Мирный договор

  Страх тихонько таял, унося с собой призрак личного кошмара, — герцога, стоящего за плечом. Как сквозь пуховую перину доносился ласковый голос… Слов разобрать не получалось, но само его звучание успокаивало, придавало уверенности и сил. Вполне осознанное желание прижаться ближе, вцепиться всеми силами, ни в коем случае не отпускать, ни на шаг, ни на миг. Но помогло это совсем ненадолго, необыкновенно сильный страх — такого ещё не было, ни тогда, в детстве, когда он один возвращался домой с ритуала, ни позднее, когда отец впервые его ударил, и не в последний раз, когда Греткин чуть не забил его до смерти. Нет, сейчас всё было по-другому, слишком ярко, всепоглощающе и… больно! Кончики пальцев будто окунули в жидкий металл, позвоночник словно выдирали, стягивая вместе с ним и кожу. Боль начала побеждать страх, развеивая его, проясняя сознание, и пришло понимание. Трансформация! Первая, не от ярости, как обычно происходит, а от страха. Именно поэтому эмоции оказались настолько сильными.   Ринс немного отстранился от Луара и посмотрел на свои руки. Вместо бледной кожи — светлая, слегка золотистая чешуя, пальцы, оканчивающиеся звериными когтями, выпачканы в крови. Он поднял взгляд на эльфа и сначала ничего не увидел, но каким-то глубинным чутьём ощущал его кровь. Выбравшись из всё ещё удерживающих его рук, он посмотрел на спину эльфа. Разодранная в клочья рубашка совершенно не скрывала кровавых полос, из которых множеством ручейков сбегала драгоценная жидкость. Трансформация сошла на нет, и Ринс мягко коснулся покрасневшей кожи вокруг ран.   — Это я?.. Как... Я помню, ты говорил, что ходишь в защите! — под конец ему почти удалось спрятать вину под возмущением.   — Дома обычно мне ничего не угрожает, и защита настроена больше на предупреждение. Постоянно носить полную — это свихнуться можно!   Ринс покраснел, почти сравнявшись цветом со своими волосами. Щёки обожгло жаром, он перетёк ниже, на шею, грудь, заскользил по рукам и сосредоточился на подушечках пальцев, которые всё ещё касались повреждённой спины. Кровь потихоньку стала замедляться, потом и вовсе свернулась, а покрасневшие края разрывов приобрели более здоровый вид. Что-то похожее он делал с собой, когда получал наиболее серьёзные раны, но о том, что это может помочь и другому, тем более настолько быстро и сильно, даже предположить не мог. Запоздало удивившись, Ринс отстранился от эльфа и осторожно пересел чуть дальше. Лаур поворачивался к нему очень медленно и осторожно, словно ловец зелёных кроликов — поймать этот расплодившийся хитрый и трусливый неудачный эксперимент бестолкового мага мог далеко не каждый эльфийский охотник. Протянул руку вперёд, всё так же избегая резких движений, бережно взял ладонь демона и легко коснулся поцелуем кончиков пальцев.   — Спасибо, — Луар старался говорить как можно спокойнее, он уже давно заметил, насколько нервным бывает его демон, и, боясь спугнуть неосторожным словом, поинтересовался: — Что ещё ты можешь делать?   — Ты не вернул защиту? — предположил демон, неумело уклоняясь от темы. — Почему? Я же… — сбился с речи и замолчал.   — Я тебе доверяю. Надеюсь, как и ты мне.   Молчание эльфа было выразительнее любых слов. Дыхание продолжало согревать пальцы, которых Луар практически касался. У Ринса не осталось иного выхода, и он, наконец решившись, рассказал всё немногое, что знал о своих способностях. После чего Луар повёл его в библиотеку. Нужную книгу он нашёл быстро и уверенно, словно точно знал, где она находится и не раз уже брал почитать.   «Старые расы». Книга названию соответствовала, даже более того, она выглядела древней и ветхой, тонкие страницы, покрытые мелким, но каллиграфическим почерком, угрожали рассыпаться от любого прикосновения. Поинтересоваться, зачем ему дали эту книгу, Ринс не успел — эльф тихонько исчез. Грустно вздохнув, он начал продираться через запутанные древние конструкции, с трудом понимая, о чём говорится в книге.   Книга повествовала о четырёх исчезнувших расах. Об одной из них Ринс даже никогда не слышал — так давно она пропала. Вторая раса — вампиры, маги Крови, прекрасные целители. За что на них ополчились остальные расы, юноша так и не понял: о способностях этой расы почти ничего не говорилось, кроме того, что они могли подчинять кровь, как и он сам. Следующие полтысячелетия автор называл кровавыми; по неизвестной причине (предполагали, что это вампирское проклятье) после смерти последнего вампира у представителей других рас начали рождаться дети-вампиры. Многие матери сами убивали их ещё в младенчестве, многие скрывали, но неудачно — охота на вампиров всё ещё продолжалась. Вырасти же удавалось единицам. Имелось предположение, что великий лекарь Кангрем был магом Крови. На этих строках Ринс удивлённо вскинул брови. Он читал о нём, этот эльф жил около трёх тысячелетий назад и был известен тем, что нашёл лекарство от Красной Смерти — болезни, поразившей все расы, особенно эльфов, тогда погибло более двух третей население планеты!   Третьими были амуры, Богини Любви, так называли их другие расы. А вот автор отзывался о них исключительно как о проклятых суккубах, и больше не распространялся. У Ринса создалось впечатление, что однажды его сильно обидела какая-то обаятельная красавица.   Последней расой были дроу или, по-другому, тёмные эльфы, маги Хаоса. Они были практически уничтожены Красной Смертью, их болезнь поразила первыми; утверждали, что именно они её и создали, и хотя доказательств не было, началась тихая травля выживших. Последние представители вида ушли через межмировой портал. А через две сотни лет история повторилась — начали рождаться маги Хаоса, к счастью, не в таком количестве, как вампиры, да и относились к ним уже не с таким отвращением. На момент написания книги существовала триста шестьдесят два мага Хаоса, сейчас, насколько Ринсу было известно, их существовало меньше десятка, и его угораздило попасться одному их них.   Пронеслась мысль, не поэтому ли он понадобился герцогу, но Ринс её откинул — ведь и он сам не знал толком ничего о своих способностях и только сегодня впервые продемонстрировал их кому-то другому. Это всего лишь невероятное совпадение. А пока он решил отвлечься от этих мыслей и почитать гораздо более интересные эльфийские легенды, под которые и заснул, — сегодняшнее утро оказалось сильно насыщенным на события и лишило его сил раньше времени.      Луар вернулся домой поздно вечером — из-за приехавших делегаций работы у него прибавилось, многое требовало личного участия. И первым делом он наткнулся на Авриэля. Тот сообщил с еле уловимым укором в голосе, что Ринс сегодня из библиотеки не выходил, не ел, а потом так и уснул в любимом кресле! Герцог давно заметил, что, увлёкшись, демон легко забывал про необходимость есть и, зная его историю, даже не сильно этому удивлялся, лишь приказал слугам кормить его почаще, даже если не просит. Но в этот раз они, видимо, не решились будить бедняжку, а предпочли дождаться возвращения герцога.   — Принеси ужин на двоих в библиотеку, а я пока разбужу наше спящее чудо.   По пути герцог с удовольствием представлял, что его ждёт. Чего он никак не мог представить, так это того, что демонёнок умудрится свернуться на кресле калачиком, продолжая обнимать во сне книгу с легендами. Он сел на пол рядом с креслом, легко коснулся бледной кожи, удивляясь её чистоте, — Ринсу очень повезло с лекарем, не все они готовы тратить столько сил на полное исцеление, а без должного лечения даже у демонов шрамы затягиваются месяцы, а то и годы. Прикосновение было настолько лёгким и воздушным, что Ринс даже не проснулся, но всё же, должно быть, почувствовал и слегка улыбнулся. «Наверняка всё тело затекло от такой позы. Массажистку ему нанять надо. Нет. Лучше сам», — от этих мыслей Луар предвкушающе заулыбался, поедая демона взглядом. От созерцания его отвлёк тихий звон посуды — принесли заказанный ужин. Насыщенный аромат наконец достиг спящего и разбудил его.   — Осторожно, — не давая Ринсу резко вскочить, придержал его за плечи Луар.   — Больно! — обида пополам с удивлением.   — В следующий раз будешь спать в кровати?   Ринс услышал в вопросе добрую усмешку и в ответ лишь пожал плечами, скривившись от болезненного движения.   — Сначала массаж, потом ужин или, вернее, завтрак.   — Хорошо, — и покраснел, когда сильные руки начали разминать ему плечи, но быстро расслабился под уверенными движениями, уносящими последствия неудобного сна. Луару казалось, что ещё немного — и Ринс заурчал бы подобно большой кошке. «Может, стоит подарить ему котёнка? Пусть учится».   — Ты уже выбрал себе легенду? — От голоса, нарушившего тишину, Ринс на секунду замер. «Какой же он всё же запуганный», — подумалось Луару с некоторой ноткой грусти.   — Да, выбрал.   — Какую же?   — А можно… — Ринс замолчал, подбирая слова.   — Тебе можно всё. Практически.   — Можно это будет сюрприз?