"Маски долой. Вот и всё". Глава вторая

Мысли о том, что сестра моя сводная ведет себя очень странно, упорно не покидали. Решил во время обеденного перерыва свалить из отдела и проверить свои домыслы. Ничего такого и не требуется — зайти в центр связи и мило так поинтересоваться, куда звонили с такого-то номера. А на вокзале, предъявив ксиву, узнать, покупала ли гражданка Тарасова билет до Питера. Странное такое ощущение. Вроде и хочется докопаться до правды, но и убеждаться в том, что не чужой тебе человек слегка «ку-ку», а второй все же безнадежно мертв, не слишком приятно. Ладно хоть Дэна на эту авантюру подбил, сказал, что смотается вместе со мной. Вдвоем не страшно. От перебирания бумажек и заполнения, что немаловажно, оторвал оживший телефон. — Да. — Серёж, зайди ко мне. Срочно! — Ира, проговорив все это, оперативно положила трубку. Объяснила бы, что случилось. Оставил Костю работать за двоих и рванул к начальнице. Зашел в кабинет и потерял дар речи, хотя мне всегда есть что сказать. Зимина сидела на столе, в одной руке держа туфлю и как-то странно озиралась. — Ир? Ты чего? — вообще нифига не понял. Странности, они конечно у всех бывают, но, чтобы вот так… — Там мышь, — Ирка кивнула куда-то в мою сторону. Приехали. Подполковница, начальник отдела, спасается от маленькой мышки на столе, да еще и туфлей кидаться вздумала. — О, Господи. Ир, слезай давай. Или тебе так руководить удобнее? — не выдержав, заржал. — Не могу, — призналась моя рыжая дрожащим голосом. — Боюсь. — Так, спокойно. Щас поймаем этого хвостатого диверсанта, но я сначала дверь закрою, — предупредил на всякий случай, ну, чтобы в меня туфлей не прилетело. Каблуком же больно получить по любой части тела. Запер дверь, еще раз огляделся в поисках несчастной живности и обнаружил ее спокойно сидящей под приставным столом. — Ну что, Джерри, — она даже и сбежать не думала, а спокойно далась, чтобы я ее поймал. Зажал кроху в ладонях-домике и стал искать, куда бы сплавить живность. — В окно? — Не надо, ты что! — воспротивилась Ира, машинально махнув туфлей. — А куда предлагаешь? Устроить ей аквапарк? — не выдержав, снова заржал, и протиснувшись к окну, выкинул несчастную мышь наружу. — Представим, что она летучая. — Жалко, — как-то не по подполковничьи вздохнула моя Ира. — Ну че, я пошел? — автоматически вытер руки об себя и почувствовал гордость за себя — спас любимую женщину от страшной зверюги. — Серёж, сними меня отсюда, — Зимина, поставив туфлю рядом с собой, обреченно посмотрела вниз. Это как она залезть умудрилась? Да еще и в узкой юбке. Жара, что ли действует?.. В условиях города стабильные плюс тридцать на термометре — это жуть. Кромешная. Хорошо, что не на шкаф, тогда бы нам сложнее пришлось. — Иди сюда, чудо, — поднял на руки, совсем не собираясь возвращать на землю. — Мы тяжелые, ставь уже, — а вот теперь появились знакомые приказные нотки. Радует. — Неа. Не правда. И вообще, пока не получу награду за свой подвиг, не поставлю, — нахально так заявил, прикидывая, что получу вперед — поцелуй или по морде. — Правда. На девять кг же, — а вот ехидства товарищу подполковнику не занимать. Мою же фразочку позаимствовала. — Кривда, — съязвил уже. — Целуй уже. — Вредина какой, — Ирин Сергевна все же проворчала напоследок. Но поцеловала, и после даже оттерла отпечаток помады. Красота. Осторожно помог спуститься и понял, что не хватает туфлей — Ира слишком маленькая что-то. — А вторая где? — поинтересовался, не сдерживая смеха. По-дурацки как-то все произошло. Реально испугаться успел, а тут просто мышка и Ира, сидящая на столе с ногами. — Не знаю, свалилась, — пожав плечами, Ирка заглянула под стол и улыбнулась. — Вон она, стоит. — Отлично, туфли на месте. Ты спасена. А я пошел работать, — добавил серьезно и бодро направился к выходу. Вышел из кабинета, аккуратно прикрыл за собой дверь, но не успел пройти и нескольких метров, как меня настигла еще одна волна ржача. Нет, ну надо же… Весело живем.

***

В обеденный перерыв таки утащил Антошина по делам. Иру, по удачному стечению обстоятельств увела обедать Измайлова — там, как я понял, очередные проблемы на личном фронте. Словом, все нормально. Девочки налево, мальчики направо. Но до этого, на свой страх и риск набрал Олега, Колиного брата. Договорился о встрече, на которую мы сейчас и ехали. Как раз в кафе. Надеюсь, там будет кондиционер и Диня перестанет страдать, изображая перегревшегося тюленя. — Серёг, ты думаешь реально, там все плохо? — мы выехали с территории отдела, а Антошин, выдув половину полторашки минеральной воды, стал убирать бутылку на заднее сидение. — Ниче не думаю. Проверить надо… Она говорила так убедительно, — пожал плечами. — И согласись, если Коля жив и прячется, то все вполне логично. От палачей и из страны свалишь, при необходимости. — Мда уж. Хотя, я бы тоже башкой на месте Маринки тронулся, — вздохнул Дэн. — Слушай. А ты не допускаешь мысли, что Олег этот просто может не знать о палачах? Ну, соврал ему Коля, что надо в Питер. Перевелся, например. Он же с характером, о проблемах не любил. Не любит. — Я не знаю, что думать уже и кому верить. Если кузен Колин сейчас ничего не прояснит, узнаем окольными путями, — машина послушно замерла на светофоре, а я глянул на часы. Успеваем. — Сдохнуть хочется, — Денис снова потянулся к бутылке с водой. Вот бедолага, жарко ему. А всем остальным, похоже, холодно или как минимум градусов на десять прохладнее. Ага. Через двадцать минут мы вышли из кафешки, в которой изволил трапезничать Олег. Оказалось, что о проблемах брата он знал, ну, то есть что палачи к Николаю наведывались, но вероятность инсценировки смерти бизнесмен отмел сразу же. «Да я сам его видел, на койке больничной. И в морге, потом…» — в этот момент можно было сказать, что он не такой непробиваемый, как хочет показаться. Только от выводов, напрашивающихся сами собой, не легче. Хреново, что сказать. — Серёга, я мороженое хочу, погоди, — Антошин тормознулся у уличного холодильника с детской радостью. — А в киношку тебя не сводить? Цветочки там, домой проводить? — Дурак, — в лоб мне досталось холодным эскимо. Детский сад, а. — Мужчина, а вы будете что-нибудь брать? — продавщица явно задумала что-нибудь продать на мою долю. — Нет, спасибо, — оттащил друга к машине, а он, увлеченно разматывая обертку, покорился и безропотно шевелил ластами. За следующий час удалось выяснить, что Марина покупала билет до Питера, на «стрелу», но вот со своего мобильника звонила только мне. Левых сим-карт на ее имя не приобреталось, на имя Коли тоже. — Мда, Серёга. И че делать будешь? Искать? — Диня проявлял чудеса тактичности и даже угарать не стал. — Ты как представляешь это? Питер — огромный город и где ее там искать? Да и самому ехать как-то не с руки, я ж за главного остаюсь, — и правда, ситуация какая-то безвариантная. Можно, правда, сестре позвонить, спросить, где она… Но если там правда что-то с психикой, то все ее показания стоит делить надвое. — Погнали в отдел, там видно будет, — Антошин первым полез в машину, нагретую от всей души. Действительно, может не заморачиваться и пустить на легкий такой самотек ситуацию? И выход, как это обычно бывает, найдется.

***

Денис умчался по делам Станислав Михалыча, а я, первым делом, решил проверить, как там работают господа капитаны. Минаева выехала с группой на место происшествия, так что эти два раздолбая явно нифига сейчас не делают.  — Серёга, отпусти на полчаса, — взмолился Агапыч, едва я переступил порог кабинета. Началось, что-то опять достояние отдела вычудило. — Че опять? — Да это… Понимаешь, у меня тут это, мышки, — и Андрюша, застенчиво розовея, вытащил из-под стола небольшую клетку. Опа. Значит вот откуда у Иры в кабинете диверсант завелся. — Одна пропала, сбежала, наверное. Полдня искал, да толку. Я быстренько куплю и вернусь, никто ничего не заметит. — А я за на него поработаю, — отозвался Черенок и для пущей убедительности закивал. — Андрюша, а какого хрена, скажи мне, в отделе мыши делают? Тут не зоомагазин, — поинтересовался, даже не повышая голоса. Агапов, прижимая к себе клетку, посмотрел на меня как на человека недалекого и при это выглядел смертельно обиженным. — Так это, Люсинде в подарок. Херасе подарочки у нашего Агапия. Как-то незаметно попались под руку экспертизы, которые сами собой сложились в плотный такой рулончик. И что-то очень захотелось Андрея Ильича стукнуть. Больно. Чтобы неповадно было. Хозяин мышей попытался от легкого подзатыльника увернуться и как-то ненавязчиво и просто мы начал марафон по кабинету следователей, снося стулья и папки, лежащие на краях столов. — Молись, чтобы Зимина не узнала! — рявкнул, когда мы с Андреем вышли на второй круг. — Мальчики, что тут происходит? — и совершенно в подходящий момент заглянула Ирина Сергеевна. — Так это… Я Андрея Ильича к нормам ГТО готовлю, — мило улыбаясь, пояснил я, и, словно невзначай, стукнул этого недоумка еще раз. По голове. В качестве профилактики. Хорошо хоть, что Агапыч клетку успел под стол засунуть и Ира ничего не заметила. — Работайте, — распорядилась Зимина и закрыла за собой дверь. — Слушай, а че за Люсинда? — забыл совсем, кому мышки предназначались. — Питон, девушки моей, Лёли, — честно признался товарищ капитан, пытаясь отдышаться. Значит, у Андрея девушка есть. И питон. Мда… Как хорошо, что Виктория всего этого маразма не видела. — Ладно, работайте. И стульчики подними, — похлопал Ильича по плечу и, поправив китель, вышел из кабинета как подобает. После всего этого дурдома и плохих новостей сделал небольшой перерыв и спокойно, вдумчиво даже поработал. Щукин тоже особо не филонил, и не особо грустил по поводу грядущего дежурства. Эх, молодость, инициативность и прочие плюшки, характерные для его возраста и мировоззрения. Около пяти решил, что пора бы некоторых забрать домой. Сама же Ира вряд ли это сделает — дела, дела, дела. Собрался, помахал Косте ручкой и сказал, в случае чего звонить. Он, кивнув, снова уткнулся в дело. Там какая-то потерпевшая особо активная, терзает постоянно на предмет раскрытия. Ирин Сергевна, к моему удивлению, нашлась в курилке, причем не одна, а терзающая бухого в стельку Фомина. Я успел к самому началу воспитательного процесса, на который товарищу капитану было искренне наплевать. — Фомин, ты чё, сдурел что ли? Нашёл, где спать! — Ира, на заре моей карьеры, тоже меня отчитывала таким тоном. — А я не сплю, Ирина Сергеевна, — закивал участковый. — О, Сергей Виктрыч… — Помощь нужна? — кивнул в сторону расползшегося по сиденьям тела, рыжая моя отрицательно кивнула. — Разберусь. Сколько ты выпил, что от тебя так разит! — запах и правда был такой, что можно было смело закусывать. — Не так уж и много, сегодня то. Вчера в два раза больше… — Знаешь что, Фомин….Ты что хочешь, увольнение или выговор? — а вот тут даже мне интересно стало. — Я хочу, Ирина Сергеевна, человеком себя почувствовать. А не «куском дерьма», извините за выражение, — покаянно повесил башку Дмитрий, кажется, Алексеевич. — Значит так, я ничего не видела. Ты сейчас пойдёшь домой и проспишься. А лучше — справку возьми, что заболел. Понял? — Так точно, — пробубнил наш бравый коллега и, видимо оклемавшись, поднялся на ноги, после чего даже соизволил поправить фуражку. — Ещё раз увижу тебя в отделе пьяным, ты почувствуешь себя тем, кем ты себя назвал. А потом ещё увидишь, как я нажимаю кнопку сливного бачка и смываю тебя, сам знаешь, куда. Пошёл вон! За что мне такое наказание! — и под бодрые Иркины возмущения достойный конкурент Агапова скрылся за поворотом. — Сурово вы, Ирина Сергеевна, — заулыбался, вспоминая всякие разные моменты из воспитательного процесса коллектива Пятницкого и меня, в частности. — Я тебя домой забрать пришел, поехали? — Да, как раз вовремя, папа заехать хотел, у него какой-то разговор важный, — деловая до ужаса Ира первой направилась к своему кабинету. А я, разумеется, следом. Интересно, что там такое случилось у тестя… Надеюсь, что ничего плохого.