, не в духе, и теперь испепелял взглядом ни в чем не повинный недоеденный сэндвич. - Снейп пришел поговорить о делах Ордена, - мягко пояснил Люпин, усаживаясь рядом с Гарри. - Зачем он привез тебя, я тоже не понял. Мы думали, ты это знаешь. Гарри переводил недоверчивый взгляд с одного мародера на другого: неужели действительно ни один из них не вытряс из Снейпа правду? Да не может такого быть. - То есть, Снейп выкрал меня из школы посреди ночи, а вы даже не спросили его, зачем? - спросил Гарри. Люпин и Сириус переглянулись в некотором смущении. - Прекрати, как будто ты не знаешь Снейпа! - воскликнул Сириус, гневно встряхнув волосами. - Ты хоть раз получал от него вменяемый ответ на вопрос? Определенная доля справедливости в его словах была. Гарри снова почувствовал колющее раздражение на профессора зельеварения: один черт разберет, что он вытворяет! - Нет, обычно он просто смотрит на меня, как на идиота, - ответил Гарри. - Вот именно! Будто не понимаешь чего-то очевидного! - фыркнул он. - Нет, зельевар-то он, может, и гениальный, тут стоит отдать ему должное, но тогда мог бы состряпать себе какую-нибудь микстурку, чтобы не быть таким высокомерным засранцем! Какой-нибудь Настой Антисволочизма, я не знаю... - Порошок Против Подлости, - предложил Гарри, радостно включаясь в традиционный ритуал издевательств над Снейпом. - Эмпатийный эликсир! Пока Гарри и Сириус сочиняли новые и новые микстуры, способные превратить Снейпа в приличного человека, Ремус успел налить всем чаю и разложить на столе купленный Сириусу мармелад. Гарри обнаружил, что мармелад у них почему-то обыкновенный, маггловский, такой же покупают Дурсли, вот только Гарри от них ни кусочка никогда не доставалось. Хохоча с Сириусом, попивая чай Люпина и объедаясь сладостями, Гарри вдруг поймал себя на мысли, что, какими бы загадочными ни были мотивы Снейпа, это все-таки здорово — что он, Гарри, сейчас здесь, на Площади Гриммо. - Противомерзотный отвар! - Да хватит вам, - с улыбкой проговорил Люпин, - Расскажи лучше, как ты, Гарри. - Да, верно, рассказывай, - подхватил Сириус, - А то с этой вашей Амбридж от тебя приходят одни шифровки раз в полгода. - Это просто кошмар! - воскликнул Гарри. - Они всё проверяют, что ни день — какой-нибудь новый идиотский декрет с каким-нибудь новым идиотским правилом. Одна надежда — на проклятие учителей Защиты от Темных Искусств... - До сих пор выпускает декреты? Мне казалось, в Хогвартсе уже запрещено все, что можно, - покачал головой Люпин, бултыхая ложечкой в чашке чая. Гарри издал в ответ саркастичный смешок. - Ее так просто не остановишь, она доходит до абсурда. Недавно появился декрет, по которому мальчики и девочки должны находиться друг от друга на расстоянии не менее восьми дюймов. Каково, а? - воскликнул Гарри, довольный произведенным эффектом: Сириус поперхнулся чаем, брови Люпина исчезли под челкой. - Наверное, увидела какую-то парочку и взбесилась, потому что уж к ней-то никто точно и на восемь дюймов... - Гарри с превеликим удовольствием костерил Амбридж в полный голос и не сразу заметил, что его слушатели почему-то давятся смехом. - Что? Что такое? В ответ Сириус с Люпином только расхохотались не таясь. Глядя на них, Гарри тоже почему-то расплывался в улыбке, хотя и не понимал, над чем смеются. - Да ничего, - все еще по-песьи фыркая и отсмеиваясь, сказал Сириус. - Это просто напоминает одну историю, в которую я влип в Хогвартсе... - Одну из многих, из очень многих... - протянул нараспев Ремус. Глаза Гарри полыхнули любопытством: он так мало слышал от Сириуса историй о Хогвартсе, так неоправданно мало! - Расскажите! - попросил он. Действительно, если что и может окончательно превратить ужасный тревожный вечер в сказку наяву — так это байки о приключениях Сириуса. Тем более, что эти двое так заливисто хохотали от одной мысли об этой истории...       Люпин и Сириус переглянулись, словно безмолвно о чем-то уговариваясь. Скулы Ремуса вдруг налились легким, едва заметным румянцем, и он опустил глаза, видимо, предоставляя Сириусу решать, рассказывать или нет. - Дело было, наверное, курсе на шестом, - Сириус доверительно пригнулся над столом, неосознанно принимая полную бахвальства позу, в которой принято травить сальные шуточки в ирландских пабах. Гарри нетерпеливо заерзал на стуле, подаваясь вперед. - То есть, лет мне было шестнадцать-семнадцать... - Тебе было шестнадцать, Сириус, - уточнил Ремус. - Ну хорошо, шестнадцать, - согласился Сириус. - Да, точно на вечеринке в честь моего дня рождения я и познакомился с той девицей из Хаффлпаффа. Это было как сон, Гарри. Только представь: осенняя ночь, проливной дождь, в замке еще не убраны украшения с Хэллоуина, пустые тыквы так и смотрят на тебя, завывает ветер, а ты так пьян, что весь замок как будто ходит ходуном — и вдруг это прекрасное создание, словно ангел с кружкой крепчайшего сладкого кофе, - Гарри и Ремус, не выдержав, засмеялись, и Сириус смеялся вместе с ними. Его всегда бросало из крайности в крайность: либо он включал королеву драмы и органически не способен был отнестись к самому себе с юмором, либо намеренно превращал историю своей жизни в пошленький фельетон. - Это был не просто сладкий кофе! Это был эликсир жизни! Смейся-смейся, Гарри, когда-нибудь ты напьешься огневиски и поймешь, о чем я говорю, - проговорил Сириус, назидательно грозя Гарри мармеладкой. - Наутро, когда я окончательно протрезвел, я разыскал эту девушку, и, ну понимаешь, у нас сразу завертелось. - Не сомневаюсь, - фыркнул Гарри. - И правильно, - кивнул Сириус и ухарски подмигнул крестнику, что рассмешило его еще больше. - У нас были серьезные отношения... - Это значит, что он аж целую неделю целовался с ней у всех на виду, - пояснил Люпин, чуть нахмурившись. - Причем, действительно у всех: однажды они попались на глаза тогдашнему преподавателю Защиты, Старикашке Уиггерсону. - Редкостный ханжа, - протянул Сириус со странной теплотой в голосе. - Таких, наверное, больше нет... Все ратовал за то, чтобы для девочек открыли отдельную школу, а Хогвартс сделали исключительно мужским заведением... Гарри изумленно округлил глаза — Сириус и Римус только кивнули. Поразительно, до такого абсурда даже Амбридж далеко... - Можешь себе представить, что началось, когда он засек меня с хаффлпафкой. «Разврат! Распущенность! Вы понесете наказание, мистер Блэк!» - Сириус с удовольствием кривлялся, изображая престарелого преподавателя, так что инициативу перехватил Люпин. - Он пригрозил, что если еще хоть раз увидит его целующимся с девушкой, напишет докладную директору и гневное письмо его матери. - И что ты сделал? Ты расстался с той девушкой? - ужаснулся Гарри. - Я... что? А, нет, я с ней расстался, конечно, но не поэтому... - Сириус следил по Карте за перемещениями профессора Уиггерсона и... - Люпин замялся и слегка порозовел. - И — что? - поторопил его Гарри. - В общем, я старался попасть ему на глаза, только целовался теперь не с девушками, а с кем-нибудь из друзей. Целоваться с парнями он ведь мне не запрещал. Это его с ума сводило, - Сириус откинулся на стуле с самодовольной улыбкой, будто не замечая суеверного страха, отразившегося на лице крестника. - Ты... целовался с парнями? - спросил Гарри неожиданно осипшим голосом. - Более того — этим я так доконал Уиггерсона, что он уволился, не проработав и одного семестра. Могу с ответственностью заявить, что лично привел в действие проклятие Волан-де-Морта, - Сириус сопроводил это признание шутливым поклоном, но Гарри было не до кривляний. - Погоди, ты целова... с кем-нибудь из друзей? То есть... - Гарри перевел изумленный взгляд на Ремуса, - с вами? Или с моим отцом? - Преимущественно со мной, - признался Люпин. - Джеймс сопротивлялся, боялся, что Лили кто-нибудь об этом расскажет, - усмехнулся Сириус и словно только сейчас заметил побледневшую, круглоокую физиономию Гарри. - Эй, да что с тобой? Ты... как это называется, Луни? - Гомофоб? - подсказал Ремус. Они с Сириусом оба выжидательно уставились на Гарри, у которого мир только что перевернулся с ног на голову. А он-то боялся, что эти двое узнают про его сон! Подумаешь — поцеловал во сне Малфоя! Они наяву вытворяли друг с другом то же самое, и им даже не стыдно! Ни капельки не стыдно! - Я... - Гарри не мог остановить воображение: вот юный Сириус притягивает к себе Люпина, и тот согласно подается к нему, их губы соединяются, и Люпин обнимает его за талию, прижимает к себе, а Сириус держит в ладонях его лицо, проводит пальцами по рассекающим его шрамам... - А вы... то есть... - Гарри замешкался, не зная, как спросить, были ли они по-настоящему «в отношениях», считаются ли они гомосексуалистами, и как вообще им пришло в голову, что целоваться с другом — это нормально? - Да брось, Гарри, мы же просто дурачились! - взмахнул рукой Сириус. - Я думал, ты просто посмеешься над этой историей и все... - он выглядел огорченным, между бровей пролегла короткая вертикальная морщинка. Ремус тоже глядел на Гарри озадаченно, будто тоже не понимая, с чего тот так завелся. - Дурачились? - слабым голосом переспросил Гарри. - То есть... но... Ладно Сириус, но вы, профессор! - не выдержал Гарри. - Ну спасибо, крестничек... - пробормотал Сириус и демонстративно отвернулся. Ремус только с улыбкой развел руками: что есть, то есть. - Гарри, тогда время такое было, свобода была в моде, - мягко сказал он. - ну и потом, если бы Рон попросил тебя поцеловать его, чтобы выдворить Амбридж, разве ты бы не согласился? Гарри задумался. Если закрыть глаза на откровенный идиотизм идеи избавляться от Амбридж с помощью поцелуев, и представить Рона, долговязого, рыжего парня с обветренной кожей и потрескавшимися губами... должно быть, на ощупь они немного колкие... почувствует ли он привкус крови, если будет целовать Рона? Будут ли веснушчатые руки жадно стискивать его ребра или наоборот, робея, едва прикоснутся?.. Что за черт! Гарри вспыхнул, оборвав ход собственных мыслей. Сириус и Ремус смотрели на него с пытливыми лукавыми улыбками шальных сатиров. - Наверно... согласился бы... - признался Гарри, и дрожь прошла по позвоночнику от этих слов. Он правда сказал это. - Ну вот видишь, тут нет ничего такого, - пожал плечами Сириус. - Не понимаю, чего у вас, молодых, от этой темы такой ужас... Особенно когда вокруг полно по-настоящему ужасных вещей. Когда вокруг столько темного, когда люди погибают... а вы боитесь всякой ерунды. - Да я не боюсь! - запротестовал Гарри, чувствуя, что, похоже, обидел Сириуса, и нужно как-то скорее все исправить, как-то оправдаться, вот только как? - Я просто... - Гарри переводил беспомощный взгляд с крестного на Люпина. Оба молча ждали, что он скажет дальше, а он и сам не знал. - Это все этот рассказ! - Какой еще рассказ? - нахмурился Сириус. Гарри вздохнул и выложил им все с самого начала, ничего не утаив, даже родинку на заднице. Удивительно, как с каждым словом ему почему-то становилось легче. Как будто он верил, что сейчас Сириус и Люпин в два счета рассекретят таинственного автора, точно парочка прославленных детективов, и завтра они с Малфоем прижмут к стенке этого борзописца, и Малфой перестанет наконец съезжать с катушек. Впрочем, какое ему дело до Малфоя?.. - Ну что ж... - протянул Сириус, когда Гарри выдохся и замолчал. - Приятно слышать, что в Хогвартсе до сих пор живы традиции... - В смысле? - нахмурился Гарри. - Традиции? - Да, в наше время что-то подобное тоже писали, в основном, про мальчиков с девочками, но про мальчиков с мальчиками тоже что-то было... - задумчиво потирая переносицу, проговорил Люпин. Они оба как-то приуныли от рассказа Гарри, и смотрели теперь друг на друга с каким-то многозначительным выражением, точно невербально переговариваясь о чем-то. - То есть... про вас тоже писали... такое? - не веря своим ушам, спросил Гарри. Сириус и Ремус дружно закивали головами. - В основном, про Сириуса, он был звездой во всех жанрах, - сказал Ремус. - Ты, кажется, даже коллекционировал эти рассказы? - Ну еще бы, - кивнул Сириус, снова повергая Гарри в шок. - Нет, ну а что? Написано неплохо, с огоньком, мне всегда нравилось читать про себя. Если хорошенько поискать, наверно, можно найти где-то здесь пару-тройку образцов... - Зачем искать? - ухмыльнулся Люпин. - Акцио, порнографические рассказы про Сириуса Блэка! - от взмаха его палочки где-то в глубине дома послышалась какая-то возня. - А про моего отца тоже писали? - спросил Гарри, вдруг пораженный этой догадкой. Что, если его отец тоже попадал на острие пера? Наверно, Гарри стало бы легче, узнай он, что отец проходил через эти же самые унижения... - Он сам писал, - рассмеялся Сириус. - Про себя и Лили, надеялся заронить в ее голову мысль все-таки встречаться с ним. Но она сразу поняла, что это он, и только разозлилась. В кухню влетела кипа измятых, затертых кусочков пергамента — точно таких же на вид, как и тот, что так пристально изучал Гарри последние несколько дней. Он с энтузиазмом принялся вчитываться в поблекшие от времени строки и лишь спустя пару минут осознал, что Сириус и Люпин не принимают участия в чтении, а только смотрят на него с каким-то мрачным, скорбным выражением. - Что такое? - спросил Гарри, оторвав взгляд от пергамента. Сириус тяжело вздохнул и стиснул его плечо. От его горестного взгляда желудок Гарри налился свинцовой тяжестью дурного предчувствия. - Тебе грозит опасность, Гарри. И сейчас все очень серьезно, - проговорил Сириус. Он выглядел действительно очень серьезным, было странно, что этот же самый человек полчаса назад шутил, смеялся и откровенничал про свои школьные похождения. - Ты должен выслушать нас очень внимательно.