Greenskin Effect

      Гхолею Прак’пехан сковал парализующий ужас. Не волнение при лёгкой растерянности, когда на плечи батарианки легла мантия вице-адмирала. Даже не чувство трепета перед боем в стремлении показать своё превосходство или стыд от случившейся неудачи. Впервые за долгое время она не могла сказать ни слова перед подчинёнными, ожидающих команды: горло будто охватил спазм, а в раскрытых устах застрял неозвученный приказ.       — Вице-адмирал!       Разукрашенная уродливой пастью из металла громадина на полной скорости врезалась в крейсер, разламывая его на куски. Несколько минут назад крупная колония на Лорше исчезла в мультимегатонном взрыве, когда астероид-брандер обрушился на планету. Корабли отчаянно обменивались с залпами, отгоняя мелкие каменюки и наспех слепленные груды мусора с движками и пушками — многие едва достигали размера крейсера; некоторые из них, по неясным причинам, сдетонировали сами по себе. И всё же врагов было много. Слишком много. Они действовали непредсказуемо, хаотично, словно изначально не следуя какому-либо порядку — поэтому предсказать их действия оказалось почти невозможно. Они били жестоко, беспощадно и с такой силой, какую никто не ожидал от грубых аппаратов.       — Вице-адмирал!       Масс-ядро ощутимо гудело от напряжения, конденсаторам становилось тяжелее сдерживать медленно растущий статический заряд. Даже случайные попадания серьёзно повреждали щиты дредноута, который всеми силами старался держать дистанцию. Однако настырные агрессоры раз за разом пытались подобраться вплотную. К подобной резне Гхолея оказалась не готова. Она пришла в себя только когда старпом принялся тормошить за плечи.       — Мы отходим. Система Верзак уже потеряна, — сообщил ей Тарш, привлекая к себе внимание. — Нам нужно уйти к Доргеми и разрядиться, — подразумевал он газовый гигант. — Затем нужно перегруппироваться в системе Тармос и подготовить оборону.       Здравомыслие возвращалось к Прак’пехан с каждым словом Тарша, его размеренная и спокойная — даже с ноткой равнодушия — речь помогла вице-адмиралу вернуться в реальность. Да, они проиграли этот бой. Голопроекция выводила тактическую информацию о потерях, уровне заряда, повреждениях звездолётов, взглянув на которые, женщина покачала головой: положение неутешительное. И сейчас каждая минута молчания преступно расходовала жизни батарианцев. Требовались срочные действия. Собравшись с духом, Гхолея подошла к консоли и активировала интерком на общефлотскую частоту — чтобы приказать отступить к Доргеми.       Пока флагман врага внезапно не взорвался с силой новорождённого светила. Никто не мог поверить в увиденное, что нечто подобное развернётся прямо на глазах у экипажей побитого флота. Полуторакилометровый гигант просто исчез, разлетевшись на мелкие куски. Никакое оружие не могло даже поцарапать силовые поля этого чудовища, и тут он просто разрушился сам по себе?       Или же ему помогли?       — Обнаружены неопознанные суда в пределах видимости наших сканеров, идут на сближение, — вдруг объявил связист. — Они подают запрос на контакт.       — Это враги?       — Неизвестно. Коды идентификации не совпадают с нашей базой данных, однако в пакете данных используется криптошифрование кораблей человеческого Альянса. И… они помогают нам.       Гхолея настороженно отнеслась к рапорту, подозревая подвох. Силы Альянса здесь? Что люди забыли в батарианском космосе, и какие цели преследуют? Однако, их ID не соотносились к электронной маркировке Альянса, что в теории могло значить только одно: экипаж не принадлежал к его ВКС.       — Соедините с ними, — приказала она, желая услышать неожиданных союзников.       Но союзников ли? В таком тяжёлом положении даже дредноуту тяжело вести сражение на два фронта. Даже льва, израненного в бою, могут победить шакалы. Каково было её удивление услышать по ту сторону экрана самого настоящего батарианца.       — Вольный картель «Омеги-Нова» приветствует собратьев, попавших в беду, вице-адмирал Прак’пехан! — торжественно объявил он, к общей радости сородичей. — Моё имя — Энто Осмолор, коммандер космических сил картеля. Надеюсь, вас не сильно смутили наши звездолёты?       — Нам пригодится любая ваша подмога, — сдержанно поприветствовала она, вскоре задав уточняющий вопрос: — Это вы уничтожили дредноут?       — Это был крайне сложный ход, наши МЛА рисковали погибнуть в пламени антиматерии прежде, чем сбросить снаряд, — признался Энто. — Предваряя следующий вопрос, мы не могли рисковать выдать свои позиции, пока враг отвлекался на вас.       — Вы использовали нас, как живой щит, — в голосе Гхолеи просквозила затаенная угроза, на что коммандер парировал:       — Вы выдержали атаку и дали отпор. Я ни разу не сомневался в вашем профессионализме, вице-адмирал. Но мы не можем долго задерживаться здесь, нас ждут в других местах незамедлительно. Думаю, расправиться с этими кучами мусора не составит проблем.       — Принято, коммандер Осмолор. Нам надо добить противника, пока он не успел отступить на перегруппировку.       Велико было удовлетворение Энтони, стоило ему так одурачить батарианцев прямо у них перед носом. Не в последнюю очередь, благодаря имеющимся кодам и продвинутым системам голосовой модуляции. Возможность прикинуться случайными каперами из Систем Терминус, коих по всей Галактике — неисчислимое большинство, особенно помогала. Вряд ли завязшая в тяжёлом конфликте Гегемония будет досконально разбираться в союзниках, пока те помогают им сражаться с агрессорами.       Правда, группа Энтони пришла сюда вовсе не ради батарианцев. Адмирал Хакетт серьёзно отнёсся к проблеме «опустошителей Хелликс-Прайма» — особенно на фоне предупреждений Шепарда о вторжении Жнецов. Неизвестно, кто предоставил ему столь подробные данные о перемещении так называемых «зеленокожих» по Галактике, но упускать возможность прикончить их одним ударом он не желал. Ради этого пришлось расстаться со значительной суммой денег из военного бюджета.       Крейсер «Азов» и его фрегаты одними из первых получили в своё распоряжение экспериментальную орудийную систему «Таникс». Турианское оружие обладало огромной мощью, способное пробивать даже самую крепкую броню, но даже этого казалось слишком мало для полноценного противостояния чужакам. Буквально отрывая от сердца, капитан Осмоловски пожертвовал одной аннигиляционной торпедой — ресурсом слишком редким, чтобы разбрасываться на мелочь. В то время, как первая ступень создавала разрушительное поле деформации, БЧ второй ступени впрыскивала в реакционную камеру запасы анти-водорода. Оружие, созданное стирать целые города с лица миров, должно было помочь с супердредноутом зеленокожих… по крайней мере, так предполагал Хакетт.       Как только Энтони поможет отогнать врагов с системы Верзак, он незамедлительно отправит флот далее по курсу, к системе Доргеми со вторичным ретранслятором «Аурига». Именно по этому пути силы людей сумеют добраться до самого очага заразы и выкорчевать его — к Бахаку и реле «Альфа».       Он обязательно бахнет, и не раз. Всю систему в труху. Но потом.

***

      — Мистер Хашимото, полагаю, у вас есть какие-нибудь результаты?       Призрак восседал на своём кресле с неизменно хмурым выражением лица, каким он обычно встречает визитёров. Синие кибернетические глаза выжидательно смотрели на второго участника конференции, но гость азиатского происхождения сохранял невозмутимость перед лицом главы «Цербера».       — Разумеется, Призрак-сама, полученные данные хранят в себе потенциал, о котором мы даже не могли себе вообразить, — кивнул тот, поправив сползшие на переносицу очки. — Я бы даже сказал, что перечисление только первичных открытий займёт целую презентацию.       — Постарайтесь уложиться в более краткий формат, — ответил сиплый голос с нотками лёгкого нетерпения. Учёный прочистил горло, подбирая подходящие слова.       — Если говорить общими понятиями, мы имеем дело с суперорганизмом явно искусственного происхождения. К примеру, последовательность нуклеотидных цепочек невозможна в природных условиях и носит следы глубокой модификации. Также геном лишён мусорных наборов ДНК, что тоже невозможно при естественной эволюции.       — Полагаете, это своего рода биологическое оружие? — уточнил Призрак, затягиваясь сигарой. Судя по наклону головы, мужчина проявлял неподдельную заинтересованность.       — В этом нет сомнений, — подтвердил Хашимото, на его лице скользнула тень улыбки, — и кем бы ни был создатель, он обладает невероятными познаниями в генетике. Организм, неспособный к старению с потенциалом почти неограниченного роста, с невероятной выносливостью, физической силой и адаптацией к агрессивным средам. Более того, замеченные нами зеленокожие, судя по всему, не являются конкретным видом. Я бы назвал это комплексной системой на уровне отдельного царства живых существ, — перечислял учёный, в то время как Призрак медленно выдыхал терпкий дым, словно боясь упустить даже малейшее слово.       — Великолепные умозаключения, Хаяо, это уже огромный прогресс. Однако… — лидер «Цербера» выдержал десятисекундную паузу, отпивая бренди. — Мы можем использовать это в свою пользу?       — Пока не могу сказать наверняка, Призрак-сама, — Хашимото завёл руки за спину, нервно сжимая пальцы. — Надо провести некоторые тесты о совместимости…       — Я не прошу создавать гибридов, — перебил тот. — Мне интересна возможность воссоздать послушную армию для наших целей. Биооружие нужно уметь контролировать, чтобы оно не навредило нам самим.       — Мы рассчитываем провести исследование социально-поведенческого аспекта зеленокожих. Однако мы предполагаем, что отсутствие сильных внешних различий между особями одной… породы должно говорить о коллективистском образе жизни и незначительности индивидуума как части системы. Возможно, под руководством альфа-вожака.       — Хорошо, — хмыкнул Призрак, задумчиво крутя перед лицом пустой стакан, после чего тот отложил его в сторону. — Удивительно, как быстро вы способны работать в стрессовой ситуации. Хотелось бы наблюдать такой же прогресс, когда мне не нужно вас подгонять.       — В этом не было нужды, даже без живых и целых образцов из Хелликс-Прайма мы бы составили подобную схему, пусть даже с опозданием, — заверил учёный, излучая полную уверенность в себе.       — Вот как? — вопросительно приподнял бровь Призрак. — А я слышал другую позицию от мистера Маска, якобы те, что были у вас, слишком повреждены для изучения.       — Говард — некомпетентный идиот, — презрительно бросил Хаяо, не скрывая ни капли желчи в адрес Маска. — Учёные прошлого разгадывали тайны предков даже из кучки их гнилых костей. Разложившиеся трупы были бы непригодны лишь при полном распаде ДНК.       — Что ж, значит ему есть, что от меня скрывать. Как досадно, ведь прежде мистер Маск меня не разочаровывал.       — Он отработал своё, я же предлагаю на его место кого-то более полезного и лояльного. Я желаю выдвинуть собственную кандидатуру, — учёный внутренне сам удивлялся от собственной наглости, но пути назад уже не осталось; шанс ухватиться за открывающиеся перспективы выглядел крайне соблазнительно.       — В таком случае, вы должны понимать всю ответственность, которую вы возложите на себя в случае неудачи, — предупредил Призрак, сцепив пальцы в замок. Хаяо Хашимото, прежде один из старших сотрудников исследовательского отдела, не мог, да и не хотел отказываться от кресла главы ячейки перед лицом рисков. Учёный низко поклонился перед голограммой, выражая абсолютную покорность.       — Клянусь своей честью и жизнью, я вас не подведу, Призрак-сама!       При виде подобного жеста преданности, тот позволил себе довольную ухмылку — в один из самых редких разов, когда он менялся в лице при своих подопечных.       — Прежде чем я назначу вас на эту должность, мистер Хашимото, мне нужно, чтобы вы сделали ещё кое-что для меня. Во благо «Цербера», разумеется. О нашем с вами разговоре не должен узнать никто.       — Всё что только пожелаете! — торжественно пообещал тот.       — Хорошо, — удовлетворённо кивнул Призрак, подавшись немного вперёд. — Для начала, что вам известно о Жнецах?       Говард не мог поверить ни своим глазам и ушам, ни в реальность происходящего. И всё же каждая секунда, каждое слово, произнесённое на видеозаписи, и каждый жест — всё было по-настоящему. За его спиной разворачивалась целая интрига, жертвой которой стал сам Маск. Конечно, с Хаяо у него бывали разногласия по разным вопросам, но он не подозревал о реальных намерениях обычно вежливого азиатского коллеги. Чутьё подсказывало ему, что такой двуличный человек обязательно решит сместить Говарда с кресла на тот свет. Мужчина пересматривал эту запись из раза в раз, надеясь то, что он ошибается с выводами. Нет… это фабрикация. Это не правда. Это всё из-за усталости и нервов. Это вовсе не про него.       «Говард — некомпетентный идиот». «Он отработал своё». «Говард… Говард… Говард…»       …обманывал себя. Всё это бесполезно. Реальность на поверку всегда оказывается крайне жестокой к людям. Маск переключился на следующую запись — там, где хранилось вторая половина обращения Серого Посредника.       — Конечно, у вас есть вопросы о подлинности съёмки, как и о самом факте её получения, — трещала безликая гуманоидная голограмма. Все попытки дешифровать голосовой фильтр в который раз оборачивались провалом. — Скажу лишь то, что одна очень близкая вам персона выразила готовность сотрудничества с нами ради всеобщей безопасности. И очень вовремя, в противном случае вы бы не заметили вовремя угрозу, а это идёт вразрез с нашими интересами.       «Если эта та, о ком я думаю…» — пронеслась шальная мысль у Говарда в голове. Его помощницы поддерживали с ним близкие отношения, но только одна своенравная «кошечка» высказывала в открытую свою «гражданскую позицию». Его голос совести, с чёрными как смоль волосами и янтарными глазами.       — Призрак стал забывать, чему изначально служил «Цербер», ныне он преследует собственную выгоду. Ищет способ обуздать то, что лежит за пределами его понимания, — продолжала запись. — Более того, на периферии Туманности Гадюки обнаружена аномальная активность, целые аванпосты внезапно замолкают. Мы подозреваем, что Жнецы продвигаются в сторону ретранслятора «Альфа», а ваша база лежит непосредственно по курсу их движения.       Слишком невероятно, чтобы быть правдой. Слишком абсурдно, чтобы воспринимать такое всерьёз. Ведь не бывает, чтобы на голову сыпалась беда за бедой, верно? Так почему Говарду становилось так страшно? Почему он верил всем этим словам?       — Здесь больше не безопасно. Рекомендую вам эвакуироваться как можно дальше отсюда, долой с глаз «Цербера». Увозите всё ценное и не дайте им добраться до вас. Отыщите убежище, но не позволяйте никому захватить вас. Информация, которую вы добудете в будущем, может спасти многие жизни. Прощайте, мистер Маск, теперь вам надо самостоятельно выиграть собственную войну.       Как только воспроизведение завершилось, Говард отключил экран и схватился за голову, уперевшись лбом о стол и зажмурив глаза. Нарастающая головная боль терзала мозг колючими укусами, а шум в ушах бил в барабанные перепонки даже при полной тишине. Как же хотелось забыться пустым сном и проснуться с осознанием, что всё случившееся было всего лишь дурным сном. Увидеть вежливые кивки коллег и радостные лица помощниц, заниматься своей работой и впредь не задумываться о каких-то там Серых Посредниках, зеленокожих и тем более — Жнецах.       Настойчивый стук в дверь вырвал мужчину из плена гнетущих мыслей, отчего он резко дёрнулся на месте и бросил взгляд на вход в его кабинет, что прямо напротив рабочего стола. Кто же это мог быть? Сегодня Говард явно не ждал гостей, а помощницам он сообщил, чтобы те его не беспокоили. Может быть, у кого-то дело срочное?       — Войдите! — громко произнёс тот, приглашая к себе в кабинет. Двери с лёгким шипением отворились, пропуская визитёра внутрь.       — Простите за беспокойство, Говард-сама, но есть вещи, которые не предназначены для чужих ушей.       Маск сильно напрягся, едва завидев Хаяо, тело забила мелкая, едва заметная дрожь, но всеми силами он старался не подавать виду. Жаль, что в бардачке у него нет даже самого захудалого пистолета; инстинкты буквально кричали о скрытой опасности.       — Ничего страшного, мистер Хашимото, — как можно дружелюбней улыбнулся он, приглашая гостя войти. — Я просто занимался своей работой, что-то случилось?       — Я хотел поговорить с вами о тех образцах, что были добыты у Хелликс-Прайма, а именно о людях, которых там нашли. Некие Йен Бутовски из Альянса и Хулио Серано, судя по данным их омнитулов.       — Насколько я знаю, первый находился в бредовом состоянии и не мог контактировать ни с кем, а другой найден мёртвым из-за обширных повреждений и истощения, — насторожился Маск. Хаяо занял стул напротив последнего, сверля его почти что чёрными глазами.       — Так и было, но мы смогли разговорить Йен-сана, и он дал нам любопытные показания, — с этими словами японец принялся что-то набирать на клавиатуре своего омнитула, пока не высветился экран со строчками данных. — Если верить его словам, зеленокожие или, как он сам их называл, орки буквально свалились с неба Хелликс-Прайма, миновав все системы обнаружения, после чего принялись разорять колонию. Более того, их чудом уцелевший корабль смог сбить крейсер «Сан-Ремо», переживший жёсткую посадку. Выживший экипаж был взят в плен вместе с Йен-саном.       — Если я правильно помню предварительные анализы этих самых «орков», их чуть ли не создавали с нуля. По крайней мере, по одной из теорий наших сотрудников.       — Маловероятно, но не невозможно, однако я не считаю это верной позицией, — хмыкнул Хаяо, а затем нахмурился. — Но я не понимаю, к чему вы ведёте?       — Несмотря на внешний дикий вид, орки обладают технологиями для полёта в космос. Или даже им кто-то подарил их. Возможно, их ведёт кто-то из враждебно настроенных к человечеству цивилизаций, вроде батарианцев, — высказался Говард, на что его коллега только улыбнулся. Той самой улыбкой, которой награждают исключительных глупцов.       — Такие масштабные модификации недоступны даже саларианцам, а ведь они лидируют по уровню генной инженерии, и сомнительно, что Гегемония могла закупить технологии и персонал для создания подобной армии. Нет, Говард-сама, это нечто значительно большее, — Хашимото медленно развёл руками в стороны, словно рисуя окружность. — То, чего мы не до конца понимаем, бросающее вызов нашему представлению о мире.       Говард задумался. Да, Хаяо рассказывал об удивительных вещах и выглядел весьма доброжелательно. Однако он решительно не мог понять смысла подобного разговора, который вовсе и не выглядит таким срочным. Сам Маск засомневался в собственной адекватности, если не может уловить посыл сказанных учёным слов.       — Это всё очень занимательно и захватывающе, — проговорил тот, сложив пальцы домиком. — Хотя я не до конца понимаю, к чему вы ведёте.       — Я к тому, что человечество стоит на пороге очередной революции, и мы должны стать её пионерами. Открытия в науке, культуре и не только. Людям по праву суждено покорять новые вершины, пока остальные народы Цитадели боятся высунуть нос за пределы своих глупых законов. Особенно в те дни, когда угроза Жнецов близка как никогда…       — Жнецов. Не существует. Это миф, — отрезал Маск, чеканя каждое слово. — Вы говорите совершенно бессмысленные вещи, тратя моё время. Я хочу услышать начистоту: что вам от меня нужно?       — Бросьте, Говард-сама, вы прекрасно знаете, что это не миф, — сухо засмеялся Хаяо, весёлое выражение лица выглядело столь неестественно, что вызывало у Говарда подсознательное отвращение. — В одном вы правы: наш диалог не имеет смысла. По правде говоря, я просто хочу вам передать, что ваша недальновидность долго тянула всех нас вниз. Я хочу исправить это недоразумение. Призрак должен гордиться нами так же, как прежде.       — Призрак обезумел, его идеи абсолютно бесчеловечны… — возразил было Маск, как вдруг Хашимото стремительно схватил его за воротник и, вытащив скрытый клинок из рукава, направил лезвие к горлу. Всё произошло со столь невероятной для худосочного мужчины скоростью и проворством, что Говард даже не сразу обнаружил оружие в паре сантиметров от глотки.       — Мне бы хотелось обойтись без пачканья рук, — прошипел Хаяо, его рот растянулся в широком оскале. — Но от рудиментов надлежит избавляться. Ты — рудимент человечества, пример потакания низменным желаниям и мелочным вещам. Все эти нэкотян, заваленные сроки… как ты не уважаешь потенциал человеческого разума, как ты стал позором для нас? Позором своей семьи?!       — Просто мне напомнили, что я не желаю служить дьяволу с неуёмными амбициями, — дрогнувшим голосом ответил тот, пытаясь придать смелости своим словам. Он смотрел в глаза своему потенциальному убийце и видел в них бездонную тьму, в которой терялось отражение его лица.       — Слова слепого идиота, отказывающегося от прогресса.       — К прогрессу можно идти, не продавая свою совесть.       — Тогда расскажи своим предкам о совести, если твоя попранная честь позволит! — гаркнул Хаяо, но Говард уже не слышал его слов. Весь его мир замер в одном мгновении, размытым пятном перед глазами; далёкие воспоминания обрывками проносились в мыслях, сжимающие сердце от сожаления. Сожаления о том, что не смог исправить давно нанесённые обиды и сказанные глупости.       Громкий хлопок вырвал его из забытья, вернув сознание в настоящее. Пальцы разомкнули хватку на воротнике, а тело Хашимото гулко рухнуло оземь, сбив под собой стул. Кровь широким пятном растекалась по полу, пачкая безупречно белую рубашку японца. Говард какое-то время смотрел на жуткие тёмные очи Хаяо, застывшие в вечном взгляде в никуда, а затем медленно поднял голову в сторону входа.       Блейк стояла у самого порога, обеими руками сжимая пистолет. Она медленным шагом направилась к трупу, не спуская с него глаз, пока не оказалась в полуметре от убитого ей Хашимото. Маск тяжело дышал, опасливо наблюдая за своей помощницей; ему казалось, что она тоже хочет его прикончить — не позже, чем успеет Хаяо. Вместо этого она сделала нечто иное, не характерное для обычно обходительной девушки-кошки: от души плюнула в лицо трупу.       — Сукин ты сын, — презрительно прошипела брюнетка вслед.       — Блейк, ты пришла, — выдохнул Говард, хватаясь за шею и осторожно поднимаясь с кресла. Его сердце бешено колотилось от испуга и недоумения, но он был несказанно благодарен своей спасительнице.       — Шавок «Цербера» оказалось больше, чем я думала, но мы были предусмотрительней.       Мужчина подошёл ближе к девушке, аккуратно взяв её за предплечье, как неожиданно та бросилась на Маска и заключила его в крепкие объятья. Тот тепло улыбнулся и обвил хрупкую фигуру Блейк.       — Я боялась, что опоздала, — с облегчением выдохнула она, слегка шмыгая носом. Говард ласково потрепал голову девушки, отчего её кошачьи ушки слегка опустились в блаженстве. — Призрак готовил переворот, дело едва не дошло до бойни. Многие оказались ранены, но к счастью никто из наших не погиб.       — Он мог меня сразу убить.       — Что? — не поняла она.       — Он мог меня сразу убить, — повторил мужчина, со смятением оглянувшись на мёртвого Хаяо. — Но не сделал этого. Он тратил время, разговаривая со мной. Обвиняя во всех грехах, пока он держал нож у горла.       — Честолюбие всегда туманит взор и убивает разум. Он был обречён с самого начала, просто пока ещё не подозревал об этом, — хитро улыбнулась Блейк. — Призрак повторяет ту же ошибку.       — Призрак не главная наша проблема, Жнецы — вот настоящая угроза.       — Но… разве они не прячутся сейчас в тёмном космосе? — она отстранилась от Говарда, смерив его вопросительным взглядом.       — Судя по тому, что я знаю, мы несколько поторопились с выводами, и скоро сюда прибудет целая армада, — выпалил Говард, похлопав её по плечам. — Нам нужно убираться отсюда. Пусть команда собирает всё самое необходимое, подготовьте корабль, мы должны как можно скорей эвакуироваться.       — Я отдам все распоряжения сию минуту, — без тени сомнения отчеканила девушка, поспешив к выходу, в то время как Говард устало плюхнулся на кресло, включая КПК.       — Эй, Блейк, — Маск остановил её буквально в полушаге. — Спасибо тебе за всё, ты спасла мне жизнь.       — Кто-то ведь должен присматривать за вами, верно? К тому же, этот тип мне никогда не нравился, — Блейк наградила мужчину тёплой улыбкой, вскоре скрывшись за захлопнувшейся дверью.       Чувствуя себя зажатым между молотом и наковальней, он судорожно обдумывал в голове все пути отступления. Узнав, что покушение провалилось, Призрак наверняка объявит на группу Маска охоту. Однако и в Пространстве Цитадели им тоже не рады: в глазах остального народа «церберовцы» состоит исключительно из террористов. Никто не станет выяснять, кто прав, а кто виноват — нечего водиться в этой организации честным людям. Ну, ничего. Говард обязательно что-нибудь придумает, главное для начала уйти от авангарда самой разрушительной силы.       К тому же, не помешает прибраться в кабинете. Здесь уже начинало пованивать…

***

      Ничего ничего хуже для разогревшегося к драке орка, чем конец самой драки. Встретив очередную цивилизацию «пучиглазых уродав», зеленокожие несказанно обрадовались возможности устроить кровавую вакханалию на новых мирах. В то время, как последние наземные бои успели прогреметь на орбите родного мира вида-жертвы, в космосе орки и близко не нашли такого веселья. Никудышные корабли, которые жалели даже усиленно тюнинговавшие их меки, пополняли растущую флотилию ноба Чавгрума — или, как тот себя называл, «Развязателя Вайны». Это война принесла ему желанный вкус пороха и крови, о которой он истосковался в пути.       Теперь ему стало скучно. Его парнягам тоже стало скучно. Рыжие пески разорённой планеты больше не хрустели под его ногами так же приятно, как сейчас. А какие там были пески! Словно хруст тонких костей под тяжёлыми сапогами, они услаждали уши воинственного ноба так же, как грохот дакки. Именно поэтому он приказал «залутать» этот песок и щедро засыпать им командную палубу. Досадно, что некоторые корабельные сквиги любили здесь закапывать свои экскременты и неудачно подвернувшихся под лапы гретчинов.       Но скучать долго Чавгруму не придётся — меки недавно закончили настраивать «варп-двиглы». Ненадёжные чудеса орочьей инженерии запитывались от огромного количества кабелей и накопителей, выжимая все соки из реакторов. Некоторые суда мерцали электронным маревом, подобно нимбу окружавшие уродливые корпуса. Террор-крузер в центре формации буквально затмевал их своей громадой. Возможно, орки могли создать куда более крупные корабли, если бы страстное желание войны не довлело над ними. Нетерпеливые зеленокожие отказались задерживать сроки кораблестроение в пользу скорого участия в эпичном походе, которую обещал Чавгрум.       Ноб не хотел стоять в тени Штилскулла, с радостью воспользовавшись возможностью выбраться в большой мир. Понимая, что он не сможет открыто бросить ему вызов, Чавгрум решил пойти на жестокую хитрость: самому собрать «ВАААГХ!» и прокатиться по мирам Галактики зелёной волной, дабы накопить силы для внезапного удара по мекбоссу. Ноб заулыбался этой мысли, мечтая сделать из черепа Штилскулла самый лучший кубок для грибного пива.       — Врубай двиглы!       Пространство разорвалось с невозможным воем, прорубая брешь прямо в варп, и флотилия медленно поплыла навстречу новым приключениям. На борту кораблей, с громкими боевыми песнями и кличами, орки воспевали Горка и Морка, дабы те послали своих детей к самой битве. Где-то в иной части Галактики, в свою очередь, один мечтательный волус заметил яркий блеск посреди ночного неба. Уставший от рутинной жизни в бесконечной бюрократической машине, пухлый инопланетянин загадал одно скромное желание — чтобы в его жизни произошло хоть что-нибудь столь же яркое, как та далёкая звезда. Не ведал он, как близко окажется к осуществлению его маленькая мечта…