Запах грейпфрута

Блейз трансгрессировал к воротам Малфой-Мэнора без пяти минут полночь. Сердце отчаянно колоктилось в груди, грозя разбить в костную крошку рёбра, порвать сухожилия и, окропя напряжённое тело кровью, вырваться из него. В ясном тёмном небе сияла полная луна, щедро заливая своим призрачным светом пространство. Знакомый с детства замок выглядел устрашающим и зловещим. Душа Забини рвалась в клочья, в ней кипел неведомый для него раньше коктейль из самых разных чувств и эмоций. От всепоглощающей любви до ослепляющей ярости. От чувства вины до горчащей на кончике языка обиды. Блейз стоял у ворот поместья, всматривась в уходящую к главному входу подъездную дорожку. Наконец, вдалеке показалась фигура человека. Серебряные в свете луны волосы ясно дали понять, что встретит его лучший друг… или уже не друг? Блейз сжал челюсти и кулаки. Магия, текущая по его венам, рвалась наружу, повинуясь отравляющему чувству гнева. На лице Драко, застывшего у открывающихся ворот, отразился ужас. И без того бледный, облитый лунным светом, он побелел до цвета свежего молока. В тёмно-серых глазах плескалось осознание… — Нет… — жалобно прошептал Малфой; его руки метнулись вверх, вцепились в светлые пряди, — нет, Блейз, нет! Скажи, что ты просто захотел навестить меня, умоляю! — Навестить? — чёрные брови Забини взметнулись вверх. — Я думал, мы друзья. Драко, — прошипел он, — ты сам говорил, что этого ничто не изменит. Я хранил твою тайну, я тебя, блять, поддерживал как мог! А ты… — Блейз подошёл к нему вплотную, схватил за лацканы чёрного пиджака. — ты… даже не попытался предупредить, что её схватили! Драко дёрнулся, но из хватки обозлённого Забини вырваться не смог. Каре-зёленые глаза метали молнии. — Кого схватили, Грейнджер? — непонимающе прошептал Малфой. — Ты издеваешься? — Блейз оттолкнул его от себя, выхватил из кармана смятую колдографию. Протянул её Малфою подрагивающей рукой. Драко с опаской принял колдографию. В горле встал ком, когда он узнал в измученной, изувеченной волшебнице мать своего друга. — Блейз… клянусь… я не знал, — Драко пробежался глазами по строчкам, перечёркивающим будущее Забини. — Вот, значит, за кем отправили Беллатрису… — Ах, да. Драко поднял глаза ровно в тот момент, когда в его скулу впечатался кулак Блейза. Малфой охнул от боли, едва устояв на ногах. Перед глазами заплясали чёрные точки, в ушах загудело. Он тряхнул головой, приложив ладонь к месту удара. — Ты совсем ахуел? — выкрикнул Драко. — Я не знал, что её схватили! — Это тебе за Гермиону, — в голосе Забини звучал металл. Тревога, напряжение, страх и злость переполняли его. — Не понял… — Она рассказала о вашем разговоре в библиотеке, — отчеканил Блейз, сжимая кулаки. — А, — Драко выпрямился. — Про заклинание для починки шкафа. Знаешь, она бы сама побежала его чинить, если бы я сказал ей правду. Если бы она узнала, что починка шкафа гарантирует твою свободу от метки, твоя отчаянная гриффиндорка бросилась бы его чинить вперёд меня. Да, Блейз, я использовал её знания. Три слова на клочке пергамента. Но сделал это, потому что мне было блять не плевать на тебя! — Малфой сорвался на крик. — Прежде, чем обвинять, выясняй! У любых поступков есть причины! Блейз молчал. Злость нашла свой выход, расплескалась на Драко, как вино из переполненного бокала. На смену ей пришла скручивающая узлом внутренности тревога. — Что там будет? — шёпотом спросил Блейз, поднимая взгляд. Драко покачал головой, щека его нервно дернулась. Место удара покраснело, на скуле наливался синяк. — Было собрание. Он убил профессора Бербидж. — Преподавателя маггловедения? Драко отрывисто кивнул. Свежая картинка убийства возникла перед глазами. — Снейп теперь директор школы. Пара пожирателей назначены преподавателями… — Драко вздохнул. — Идём. Время. Они пошли по подъездной дорожке к главному входу в Мэнор. — Ты бы передал Грейнджер, чтобы в школу не возвращалась. — Уже подумал об этом. — После этих обсуждений он отправил Беллатрису в подземелья за пленником, а меня — к воротам. Я знал, что тётка днями и ночами торчит там, знал, что пытает маггловских выродков пачками, но, Блейз, я не знал, что она притащила сюда твою мать, — они остановились у дверей. Драко положил руку на напряжённое плечо Забини. — Мне жаль. — Он влезет в мою память, — Блейз не спрашивал. — Он увидит её… — Попробуй окклюменцию. Лучше хоть как-то попытаться защитить разум… — Драко, он увидит, что ты всё знал, — негромко продолжал Блейз, — прости. Мне не стоило вмешивать тебя… Малфой пожал плечами. — У тебя есть идеи, как избежать этого? — болезненная ухмылка исказила лицо Драко. Блейз ответил ему тем же. — Нет. — Пойдём. Не стоит злить его ещё сильнее. Они шли по коридорам Мэнора молча. Широкие ковры поглощали стук каблуков, многочисленные родственники с портретов провожали парней недовольными взглядами. Слышалось тихое «предатель крови», и Блейз искренне не понимал, откуда нарисованным Малфоям это известно. У дверей столовой они остановились. Посмотрели друг другу в глаза. — Драко, — шёпотом позвал Забини, — если… если я умру сегодня. Пожалуйста. Позаботься о ней, — выдохнул он, прикрыв глаза. Малфой сдержанно кивнул, понимая, что речь совсем не о синьоре Забини. Он распахнул двери в столовую. Обстановка там изменилась. В помещении остались только Тёмный Лорд, Люциус, Снейп и Беллатриса, возвышающаяся над скрюченным на кафельном полу телом. Длинный обеденный стол оказался отодвинут к стене. Поблёскивающая чешуей Нагайна расположилась у затухающего камина. Блейз поёжился, скользя вглядом по знакомой с детства столовой. — Смотрите, кто нас сегодня посетил, — прошелестел Тёмный Лорд, выступая вперед. Вокруг него заклубился сизый дым, делая его облик более зловещим. — Юный мистер Забини. Приветствую. Блейзу показалось, что его язык прилип к нёбу. Он сглотнул. Взгляд метался между Тёмным Лордом и телом Ализы, в бедро которой впился каблук тяжелого сапога Лестрейндж. Беллатриса исподлобья смотрела на него, сверкая глазами. — Здравствуйте, — выдавил из себя Забини, ощущая, как внутренности покрываются инеем. — Вижу, элементарной вежливости эта дрянь тебя выучила, — небрежно бросил Темный Лорд. — Синьора Забини — хорошая мать, Блейз? — голос его неприятно шелестел в воздухе. — Сын… — хриплый шёпот коснулся ушей Блейза, и он закусил губу. Перевёл взгляд на мать, опасаясь, что может сделать любым своим ответом хуже. В голове было пусто. Ощущение, что его горло сковал ошейник, постепенно затягивающийся все сильнее, не стихало, росло. — Да, — выдохнул Блейз. — Да, мой Лорд! — взвизгнула Беллатриса, сильнее надавив каблуком на тело Ализы. — Как она может быть хорошей матерью, если не объяснила, как обращаться к величайшему магу всех времён! Лорд скривил бледные губы в подобие улыбки. — Твои слова мне льстят, Белла, — прошелестел он, — однако ты преувеличиваешь. Уверен, мистер Забини и его матушка считают величайшим недавно покинувшего этот мир старика Дамблдора. И их нельзя винить в этом заблуждении… ведь никогда раньше они не сталкивались с моим могуществом… — он будто бы задумался. Блейз молчал, не отрывая взгляда от матери. Он заметил, как медленно пульсирует её грудная клетка от дыхания, зацепился за эту мысль. — Хотя, несколько лет назад я столкнулся с неким Андрэа Забини. Гениальный колдомедик… жаль, сделал неправильный выбор. Блейз, — в голосе Лорда прозвучали пугающие отеческие нотки. Лживая забота. — Заражённые ветви нужно отсекать. Твой отец был отравлен неправильными убеждениями. Я сделал благо, избавив тебя от его воспитания. В глазах Забини запекло. Он опустил голову, кусая губы. Слышать этот высокопарный бред было невыносимо. — Мой Лорд, — подала голос Беллатриса, — позвольте рассказать, почему семья Забини сегодня тратит ваше бесценное время. — Времени у меня, дорогая Беллатриса, достаточно. Но, разумеется, говори. Ведь такому обращению с чистокровной синьорой должно быть объяснение. — Мой Лорд, — подобострастие лилось рекой из рта Лестрейндж. — Я узнала о вопиющем факте предательства крови. Этот молодой человек вступил в отношения с грязнокровкой! Тёмный Лорд в притворном ужасе посмотрел на Блейза. — С подругой Поттера! Грейнджер! Блейз почувствовал, как по спине пробежала ледяная волна. Он посморел на Драко, замершего рядом с отцом, поймал взгляд испуганных серых глаз. Он выглядел поражённым словами Беллатрисы. Если бы сам сказал, наверное, не изображал бы такое удивление… — Откуда тебе это известно, дорогая Белла? Может, это клевета? Неужели твой сын, Люцис, дружит с предателем крови… — Я нашла его воспоминания! — победно сверкнув глазами, Беллатриса вздёрнула вверх руку с зажатой в ней книгой. Блейз, проследив за ней взглядом, побледнел. В голове возник образ смеющейся Гермионы в розовом сарафане, сжимающей в руках свёрток с его подарком — этой самой книгой. Но как? — И что же ты увидела в них, моя верная Белла? Лестрейндж скривила губы в отвращении. — Как он спаривался с этой грязнокровкой. Признавался ей в любви, — каждое слово пожирательницы врезалось в грудь Забини стальными кинжалами. — Может, это чья-то глупая шутка, Белла, — Лорд двинулся к Блейзу. Казалось, он парит над полом, так плавно двигался. — Мой Лорд, в Хогвартсе этот мальчишка пытал меня заклятием круциатус, когда я попыталась указать грязнокровке Грейнджер её место! Красные глаза Волдеморта побагровели. Зрачки моментально превратились в две вертикальные щёлочки. Он метнулся к дрожащему телу Ализы, резко схватил её за волосы, заставляя смотреть в глаза. — Кого ты воспитала, мерзавка, — прошипел он ей в лицо. — Какая ты мать? — Она воспитала себе подобного, мой Лорд, ни для кого не секрет, что эта дрянь тоже путалась с магглорожденными. Лорд грубо отпихнул от себя ослабевшее тело женщины. — Что же, за предательство всего магического сообщества придётся ответить, — с притворным сожалением произнёс Тёмный Лорд. Он резко развернулся в сторону Блейза, и тут же тело парня пронзила боль. Его колени подкосились, и он рухнул на пол, охваченный агонией. Блейзу казалось, что некто незримый сдирает с него кожу щипцами, слой за слоем, лоскут за лоскутом. Кровь сворачивалась в венах, по оголённым нервам проносились импульсы. Он кричал. До хрипоты. До сорванных связок. Блейз отчаянно молотил кулаками по полу, размазывая кровь по глянцу кафеля. Ему казалось, что глаза вот-вот лопнут. Тонкая алая струйка стекла из носа, обрамила губы. Красная капля сорвалась с подбородка… Тело содрогалось, но заклинание уже не действовало. Кто-то схватил его левое предплечье. Блейз с трудом распахнул веки и столкнулся с поглощающим красным маревом взгляда Тёмного Лорда. — Ты убьёшь её, щенок, — выплюнул Волдеморт, впиваясь в чистое предплечье кончиком волшебной палочки. — Ты убьёшь её на моих глазах, иначе твоя матушка сполна познает мой гнев и заплатит за твою ошибку. Блейз сглотнул. Волдеморт резко дёрнул его за руку, заставляя встать на колени. Левое предплечье ныло от упирающегося в него кончика волшебной палочки. — Сыночек… — прошелестела в полубреду Ализа. — Не надо… не соглашайся. — она взвизгнула от удара в живот, которым её наградила Беллатриса. Блейз вздрогнул. — Слышишь, как ей больно? Будет ещё больнее, — заверил Тёмный Лорд. — Если ты её не убьёшь. — Кого? — потухшим голосом спросил Блейз. Он знал ответ. Волдеморт оскалился. — Гермиону Грейнджер. Блейз прикрыл глаза. Стенания матери давили на черепную коробку. — Морсмордре! Предплечье словно прижгли раскалённым железом. Это конец.