Запах грейпфрута

— Локомотор Мортис! Драко почувствовал, как его ноги словно срослись друг с другом. Теряя равновесие, он попытался сгруппироваться, отчего выронил из рук волшебную палочку; та с лёгким стуком откатилась в сторону. — Пять баллов Слизерину, Забини, это было довольно неплохо. Прогресс очевиден, ты умудрился застать меня врасплох. Вот уже вторую неделю они устраивали магические дуэли в Выручай-комнате. Блейз знал множество заклинаний, боевых и защитных, но ему была жизненно необходима практика, настоящая дуэль, и Драко согласился ему помочь. Большая часть учебных курсов в этом году уже закончилась, предполагалось, что в июне студенты посвятят всё своё свободное время подготовке к экзаменам, и, по сути, Блейз тоже готовился. К войне. Отрицать её приближение было глупо, эхо войны уже звучало в окраинах школы. Что-то тёмное надвигалось на Хогвартс, и Блейз не понимал, что именно, однако это заставляло его проводить несколько часов в день в Выручай-комнате в компании всё более хмурого Малфоя, старательно отрабатывая на нём навыки боевой магии. Блейз довольно быстро научился атаковать, почти играючи уворачивался от разноцветных вспышек проклятий; его бедой оказалось почти полное игнорирование защитной магии. — Если ты будешь лезть под проклятия как какой-то тупой безрассудный гриффиндорец, ты очень плохо кончишь, Блейз, — шипел Драко после очередного неотраженного им заклинания, — клянусь бородой Мерлина, я запущу в тебя Круцио в следующий раз, чтобы ты понимал, насколько херово может закончиться любая стычка с пожирателями. — Твоя тётка один раз уже продемонстрировала, и не только непростительное, — Блейз резко поднял вверх предплечья, на которых красовались тонкие светлеющие шрамы на запястьях, — всю жизнь теперь придётся объяснять, что я не тупой псих со склонностью к суициду. Петрификус тоталус! — Протего! Блять, давай уже невербально, а? Или что, предателям крови это недоступно? — Перегибаешь, Малфой, — прошипел Блейз, неуклюже поднимаясь на ноги. Он сделал вид, что замешкался, но в следующую секунду Драко резко отбросило к противоположной стене — Забини послал в него невербальное Эверте статум. — Видимо, ради результата придётся ещё пару раз назвать её грязнокровкой, — потирая ушибленное плечо, произнёс Драко. — Не рискуй, я читал, как применять непростительные. Вдруг не сдержусь. — У-у-у, как страшно… Драко хотел сказать что-то ещё, но понял, что открывает и закрывает рот беззвучно. Блейз довольно улыбнулся: невербальное Силенцио сработало идеально. Он остановил действие заклинания таким же невербальным Фините. — Достаточно на сегодня, — Забини с удовольствием потянулся, — мне пора к Снейпу. — Ах, да. Твои дополнительные по окклюменции. Легиллименс! Блейз не успел среагировать; ни отразить заклинание, ни спрятать свои мысли в банковскую ячейку: да, ставя мысленные блоки, он представлял, как запирает замок сейфа в недрах Гринготтса, и сейчас в панике пытался вытолкнуть Драко из своего сознания, но тот словно вооруженный грабитель проник в мысленную ячейку и погрузился в первое попавшееся воспоминание… конечно же о ней. — Экспеллиармус! — Нихуя себе! Блейз исподлобья смотрел на ошарашенного обезоруженного Драко. — В тихом омуте гриндилоу водятся, да, Блейз? Мерлин, за что ты так издеваешься над Снейпом… Не, я тебя не осуждаю, если бы мне каждый день отсасывали симпатичные гриффиндорки, я бы тоже вряд ли прятал эти воспоминания далеко… — Я тебе сейчас память подчищу, — угрожающе начал Блейз, занося палочку. — Давай без экспериментов с моей памятью. Грейнджер… поверить не могу. — Что хоть тебя так удивляет, — поморщившись, спросил Забини. — Не «что», а «кто». — Люди в отношениях могут по-разному доставлять друг другу удовольствие, понимаешь. — Я просто думал, что она может только лежать и не двигаться. Блейз накинул на плечи мантию и взял свою сумку. — Мне не нравится этот разговор, но с чего ты вообще задумывался о том, какова в постели моя девушка? — Блейз ощутил чертовски болезненный укол ревности. Руки как-то сами собой сжались в кулаки, и от мордобоя его удерживало лишь время — действительно, ждал Снейп, пора было идти. Драко примирительно поднял руки. — Блейз, я шучу. Хватит на меня так смотреть.

***

Жаркий во всех смыслах июнь пролетел незаметно для Блейза. Он спал по несколько часов в сутки, львиную долю своего времени посвятив тренировкам, магическим дуэлям и, конечно, Гермионе, практически поселившейся в библиотеке. Он даже в тайне ото всех пил укрепляющее зелье — организм, повреждённый пытками, с трудом справлялся со всеми задачами, поставленными Блейзом перед самим собой, поэтому парочку флакончиков он безвозмездно позаимствовал в больничном крыле. Гермиона бы за это его прибила… Воспоминания возвращались медленно, будто нехотя: он довольствовался лишь яркими картинками из ванной старост и смутно помнил, как они встречали рассвет где-то на опушке Запретного леса. Блейз знал, что копия воспоминаний есть у Гермионы, но постоянно забывал попросить на пару минут свой подарок, регулярно отвлекаясь на её волосы-запах-тело-губы… Он был счастлив. Видел, что счастлива и она… Постепенно по школе поползли слухи о природе их отношений, но Блейзу было откровенно плевать на это. Нет, им хватало ума не проявлять прилюдно свои чувства, но слишком часто они стали появляться вместе в библиотеке, на берегу Чёрного озера, на трибунах квиддичного поля, на редких совместных занятиях… Он заметил, как изменилось отношение Поттера и Уизли к нему: если раньше они его игнорировали, то теперь Гарри сдержанно кивал при встрече, а его верный рыжий дружок одаривал взглядами, полными ненависти. Складывалось впечатление, что кулаки Рональда Уизли сдерживаются влиянием Поттера. Шестой курс медленно, но верно подходил к концу. На горизонте маячила вынужденная разлука с Гермионой, но Блейз не сильно переживал по этому поводу: он планировал пригласить её к себе на пару недель. Представлял, как, держа её за руку, бежит по кромке воды Средиземного моря, беззаботно смеясь; как кружит её, счастливую, среди бирюзовых волн; как они пьют текилу санрайз со свежевыжатым соком, и Гермиона совсем немного пьянеет; стоны, песок в волосах, восторг в бездонных глазах…[1] и не мог дождаться этого момента.

***

Блейз крепко прижимал к себе податливое тело девушки, удобно расположившись между её ног. Он не торопясь прокладывал дорожку поцелуев от линии её челюсти вниз, к ключицам, наслаждаясь её едва слышными стонами. Они не торопились избавляться от одежды, медленно подогревая возбуждение друг друга. Наконец, Гермиона откинулась назад, ложась на парту спиной, и он провёл по её телу ладонями, несколько задержавшись на груди: тонкая ткань рубашки и белья едва скрывала горошины сосков. — Замёрзла что ли, — Блейз ухмыльнулся, аккуратно выправляя её рубашку из-под пояса юбки. — А ты хочешь согреть? — она крепче обняла его ногами, нисколько не смущаясь. — Хочу и согрею. Прикусив губу, Гермиона наблюдала за тем, как он неторопливо и как-то бережно расстёгивает пуговицы на её рубашке, когда за стрельчатым окном полыхнуло чем-то зелёным. Они оба повернулись, привлечённые этой вспышкой. — Не может быть… — пробормотала Гермиона, — не бывает северного сияния в наших широтах… — Не бывает… — повторил за ней Блейз, протягивая ей руку, но не отрывая взгляда от окна. Сердце его пропустило несколько ударов, когда он понял, что именно зависло в небе над Астрономической башней: окна кабинета, в котором они уединились, выходили прямо на неё. — Гермиона, это метка, — тихо проговорил Блейз, помогая ей сесть на парте. Он принялся застёгивать обратно пуговицы на её рубашке — казалось, это помогает ему сосредоточиться. — Может, кто-то просто так пошутить решил? — ошеломлённо прошептала Гермиона, инстинктивно прижимаясь к нему. — Не думаю. — Мне страшно, Блейз, — и почему-то признаться в своём страхе ему она смогла. Рядом с Гарри и Роном она бы храбрилась, держа палочку наизготовку. — Что это может значить? Они могли… могли проникнуть в школу? Кого-то убить? — Как можно выяснить, что происходит? Есть идеи? — нежно поглаживая её по спине, Блейз лихорадочно соображал, что делать дальше. — Я могу… могу послать патронус… В этот момент в класс ворвался крошечный искрящийся голубоватым светом заяц. — Гермиона, будь осторожна, на школу напали пожиратели. Приведения видели их у Выручай-комнаты. Мы с ОД собрались у входа в Большой зал. Мы будем сражаться, — патронус, говорящий голосом Полумны, рассыпался снопом голубых искр. Гермиона почувствовала, как по телу пробежались мурашки, сконцентрировавшись где-то в районе пупка. В горле будто бы встал комок. — Патронус подделать невозможно, — опережая его вопрос, произнесла Гермиона. — Я нужна моим друзьям. — Я пойду с тобой, Tesoro, — заглянув ей в глаза, прошептал Блейз, — я буду рядом, что бы ни случилось.

***

— Где это мы оказались, — пропела Беллатриса, выбираясь из тесноты исчезательного шкафа, — что за свалка? — Это Выручай-комната, — скучающе произнесла Алекто, появившаяся следом. — Мы в Хогвартсе. — Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, — напевая, Беллатриса прошлась по комнате, заваленной тысячами забытых и не очень вещей, — когда-то я тоже тут кое-что припрятала, — она рассмеялась, и смех её рокотом прокатился по гигантскому хранилищу тайн и секретов множества поколений учеников. Изящный каблук её ботинка из драконьей кожи обрушился на странного вида кулон. Беллатриса наклонилась, подцепила вещицу двумя пальцами, с интересом разглядывая её. — Фините Инкантатем, — нараспев произнесла ведьма, направив палочку на украшение. Подвеска быстро увеличилась в размерах, потяжелела, и сорвалась с тонкой цепочки. Пока из исчезательного шкафа выбирались Амикус Кэрроу и Фенрир Сивый, Лестрейндж сорвала со свёртка упаковку, обнаружив под ней обычную книгу, и она бы не обратила внимания на неё, если бы угольно-чёрные зрачки не зацепились за прикрепленную к обложке записку. «Гермиона, Отдай её мне лично в руки, если вдруг я стану невероятно холоден к тебе. Б.З.» — Как зовут твоего дружка, Драко? Которого не принял в прошлый раз наш господин? — вертя в руках книгу, спросила Беллатриса. Она ощущала ярчайший магический след у простейшей на вид книжонки, такой, будто бы в ней заключена сущность волшебника. — Драко? Ты слышишь меня? — Блейз. — А фамилия?! — требовательно переспросила Лестрейндж, стремительно сокращая расстояние между собой и Малфоем. — Забини. Беллатриса вновь рассмеялась, сжимая найденную книгу в костлявых пальцах. — Какая интересная находочка. Пожалуй, оставлю её себе, — Беллатриса нежно провела кончиками пальцев по прикреплённой к обложке записке. [1] прямая отсылка к треку Oxxxymiron — «Намешано»