Удачная ошибка

Утро началось для Гарри неплохо. Благодаря зелью, юноша не мучился кошмарами. Точнее — ему вообще ничего не снилось. Более того, проснувшись в залитой солнцем комнате, парень не ощутил никакого волнения от вчерашних событий. В конце концов, Поттер знал, что рано или поздно, но его прошлое снова вторгнется в настоящее. Это был лишь вопрос времени, когда безумец вырвется из тюрьмы. И вот этот день наступил. Сейчас. Но его это уже не пугало. Нет. Проснувшись сегодня утром, юноша ощутил странный покой, который почти граничил с меланхолией, но отличался от неё. Словно штиль после бури, вслед за сокрушительной паникой к нему пришло долгожданное спокойствие и холодная рассудительность. Поэтому, вставая с кровати и улыбаясь новому дню, юноша был счастлив. Ведь если бы он не заступился за брата, если бы не весь этот отвратительный обман, если бы не Том, то... Поттер уже был бы мёртв. Взломать защиту Поттер-менора после побега из Азкабана для безумца — простая формальность. А вот Риддл-менор... Не-ет. Взломать, как говорят в народе — в шутку, но с долей страха, — «Цитадель Тьмы» было нереально. Даже Ему. Так что, проанализировав всё уже ясным сознанием, Гарри снова воспрянул духом. Удача по-прежнему с ним! А что ещё нужно для счастья? Как оказалось — нужно. Спустившись к завтраку, юноша не рассчитывал на компанию. Именно поэтому он обрадовался ещё больше, заметив Милорда за длинным столом. Поздоровавшись, парень направился к своему месту, попутно отмечая, что сегодня Том выглядит лучше. Лицо мужчины больше не было бледным, а во взгляде снова появилась оживлённость, которую можно заметить у хорошо отдохнувшего человека. Задумчиво просматривая свежий выпуск «Пророка», Милорд лишь кивнул на приветствие, не отрываясь от своего дела. Поняв, что маг чем-то занят, Гарри не расстроился и молча приступил к завтраку. Какое-то время в помещении стояла умиротворённая тишина, нарушаемая лишь редким шелестом страниц и звоном столовых приборов. Парень уже заканчивал завтракать, когда Том, тяжело вздохнув, отложил газету в сторону. Даже после этого глаза мужчины не утратили задумчивости. Посидев так ещё немного, Гарри уже решил уходить, когда маг неожиданно посмотрел на него. Ощутив напряжение, повисшее между ними, Поттер нерешительно улыбнулся. Волан-де-Морт удивился, но виду не подал. Ещё некоторое время буравя его проницательным взглядом, мужчина, с хорошо скрываемым недоумением, заметил: — Вижу, что всё уже наладилось. Гарри пожал плечами. — Не то чтобы всё, но стало снова хорошо. Том на это лишь иронично хмыкнул, но промолчал. Что ж, он сам дал этому ребёнку полный карт-бланш, и теперь лишь небо знает, какая за этим последует цена. Хотя маг сильно сомневался, что, несмотря на паническую атаку, его будущий супруг мог скрывать что-то важное. Ну, какие могут быть страшные секреты у ребёнка? Смешно. Поэтому, отставив выпитую чашку кофе, Том сказал парню следовать за собой и вышел из помещения. Вскоре они оказались в холле. Гарри почему-то подумал, что сейчас Милорд будет трансгрессировать, но вместо этого мужчина уверенно остановился рядом с двустворчатыми дверями. Находящиеся справа от главного входа и всегда закрытые, они явно скрывали за собой очередную гостиную. Так думал юноша, ранее не интересовавшийся ими. Но он снова ошибся. Толкнув двери, Лорд спокойно вошёл в немалое по своим размерам помещение. Солнечные лучи, гуляющие по начищенному мраморному полу, панорамные окна, занимающие две стены, и большие хрустальные люстры с незажженными свечами создавали приятное впечатление, скрашивая пустоту зала. Засмотревшись на расписной потолок в стиле известнейшего живописца конца XV века, парень незаметно для себя пересек зал и поднялся по ступенькам вслед за магом. Лишь преодолев последнюю ступеньку и ещё раз обведя взглядом впечатляющий вид, Гарри повернулся к Милорду. — Это бальный зал, — больше утвердительно, нежели вопросительно заметил Поттер. — Верно, Гарри. Ты же не забыл, что скоро приближается важная для нас дата? — Дата? — удивился парень, всё ещё находящийся под впечатлением от уведенного. — Ах, да! — встрепенулся он, со стыдом отмечая, что забыл про свой день рождения. Опять. — Точно, праздник. Хм, и... ты хочешь устроить по этому поводу бал? Оценив это наигранное незнание, Том хмыкнул: — Признаться, я не сторонник шумных мероприятий, но традиции обязывают. Надо же представить тебя обществу. — Не думаю, что этому самому обществу будет так уж интересна моя персона, — покачал головой парень. — А это уже никого не волнует, — ухмыльнулся Милорд, рассматривая светлый зал. — К тому же не скромничай, мой милый. Учитывая, в каком статусе ты будешь представлен, я уверен, что вокруг тебя весь вечер будет толпа желающих стать твоими самыми преданными «друзьями». Впервые услышав от мага «мой милый», Гарри смутился, ощущая, как щёки предательски порозовели. И хоть сказанные магом слова были нейтрального оттенка, парню всё равно было приятно это услышать. Отвлёкшись, Поттер не сразу осознал смысл сказанного. Когда же он всё понял, то былой жар стремительно стал покидать его лицо. — Это и пугает, — сам от себя не ожидая, произнёс на выдохе юноша. После этого он перевёл взгляд на залитый солнцем зал, и тот теперь не показался ему столь же привлекательным. Парень уже хотел погрузиться в новые размышления, когда услышал вкрадчивый голос: — Поясни. Это был не приказ. И вновь посмотрев на Тома, Поттер понимал, что он может промолчать или отшутиться, но... что-то не дало ему это сделать. Глядя во внимательные глаза мага, он неуверенно заметил: — Я сам... как бы... ну, не очень люблю такие мероприятия. — Почему? — с мнимым интересом спросил Милорд, хоть и сам знал ответ на этот вопрос. — Там будет много магов. Даже слишком много. И я... я... Наверное, мне будет тяжело из-за их пристального внимания. Прекрасно умея определять ложь, Волан-де-Морт видел, что ему говорят сейчас правду. Ту саму чистую правду, умение произносить которую он так высоко ценил в некоторых своих Пожирателях. И ту самую правду, которая незаметно загнала в ловушку своего нынешнего владельца. Ведь для Криса быть в центре внимания — подобно смыслу жизни. Но стоящий перед Тёмным Лордом юноша, кажется, забыл, чью роль официально все ещё играет. Окинув задумчивым взглядом отвернувшегося парня, Том лишь незаметно покачал головой. Оно того не стоило. Гарри только начал открываться ему. И хоть поощряемый десятилетиями эгоизм призывал поехидничать над ребёнком за его обман, но маг уже давно пережил возраст потакания сиюминутным желаниям. Слишком уж дорого обходились последствия подобной блажи. Вместо этого Волан-де-Морт взял юношу за руку и, глядя в изумлённо расширившиеся глаза, уверено заявил: — Не думай об этом. На балу, как и после него, я всегда буду с тобой. Тебе нечего бояться, пока я рядом. Я смогу защитить тебя от чего угодно или кого угодно. Ты ведь веришь мне? Чувствуя тёплую руку мага, Гарри замер, боясь пошевелиться и тем самым испортить это мгновение. Во рту у него пересохло. Щёки снова вспыхнули, но парень этого даже не заметил. Словно завороженный, он наблюдал, как большой палец Тома медленно оглаживает тыльную сторону его ладони. Прикрыв глаза, юноша незаметно, как ему казалось, наслаждался каждым проходящим мгновением. Ему сейчас было так хорошо. Здесь. Рядом с Томом. В абсолютной безопасности, защищенности и... какой-то неуловимой душевной теплоте. Поттер малодушно хотел, чтобы эти минуты продлились как можно дольше, но даже он понимал, что это не может длиться вечно. Поэтому, сделав над собой усилие, юноша открыл глаза и, глядя на Волан-де-Морта, негромко выдохнул: — Да. Я верю тебе... Том. И, не отрывая взгляда от лица Тёмного Лорда, он неосознанно сжал его руку, продолжив: — Но я так же хочу, чтобы и ты верил мне. Ну, насколько это возможно... Если это вообще возможно. Сделав глубокий вдох, словно вместе с воздухом наполняясь решимостью, Гарри уверенней продолжил: — Поэтому, Том, мне нужно сказать тебе кое-что очень важное. Я знаю, что уже давно должен был это сделать, но лишь теперь мне... Парень резко замолчал, заметив, как неожиданно изучающее лицо мага раздражённо скривилось. Мужчина резко отпустил руку парня, чем окончательно ввёл того в ступор. — Я... я что-то не так сказал? — неуверенно уточнил Гарри, чувствуя опустившейся вниз рукой неприятную пустоту. Услышав это, Том сфокусировал на нём свой взгляд. Быстро осознав случившееся, Милорд постарался как можно мягче ответить: — Нет, Гарри. Всё в порядке. Просто мне срочно нужно отлучиться. Я только что узнал, что возникли непредвиденные... «обстоятельства», — мужчине и самому было неприятно это говорить, но поступивший сигнал по метке от Долохова был недвусмысленным. — Я надеюсь, мы можем перенести наш разговор на вечер? Это ведь не настолько срочно и важно? Поттер отрицательно помотал головой, всё ещё не до конца придя в себя. — Хорошо, я рад, что мы поняли друг друга, — довольно произнёс Лорд, поднимая руку и практически нежно проводя её тыльной стороной по мгновенно вспыхнувшей щеке юноши. — Да, и ещё. Гарри, у меня к тебе будет просьба. Чувствуя, как аристократически тонкие пальцы мага проходят по его скуле, парень в этот момент готов был согласиться на что угодно от неожиданной и ненавязчивой, но такой приятной ласки. — Что от меня требуется? — О, немногое. Мне нужно, чтобы ты проконтролировал подготовку к грядущему торжеству. К сожалению, у меня на это совсем нет времени, но и без внимания оставлять подобное было бы недопустимо. Видя, как в глазах парня проскользнуло разочарование, когда он убрал руку от его лица, Том с довольной улыбкой окончил: — В холле уже ждут маги, которые тебе во всём помогут. И помни — целитель настоятельно рекомендовал тебе как можно больше отдыхать. Поэтому не перетруждай себя. — Да, конечно, — кивнул парень, с сожалением наблюдая, как Тёмный Лорд стремительно спускается по ступенькам и, преодолев зал, исчезает в дверном проёме. В груди Гарри появилось неприятное, щемящее чувство. Вот и поговорили. С досадой прикрыв глаза, юноша мысленно попенял на себя за нерешительность и слабохарактерность. Ведь он мог прямо сказать Тому о случившемся обмане. Но нет. Не хватило духа. И страх потерять всё, что он сейчас имеет, потерять расположение мага тоже не добавил решимости в этом деле. Лишь взяв с себя слово, что всё решится за ужином, и он обязательно обо всём расскажет Милорду, Гарри поспешил к выходу. Том не соврал, и стоило юноше ступить в холл, как он тут же попал под внимание пары глаз. Высокий элегантный мужчина и хрупкая с виду блондинка. Эта парочка гармонично смотрелась вместе, дополняя друг друга. И если девушка была парню незнакомой, то платиноволосый мужчина с длинной, собранной изумрудной лентой косой за спиной, кого-то смутно напоминал Гарри. — Оу, мсье Поттер? Какая честь видеть вас! — первым нарушил молчание мужчина и лучезарно улыбнулся. — Позвольте представиться. Вейлр Малфой — к вашим услугам. Мужчина элегантно склонил голову в поклоне. Что ж, вопрос, кого напоминал Гарри этот мужчина, отпал сам собой. И помня многочисленные побочные ветви семьи Малфоев, о которых не раз рассказывал ему Драко, юноша даже боялся спрашивать, кем этот мужчина приходится его другу. Вспомнив о правилах хорошего тона и подумав, что ничем не рискует, парень выдавил из себя: — Гарри Поттер. Очень приятно, мистер Малфой. — Взаимно, мсье Поттер, взаимно! Не передать словами, какую мне и моему роду оказали честь, пригласив меня из Франции для проведения грядущего торжества. — Значит, вы — распорядитель бала? — Можно и так сказать. Ах, такой юный возраст, но уже какая проницательность. Это восхитительно, мсье, восхитительно! — восторженно, пусть и не выходя за рамки приличия, воскликнул Вейлр. Всем своим видом мужчина словно говорил об искренности своих чувств, но юноша видел, что ни капли этих эмоций не коснулось расчётливых и оценивающих глаз. От этого Гарри стало сильно не по себе. — К слову, позвольте вам представить мою, также как и вы, юную, но уже столь одарённую помощницу, — волшебник повёл рукой в сторону замершей рядом с ним девушки. — Флёр Делакур, одна из лучших выпускниц академии Чародейства и Волшебства «Шармбатон». — Очень приятно, — Гарри на мгновение замялся, быстро оценивая статус девушки, — мисс Делакур. — Ах, ‘Арри, это де‘гствительно большая честь для меня — при‘гсутствовать з‘гесь, — присев в лёгком реверансе, промолвила девушка. Было заметно, что английский им давался по-разному. И если в случае Вейлра это ограничивалось слегка заметным французским акцентом, то картавость Флёр было не скрыть. Ещё раз оглядев вежливо улыбающуюся девушку, Гарри не сразу смог оценить её красоту. Она была не просто красива. Изящные формы тела, плавно перетекающие из одного в другое движения, изысканные манеры и как будто светящееся внутренним светом лицо — всё оставляло неизгладимое впечатление о девушке. Бесспорно, такая красавица разбила немало сердец. Вот только для юноши вся яркость стоящей перед ним красотки казалась какой-то... блеклой. Словно выцветшей, как старая фотография. И, в отличие от Малфоя, который время от времени бросал мечтательные взгляды на стоящую рядом с ним особу, Гарри абсолютно ничего не чувствовал к ней. Это было странно, учитывая, что Флёр выглядела намного привлекательней тех учениц Хогвартса, которых Гарри видел в конце учебного года. Впервые задумавшись над этим, парень с удивлением признался себе, что никогда и не интересовался девушками. В смысле — сначала не интересовался, а потом он узнал о Томе и... и больше для него никого не существовало, как и не существует по сей день. Мысленно покачав головой от своей невнимательности, Гарри, преодолевая сильную неловкость перед новыми людьми, неуверенно подвёл черту знакомству: — Очень приятно. Судя по скептическим выражениям, промелькнувшим в глазах гостей, они не слишком в это поверили, но возражать не стали. А дальше для парня начался ад. Точнее — Ад с большой буквы, но под конец дня и это слово уже не передавало всё, что пережил юноша. Бал. Казалось бы, красивое слово, олицетворяющее мечту практически любой девушки, да и парня, подростковых лет. А уж если данное событие устраивали в честь этого самого подростка, то счастью не должно было быть границ. Именно это Гарри приходилось наблюдать на балах, которые он посещал со своей семьёй. Но оказалось, что у пышных и роскошных торжеств была и другая сторона. Мысль о бале в его честь никогда не воодушевляла Гарри, но он и помыслить не мог, что вскоре будет тихо ненавидеть её. А начиналось всё так безобидно. Флёр и Вейлр прошли вместе с Гарри в бальный зал и уже тогда, по их загоревшимся глазам, парень понял, что будет сильно скучать по недавнему одиночеству. Последующая пара часов лишь подтвердили это, так как именно столько времени они потратили на разговоры и обсуждения где, что и как будет размещаться. Юноша готов был поклясться, что он раньше даже не задумывался, что от размещения и длины ковровой дорожки, ведущей со второго этажа в зал, может хоть что-то измениться. Но нет. Мистер Малфой клятвенно заверял, что знал, как минимум, пару примеров, когда это привело чуть ли не к летальным исходам. — Мсье Поттер, — пылко говорил он, — один из таких примеров случился совсем недавно. Всего пару лет назад, я был удостоен чести посетить венский бал, устраиваемый почтенной семьёй Груберов. Так вот, не хватило всего десять сантиметров ковровой дорожки, чтобы юная наследница правильно взошла и прошлась по ней. И знаете, что дальше случилось, мсье? Она споткнулась! Представляете? Споткнулась на балу, на ровном месте! — Это ужасно, — печально вздохнул Гарри, мысленно искренне оплакивая те чудные дни тишины, которые он так не ценил. К сожалению, даже десятиминутная лекция Малфоя не угомонила его пыл. Поначалу Поттер ещё пытался хоть что-то решать или переубеждать, сомневаться в целесообразности перестановки тех или иных предметов. Но под конец — лишь махнул рукой на разошедшуюся парочку. Прислонившись спиной к перилам, весь второй час парень только и делал, что успевал вовремя кивать на решения, которые принимала эта сумасшедшая парочка. Ведь если он не успевал этого сделать, то один из них поворачивался к нему и с маниакальным блеском в глазах бурно пояснял, почему они так решили. Размещение столов вдоль стен, их количество, их высота, их длина, их цвет и обязательно материал, из которого должен быть этот предмет мебели — всё это занимало прорву времени у ходящих по залу магов. И это они обсуждали только столы! Люстры, статуэтки, вазы, ковры, шторы, подсвечники и даже необходимость живых цветов — всё это и многое другое полностью убило гаррин день. Поэтому, выйдя из зала и попрощавшись с гостями, юноша не удивился, заметив за окном сумерки. И ведь это был не конец! Со слов Флёр, завтра им предстояло в срочном порядке определиться с едой и напитками. И то, что это простое с виду действие займёт у них ещё один — Мерлин, помоги! — день, парень уже не сомневался. Более того, всё это настолько выбило его из колеи, что, сидя за ужином напротив Милорда, Гарри молча передвигал еду в своей тарелке. Он пребывал в странной прострации, и сил ни на что у него уже не было. Сам же Волан-де-Морт внимательно вчитывался в бумаги и не обращал внимания на тихого жениха. Его сегодня такое поведение парня устраивало. Чувствуя, что скоро школа Чародейства и Волшебства Ильверморни будет у него ассоциироваться с самыми грязными ругательствами, Том мысленно проклинал твердолобость директора этой школы, который ему сегодня прислал новый список причин, так называемых «беспокойств», из-за которых всё ещё сомневался в допустимости участия его школы в Турнире. И хоть было видно, что оппонент явно начинает сдавать позиции, и его согласие — лишь вопрос времени, терпение Волан-де-Морта тоже было не вечным. Слушая время от времени тихое змеиное шипение, доносящееся с противоположного конца стола, Гарри закончил ужин. Пожелав добрых снов, он, незамеченный хмурящимся Томом, покинул зал. Несмотря на относительно раннее время, заснул юноша мгновенно. Скорее даже отключился. Но это не спасло его от ночных кошмаров, которые словно только дожидались того момента, когда его голова коснётся подушки. Парень всю ночь постанывал, метался по кровати и даже пару раз просыпался с немым криком на губах. Утром же он так ничего и не смог вспомнить о своих сновидениях. В итоге, хоть юноша и выспался, но сон не принёс ему и капли сил. Более того, неприятное вчерашнее чувство дискомфорта в груди только окрепло и хоть ещё не причиняло боли, но и игнорировать его при движениях становилось всё трудней. Впрочем, парень списал всё это на муки совести. Трудно сказать, почему он решил, что совесть находится именно по центру груди, но факт оставался фактом — завтра бал, а он так и не сказал Тому правды. И то, что Гарри проспал сегодняшний совместный завтрак, вовсе не оправдывало парня в собственных глазах. Но долго думать об этом ему не дали ждущие в холле Флёр с Вейлром. Сегодня эта парочка понравилась Гарри ещё меньше, чем вчера. И дело здесь было не в их искреннем энтузиазме или любви к своей работе. Нет. Просто парень неожиданно для себя заметил, как смотрит на него юная мисс Делакур, когда уверена, что он этого не видит. И ему это не понравилось. Совсем. Голубые глаза девушки постоянно наполнялись лёгким презрением и пренебрежением, а выражение её кукольного лица становилось недоумевающим, словно она пыталась понять, что же такого сильнейший маг Британии смог найти в этом нескладном подростке. И, судя по регулярности таких взглядов, ответа она так и не нашла до сих пор. Мистер Малфой явно разделял её мнение, но опыт давал преимущество, и Поттер ни разу не смог заметить за изворотливым блондином хоть каплю выказанного им неприятия. Как и ожидалось, даже с едой и напитками легко разобраться не получилось. Но в отличие от размещения предметов в зале или согласования символики на них, здесь Гарри не мог ничего возразить по той простой причине, что мало что смыслил в этом. Пил юноша лишь однажды, и то это было на спор с Крисом и ограничилось одним бокалом вина. Разумеется, это не сделало его знатоком в этом вопросе. Посему, слушая многочисленные названия вин, пуншей и других алкогольных напитков, парень лишь пожимал плечами и молчаливо соглашался с доводами своих помощников. То же касалось и еды. Предложенная Малфоем смесь английской и французской кухни осталась за пределами понимания юноши. Но на балы редко кто приходит, чтобы поесть. Поэтому быстро согласившись на всё, Поттер решил не заострять на этом внимание. Единственным положительным моментом этих дней стало неожиданное открытие парня. Оказывается, Том не просто тогда водил его по бутикам Косого переулка. Так, по совету домовика заглянув в ранее пустой шкаф, парень увидел ряды висящих костюмов и полки, заполненные самой разнообразной одеждой, цветовой гаммой колеблющейся от светло-зелёных до чёрных оттенков. Даже не присматриваясь к крою и фасону было видно, что одежда фирменная и сшита на заказ. Посему проблема костюма для бала отпала сама собой. Но поблагодарить Тома за такую щедрость Гарри так и не смог. На ужине мага не было, и парню приходилось в одиночку заставлять себя впервые за день хоть что-то съесть. Это было нелегко, так как аппетита совсем не было. И то, что поднося ложку ко рту, в его голове раздавался напыщенный голос Малфоя или делакурово «‘Арри», тоже его не добавляло. Зато этой ночью кошмары парня не мучили. Видно, решили, что их ему хватает и днём. Парень спокойно проспал всю ночь, но легче ему от этого не стало. Проснувшись в день бала, своего дня рождения и совершеннолетия, юноша с трудом заставил себя встать с кровати. Странный дискомфорт, не дававший ему вчера покоя, сегодня превратился в сильную боль. Его грудь словно изнутри разрывали когтями. Дышать получалось не всегда, и каждому движению лёгких сопутствовала вспышка тупой боли. И что-то подсказывало парню, что это не совесть изводит его. Но времени сесть и подумать уже не было. Бал начинался в семь часов вечера, и до этого времени парень решил во что бы то ни стало поговорить с Томом. Сегодня он снова странным образом проспал завтрак, а посему сразу направился в кабинет мага. Но его постигло разочарование — Милорда там не оказалось. Привалившись к закрывшейся двери, парень, болезненно поморщившись, сделал пару отрывистых вдохов. Неужели Том сейчас в министерстве? И когда он тогда вернётся? К началу бала? Это было бы худшим из вариантов. Но с этим Гарри уже ничего не мог поделать. Ещё раз сделав серию осторожных вдохов и выдохов, парень направился в бальный зал. Его обязанности никто не отменял. Направляясь по многочисленным коридорам менора, Гарри то и дело замечал домовиков, мечущихся и суетящихся над последними деталями праздника. Если коридоры и некоторые гостиные временные перемены тронули вскользь, то бальный зал, в который медленно вошёл парень, изменился кардинально. И в первую очередь это коснулось его и без того немалых размеров, которые были расширены специальными чарами, чтобы вместить в себе семьсот тридцать четырёх приглашенных гостей. Замерев на пороге, Гарри с неверием воззрился на открывшийся вид. Правда, в этот момент его заставило замереть не столько пышное и роскошное убранство зала, сколько человек, стоящий рядом с распорядителем и его помощницей. — Том?! — вырвалось у парня, прежде чем он успел усомниться в актуальности такого обращения на людях. Первой повернувшись к нему, Флёр недовольно скривила губы. Судя по её недавнему весёлому тону, девушка вовсю старалась заигрывать с Милордом, но приход будущего супруга нарушил все её планы. Малфой же не изменился в лице, всё так же продолжая излучать подобострастное восхищение. Но парень это заметил лишь мельком. Всё его внимание сейчас было приковано к последнему обернувшемуся к нему мужчине. Бросив на стоящих рядом с ним магов красноречивый взгляд и дождавшись, когда они поспешно закроют за собой двери зала, Милорд лишь тогда позволил себе ухмылку: — Доброе утро, Гарри. Должен признать, ты проделал хорошую работу. Смотрится весьма достойно. Юноша против воли улыбнулся. — Сожалею, — начал он, останавливаясь в центре зала, напротив мужчины, — но моей заслуги в этом немного. Практически всю работу сделал Вейлр с Флёр. Я лишь немного подкорректировал некоторые их совершенно уж заумные, а точнее — безумные идеи. — От тебя большего и не требовалось, — кивнул маг, только сейчас, присмотревшись, замечая бледное состояние своего жениха. — Настоящий лидер должен уметь направлять и поправлять, а для подавления творческих порывов есть и руководители. Гарри на это лишь покачал головой, но промолчал. — Впрочем, это определённо не та тема, которую стоит обсуждать в такой день. Милорд хитро сверкнул глазами и неожиданно сократил разделяющее их расстояние. Парень успел заметить коварную полуулыбку на губах мага, когда, медленно наклонившись к нему, Том мягко поцеловал юношу в уголок дрогнувших губ. — С днём рождения, Гарри, мой будущий супруг, — прошептал он нежно, практически интимно в его губы. От этого сердце парня, пропустив удар, забилось сильнее. Стоя с приоткрытым ртом, он медленно коснулся горящего места поцелуя. Пожалуй, самого целомудренного поцелуя, который только можно представить. Но всё же. Волан-де-Морт мысленно ухмыльнулся. Бледность спала с лица парня, а на смену ей пришел очаровательный румянец. И, да, так мужчине нравилось гораздо больше. — Том... Стараясь прийти в себя, но путаясь в мыслях и чувствах, Гарри неопределённо добавил: — Спасибо. В смысле, не за это... — парень прикрыл рукой место поцелуя, краснея ещё сильней. — Я имел в виду... В общем — спасибо за поздравление. Более путано изъясняться юноше ещё не приходилось, но мыслить связно у него не получалось. — Пожалуйста, — невинно заметил Том, из глаз которого всё ещё не ушло коварство. Неожиданно грудную клетку парня обожгло невиданной ранее болью. Мгновенно побледнев, Поттер прижал руку к груди. — Что случилось? — нахмурился Милорд, от внимательного взгляда которого не укрылись эти разительные изменения. — Ничего, — пробормотал юноша, преодолевая боль. — Вроде ничего. Хотя... — это напомнило ему о другом. Более важном. — Том. Нам нужно поговорить. Это важно. — Лучше потом, — серьёзно заметил маг, в голосе которого проскользнуло беспокойство. — Нет, ты не понимаешь. Потом будет поздно. Сейчас... — Гарри... — Том, послушай меня. Я... я... Видя, как расширились глаза мужчины, парень вместе с этим ощутил, как что-то потекло у него из носа. Словно во сне, юноша медленно провёл пальцами по лицу и, отстранив руку, увидел на ней... кровь. Свою кровь. Том, кажется, что-то сказал ему. Или нет. Гарри не был уверен, так как перед его глазами всё резко поплыло, и он провалился во тьму. Парень не мог ручаться в том, сколько пробыл в беспамятстве, но когда он очнулся в своей комнате, за окном ещё светило солнце. А напротив его кровати стоял Милорд... Дежавю. В отличие от прошлого раза, парню потребовалась пара секунд, чтобы всё вспомнить. Видно, стал появляться опыт во внезапных потерях сознания. Позор. — И что со мной случилось на этот раз? — хрипло спросил Гарри, неудачно пытаясь перевести всё в шутку. Том, выражение лица которого могло напугать стаю дементоров, не оценил этого. — Не считая того, что ты снова потерял сознание у меня на руках? Ничего нового. Целитель, обследовавший тебя, сказал, что это обычное переутомление, — ровным голосом констатировал маг. — Переутомление? — удивился парень, вместе с тем не ощущая никакой боли в груди. Неужели он действительно так переутомился? Добровольно довёл себя до такой крайности? Странно, на него это не похоже. — Извини, — неловко пробормотал юноша. — Обычно я так часто в обморок не падаю. — Ничего страшного, — заверил маг, после чего всё же едко прибавил: — Видно, это неблагоприятная энергетика моего менора так на тебе сказывается. — А ещё расположение звёзд и планет, — поддержал мужчину парень и попытался приподняться. Не вышло. Зато головокружение послужило недвусмысленным намёком, что продолжение данного действия будет чревато не самыми приятными последствиями. Быстро оценив самочувствие парня, Том заметил: — Твоё состояние сейчас удовлетворительно, но целитель очень не советовал вставать тебе с кровати в ближайшие дни. Откровенно говоря, он не даёт никаких гарантий, что с тобой всё будет хорошо, если ты сегодня хоть немного напряжёшься. — Но бал, Том... — Да, я знаю, — нетерпеливо перебил его маг. — Бал. Твой бал, твое присутствие на котором просто необходимо. Волан-де-Морт сделал паузу и внимательно посмотрел в растерянные глаза юноши. — Я... выдержу? — парень хотел это произнести решительно и утвердительно, но со слабым и подрагивающим голосом у него ничего не вышло. Том снова промолчал. Через пару минут что-то обдумав и решив, он всё же ответил: — Как знать. Август Сепсис, твой целитель, оставил зелье «Обнус», относительно новую разработку Гильдии Зельеваров. С помощью него, ты сможешь выдержать весь вечер, не без последствий, конечно. Но это если ты уверен в себе. Если же нет... — Я уверен! — уже Гарри перебил Тома, не желая падать в его глазах ещё ниже, чем сейчас. После чего он слабеющей рукой потянулся к алому пузырьку на прикроватном столике. — Я сейчас выпью это, Том. Но потом... потом нам нужно будет серьёзно... поговорить.

***

Напольные часы пробили половину восьмого вечера, а гости всё прибывали. Входя в прекрасно освещённый бальный зал, они медленно растворялись в море разноцветных женских платьев и тёмных мужских костюмов. Праздник только начинался. Стоящий у подножия лестницы Милорд равнодушно взирал на это торжество лицемерия и тщеславия. Том этого не любил. Нет, он терпеть не мог все эти пышные торжества, на которых можно было как завести союзников, так и стать мишенью для врагов. Окинув цепким взглядом периметр помещения, Милорд с удовольствием заметил своих верных Пожирателей, точнее — мракоборцев, стоящих вдоль стен с амулетами невидимости. Невидимых для всех, но не для него. Конечно, это была уже лишняя мера предосторожности. Без его разрешения ни один из присутствующих здесь магов не смог бы пронести с собой ни амулета, ни яда, ни чего бы то ни было, способного навредить. Но из-за бала Тому пришлось отключить половину защиты менора, что привело его параноидальную натуру в крайне скверное расположение духа. Словно без этого у него было недостаточно отвращения к этому пышному и роскошному сборищу продажных шакалов и ослепительных лицемеров. Мысленно скривившись, Том вальяжно отпил вина из своего бокала. К сожалению, его любимый виски был сейчас неуместен. Но на безупречном выражении лица испытываемое им недовольство никак не отражалось, и он чинно поприветствовал приблизившегося к нему немецкого посла. Перекинувшись парой формальных фраз, Лорд передал мужчину подошедшему Джагсону, который как раз работал в Британском филиале Международной конфедерации магов, и налаживать международные связи — было одной из его прямых обязанностей. Ещё раз оглядев переливающейся всеми цветами зал, взгляд Милорда невольно остановился на находящемся рядом с ним юноше. Стоя со спокойным выражением лица, Гарри выглядел очаровательно в сшитом на заказ костюме-тройке. Взгляд тёмно-зелёных глаз равнодушно блуждал по абсолютно незнакомым ему лицам, но при этом парень не забывал вежливо приветствовать вместе с Томом подходящих к ним гостей. Гарри... Лорд готов был поклясться, что из всех магов, которых ему доводилось раньше встречать, этот ребёнок был самым непредсказуемым. Нелогичным. А временами и вовсе напоминающим Бомбарду с замедленным действием. Чего уж стоит один утренний инцидент с этим обмороком. А ведь ребёнок даже не представляет, как близок был летальный исход. И причина подобного тоже не утешала. Но, с другой стороны, он успел всё сделать вовремя... Новые гости отвлекли Тома от его размышлений и, поприветствовав чету Боунсов, он снова вернулся взглядом к стоящему рядом жениху. Спокойное, даже пустое выражение его глаз и скучающий вид говорили Волан-де-Морту о многом. Мысленно поморщившись, Том позволил себе незаметно покачать головой — иногда он переигрывал, чем удивлял даже самого себя. Но этот раз, пожалуй, превзошёл все остальные. Хотя... Покосившись на напольные часы, удобно расположенные у ближайшей стены, Милорд с трудом сдержал себя от торжествующей улыбки. Без трёх минут восемь. А это означает, что скоро бал дойдёт до своего официального начала. Того самого начала, когда он представит всему высшему свету Британии своего будущего супруга и, станцевав с ним первый танец, сможет удалиться с Долоховым и обговорить одну из неприятнейших на данный момент трудностей. Повернувшись к Гарри, Том без слов взял его под руку и молча начал подниматься с ним наверх. Уже преодолев последнюю ступеньку, Милорд с поистине королевской грацией замер на вершине лестницы, откуда открывался прекрасный вид на огромный бальный зал. Заметив это, по залу пробежались быстрые шепотки, и вскоре в помещении, рассчитанном на семьсот человек, воцарилась абсолютная тишина. Прерывать её Том не спешил. Стоять под таким пристальным вниманием было для него привычно. И как же было приятно видеть всё более напрягающиеся лица от неумолимо затягивающейся паузы. Медленно, словно ленясь, Волан-де-Морт вытащил волшебную палочку из внутреннего кармана своей изумрудной мантии. Хотя гости и понимали, что живут в мирные времена, но напряжение от этого практически невинного жеста мужчины только возросло. Том же, напротив, ещё больше упиваясь созданной им атмосферой, неспешно направил кончик палочки на своё горло: — Сонорус, — холодно произнёс он, прекрасно понимая, что в подобном шоу не было никакой необходимости. В тишине бального зала его бы и так услышали, а для этого заклинания ему не требовались сказанные вслух слова, как и сама палочка, но... Том решил не отказывать себе в такой малости, как лишний раз продемонстрировать свою палочку — второй его символ, после метки Пожирателей, в прошедшей войне. Реакция не заставила себя ждать, и взгляды даже самых уверенных в своих силах магов заполнила прозрачная дымка страха. Они всё помнят. И уже никогда не забудут. Отлично. И хоть мужчина понимал, что политика страха — далеко не самая удачная, но именно страх помогал магу удерживать абсолютную власть над массами даже в такие непростые времена. — Маги Великобритании. Аристократы. Элита нашего общества, — величаво начал Волан-де-Морт твёрдым голосом. — Я рад приветствовать сегодня вас всех в своём доме. Ещё с тёмных времён, до подписания Статута о Секретности, мы знали цену единства и важность силы каждого, входящего в это сообщество, как отдельной величины. С гордостью могу сказать, что, несмотря на войну и временные нынешние трудности, каждый из присутствующих здесь магов смог стать достойной личностью нашего магического общества. Того самого общества, которое сегодня пополнится ещё одним именем. Том, всё ещё поддерживая парня за руку, несильно потянул его вперёд, заставив поравняться с собой. — Я с удовольствием хочу представить вам моего жениха и будущего консорта Великобритании — Гарри Джеймс Поттер. Сделав эффектную паузу, Волан-де-Морт видел, как напряжение, сковывающее всех в самом начале его речи, медленно спадает, а на смену ему приходит праздничное волнение и страстное желание обсудить между собой только что услышанное. Отлично. Учитывая, что этот бал, кроме очевидных функций, предназначался ещё и как благоприятное событие, способное отвлечь магов от сбежавшего маньяка, то пока всё шло как по маслу. Такая новость надолго займёт передовицы газет и умы волшебников Британии. Удовлетворившись полученным результатом, Том незаметно щёлкнул пальцами, и перед ним появился домовик в торжественной одежде с изумрудной символикой. Не выдержав этого, по залу таки поползли перешептывания. Но Тёмный Лорд на это не обратил внимания. Взяв с подноса бархатную коробочку, он повернулся к жениху и открыл её. С чёрной ткани на него смотрело то самое кольцо со змеями, которое он месяц назад заказал у седовласого старца из Лютного переулка. Мастер, чья семья уже не первое поколение посвятила себя ювелирному делу, сделал всё в точности по предоставленному эскизу. Получив готовое кольцо только перед балом, Том ещё не успел проверить правильность наложенных на него защитных чар и рассмотреть сам артефакт. Поэтому, увидев, что внешне всё сделано верно, мужчина испытал небольшое облегчение. Снова обратившись к залу, он торжественно продолжил: — Поэтому, в дань вековым традициям, что объединяют всех нас, я сегодня преподнесу своему жениху Первое Кольцо из Трёх Колец Единства — Признание. Возбуждённый шепот стал громче. А некоторые и вовсе подались вперёд, чтобы лучше всё видеть и как следует запомнить этот исторический момент. Сам же Милорд на это уже не обращал внимания. Взяв руку всё ещё равнодушно смотрящего на него юноши, мужчина медленно надел на его безымянный палец прохладный артефакт. Что-то неприятное заворочалось у него в душе, отдалённо напоминая дурное предчувствие. Но ещё до того, как Волан-де-Морт успел это осознать, стоящий рядом с ним юноша вздрогнул. Словно в дурном сне, всё замедлилось для Тома. Поэтому он с пугающей чёткостью увидел, как, не пробыв на пальце и минуты, изумруд кольца мгновенно покраснел. Засветившись, камень резко ударил красной искрой в грудь ошеломлённого Поттера. Прямо в сердце. Расширенные зелёные глаза остекленели, и это последнее, что увидел Том, так как время снова вернуло свой привычный бег. Шокированный не меньше других, Милорд не заметил, как хрупкое юношеское тело начало неумолимо падать, ударяясь об ступеньки и скатываясь вниз. Лишь когда раздался глухой звук, Волан-де-Морт очнулся, чтобы увидеть, как, растянувшись в начале лестницы, сломанной куклой лежит тело Гарри Поттера. Тело, остекленевший и потухший взгляд которого устремлён в потолок, а изо рта тонкой струйкой сочатся капли крови, стекая на идеальной длины изумрудный ковёр... Несколько минут в зале стояла оглушительная тишина, после чего послышались первые крики, и начался хаос.