Высокие каблуки

Джин впервые осознает, насколько некрасиво поступал с Чимином, когда задерживался сутками у Тэхёна. Это осознание приходит лишь тогда, когда младший звонит ему после учебы и говорит, что сегодня не придет домой. — В гости к другу? — для Кима это слишком неожиданно, поэтому он немного теряется, услышав такие слова в телефонной трубке. — Но… а я знаю его? — Мы познакомились, когда я учился на первом курсе. Это мой сонбэ. Я ведь тебе точно про него рассказывал, — Чимин чувствует себя ребенком, который отпрашивается у родителей. — Не помню, — старший медленно поднимается со своего рабочего кресла и замирает у окна, опираясь локтями о подоконник. — Может, ты задержишься, но ночевать все же будешь дома? — Хён… пожалуйста. — Давай ты позвонишь мне, как освободишься, а я приеду за тобой на машине? Во сколько угодно, не важно, — Джина уже охватывает дикий страх, а ведь Чимин еще никуда и не уехал. — Мне так будет спокойнее. — Могу я хоть раз остаться на ночь в гостях? — Пак немного повышает голос, и старший словно цепенеет от этого. — Почему тебе можно, а мне нет? С тобой я совсем останусь без друзей. Джин повержен, разгромлен и несет большие личные потери, потому что Чимин прав на все сто процентов, поэтому и сказать особо нечего. — Тогда позвони мне хотя бы утром, — полушепотом произносит Ким и кладет трубку, оставаясь со своими страхами наедине. У каждого могут быть свои дела, свои друзья, личное время, но… почему же так бесконечно больно? Почему слепая ревность съедает все изнутри? Джин хорошо понимает, что таким образом Чимин бунтует и отвоевывает часть власти в их отношениях себе, между делом указывая самому Киму на его поведение. Но от этого понимания легче не становится, поэтому с тяжелым сердцем старший возвращается в пустую квартиру, думая, что сегодня абсолютно точно не уснет в холодной постели. Телефон Джина за вечер разряжается только оттого, что его хозяин постоянно включает и выключает его, проверяя, нет ли сообщения или звонка. Парень не находит себе места и слоняется по дому просто так, лениво рассиживаясь то на кухне, то в гостиной. Спальню Ким обходит стороной, потому что просто не привык бывать там один. Джин уже стал зависимым от Чимина, поэтому сейчас нуждался только в нем. И Ким не самый терпеливый в мире человек, поэтому вскоре, наплевав на все, строчит первым сообщение, потому что иначе уничтожит сам себя плохими мыслями.

«Ты ведь хорошо проводишь время?»

«Да.»

«Чем занимаетесь?»

«Хен, давай поговорим дома. Ложись, пожалуйста, спать, тебе завтра рано на работу…»

«Хорошо. Люблю тебя.»

«♥» Но какой к черту сон, когда легче от сообщений не становится. Наверное, Джин мечтал, что Пак скажет о том, что ему там дико скучно и попросится домой, ну или, по крайней мере, скажет, что ему не хватает сейчас старшего рядом. Расслабившись в горячей ванне, Ким практически засыпает, но вовремя открывает глаза, не успев сползти на самое дно. Парень меняет воду на более холодную и пытается освежить мысли, убеждая себя в том, что его Чимину там на самом деле хорошо и что он отдыхает от его постоянного присутствия. Всем нужен отдых. Иначе даже самые сильные люди могут сломаться. Вообще, на протяжении всей ночи Джин думает о многом. И в частности вспоминает первое знакомство с Паком и ту его легкость, открытость, безумную влюбленность и горящие глаза. Тогда этот наивный старшеклассник был готов следовать за Кимом хоть на край света, и даже сейчас, по прошествии нескольких лет, практически ничего не изменилось. Просто Чимин немного вырос и стал понимать, что полагаться во всем на хёна невозможно и что нужно принимать многие решения самостоятельно. Но, если быть честным, Джину бы хотелось именно старого Пака, но тут вопрос уже был в личном эгоизме и сущности собственника, которая, в принципе, присуща всем людям, просто раскрывается у каждого по-разному. Любить — это тяжелый труд, а строить отношения — труд еще тяжелее. И как бы двое ни любили друг друга, все равно найдутся такие моменты и камни преткновения, которые встанут на пути этого светлого чувства и заставят выбирать между ним и собственной гордостью. Но важно то, что надо уметь находить баланс между всем этим. Не безоговорочно подчиняться другому, но и не упираться до последнего, разрушая построенное. И только такие сильные люди, умеющие находить эту золотую середину, бывают наиболее счастливы. Поэтому Джин понимает, что отпустив Чимина физически на эту встречу, сейчас должен отпустить еще и эмоционально, давая ту самую свободу, которую жаждет младший. И только так их отношения останутся крепкими, и никак иначе. Немного разобравшись в своей голове, Ким под утро засыпает на диване, съежившись от легкой летней прохлады. Сон ставит все на свои места: перепутанные мысли раскладываются по полочкам, а сделанные выводы помечаются красной галочкой важности. — И вот как ты здесь спишь? — удивляется Чимин, осторожно прокрадываясь в комнату с пледом в руках. Парень осторожно приподнимает голову старшего и просовывает под нее мягкую подушку с кресла, пытаясь сделать сон Джина как можно комфортнее. Затем укрывает его тонким пледом и ставит на своем телефоне будильник, что должен зазвонить через три часа. После Чимин еще несколько минут вглядывается в расслабленное лицо старшего и опускается на колени, склоняя свою голову на маленький свободный кусочек дивана и касаясь холодной щекой такой мягкой и теплой раскрытой ладони любимого. Ровное дыхание Кима поблизости успокаивает и заставляет чувствовать себя по-настоящему дома, поэтому, расплываясь в довольной улыбке, Чимин тоже пытается уснуть в столь неудобной позе. И Пак даже успевает это сделать, когда чувствует ускользающую теплую ладонь, затем сильные руки, что приподнимают его за плечи и затаскивают на диван. Парень слышит до боли знакомое ворчание и, не открывая глаз, привстает и укладывается рядышком. — Я очень скучал по тебе, — шепчет Чимин и утыкается носом в грудь Джина, забираясь с головой под плед. — Спи уже, — продолжает ворчать Ким, но крепко обнимает парня за талию, боясь, что тот может упасть во сне на пол с такого узкого дивана, который не предназначен для двух человек. Но разве сейчас они не одно целое?