Глава 13
11 июля 2025 г., 15:00
— Вам не кажется, что в последнее время Канда ведёт себя странно? — Лави лениво потягивал яблочный сок, разглядывая как в окне класса литературы учитель на замену пялится куда-то вдаль.
— Есть такое. Мне кажется он стал не таким злым, как раньше, — Линали медленно доедала свой обед, иногда кидая взгляд то на рыжего друга, то на светловолосого. Парни сидели на каях скамьи, словно охраняя её фигуру в центре. И оба пялились в это окно. — Аллен, ты правда живёшь с ним?
— Ну да, — не слишком уверенно отозвался парень, сминая в пальцах упаковку сока, — Он поручился за меня в приюте. На самом деле я ему благодарен.
— Может он тебя колотит, и поэтому перестал срываться на нас? — Лави вытянулся вперёд, с подозрением глядя на лицо друга, — Ты только скажи, я ему рожу украшу.
— Что? — Уолкер искренне удивился, также вытягиваясь вперед. — Как ты о таком вообще мог подумать?
— Ну вы же сцепились тогда после уроков, и после этого…
Парень не успел закончить. Линали развела их лица в стороны руками, важно заявляя, что ссориться нельзя. И пока парни сопротивлялись и пытались перекрикиваться через её невозмутимую фигуру, она заметила, как Канда смотрит на них сверху-вниз с лёгкой улыбкой. Он что, умеет улыбаться?
Атмосфера дома изменилась. Их вечернее молчание словно приобрело другой оттенок. Ощущалось, как их совместные дни растворялись, словно свежий снег, что таял, так и не успев коснуться земли. Сегодня они смотрели какой-то популярный фильм, Аллен, пользуясь своей тактикой постепенного сближения, уже к середине фильма грелся под боком у Юу, который безразлично пялился в экран.
— Чем собираешься заниматься, когда вернёшься домой? — поинтересовался Уолкер, осторожно поднимая взгляд во время рекламной паузы.
— Работать буду, — Канда усмехнулся. — Взрослая жизнь не такая разнообразная, как тебе кажется.
— И всё же? Помимо работы.
— Не знаю, — взгляд синих глаз снова вернулся к экрану, где мелькали яркие промо-ролики. — Моя жизнь не такая уж и разнообразная. Два или три раза в неделю я хожу позаниматься с мечом, читаю книги, пишу на них рецензии.
— Ты живёшь один? — на утвердительный ответ Уолкер чуть приподнялся, снова встречаясь с ним взглядами. — Ну а… У тебя есть отношения?
— Претендуешь? — Юу вдруг пропустил смешок.
Иногда этот мальчик задавал вопросы, на которые уже знал ответ. Аллен снова покраснел, но не торопился уводить взгляд, словно боялся потерять эту ниточку разговора. Выражение у него было одновременно растерянное и храброе. Словно маленький котёнок противостоял большому злому пылесосу.
— А если и да? — сдавленно, чуть ли не дрожа выдавил светловолосый, храбро поднимая голову и поджимая нижнюю губу.
— Успокойся, Мояши, — Канда развернул его к экрану, потянув за плечо. Когда он видел такое его выражение лица, ему одновременно становилось смешно и сложно сдержаться, чтобы не поцеловать его. — Я не в отношениях. Но мутить со школьниками я не планирую.
Он буквально слышал, как его слова больно ударили по светлой головушке. И эхо этого удара расходилось по комнате тишиной. Аллен насупился и сильнее вжался в его бок. Наверное, размышлял о том, как несправедлив этот мир. Или конкретно Юу Канда.
На следующий день у Канды был законный выходной, а вот Аллену пришлось идти на учёбу. Они уже привычно попрощались утром и Уолкер направился в школу. Но кое-что сегодня всё же отличалось. По дороге из приюта он обычно проходил через парк, а теперь только видел его на другой стороне дороги. И его взгляд зацепился за фигуру мужчины, который как раз стоял у выхода из парка. Если бы не этот такой неуместный в современности цилиндр на тёмных кудряшках, то вряд ли бы Уолкер свернул в его сторону.
Микк докуривал сигарету, когда их взгляды, наконец, встретились. Лёгкая улыбка возникла на его лице, и сигарета отправилась в урну.
— Малыш, не ожидал, что ты придёшь ко мне с этой стороны. Как твои дела?
— Привет. Лучше, чем раньше, — Аллен остановился рядом, оглядываясь по сторонам. Подозрительная встреча, — Давно ждёшь?
— Нет. Вижу, у тебя новое боевое ранение, — прохладные пальцы коснулись щеки, приглаживая пластырь, который скрывал шрам на щеке. — И глаз задет. Ты был в больнице?
— Да, рана уже зажила, — Уолкер отстранился, тоже касаясь пальцами пластыря.
— И всё же дела лучше, чем раньше? — Тикки хитро улыбнулся, скрещивая руки на груди, — Хочешь сказать, что не нуждаешься в жилье или деньгах?
— Временно не нуждаюсь, — светловолосый нервно поправил рюкзак, снова оглядываясь.
— Кого-то ждёшь? Или боишься, что нас заметят? — мужчина опасно наклонился, влезая в личное пространство Аллена, — Кто-то конкретный, м?
Реакция Уолкера хоть и была сдержанной, но всё же довольно красноречивой. Прикрывая лицо рукой, он сделал два шага назад, избегая столкновения. Конечно, он отрицал. Просто было странно встретиться так. Обычно это ему необходимо было искать встречи, а не наоборот.
— Ты мне не отвечал, вот и решил, что надо встретиться лично. Недели две, кажется, прошло, как ты приходил в «Ковчег». Меня там не было, помнишь? — Взгляд вдруг стал опасно серьёзным, — Тебя хорошо запомнили.
— Ещё бы. Теперь у меня ещё больше отличительных знаков, — Уолкер понимал о чём Микк, и ему это не нравилось.
В «Ковчеге» он часто был как свой, но по факту находился там только за счёт личного расположения Тикки. Конечно, иногда он допускал промахи, мог случайно что-то разбить или нарваться на кого не надо, и обычно платил за это ответной услугой. Никто бы не стал его поить, кормить и оставлять на ночь по доброте душевной. По крайней мере не в таких количествах, как этого иногда просил Аллен. Видимо, пришло его время платить по счетам.
— В эти выходные мне нужен шулер, — продолжал Микк, понимая, что оба они знают о чём пойдёт речь, — Банк игры обещает быть хорошим. И я был бы тебе очень признателен, если бы ты сыграл со мной в команде.
Он так и знал. Уолкер не дал однозначного ответа. Но формально согласие было дано, у него просто не было варианта отказаться. Он ещё не расплатился с Микком за то, что буквально жил в «Ковчеге» ещё до прибытия Канды.
Вид юноши за игорным столом часто вызывал насмешки, и сначала он проигрывал, заманивая своих жертв в паутину. Когда ставки были непозволительно высокими, Аллену «вдруг» начинало вести и он срывал большие выигрыши. Было лишь несколько правил. Мальчик играл редко, иногда применял маскировку, и не играл с одними и теми же людьми. Его инкогнито было тузом в рукаве Микка, который давал сиротке-школьнику довольно щедрые чаевые за мухлёж на его территории, тогда как большая часть банка игры оказывалась в итоге в «Ковчеге».
Но последние месяцы Уолкер так отвык от этого. Сейчас ему казалось, что его жизнь стала размеренной и спокойной, ему не приходилось думать о том, где остановиться и чем перекусить. Ему было куда вернуться. И к кому. Но Юу скоро уезжает, а гарантий спокойного будущего у него не было. Пока всё оставалось только разговорами. И этого было чертовски мало. Деньги пригодились бы в любом случае. А ещё на вырученные деньги он бы мог купить Канде прощальный подарок. И последняя мысль прочно засела в его голове. Он закроет долг перед Тикки, купит подарок и обеспечит себя карманными деньгами на пару месяцев. Последняя игра, и, если постараться, чаевые будут очень хорошими.
Уйти в выходной вечером было немного проблематично, но Аллен соврал, что вернётся довольно рано. На самом деле ему предстояло играть в карты как минимум до двух или трёх часов ночи, а уж утром он что-нибудь выдумает.
Игорный зал находился этажом ниже танцпола, где сегодня проходил какой-то концерт в альтернативном жанре. Инструментал был интересным, а вот слов Аллен совсем не разбирал, да и когда двери закрылись, звукоизоляция лишила его любой возможности что-то разобрать.
Тикки сегодня тоже был за столом, они сидели рядом, чтобы не смотреть друг на друга и не выдать своего знакомства переглядками. Микк сам активно задавал тон вечера — смеялся и спрашивал, умеет ли юнец хотя бы тасовать колоду.
— Меня папа научил, — гордо заявлял Аллен, крутя в пальцах лимитированную карту «Кавчега», — Мы с ним часто играем в покер. И я ему почти не проигрываю.
— И на что же вы играете, на карамельки? — мужчина напротив улыбался Микку.
— Нет, на хотелки. Выигрываю я — получаю что хочу, — он достал из кармана пиджака дорогой телефон с таблоидов, — Выигрывает он — и я иду куда он скажет. Позавчера он решил, что мне пора попробовать поиграть с другими людьми. И вот я здесь.
— Спрячь, пока не потерял, малыш, — голос Микка был почти ласковым, — Мы уже поняли, что твой папаша любит раскидываться деньгами. Вопрос вернёшься ли ты к нему с пустой карточкой или с полной.
Фишек у Аллена было чуть меньше, чем у всех. Но когда они стали кончаться он изобразил нервозность и попросил ещё фишек, чем сравнял свой изначальный вклад со всеми.
— Так и залезают в долги, малыш, — прокомментировал Тикки, выдвигая башню из фишек на кон.
Ещё через пару канов Микк вышел из-за стола. Ему, как хозяину заведения, прилично было только выйти в ноль, либо немного проиграть.
Ближе к часу ночи Аллен стал по чуть-чуть выигрывать, постепенно наращивая активы. Всё шло не плохо, в целом, как всегда. Но он стал чувствовать напряжение. Его настоящий телефон был выключен, Юу наверняка волнуется. Из-за нервов он невовремя выронил карту, не все поверили, что они просто случайно склеились от сока. Кон аннулировали, и игра стала затягиваться, за руками Уолкера следили. По лицу Микка, который потягивал в кресле виски и разбавлял разговор за столом, Аллен понимал, что всё идёт не так гладко, как хотелось бы. Мухлевать было сложнее и мальчику пришлось сосредоточиться на игре, позабыв про время и личные переживания.
Гости разошлись с рассветом. Аллен держал расслабленное и победное лицо до самого последнего. Его звали наверх, но Уолкер, глядя в дорогой смартфон, отвечал, что подождёт личного водителя здесь, внизу.
Через какое-то время к нему вернулся Тикки с наличными в руках.
— Это было опасно, Малыш, что случилось? Ещё бы чуть-чуть и тебя бы поймали за рукав.
— Просто давно не играл, — Уолкер пересчитывал свой заработок.
Конечно, он выиграл сумму в пределах разумного, вовремя остановившись по кодовой фразе Тикки. И чаевые его устраивали. Карточка и телефон вернулись Микку, а Аллен переоделся в свою обычную одежду, включая телефон.
— Уже можно выходить? — спросил он, нервно ожидая, когда прогрузится система.
— Пока нет, они курят у входа. Так к кому ты спешишь?
Аллен строго посмотрел на него. Ему совсем не хотелось рассказывать про Канду, да и если бы Микк хотел, сам бы всё узнал. Что, правда, не мешало ему это сделать в ближайшем будущем. Телефон слабо пиликнул и на экран стали десятками приходить пропущенные звонки и СМС. Светловолосый в шоке ожидал, когда это прекратится. Даже Лави и Линали успели несколько раз ему позвонить. Похоже, Канда всех переполошил в поисках.
— Чёрт, мне правда нужно идти! — Аллен рванул к двери, но Тикки крепко ухватил его за руку. С его лица исчезла доброжелательная улыбка.
— Малыш, ты мне сейчас всё предприятие спалишь. Я запру тебя здесь и будешь сидеть тут, пока они не уйдут. Либо садись и мы спокойно поговорим это время, как в старые добрые.
Уолкер сильно разозлился. Но Микк сжимал его предплечье и красноречиво буравил его взглядом. Это могло бы плохо кончится. Выдернув руку из его хватки, мальчик сел обратно на своё место. Он настрочил сообщение Юу, что с ним всё в порядке и он скоро вернётся. Стоило ожидать, что телефон тут же начнёт звонить без всяких пауз. Пришлось снова его выключить.
— Божечки, тебя что, усыновили? Родители переживают?
— Нет, — хмуро ответил парень, сжимая свой старенький телефон в пальцах, — Но у меня правда появился человек, которому не безразлично, что я пропал ночью.
— Надо же. Ты дорог этому человеку. А он тебе?
— Да, — с лёгким смущением ответил Аллен, опуская голову ещё ниже.
— Но ты маленький завравшийся мальчик. Думаешь, ты будешь столь же дорог, если правда раскроется? — Уолкер не реагировал и Тикки подошёл к нему, опуская руку ему на плечо. — Для меня ты значишь очень многое, Малыш. Я тоже переживаю, но ты почему-то теперь меня отталкиваешь. На сообщения не отвечаешь, трубки не берёшь. Кто этот человек? Твоя девушка? Твоя новая мама или, может, новый папа?
— Какая тебе разница, — Уолкер вскочил с места, отходя от мужчины на несколько шагов.
— Просто интересно, — Микк присел на стул, на котором ранее сидел Аллен, подпирая голову рукой и как-то ехидно ухмыляясь, — Ты растёшь. Это очаровательно. Раньше рассказывал мне всё, приходил ко мне со своими проблемами. И я делал всё, что бы помочь тебе, Малыш, что же я получаю взамен? Лишь лёд и холод?
— И кучу денег, — буркнул мальчик, отворачиваясь. Микк рассмеялся, но спорить не стал.
Он с самого начала тянул Уолкера, с дня их первой случайной встречи. Было что-то в этом храбрящемся мальчишке такого, что притягивало и вызывало желание помочь. Но Тикки никогда не был альтруистом. Всякому добру была своя цена. И, наверное, он тоже считал, что Аллен расплачивался со всей ответственностью, которая не каждому взрослому была присуща. Действительно взрослее своих лет.
— Твой гадкий учитель скоро возвращается, не так ли? Я оплатил ему полный спектр услуг, но всякий тур рано или поздно заканчивается.
— Да, — нервы были уже на пределе, хотелось просто взять и убежать. Уолкер снова стал включать телефон, — Не думаю, что это будет проблемой в будущем.
— Малыш, послушай. Я правильно понимаю, что ты хочешь закончить всё это? — жестом Микк обвёл пустой игорный зал.
Светловолосый поднял на него задумчивый взгляд, а затем осмотрел полутёмное помещение. Он не мог сейчас согласиться с уверенностью. Его жизнь никогда не была сахарной, и терять такую возможность безопасно заработать не хотелось. И всё же, от мысли, что он будет заниматься этим всю жизнь, начинало подташнивать. Так что оставалось пожать плечами. Телефон в его руке снова выдал несколько пропущенных и снова начал звонить.
Аллен бежал домой со всех ног, по пути всё же отвечая на очередной звонок.
— Я скоро буду! — задыхаясь, кричал он, — Прости, я в порядке!
Ожидаемо, что в ответ ему по большей части летели нецензурные слова. Уолкер даже некоторые не знал, но думать об этом было некогда. Он бежал и просто слушал бесконечную тираду, одновременно чувствуя страх и страшную радость.
— Ты чего ржёшь?! — голос Канды был как никогда злым.
— Просто приятно, за меня никто так не переживал. Я буду через минут пятнадцать, если не задохнусь, — Аллен остановился на светофоре, тяжело дыша.
— Не сбрасывай звонок, я одеваюсь. Где мне тебя ждать?
Аллен искренне широко улыбнулся, называя пересечение нужных улиц. И почему он сейчас чувствовал себя таким счастливым?
После тёплых объятий на улице, залитой рассветным солнцем, Аллен получил то, что заслуживал. Звонкий подзатыльник и нравоучения в лицо. Но из-за его счастливой широкой улыбки у Канды даже поругать его толком не вышло. Пока улицы ещё оставались пустыми, они направились домой.
Канда сначала, как всегда, не пытался выведать напрямую куда ночью пропал его подопечный. Может хватит ума рассказать самому. Да и сейчас, после пережитого стресса, когда мелкий засранец живенько перепрыгивал через одну ступеньку в подъезде, ему больше и не хотелось читать нотации. Жив, здоров и улыбается — этого достаточно. Адреналин в его крови заканчивался, и стала накатывать усталость после нервной бессонной ночи. Благо, что завтра был второй выходной, хотя, правильнее сказать сегодня.
— Поговорим позже, — строго проговорил Юу, закрывая за собой дверь. — Сделай виноватый вид, а то я злиться начинаю.
Аллен послушно попытался унять свою улыбку. Кто ж знал, что это будет самое сильное оружие против ругани. Ему правда было приятно, что за него так сильно кто-то беспокоился. В те дни, когда он только отходил от своего ранения, казалось, что Канда оказался просто заложником ситуации. Оказался не в то время и не в том месте, после чего чувствовал себя обязанным довести дело до ума. Но с течением времени Уолкер всё же убедился в том, что это было скорее душевным порывом, нежели моральным. Сон не шёл даже несмотря на усталость. Его эмоции и мысли метались, одновременно цепляясь за прошедшие события, и упорно уносясь к тому, чему, может быть, суждено случиться.
