Naughty girl

Когда все вокруг завопили от ужаса, я лишь стояла и смотрела на происходящее. А вообще это был прекрасный день. По крайней мере, у него было прекрасное начало. Скомканный семичасовой сон, после которого сразу настала торжественная подготовка и возникла необходимость помочь Кэролайн, резь в глазах от везде мельтешащего белого цвета, звон в голове от пяти выпитых бокалов шампанского в попытке поднять себе настроение, а после от трех кружек кофе в попытке взбодриться вновь… Этот день обещал фантастическое веселье, но к нему я была готова едва ли не меньше, чем та уродливая пластиковая колонна в самом углу зала, старая и обшарпанная, кошмарный вид которой Джо в слезах и истерике приказала Тайлеру замаскировать остатком цветочных лоз. Я была разбита, ведь, пусть находилась за городом Мистик Фоллс с братом, мыслями я же была совсем далеко. Дальше, чем мог бы перенестись среднестатистический человек… Вместо джазовой музыки, доносящийся из колонок, я слышала вальс, который, судя по фильмам, часто исполняли на фортепьяно в начале двадцатого века. Вместо коктейльных платьев я видела вельветовые, старомодные, а вместо солнца сыплющийся на голову снег… Стояла и воображала: «Какого Каю сейчас там, в 1903, в одиночестве в кругу шестерых вампиров?». А затем мысленно добавляла себе вопрос: «Хотела бы я, чтобы он вернулся?». Сейчас страшно и стыдно признавать это, но да, я хотела. Но искала ли я возможность помочь ему в этом? Нет. И это стало моей роковой ошибкой. Сейчас люди вокруг кричали от боли, корчились на полу, усеянном цветами. У меня перед глазами до сих пор стояло искаженное болью лицо Джо. Я заметила одной из первых, что платье ее вверху живота окрашивается в насыщенный, багровый цвет… И раньше всех поняла, чьих рук это дело, хотя это и не казалось возможным. Кай. Он здесь. Он прямо передо мной, но я не могу даже пошевелиться, не то, что остановить его, помешать. Взгляд голубых глаз холодный, совсем не такой, каким я его запомнила в нашу последнюю встречу. Весь Кай совершенно другой, будто чужой…будто не Кай вовсе. По крайней мере не тот, какого я уже привыкла видеть. Я отлично помнила, каким он был до слияния с Люком, до обретения человечности, но даже в самом кошмарном сне не могла себе и представить, что снова столкнусь с этой стороной его сущности. Такова была моя расплата за то, что я позволила себе полюбить психопата. Хотела бы я, чтобы это было лишь моей расплатой… Когда Кай вскидывает ладонь, держа в другой руке нож, я замираю. Я уже знаю это заклинание, но не могу вспомнить, как остановить его. Да и вряд ли мне, человеку, это по силам. Режущий барабанные перепонки звук. Такой пронзительный, будто намеревающийся вывернуть людей наизнанку…От этого звука все начинают рыдать, вопить, падать со стульев. Я слышу его, но приглушенно, будто сквозь толстый слой ваты. Поборов оцепенение, я перестаю оглядываться по сторонам и снова поднимаю глаза на Кая. Я вижу, что он смотрит на меня и улыбается и, не долго думая, я разворачиваюсь и бегу прочь прежде, чем из окон выбиваются стекла, осыпая головы людей градом смертоносных осколков. Кай пощадил меня и мой слух, но не сложно было догадаться, что за этим стоит отнюдь не его ко мне сострадание. «Каблуки! Ненавижу эти каблуки!» - застучало в голове панической мыслью, когда я, добежав до заваленного хламом сарая, наконец не выдержала и сбросила туфли с ног, чтобы ненароком не вывихнуть себе лодыжки. И в следующую же секунду я почувствовала, как чьи-то холодные пальцы с грубой, словно металлической хваткой зарываются в моих волосах. - Зря ты их сняла. Я так люблю стройные женские ноги на шпильках. Я без труда узнала этот голос, и в ту же секунду дыхание у меня перехватило. Кай, очутившись за моей спиной, удержал меня возле дверей сарая и, одной лишь силой мысли распахнув их, швырнул внутрь. Благодаря раскиданному на полу сену я чудом избежала удара прямо лбом о бетонный пол. Быстро придя в себя, я принялась судорожно отползать в сторону в надежде забиться в дальний угол и спрятаться. Не знаю, чего мне хотелось больше – скрыться от испепеляющего и пронизывающего взгляда Кая или от его возмездия, которое он вот-вот собирался на меня обрушить. - У-у, - услышала я за спиной прежде, чем успела бы спрятаться где-нибудь в глубине сарая. Снова цепкие пальцы. Снова в моих волосах. Снова делают больно. – Куда это ты собралась, милая? Ты что, думала, я обделил тебя вниманием? Нет-нет, что ты, я не просто так обошел тебя тогда в зале… Я приготовил для тебя нечто особенное. Кое-что поинтереснее банальной головной боли. И кое-что посерьезнее. Мгновение – и меня охватывает судорога боли, когда Кай, не отпуская моих волос, с размаху прикладывает меня виском об острый деревянный косяк. Я чувствую, как кровь едва ли не фонтаном брызжет на платье и на лицо, но каким-то образом умудряюсь не потерять сознание. Интересно, в чем причина? В моей стойкости или в том, что Кай не поленился придумать специальное защитное заклинание, чтобы я не смогла сбежать от него даже в закоулки собственного подсознания? Убедившись, что я больше не сопротивляюсь и не пытаюсь сбежать, Кай расслабил пальцы и повалил меня на устеленный соломой пол. Больно. Очень больно. И не знаю, где больше: в голове или в душе от осознания, что Кая, которого я знала и успела полюбить раньше, снова нет. После слияния с Люком он еще никогда не был со мной таким жестоким. Слово «страдание» рядом с ним окончательно забылось, зато отчетливо выделялось слово «удовольствие». Видимо, Каю это наскучило. Видимо, Кай решил напомнить мне об обратном. Видимо, я сегодня умру. - Нет, ты не умрешь, - я вздрогнула, когда Кай ответил на мои мысли вслух и, распахнув глаза, я с трудом сосредоточила на его лице собственный взгляд. Он нависал надо мной в идеально выглаженном черном костюме, покрытый уже привычной небрежной щетиной и с новой прической, и улыбался своей безумной улыбкой, от которой меня вмиг затошнило. – Дурочка…Я же люблю тебя, в конце концов. Но этого все равно недостаточно, чтобы ты так просто отделалась после того, как позволила Бонни упрятать меня в тюрьму 1903 года! Я только успела прийти в себя, когда Кай снова решил продолжить. Пальцы, непривычно жесткие и сильные, властно обхватили мой подбородок, заставляя поднять бессильно склоненную к коленям голову и посмотреть на него. Кай больше не улыбался. На мгновение в выражении его лица сверкнуло что-то неразборчивое, но печальное… Кажется, сожаление. Но стоило ему сместить свой взгляд ниже, как веселье вернулось к нему обратно. - О, на тебе мое любимое платье, - воодушевленно воскликнул он, бесстыже задержав взор прежде всего на моем декольте,а затем небрежно потрепав пальцами шелковую ткань темно-синего подола, усыпанного сверкающими камнями. – Как мило, что ты надела его на свадьбу моей сестры. Будто знала, что я вернусь… Но ты ведь не знала, так? И даже не хотела бы знать. Ты позволила Бонни избавиться от меня, потому что я никогда не был тебе нужен, - его голос, прежде наделано мягкий и почти приторный, резко сменился надрывным шипением. Пальцы стиснули подбородок крепче и я, издав хриплый, болезненный стон, почувствовала, как вместе с кровью по моему лицу течет что-то еще: не сдержав слез, я, пытаясь хотя бы не захлебнуться в них и в крови, смотрела на Кая, смиренно принимая все то, что он творил. - Это не так… - выдавила я, жадно хватая ртом воздух. – Ты был мне нужен. Ты всегда мне нужен. Даже когда… - Заткнись! – рявкнул он и, разомкнув пальцы на моем подбородке, одернул руку, словно обжегся. - Не делай этого, умоляю. - Не делать чего? – Кай мрачно ухмыльнулся, прищурившись и с любопытством разглядывая меня. Я сглотнула сухость в горле и, набрав в легкие побольше воздуха, ответила: - Не убивай людей. Те гости на свадьбе…они ведь не заслужили. И Джо не заслужила. Она ведь была беременна… - Ой, подумаешь, - Кай фыркнул, сев напротив меня возле стога сена. – Будто ковен сильно от этого пострадает. Наоборот, так даже лучше… У нее ведь наверняка будут близнецы, да? Считай, я благородно избавил их от необходимого слияния в будущем, - всерьез довольно улыбнулся Кай. – Тем более, это меньшее, чего я мог удостоить Джо и ее детей за то, что они все со мной сделали. Радуйся, что не вырезал их живьем у нее из утробы. Я поежилась от этих слов и закрыла глаза, лишь бы не видеть Кая таким. Как я могла позволить себе доверять ему? Как могла поверить в то, что он не станет прежним? А ведь он стал… Вроде как. Прежний ли он?.. Я вижу в нем сумасшествие и жестокость, но это не все. Еще я вижу его гнев и разочарование. Хороший ли это знак? Вряд ли. - Ты не такой… - вырвалось вдруг у меня. – Ты не был таким так долго…со мной… Почему снова, Кай? Кай сжал губы и хмыкнул. - Потому что иначе с вами нельзя. Пытаешься исправиться, пытаешься извиниться,а тебя запирают в окружении шестерых голодных вампиров! - Вампиров? – переспросила я с театральным непониманием, захлопав глазами. – Каких еще вампиров? Я заметила, как неожиданно лицо Кая вытянулось от удивления, а затем на губах заиграла все та же многообещающая, довольная ухмылка. - Не притворяйся, будто ты не знаешь о том, что Бонни заперла меня вместе с вампирами! Это ведь было частью ее мести. Шесть еретиков клана Близнецов, сосущие из меня кровь день ото дня…Вот забавно было! Я вздрогнула и застыла. - Разве эти вампиры не были высушены?.. Они же не должны были трогать тебя… - выдавила я изумленно, испытав от новости еще больший ужас, чем тот, что и так душил меня ранее. – Я правда не знала, Кай… Если бы знала, то… – Лгунья, - сухо ухмыльнулся он. – Все ты прекрасно знала. А даже если бы нет, то что? – Он фыркнул. – Заставила бы Бонни вернуть меня? Как бы не так. Тебе наплевать, всегда было и всегда будет. А как же тот раз, когда я спас тебя, утопающую в ледяной реке? Что на счет того, что я помог Мэтту спрятать тебя от безумной Кэролайн? Или то, как мы провели вместе почти месяц, как я показал тебе Нью-Йорк и Джерси, пока ты не захотела вернуться? Что на счет всего этого, а?! Это тоже в печь со всеми моими обещаниями стать лучше и искупить свою вину, да?! Я слышала горькую обиду в его голосе, давно переросшую в обжигающее отчаяние, и в тот же момент поплатилась за то, что у меня не нашлось сил, чтобы что-то ответить на это. Я вскрикнула, тут же задохнувшись от боли, когда Кай тем ножом, что проткнул Джо и что все еще был у него в правой руке, проткнул мне бедро, вогнав его по самую рукоять до кости. Тот визг, что вырвался из моего горла, оглушил даже Кая. В глазах потемнело и, покачнувшись в сторону в непроизвольной попытке соскользнуть по стене в бок и повалиться на спину, я почувствовала, как Кай выдергивает нож обратно и со звоном отбрасывает его назад. - Тише, тише, - его теплое, мятное даже сейчас дыхание обожгло мне ухо и, придержав меня рукой за талию, чтобы не позволить скатиться вниз, Кай вдруг стянул с себя пиджак и прижал его к моей истекающей кровью ноге. – Да, согласен, это было лишнее… Чуток переборщил. Ты ведь знаешь, какой я вспыльчивый, правда? Я дрожала и едва могла дышать. Никогда в жизни не испытывала такой боли! Да у меня никогда в жизни даже перелома не было! Мне, как человеку, живущему в Мистик Фолс, с этим крайне везло. Раньше. Сейчас же это было невыносимо. Я рыдала, уже неконтролируемо и непроизвольно, и пыталась не дать панической атаке и болевому шоку окончательно выбить из меня рассудок, от которого и без того остались только крупицы. Кай сошел с ума. Снова. И я снова его ненавижу. Мне хотелось закричать на него, сказать ему об этом, ударить и на зло ему признать, что мне всегда было плевать, но я не смогла даже пошевелиться. Кай перевязал пиджаком мою ногу и, шумно вздохнув, приблизился к моему лицу. В полумраке сарая я разглядела странное выражение его глаз, уже не такое злобное и равнодушное. Он выглядел встревоженным, если не испуганным. - Прости меня, - вдруг прошептал он, и я с трудом поверила в то, что не ослышалась. – Я не хотел делать тебе больно, это…само получилось. Но не отрицай, что ты заслужила, а? – Он хмыкнул. – Всегда казалось, что ты слишком хрупкая для таких игр, но…как оказалось, ты весьма стойкая. Но больше так играть мы не будем, обещаю. Прости меня, Дэнни. Я со свистом втянула в себя воздух и, всхлипнув, выплюнула: - Да пошел ты. Кай выдохнул и приложил ладонь к моему разбитому виску, кровь на котором уже запеклась. Он осторожно отнял от виска прилипший локон побагровевших волос и сочувственно поморщился. - Ты злишься, и имеешь на это полное право, но и я был зол, ты должна понять, - Сквозь пелену гнева и боли я почувствовала, как большим пальцем руки он ласково обводит уголки моего рта. - Я так скучал по твоим губам, - хрипло прошептал он и, сомкнув веки, провелся кончиком своего носа вдоль моей скулы. Я попыталась одернуться и отвернуть голову, но он лишь ближе прижался ко мне. – От тебя так вкусно пахнет ландышами… Мне так не хватало этого в 1903. Из-за снега ландыши там совсем не растут, это печально. А я так люблю их, ты же знаешь. Я промолчала, только зажмурив глаза, и снова почувствовала, как Кай заскользил пальцами вверх по моему заплаканному лицу к ноющему виску и, приложив к нему ладонь, ласково ощупал. - Я позабочусь о тебе, - снова шепчет он,и от этого голоса у меня пошли мурашки по коже. – Я сорвался, но, если ты впредь будешь хорошей девочкой, такого больше не повторится. - Это ты убил Джо, - прошипела я, не открывая глаз. – Это ты ворвался на свадьбу и испортил ее. Это ты вогнал мне нож в ногу… И после этого ты еще смеешь утверждать, что это я не была хорошей?! К моему удивлению Кай рассмеялся. Так тихо и мягко, что у меня заколотилось сердце. Не то от страха, не то от чего-то еще, не разобрать. Паркер оторвал руку от моего виска, но в следующую же секунду она легла поверх моего перевязанного бедра. Платье было задрано, но все равно давно испачкано кровью, и я скривилась от отвращения, когда пальцами Кай принялся гладить мою коленку. - Ты просто так меня не простишь, да? – ухмыльнулся он задумчиво. – Что же…Видимо, мне придется очень постараться, чтобы ты меня простила. С этими словами он поднялся рукой выше и, обойдя рану, забрался пальцами под подол.