Удачная ошибка

В холле воцарилась тишина. Первым пришёл в себя Драко: — Доброй магии. — Право же, юный Малфой, к чему так официально? — услышал Поттер мягкий голос. Обернувшись на него, Гарри не сразу поверил, что он принадлежал испугавшему его волшебнику. А вновь встретившись взглядом с мужчиной, он и вовсе усомнился в увиденном ранее. Ведь не мог же вот этот участливый маг ещё совсем недавно так оценивающе и пугающе-хищно на него смотреть? Хотя... парень не мог сразу облечь в слова обуревающие его чувства, но что-то сильно напрягало его в маге, одетом в элегантный костюм-тройку и такую же чёрную мантию. Заметив на себе внимательный взгляд юноши, мужчина восхищённо воскликнул: — Ах, милостивая магия! Вы только посмотрите. Да это же наш сиятельный принц! Наш консорт! И видя ошеломлённое выражение лица парня, маг быстро преодолел разделяющее их расстояние и, взяв гаррину руку, затряс её. — Как же я рад этой встрече, ваше королевское высочество! Как рад, так рад! — Д-д-да, — Поттер буквально вырвал свою руку из неслабого такого рукопожатия. — Да, — повторил ошеломлённый парень. — Я тоже. Наверное. Да... рад. Отойдя на шаг от сияющего восхищённой улыбкой волшебника, Гарри быстро посмотрел на не менее удивлённого друга. Правда, к его чести, Драко свои чувства выражал менее заметно, чем не скрывающий своего потрясения Поттер. Единственное, что выдавало Малфоя — это слишком напряженный взгляд для безупречно-спокойного лица. Поняв, что помощи ждать не приходится, Гарри собрался и обратился к внимательно смотрящему на него волшебнику: — Вы ошиблись, сэр. Я не принц, и не консорт, и уж тем более не принц-консорт. И... Простите, не знаю, как к вам обращаться. Всплеснув руками, маг ужаснулся. — Я забыл представиться! Какое невежливое упущение с моей стороны, — после чего, слегка поклонившись, торжественно сказал: — Антонин Долохов, к вашим услугам, ваше королевское высочество. И заметив, что Гарри уже хочет запротестовать, непоколебимо добавил: — И да, вы — наш принц. Слова Милорда никогда не подвергаются сомнениям, а на балу именно так он вас представил. Но будет уже, — легкомысленно отмахнулся мужчина. — Что мы право, оставим этот официальный тон. К слову, зовите меня Тони. Ведь я уверен, ваше высочество, мы с вами подружимся! И снова эта обезоруживающая улыбка мага, которая почему-то не добавляла Гарри уверенности в осуществимости последнего заявления мужчины. Да и этот доброжелательный, но в тоже время цепкий взгляд Долохова сильно напрягал парня. Как-то не вязался он с представленным мужчиной образом «добряка-простака». Но в своих наблюдениях и выводах юноша не был уверен. Может, он и наговаривает на сильно смущающего его мужчину. Который, кстати, здесь был не один. Заметив, куда устремился взгляд юноши, Антонин вновь театрально всплеснул руками. — Ах да, милостивый Мерлин, что же у меня сегодня с памятью?! Позвольте представить вам моего... сегодняшнего напарника. Бартемиус Крауч-младший. Но его можно звать и просто Барти... — Не стоит, — впервые подал голос ранее стоявший поодаль от них мужчина. В отличие от Долохова, Крауч не лучился и каплей оптимизма. На Гарри он особо не смотрел, когда же их взгляды встречались, то парень видел холодное безразличие по отношению к себе. Словно мужчина тяготился не только своим присутствием здесь, но и возможностью видеть новоиспеченного «принца». А ведь фамилия этого мужчины о чём-то говорила Поттеру. Он не смог сразу вспомнить, где слышал её, но ему почему-то казалась, что вряд ли она была упомянута при нём в хорошем контексте. Но где же он её слышал? И от кого? Задумавшийся парень не заметил, как хитро прищурились глаза Долохова. В следующую минуту Тони с добродушным видом отмахнулся от «напарника». — Право же, Барти, не будь злюкой. Ты ведь не меньше меня рад приходу нашего Солнца всея Британии! Крауч одарил Тони нечитаемым взглядом, а Гарри вздрогнул от нового эпитета в свой адрес. — Ну что, молодые люди, как вы говорите — начнём шопинг? М-да, глядя в предельно честные глаза Антонина, Поттер снова подумал, что сегодня будет невероятно долгий и сложный день. И не ошибся. Но всю правильность своих подозрений юноша осознал несколькими часами позже. Сейчас же, переместившись по каминной сети в «Дырявый котёл» и кивнув дружелюбному бармену Тому, Гарри понадеялся, что все будет хорошо. В конце концов, кто бы ни были эти маги, они назначены Милордом его охранять, а Том, как заметил ранее мистер Долохов, не ошибается. Ободрённый этими простыми мыслями, Поттер ступил на брусчатку Косого Переулка. Но с этого момента его благожелательный настрой стал исчезать просто на глазах. Поначалу окружающие их маги не сильно уделяли внимания элегантно одетым мужчинам с двумя подростками. Но вот в толпе прошелся шепоток, и новость быстро распространилась из уст в уста, и вскоре волшебники не просто в открытую глазели на них, а ещё и временами показывали пальцем. С одной стороны, идти стало легче, так как люди поспешно расступались перед ними и шарахались, как от прокажённых. Но даже этот слабый бонус не принёс Гарри ни капли облегчения, а от повышенного внимания окружающих всё больше становилось не по себе. — Эх, до чего же чудесная и солнечная погода, — безмятежно заметил Долохов, словно они находились на природе, а не в центре гудящей от сплетен толпы. — Действительно, прекрасная, — кивнул Малфой, которому светские разговоры были давно не в новинку — с рождения так. — Что ж, если никто не против, то предлагаю начать нашу прогулку с банка. Мне нужно поговорить с гоблинами. На самом деле, Драко было нужно не столько с кем бы то ни было «поговорить», как банально снять деньги со счета, открытого ему при поступлении на первый учебный год Хогвартса. Кто же знал, что впоследствии на этот счёт он и будет жить, а не развлекаться. Хоть нужно отдать должное родителям, даже после ссоры они не переставали ежемесячно начислять на него неплохую сумму галеонов. А узнав, что он через связи одной из своих многочисленных тёть поступил в школу магии Махотокоро, сразу же пополнили его счёт годовым начислением. Видно, хотели, чтобы их блудный сын ни в чём себе не отказывал и не нуждался. Драко незаметно вздохнул. Положа руку на сердце, парень уже давно признался себе, что явно перестарался тогда, демонстративно разрывая отношения с семьёй и уезжая сначала к родственникам во Францию, а потом и вовсе в Японию. Нет, категоричная позиция отца и расписанное им будущее не устраивают его и по сей день. Но слёз и нервов матери это явно не стоило. И ведь Нарцисса Малфой как только не пыталась вернуть сына в Англию. Постоянно слала письма, постоянно грозилась в них приехать и силком увезти сына домой. Но отец явно её тогда останавливал. И ведь смешно сказать, но как же Драко сейчас благодарен Люциусу за это! Потому как, ничто так не закаляет характер, как преодоление трудностей. Ни одна школа магии не сравнится со школой жизни. Да и чего уж таить, он прекрасно понимал: случись с ним что-нибудь в школе, и его родители, забыв о ссоре, тут же явятся туда с разносом. Одно слово — Малфои. Для них семья всегда была превыше всего, и некоторых строптивцев это тоже не обошло стороной. Так, поглощенные своими размышлениями, они незаметно и подошли к белеющей громадине волшебного банка. — Я недолго, — пообещал Драко и скрылся за массивными дверями Гринготтса, оставляя своего друга наедине с его охранниками. Чем Долохов и не преминул воспользоваться. — Ваше королевское высочество, — подобострастно начал он, «не замечая», как передёрнуло его визави от подобного обращения, — нравится ли вам наша прогулка? Может, у вас есть особые пожелания или места, которые хотите посетить? Вы только скажите! Перестав оглядываться на останавливающихся и глазеющих в отдалении от них волшебников, юноша попытался сконцентрироваться на разговоре. Не самая лёгкая задача. Особенно когда где-то справа сверкнула вспышка фотокамеры. Они что, его снимают? Он теперь настолько узнаваем? Об этом напечатают статью в Пророке? Мерлин! Запаниковав, Гарри уже хотел быстро направиться в любую сторону магического Переулка, которая могла гарантировать ему хоть каплю покоя, когда наткнулся на изучающий его взгляд... Тони? Да, кажется, этот мужчина просил его так называть, хоть Гарри никогда бы этого не сделал со столь малознакомым человеком. Но, в любом случае, это отрезвило его. — Так что вы скажете, ваше высочество? — Что? А, точно. Погода, действительно, замечательная, мистер Долохов, — припомнил последнюю запомнившуюся им фразу парень. — А люди? — невинно уточнил маг. — А что люди? — нервно оглянувшись на собравшись в отдалении магов, переспросил юноша. — Ваши подданные вам тоже нравятся? Вопрос был задан нейтральным голосом, но Поттер готов был поклясться легендарным Граалем, что услышал на мгновение в голосе мага безупречно скрытый вызов. Удивлённо посмотрев в глаза Антонина, Гарри вскинул голову и со всей возможной уверенностью произнёс: — Если они угодны моему жениху, то они любимы и мной. Парень мысленно застонал: слабая уверенность и дважды дрогнувший голос свели на нет весь эффект сказанного. Впрочем, Долохов так не считал. Слегка сощурив глаза и всё ещё излучая показное дружелюбие, он плутовски поинтересовался: — Любимы... Любовь. Какое прекрасное и ужасное чувство. Как, по-вашему, вы владеете им? Вопрос сильно озадачил юношу, так как он не сразу понял, о чём вообще говорит этот странный маг. — Вы спрашиваете, любит ли меня кто-то? Да. Родители, — потеряв окончательную уверенность, всё тише говорил парень. Тема родителей в последнее время была особенно болезненна. — А вы? Вы любите кого-то? — не стал развивать тему Долохов, но, судя по скользнувшему в его глазах скрытому торжеству, он всё видел и замечал. — Это не слишком тактично и прилично с вашей стороны, сэр, — попытался защититься Гарри, тем самым признавая своё поражение. — И то верно, ваше высочество. И то верно. Гарри отвернулся и посмотрел в сторону входа в банк, надеясь там увидеть Драко. Но его друг, вопреки своим словам, не спешил. А оставаться в компании далеко не такого простого, каким он себя преподносил, Антонина становилась парню всё трудней и... и страшней. Нервничая всё сильней, Поттер как-то забыл, что находится в компании не только Долохова. Но второй сопровождающий вёл себя настолько отчужденно и молчаливо, что Гарри упустил его из виду. А Барти тем временем внимательно вглядывался в лица прохожих магов, словно надеялся увидеть среди них улыбающееся отродье Блэков. А ведь и надеялся же! О, как бы это облегчило ему жизнь! Выскочил бы этот безумец сейчас на них с палочкой, скрутили бы они его, и Барти лично бы доставил его Милорду. Лично! Скольких бы проблем ему удалось избежать. Да он бы снова мог спокойно показываться на глаза Тёмному Лорду, не боясь услышать после своего краткого отчёта уже неизменное в последнее время, шипящее «Круцио!» Но время шло, разговор становился всё неинтересней, а узник так и не показывался. Видно, не судьба. Но это не мешало Барти напрягать магическое зрение и усиленно сканировать прохожих. Именно поэтому он первым заметил их. — Мордред вас выеб... кхм, — резко прервал себя Барти, заметив, как Тони мгновенно перевёл на него своё буйное внимание. Долохов демонстративно вопросительно посмотрел на него. Приличных слов в эту минуту у Барти не было. Поэтому он молча кивнул в сторону ближайшей улочки, откуда как раз выныривала весьма колоритная парочка, перед которой так же, как и перед ними, расступалась толпа. Разве что в их случае это было более панически, а так... Быстро найдя источник недовольства подчинённого, Долохов впервые за сегодняшний день искренне, но злорадно ухмыльнулся. — Нарочно, — ощетинился Крауч-младший, только сейчас осознав всё глубину случившейся подставы. На это Тони лишь загадочно промолчал, кивнув заметившим их магам и внимательно следя за их приближением. И надо же было Гарри именно в эту минуту обернуться на подозрительно притихшего мужчину. Парень замер с приоткрытым ртом, когда заметил двух мужчин, как раз останавливающихся рядом с ними. — Долохов, — вместо приветствия буквально прорычал первый из них. Выглядел он... внушительно. Широкие плечи, мощная фигура с буграми мышц, хмурое выражение лица и какой-то по-звериному резкий взгляд. Да и плавность движений этой горы мышц, с которой он подошёл к ним, лишь ещё больше роднила их обладателя с животным миром. Распахнутый настежь длинный кожаный плащ, такого же цвета чёрные штаны с большой бляхой на поясе и порванная во многих местах серая футболка придавали его виду определённую брутальность. Но, судя по всему, мужчине было глубоко плевать на такое понятие, как мода и чужое мнение. Носил он эти вещи явно из-за удобства. Хоть и сомнительного — в такую-то жару, и плащ! Но не он больше всего поразил парня. Переведя взгляд на второго подошедшего к ним, Гарри окончательно потерял дар речи. Кожаная чёрная куртка с клетчатыми брюками и высокими ботинками на шнурках уже не так сильно удивляла после первого мужчины. Но вот русые волосы с ярко-красными прядями... Хотя нет. И это, и странное кольцо в форме какого-то животного ещё можно было принять. Но вот то, что у него было в ушах... Нервно сглотнув, Гарри невольно отступил назад. В том, что прозрачные сферы в ушах мужчины были куплены в магазине «Всевозможных волшебных вредилок» Уизли, не оставалось и сомнений. Иное дело, что половина покупаемого там товара входила в список самых опасных изобретений текущего века и строжайше запрещалась в Хогвартсе. Конкретно же эти сферы, называемые, кажется, «Ловкие ушки» или «ЛоВушки», находились в верхней строке подобных списков. Неизвестно как изобретённые, они должны были, по идее изобретателей, ловить волны волшебного радиовещания. Всё так и было. Вот только смертность при их использовании поражала многих. Ведь заключённая в прозрачные сферы магия, как правило, часто выходила из-под контроля и взрывалась, ну... тем самым разрывая головы слушающих эфир магов. Не озаботься пронырливые близнецы в своё время бумагами, заверяющими, что покупатели ознакомлены с рисками и берут использование этого товара под свою ответственность, то сидели бы сейчас в Азкабане. В любом случае, ни один чистокровный не стал бы покупать подобные вещи своим детям. Чаще всего «ЛоВушки» покупали маглорождённые и полукровки. Первые — как аналог своих любимых технологий и желания поскорее ознакомиться с миром магии, а вторые — из-за желания хоть в чём-то совмещать два мира и не делать выбора в сторону одного из них. Но в последние годы даже они отказались от подобных изобретений. Остались единицы тех невменяемых сорвиголов и сумасбродов, которые не гнушаются подвергать опасности и себя, и окружающих. Помнится, его мама, Лили, постоянно ругалась с близнецами Уизли, когда они встречались на совместных празднованиях, из-за как раз этих «новинок». Гарри же, вспомнив её слова, ощутил себя сейчас словно рядом с неактивной Бомбардой. Но остальные не разделяли его опасений. Кивнув Долохову, мужчина в «ЛоВушках» продолжил пританцовывать на месте под одному ему слышимую мелодию. — Какая неожиданная встреча! — тем временем восхитился Тони, отчего стоящий рядом с ним Барти негромко выматерился себе под нос. — Принц, знакомьтесь! Это Фенрир Сивый, прекрасной души маг, — указал он на скривившегося от его слов мужчину в плаще. — А это, — кивок в сторону поддергивающегося сорвиголовы, — Струпьяр. Тоже, хм... в общем — тоже прелесть, чего греха таить-то! «Не слышащий» их Струпьяр закатил глаза. — А это любимые коллеги... — Дай угадаю, — грубо рыкнул Сивый. — А это тот сопляк с бала, которого там уб... Резко замолчав, Фенрир с силой сжал предплечье, словно испытывал в эту минуту прилив резкой боли. — Ну-ну, зачем же так грубо? — поцокал языком опечалившийся Антонин, при этом незаметно для остальных бросив на Сивого предостерегающий взгляд. — Наш принц прекрасен! Юноша, подающий такие надежды. — Ага, — грубо хохотнул мужчина и, смерив Гарри презрительным взглядом, оскалился: — Ну разве что в постели. — Ох, — непроизвольно вырвало у парня, стоило ему увидеть заострённые зубы мужчины. — Вы — оборотень! Сивый переглянулся с Долоховым, после чего резко сделал шаг к юноше и, наклонившись, широко ухмыльнулся, обнажая острые зубы: — А тебя это смущает? Видя острые зубы всего в десятке сантиметров от своего лица, парень невольно отшатнулся, поспешно бормоча: — Нет... нет-нет. Что вы! У моей мамы даже друг есть оборотень. Был. Да. Впервые сталкивающийся с такой открытой демонстрацией неприязни к себе, Гарри окончательно растерялся. А Фенрир, словно увидев достаточно, смерил напоследок парня брезгливым взглядом и вернулся на своё место. Больше на юношу он не обращал внимания. Неуверенно переступив с ноги на ногу, Поттер столкнулся взглядом с Долоховым, который выражал ему вселенскую поддержку и материнскую заботу. Что не помешало Антонину не вмешиваться в разборки со «страшным оборотнем». Барти же и вовсе не заметил их. Скрестившись взглядом со Струпьяром, они рьяно сверлили друг в друге дыры, не желая ни в чем уступать оппоненту. — Итак, — Антонин окинул всех взглядом, остановив его на Фенрире, — чем порадуешь, Сивый? — Сброд, — поморщился оборотень и, сплюнув, добавил: — Сброд, как есть. Ничем не изменился с былых времён. Разве что деградировал сильней. — Но-но, — впервые подал голос Струпьяр, — мои парни просто... излишне многофункциональны. Вот и всё. — Неужели? — холодно процедил Крауч-младший. — Хочешь сказать, что добавление моему отделу работы — это «многофункциональность» твоих недомерков? Да они не брезгуют, патрулируя кварталы, грабить мирных граждан! А кому с этим разбираться потом? Ну конечно же мне! Точнее — моему отделу. Струпьяр ощетинился: — Они никого не грабили. Просто... проводили важную инспекцию карманов сомнительных граждан. — Понятно, — задумчиво протянул Долохов, взглядом останавливая готового уже вспылить Крауча. — Что ещё? Краем глаза Антонин внимательно наблюдал за Поттером, что не мешало ему продумывать и улавливать все нюансы беседы. И Гарри это видел. Оправившись от первого шока и ничего не понимая в их беседе, парень вернул своему лицу невозмутимость и мысленно взмолился всем богам, чтобы Драко вернулся поскорее. — Новый отдел функционирует прекрасно, — тем временем пафосно начал Струпьяр. — Уже было многое сделано! — Ага, — вновь не выдержал Барти. — Двадцать одно ограбление, три мелкие кражи и семь публичных драк. Действительно, стараетесь. — Зато в отличие от жалких мракоборцев мы хоть что-то делаем! — Уж лучше бы вы ничего не делали! — Ты... — Довольно, — резко прервал разошедшихся мужчин Тони, и, напустив на себя приторного добродушия, обратился к мрачному Сивому. — Фенрир, как показывает практика, парни Струпьяра хороши, да не в том направлении. Сила есть, а дисциплина хромает. Возьми-ка их в один из своих лагерей, группами, конечно, и преподай пару уроков «этикета». Сивый довольно рыкнул: — С удовольствием, Долохов. Но только с их лидером. Струпьяр встрепенулся. Демонстративно окинув взглядом оборотня, он вызывающе облизал свои губы: — С удовольствием, пёсик. Но, боюсь, это мне придётся учить тебя. Любишь плётку? — Я вырву тебе глотку, — мрачно пообещал Сивый, которого уже давно было не спровоцировать такими детскими подначками. Но мысль о плети, вспарывающей кожу этой наглой бестии, ему определённо понравилась. С другой стороны, когтями удобней. Уловив кровожадный блеск в глазах оборотня, Струпьяр уже хотел снова полезть к нему, но его прервал вернувшийся Малфой. С удивлением оглядев прибывших, он, в отличие от Гарри, сразу всё понял и воздержался от лишних комментариев. Их группа медленно двинулась по Косому Переулку, пока не остановилась у аптеки. В этот раз Гарри последовал за Малфоем, содрогаясь от одной лишь мысли снова остаться с этими странными магами. Драко только закончил зачитывать нужные ингредиенты для зелий продавцу, когда Гарри не выдержал: — Кто они все? И почему мне кажется, что я уже где-то слышал фамилию «Крауч»? Проводив взглядом исчезающего в подсобке продавца, Малфой обернулся к другу: — Конечно, ты её слышал, — насмешливо фыркнул Драко, но, заметив серьёзное выражение лица собеседника, продолжил: — Живя в семье бывшего мракоборца, ты не мог не слышать о нынешнем главе этой организации. И тут Гарри понял: — Точно! Папа! — и уже тише добавил: — Отец постоянно критиковал Крауча-младшего и всех мракоборцев. Говорил, мол, они уже не те, заменившие их Пожиратели ничего не стоят и всё в этом духе. Поттер нахмурился: — Как же я раньше не вспомнил о нём? — Велика загадка, — усмехнулся Малфой, который, после банка, пребывал в повышенном настроении, чего не мог сказать о себе Гарри. — Но допустим. А кто такой Долохов? Он... — замявшись, парень всё же на выдохе признался: — Он меня пугает. Сильно. Хоть вроде кажется милым. Драко вмиг посерьёзнел. — Тут именно то, что кажется. И если ты его боишься, то значит чувство самосохранения тебе не чуждо, что лично для меня новость. — Драко! Не в силах сердиться на друга, Гарри перевёл взгляд за окно и вздрогнул, тут же встретившись взглядом с улыбающимся Долоховым. Словно зная, о ком они сейчас говорят, Антонин весело подмигнул ему. Поттер снова отвернулся от окна. — Не связывайся с ним, — припечатал нахмурившийся Драко, которого пристальное внимание Пожирателя к своему другу сильно напрягало. — Антонин Долохов — личность широко известная. Особенно среди Пожирателей. Отец рассказывал, что ещё во времена войны, хоть он и был правой рукой Милорда, официально, но прислушивался Тёмный Лорд чаще к Антонину. Что, наверное, со временем не сильно изменилось. Знаешь, Долохов мне кажется тем исключительным случаем, когда не первый, но и не второй. Хотя моему отцу этого лучше не говорить, — хмыкнул напоследок Драко. — Значит, — задумчиво произнес Гарри, — негласная правая рука Тома? — И начальник Отдела Магического Правопорядка, под которым базируются мракоборцы. Поттер поёжился, но опасения друга теперь ему были ясны. — А оставшиеся? — Фенриром по сей день пугают непослушных детей, хоть после прихода к власти Милорда он больше не кусал никого против воли. Во всяком случае — официально. Оборотни хоть и получили обещанные Лордом права и обязанности, но реальной власти у них в стране нет. Во всяком случае, отдельно от Тёмного Лорда нет. Поэтому не советую обострять внимание в общении с ним на расовые принадлежности: их жизнь улучшилась — но память осталась. И предугадывая вопрос, Малфой исчерпывающе закончил: — А последнего я не знаю. Но, учитывая, что все вышеперечисленные являются Пожирателями Внутреннего Круга, то он явно оттуда же, а случайных магов Милорд в своём приближении не держит. Гарри кивнул, поблагодарив друга за полезную информацию. К этому времени как раз вернулся аптекарь, и пока Драко сгружал покупки, юноша не переставал удивляться странному выбору Тома. Нет, парню было приятно, что, озаботясь его безопасностью, маг выделил ему такую охрану, но... сам начальник Отдела Магического Правопорядка и глава мракоборцев? Не слишком ли? А тем временем Малфой расплатился за товар, и их странная процессия двинулась дальше. Первое время Гарри постоянно чувствовал на себе взгляд Долохова. Причём подловить его так и не получилось, так как стоило парню посмотреть на Пожирателя, как оказывалось, что он вообще смотрит в другую сторону, либо слушает очередной презрительный комментарий Сивого в адрес неких «Стражей». Они успели посетить ещё пару магазинов, когда Антонин снова завёл разговор о любви. Струпьяр и Барти впервые сошлись во мнении, и на их лицах отразилось пренебрежение. Фенрир же помрачнел ещё сильней, но промолчал. Сопливые темы Сивый терпеть не мог, но чувство субординации не пропьёшь, как выражается Долохов. — И ведь встречаешь порой человека, — вдохновлено рассуждал Антонин, — на которого остальные и дважды-то не посмотрят, а чем-то именно тебя он цепляет. Или наоборот, встречается человек идеальный, аж до тошноты правильный, и ненавидишь его сначала, но потом всё равно привязываешься. И как после этого понять, что такое любовь? Хоть одно можно сказать точно: любят вопреки чему бы то ни было. — Скорее уж — за что-то, — не выдержал, наконец, Гарри, хоть и чувствовал, что такая явная провокация с самого начала была направлена на него, но промолчать не смог. Долохов обрадовался: — Разве? Эх, молодежь, вам бы всё «плюсы» считать. Важнее — преодолевать «минусы». Предостерегающе посмотрев на друга, Драко снова ушёл в ближайшую лавку, а Поттер повернулся к собеседнику. Хоть он уже потерял второй смысл этого странного диалога, но он ему стал интересен. — И что же тогда, по-вашему, делать, мистер Долохов, если этих «минусов» уж слишком много? Тоже любить вопреки? Тони усмехнулся, но его перебил рыкнувший Фенрир: — Скорее — отлюбить и убить. — В чём-то верно, — кивнул довольный чем-то Долохов, — но вместо убивания можно просто немного переделать под свой вкус. Ведь поверьте, ваше высочество, два «минуса» могут сложиться в отличный «плюс». Не обращая внимания на смущающее обращение, Гарри уточнил: — А что делать, если этот человек не захочется меняться? Что делать, если он вообще не захочет с вами быть? — Тогда... — мнимо задумался Антонин и резко окончил: — действуем по плану Сивого! Гарри разочарованно выдохнул, а Барти против воли вздрогнул от этих слов. Мордредов Долохов! Сжав кулаки, Крауч продолжил делать вид, что его нисколько не касается эта беседа, а мысленно мужчина не переставал материть Антонина, ведь послал же Мерлин начальничка. Уж послал, так послал! Вернувшийся Драко прервал разговор, и они снова пошли к следующему месту. Уже желая последовать за остальными, Гарри ощутил, как его кто-то придержал за локоть. Обернувшись, он столкнулся с задумчивым взглядом Долохова. Выждав, пока остальные немного отдалятся от них, Тони заметил: — Касательно вашего последнего вопроса, мистер Поттер. За все в этой жизни нужно бороться. И даже если что-то идёт к вам в руки, это ещё не значит, что не нужно прилагать никаких усилий, чтобы это удержать. Гарри не знал, что больше поразило его в этом коротком монологе мужчины: его слова, мелькнувшая в его глазах серьёзность, что абсолютно не вязалась с шутливым выражением лица мага, или то, что он впервые обратился к нему нормально. Но время на раздумья ему не дали. Заметив их отсутствие, сопровождающие обернулись, и Гарри ничего не оставалось, кроме как под напряжённым взглядом Драко подойти к ним. Долохов снова вернулся в своё добродушное амплуа, а вот юноша не смог так же просто отмахнуться от сказанных им слов, что постоянно звучали в его голове. Следующей их остановкой стал «Флориш и Блоттс». И в этот раз Гарри не повезло. Барти нужно было посмотреть некоторые книги, поэтому в магазин зашли все. Но если Драко сразу же направился к стойке, за которой стоял испуганный их компанией продавец, то Крауч растворился за ближайшим стеллажом. Выждав немного и бросив многозначительный взгляд на Гарри, Долохов последовал за главой мракоборцев. Поняв намёк, Фенрир недовольно рыкнул, но терпеливо прислонился к ближайшему стеллажу и стал ждать. Стоящий рядом с ним Струпьяр, казалось, вообще не обращал внимания, где он находится. Мужчина постоянно пританцовывал на месте, временами взмахивая рукой совсем рядом с оборотнем, что, судя по флегматичному выражению лица, нисколько не волновало последнего. К Гарри подошёл Драко и виновато шепнул: — Прости, но придётся подождать. Не все нужные книги есть в магазине. Продавец послал скорый запрос на склад и клятвенно заверил, что через десяток минут всё будет здесь. — Ничего страшно, — заверил друга юноша, который, на самом деле, уже мечтал, чтобы эта прогулка закончилась. — Я только одного не пойму. Зачем тебе покупать книги здесь, если то же самое ты можешь сделать и в Японии? — Ага, могу, — поморщился Малфой. — Но тогда они будут на японском. За столько проведенных там лет для меня это уже не проблема, но зачем отказывать себе в удовольствии читать дисциплины на родном языке? Ну, хотя бы вне занятий. Драко вернулся к продавцу, что-то снова спрашивая у него, а после заполняя пергамент. Это явно грозило затянуться надолго. Постояв неприкаянным с пять минут, парень решил поступить иначе. Предупредив Драко, он пошёл искать Долохова, чтобы попросить его о сопровождении. Этот мужчина хоть и пугал его, но, в сравнении с остальными, казался меньшим злом. Просто стоять Гарри быстро наскучило. Книги хоть и привлекали его, но приходилось признать, что после библиотеки Тома этот магазин его уже не впечатлял и не вызывал былого благоговения. Поэтому парень и решил прогуляться с кем-то одним из его сопровождающих. Можно, конечно, было и без них. Крис точно поступил бы так. Но Гарри, хоть и не хотел никого обременять, в то же время прекрасно помнил о своей Немезиде. Мерлин, одна лишь мысль, что Блэк может прямо сейчас находиться где-то рядом с ним, заставляла его горло противно сжиматься, а сердце усиленно биться. Да и не был он никогда Гриффиндорцем, чтобы опрометью бросаться в омут с головой. Трусом, конечно, тоже не был, но... сейчас он боялся. Стеллажи сменяли друг друга, а юноша всё не мог найти своих сопровождающих. Свернув за новый поворот, парень услышал приглушенное возмущение: — Это непозволительно! Устав... я не... — О, Барти. Вот за это ты мне и нравишься, — мурлыкнул знакомый голос. — За тридцатник уже перевалило, а всё такой же инфантильный и всклокоченный мальчишка, каким и был. Прелесть! — Долохов! — Милый, зови меня Тони, мы же не в Министерстве. — Да вы!.. Дальше слова смазались, и осталось одно лишь возмущённое мычание. Не успев осознать услышанное и остановиться, Гарри обогнул предпоследний стеллаж и увидел в конце его своих сопровождающих. Долохов с силой прижимал возмущающегося Барти к стеллажу. Одной рукой Антонин с лёгкостью удерживал руки мракоборца над его головой, а второй недвусмысленно водил под растрёпанной рубашкой Крауча. Их поцелуй больше напоминал борьбу, где один хочет выиграть, а другой не проиграть последнее. Вот Долохов коленом развел ноги мракоборца, и из Барти вырвался первый стон... Резко развернувшись, Гарри быстро ретировался, пока его не заметили за... подглядыванием? Щёки юноши заалели. О Мерлин, ему было стыдно от увиденного! Но кто бы мог подумать, что глава мракоборцев и начальник Отдела Магического Правопорядка... пара. Невероятно! Хотя... Барти не выглядел довольным всё это время, да и сейчас особого согласия не выказывал. И тут парня озарило прозрение. А может... это и не на него был расчёт Долохова с этими всеми разговорами про любовь и борьбу за неё? Может, хитрый Пожиратель таким образом нервировал Крауча? Что ж, это многое объяснило бы. Всё ещё пребывая в раздрае чувств и мыслей, Гарри и не заметил, как вернулся к остальным. Драко всё ещё что-то усиленно внушал несчастному продавцу, а остальные Пожиратели так и стояли у ближайшего к нему стеллажа. Что ж, двое выпали, и остались ещё двое. Подойдя к Фенриру, Гарри неуверенно переступил с ноги на ногу. Он не знал, как попросить оборотня сопроводить его. Но этого и не потребовалось. Опустив на него хищный взгляд, Сивый обнажил клыки и злобно рыкнул: — Что-то нужно? Поспешно замотав головой, парень понял, что это для него слишком. Выбора не осталось. Уже ни на что не надеясь, парень обернулся к пританцовывающему рядом Струпьяру. — Эм, извините, сэр, — начал Гарри и заметил, что хоть мужчина по-прежнему не обращал на него внимания, но его движение на какое-то мгновение потеряли ритм. Это говорило том, что, по крайней мере, он его слушает. — Я хочу прогуляться, и мне нужен сопровождающий. Какое-то время ничего не происходило. Но спустя пару минут Струпьяр всё же приоткрыл глаза и покосился на Фенрира. «Случайно» взмахнув рукой перед лицом оборотня и не добившись никакой реакции, мужчина раздражённо сжал губы, но сделал шаг к Поттеру. — Спасибо, — неуверенно кивнул Гарри и, не дождавшись никакого ответа, направился вон из надоевшего магазина. Поттер медленно шёл по Косому Переулку. Сказать, что он начал получать наслаждение от прогулки, потеряв половину своих сопровождающих, — было бы сильно приукрасить действительность. Нет, без пронизывающего взгляда Долохова, презрительного Фенрира и безразличного Крауча-младшего явно стало легче. Но ненамного: — Да, да! Мирон! Давай, Вогтэйл, рви меня, рви! — постанывал, словно в припадке, время от времени Струпьяр. Но если вокалист «Ведуний» этого всего и не слышал, то окружающие их маги это ещё и видели. Одним словом — избавиться от удушающего внимания толпы снова не вышло. Благо хоть никто не решался подходить к ещё неизвестному никому жениху Тёмного Лорда. Но, к счастью, это длилось недолго. Постепенно поток людей начинал редеть, и вскоре парень вышел к развилке, на которой Косой Переулок соединялся уже с шестью магическими переулками. В отличие от популярного Косого и, в противовес ему, Лютного Переулка, об оставшихся четырёх мало кто знал. Вернее, знать-то — знали, а вот интерес не проявляли. Что и не удивительно. Один из оставшихся переулков был полностью отдан под склады и цеха мастеров. Маленькие, но аккуратные домики ремесленников мало привлекали маглорождённых школьников из-за обыденности своего вида, а чистокровным магам здесь покупать было нечего. На ещё двух размещались частные дома магов, пожелавших жить в Лондоне, а не в его пригородах или на просторах самой страны. Вход на эти переулки был ограничен, что обусловливалось соображениями безопасности. И ещё был последний переулок. Но что размещено на нём, юноша не знал. Отец обычно всегда делал загадочное лицо, когда Гарри или Крис спрашивали его об этом. Впрочем, что-то подсказывало парню — Крис-то как раз знал. Так как в последний год, когда речь заходила о прогулках по Косому, брат всегда вскользь упоминал этот переулок и странно переглядывался с отцом. Разумеется, это всё они делали в отсутствии Лили. При ней же и вовсе не упоминали об этом месте. Поддавшись любопытству, юноша свернул на мощеную дорогу и пошёл по практически безлюдному переулку. Его названия он не успел прочесть, но, глядя на разноцветные дома, Гарри об этом и не вспомнил. Его взгляд разбегался. Разные собранные здесь заведения и несколько баров пестрили яркими, но мало говорящими вывесками. Над головой Гарри парили незажжённые красные фонарики со свечами внутри. Поначалу парень удивлялся, почему такую улицу не посещают другие маги и дети, но постепенно он начал замечать, что витрины заведений были украшены не столько ярко, сколько безвкусно. А временами и вовсе откровенно вульгарно. Весь первоначальный лоск этого места быстро пропадал в глазах юноши. Но это не принесло ему понимания того, что здесь продают. Молча следующий за юношей Струпьяр удивился, когда понял, куда направился парень, но ничем не выказал своих чувств. Мужчина всё так же двигался в такт звучащей в его ушах песне и громко подпевал солисту, но взгляд его при этом внимательно оглядывал весь переулок и крыши с зашторенными окнами его строений. Удивительно, но улица была безлюдной. Абсолютно. Лишь однажды им встретилась пара мужчин, которые были одеты, как мракоборцы, разве что с синими, а не красными вставками на мантиях. Да и лица у магов, в отличие от мракоборцев, были... не внушающие никакого доверия. Впервые встретив их, Гарри уже хотел поспешно повернуть и быстро вернуться, когда мужчины, завидев их, замахали руками и засвистели. Опешивший Поттер замер на месте, а Струпьяр лишь раздражённо отмахнулся от них. Что это было, Гарри так и не понял, но пара головорезов быстро ретировалась. Чудеса, да и только. Придя в себя после такого потрясения, парень решил отвлечься от переполнявших его голову мыслей и впечатлений и узнать, что же здесь продают. Для этого он вошёл в ближайшую лавку с кричащим названием «Любовь». Гарри подумал, что здесь явно продают любовные зелья и... не ошибся. Да, они здесь тоже были. Но продавали тут в основном не их. Спасительное непонимание увиденного быстро ушло, когда парень осознал, что стоит перед витриной с самыми разнообразными... вибраторами. Вздрогнув, Гарри попытался быстро покинуть это место, но, отступив назад, врезался в зашедшего за ним Струпьяра. Маг раздражённо выругался, когда юноша сошёл-таки с его ноги. Парень ещё не терял надежды ускользнуть отсюда незамеченным, когда на шум в зале появился продавец. — О, какие покупатели! — воскликнул худой мужчина, по многочисленному пирсингу и татуировкам которого можно было изучать весь ассортимент ближайшего тату-салона. — Проходите, проходите! Я вам сейчас всё покажу и подберу! — Не надо! — запротестовал испугавшийся Поттер. — И мы уже уходим. — Да бросьте, — не воспринял его всерьёз продавец и, видя, как парень пытается обойти застывшего в дверях Струпьяра, задорно подмигнул мужчине. — Я ведь сразу понял, зачем вы пришли. Что, «папочка» хочет побаловать своего сладкого мальчика? Или наказать? — Что? — охнул Гарри, забыв на время о своём бегстве, а Струпьяр оскорблено фыркнул: — Я не «папочка» этому сопляку. Он вообще не в моём вкусе. Замолчав, мужчина уже хотел продолжить слушать музыку, когда в его голову пришла коварная мысль, и он невинно добавил: — И вы вообще знаете хоть, кто этот пацан? Продавец растерялся, а Гарри в ужасе взмолился: — Не надо! Струпьяр подленько ухмыльнулся и, явно мстя за прогулку, припечатал: — Он жених Тёмного Лорда. В помещении воцарилась гробовая тишина. Первым «воскрес» продавец: — Мерлиновы кальсоны! Невероятно! Так вы — Гарри Поттер? Тот самый Гарри Поттер, которого наш Тёмный Лорд представил на балу? — мужчина замахал руками. — Я обязательно всем расскажу, что сегодня в секс-шоп «Любовь» заходил сам Гарри Поттер! Я буду популярен! — Нет! — взмолился Поттер, который разрывался между желанием проклясть нагло ухмыляющегося Струпьяр и в ужасе убежать отсюда. Но первое было не по силам его магии, а от второго Гарри «спас» вцепившейся в его руку продавец. — Пойдёмте, пойдёмте! — возбуждённо восклицал мужчина, насильно таща Гарри к дальнему столу помещения. — Я вам сейчас всё покажу! — Нет... Вы поймите... — Вот смотрите! — указал мужчина пальцем в ряд сёдел для верховой езды, к каждому из которых был прикреплён... фаллоимитатор. — Вы только посмотрите на это седло для верховой езды на гиппогрифе! Натуральная кожа здесь обеспечивает максимально приятные ощущения, а размер этой «игрушки» можно менять простым заклятием. — Не-ет... — О, вас не устраивает обычный фаллоимитатор? Так его можно заменить на любой другой. О, — продавец начал оглядываться, — у нас недавно было эксклюзивное поступление — фаллоимитаторы в форме членов магических животных в натуральную величину! Здесь есть и гиппогриф. И продавец указал на ближайший прилавок, на котором располагались поистине огромные фаллоимитаторы разных цветов и форм. Хуже всего, что они действительно были узнаваемыми. — Вы только представьте, как романтично — с этим фаллоимитатором «Гиппогриф», в этом седле да на настоящем гиппогрифе лететь и наслаждаться. Хуже всего, что Гарри это действительно смог представить. Судя по жару, у парня покраснела ещё и шея, в дополнение к лицу и ушам. — Нет. Послушайте, — прикрыв глаза начал он, — это... — Это не то?! — перебил его продавец. — А вы искусный покупатель, сэр! Но и для таких у нас есть свой эксклюзив. И не успел парень открыть глаз, как продавец его снова притащил к витрине, на которой были... О, Мерлин... — Вы только посмотрите на эти пояса верности! Вот мой любимый — «Гребень». Закрепив его у основания пениса, вы обеспечите нестерпимую боль своему партнёру, когда он посмотрит не туда и... — резко запнувшись, продавец как-то испуганно посмотрел на Гарри. — А, впрочем, это прошлогодняя модель слова доброго не стоит. Нет, не берите в голову. Бондажные ремни и кольца уже не в моде. А, вот, лучше посмотрите на эту клетку для пениса со свинцовым катетером, который от легкого заклятия начинает вибрировать. Или вот, тоже клетка-замок, но вместо катетера с внутренней стороны идут идеально-острые шипы, которые при соприкосновении с плотью бьют несильным разрядом. — А можно так, чтобы било сильным? — заинтересовался Струпьяр, наушники которого уже давно были отключены, а глаза горели маниакальным блеском. — Насколько сильным? — обрадовался продавец. — Таким, чтобы даже оборотня пробрало, — мечтательно вздохнул Струпьяр. — И чтобы тот не смог его снять! Это обязательно. — Этой модели это по силам! — Пре-екра-асно-о, — пропел мужчина. — Тогда беру это себе. И ещё мне нужно седло, для волка, большого волка, с фаллоимитатором члена оборотня с узлом. Найдётся? — Да! — захлебнулся радостным криком продавец, в то время как Гарри начал пятиться от их компании. Неожиданно парень упёрся спиной в стол, а заметивший это мужчина восхитился: — А вы их уже нашли! Резко обернувшись, Поттре с ужасом посмотрел на белый цветок, похожий на обычную ромашку, куст с красными мелкими цветками и уже с десяток горшков с разной непонятной зеленью. Поняв, что его психика не выдержит этих «цветочков», Гарри быстро припустил к выходу из магазина и буквально вылетел из него. Последовав за юношей, Струпьяр успел оставить на одном из столов кожаный мешочек. — Это деньги. Адрес доставки там же. Чтобы это всё было у меня уже в ближайшее время. — Непременно, непременно! — радостно потёр руки продавец. — А если вам ещё что-то понадобится заказать, то мою визитку возьмите у Гарри Поттера, она там, в кармане. Струпьяр уже потянулся за дверной ручкой, когда услышал: — Удачного дня вам и тому оборотню! Обернувшись, Струпьяр ухмыльнулся: — Непременно. Я так и передам Сивому. Улыбка продавца дрогнула. — Си-Сивому? Фенриру Сивому?! Струпьяр гаденько улыбнулся: — Да, и... О! Я обязательно ему расскажу, что приобрёл всё это в секс-шопе «Любовь». Вы будете популярны! Струпьяр вышел из лавки, успев напоследок насладиться гримасой ужаса на лице оседающего продавца. И да, он любил мстить. Неважно за что, за кого и кому. Это ему совсем неважно. Парня он нагнал быстро. Благо, идущий с закрытыми глазами и схватившийся за голову юноша далеко не ушёл. В голове Гарри окончательно всё смешалось, и лишь одна мысль набатом билась там. Он. Всё. Узнает. Том. Всё. Узнает. Тёмный Лорд, которым он восхищается, узнает, что его жених сегодня гулял по бордельной улице и был в местном секс-шопе. А вместе с ним об этом узнает и вся Англия, так как эта новость явно пойдёт по устам. Ну почему, почему он не может быть нормальным?! Что же у него всё так выходит... да через одно место выходит. И ведь он не хотел больше удивлять Тома! Да ещё так... Самобичевание только набирало ход, когда в голове парня скользнула ехидная мысль, мол, что бы там ему сегодня не показывали в этой «Любви», а это и вполовину не сравнится с «подарком» Драко. Мордредов Малфой, а ведь всё... Остановившись, Гарри не сразу понял, что привлекло его внимание на пустынной улочке. Но вот странный сдавленный звук повторился, и Поттер повернулся к замершему сзади Струпьяру. — По-вашему это смешно?! Мужчина вопросительно приподнял бровь. — Можно подумать, это не вы только что приглушённо хихикали! Струпьяр демонстративно постучал по своему виску и закатил глаза. Разозлившись, Гарри уже хотел высказать всё, что думает этому подлому магу, когда звук снова повторился. И это уже не походило на подавляемый смех. Оглянувшись, парень не заметил ничего подозрительно. Прислушавшись, он снова услышал этот странный звук и неожиданно опознал его. Это всхлипы! Рядом кто-то плакал. Не обращая внимания на нахмурившегося Струпьяра, Гарри пошёл на тихие звуки, которые привели его в ближайшую подворотню. Узкая, заставленная вдоль стен разным мусором, она казалась ничем непримечательной. Но парень был уверен, что звук шёл отсюда. Сделав пару шагов и прищурившись, юноша только сейчас заметил, что погода испортилась, и солнце закрыли тёмные тучи. Видимости это в таком захламлённом и, откровенно говоря, вонючем месте не прибавляло. Пройдя ещё с парочку куч, накрытых серой тканью, парень вспомнил про одно слабое обнаруживающее заклятие, но... он так привык к бесполезности своей палочки, что даже сейчас её не взял с собой. Устыдившись себя, Гарри уже хотел попросить Струпьяра помочь, когда слабый всхлип раздался совсем рядом. Быстро обогнув прогнившие коробки, Поттер резко замер от увиденного. У стены лежал скрючившийся человек. Всё его обнажённое тело покрывали многочисленные шрамы, царапины и гематомы. Приглушив очередной всхлип рукой, человек резко поднял голову, словно осознав, что уже не один. Гарри пронзила новая волна ужаса — лежащий перед ним парень оказался не старше его. — Не... не надо, — прошептал он потрескавшимися губами. — Не... хочу... к ним. Нет! От последнего негромкого вскрика Поттер отмер и быстро присел рядом с несчастным. — Не волнуйся! — поспешил упокоить он парня. — Ты уже в безопасности. Я отведу тебя в больницу. Всё... — Гарри только сейчас заметил, что дрожащее худое тело покрыто засохшей спермой, — ...наладится... Казалось, зарыдавший уже в голос парень не услышал его, но и не отпрянул, когда Поттер протянул ему руку, чтобы помочь сесть. Стоило ему принять горизонтальное положение, как юноша мучительно поморщился и ещё больше сжался. Не зная, что делать, Гарри бессильно посмотрел на стоящего невдалеке Струпьяра, но, встретившись с безразличным взглядом мага, вновь разозлился. — Мы ему поможем! Мужчина на это никак не отреагировал. Для прошедшего войну и многое с ней связанное, мужчина не видел ничего особенного в сложившейся ситуации. Поняв, что помощи ждать неоткуда, Гарри снова повернулся к пострадавшему парню. Расстегнув свою мантию, он быстрым движением накинул её на голые плечи юноши, скрывая наготу последнего. — Меня зовут Гарри Поттер. А тебя? Парень открыл рот, но из него лишь вырвалась новая порция рыданий. Преодолев себя, он с трудом просипел: — Я... Криви. Колин... — Колин, ты главное постарайся успокоиться и встать, нам нужно... Но не успел Гарри закончить, как со стороны входа в подворотню послышались злые голоса: — ...где-то здесь! — Так найдём! Первым их заметил Струпьяр ещё задолго до Поттера. Переместившись чуть в сторону, он продолжил расслабленно слушать музыку, при этом невзначай держа руку рядом с карманом. Вот в подворотню влетели два человека и замерли, заметив их. — Эй, пацан, отойди от него! Он наш! — первым выкрикнул долговязый мужик в недорогой, местами порванной мантии. Его напарник, низенький, пухлый маг с поросячьими глазками, лишь ушло прищурился. Услышав их голоса, Колин в ужасе затряс головой и разрыдался ещё сильней. — А кто вы такие и что вообще здесь происходит? — сложил руки на груди Поттер. — Слышь ты, проваливай отсюда, сопляк. Не то пойдёшь с нами и со своим новым другом, — гоготнул долговязый мужик. — Хозяйка будет довольна. — Ну, это вряд ли, — не сдавался Гарри. — Скорее уж вы отправитесь в Азкабан! Неприятный мужчина уже хотел что-то сказать, но его остановил пухлый маг: — Хватит, Зист, — и ещё раз окинув взглядом не вмешивающегося в происходящее Струпьяра, он бросил: — Ещё не хватало препираться с подстилками. Хватай их обоих! Этого Гарри хоть и ожидал, но всё равно невольно отступил на шаг назад, когда Зист вытащил палочку из кармана. Дальнейшие события развивались стремительно. Мерзко ухмыльнувшись, мужчина начал поднимать палочку. Замерший Поттер с ужасом следил за ним, краем глаза видя, что Струпьяр по-прежнему не предпринимает никаких действий, чтобы защитить его. От мелькнувшей в голове мысли юноше стало окончательно плохо. Ведь если всё так и пойдёт, то он не только не сможет помочь Криви, но и сам разделит его судьбу! Палочка мужчины была уже практически направлена на Гарри, когда рядом с ним, словно из воздуха, появился маг в форме мракоборца. Ещё мгновение, и Зист, уже связанный, стоит на коленях в начале подворотни, а разделивший его участь сообщник замер рядом под прицелом палочки второго мракоборца. — Это был не самый осмотрительный ваш шаг, господа, — прозвучал ласковый голос из-за спины Поттера и, резко обернувшись, он увидел Долохова и Крауча-младшего. Мужчины спокойно стояли по разные стороны от него, хоть Гарри готов был поклясться, что ещё минуту назад их здесь не было. Нападавшие, судя по их перепуганным и шокированным лицам, узнали обоих гарриных сопровождающих. В этот раз первым заговорил пухлый маг, поросячьи глазки которого так и бегали по лицам, явно ища ключ к спасению. — С-сэр! Мы не знали, что этот юноша — ваш знакомый. Не знали! — взвыл он дурным голосом, от которого Гарри невольно поморщился. — Простите нас, любезнейший! Это... ошибочка вышла. Но мы всегда можем договориться. Долохов, чьё лицо, в отличие от голоса, не выражало никаких чувств, невинно заметил: — Ох, извольте, но я абсолютно бессилен в этой ситуации. Здесь всё решает его королевское высочество, и даже я отступаю перед его словом. И, словно по команде, все посмотрели на растерявшегося от такой подставы Поттера. Но если в глазах Зиста прочитался ужас, то его напарник снова принялся что-то высчитывать в своей голове. Напустив на лицо безграничное раскаяние, он заискивающе взмолился: — Извините нас, молодой человек! Маги немолоды, глаза уже видят плохо. Не признали, презренные! — Кхм... Так что здесь происходит? — попытался взять себя в руки Гарри, которому всё происходящее казалось каким-то нереальным сном на уровне между кошмаром и горячечным бредом. — Конечно, конечно! Это глупейшее недоразумение, и вы сейчас сами в этом убедитесь. — Вы называете «недоразумением» избитого и изнасилованного юношу?! — не выдержал вконец взбешённый Поттер, который за последние минуты уже успел побывать не только под прицелом чужой палочки, но и мысленно на месте трясущегося и всхлипывающего парня. И как же ему надоело безразличие и презрение окружающих! — Изнасилованного? Избитого?! Побойтесь Мерлина, милейший! Мы бы никогда... — Хотите сказать, что у меня проблемы со зрением?! — Как можно! Но послушайте же, мы не нарушали никаких законов. Сам Тёмный Лорд, вечного здоровье Его Темнейшеству, подписал в своё время закон, согласно которому этот добровольно купленный юноша — наш. Вот это он уже зря сказал. Так как если вся ситуация и возможно неполная, но очевидная ложь мужчины просто злила Поттера, то упоминание Тома в этом контексте его привело в ярость. — Неужели? — негромко уточнил Гарри. Повернувшись к Долохову, он, сам не узнавая свой голос, твёрдо, с приказной и непоколебимой интонацией, припечатал: — Тогда я требую... нет, я приказываю, чтобы эти маги были задержаны до выяснения обстоятельств. А за попытку подкупа должностного лица, нападение на жениха действующего правителя и непозволительное поведение они, вне зависимости от обстоятельств, получили соответствующие взыскания. У Струпьяра впервые вытянулось лицо, так как он не мог припомнить никого, кто бы так дерзко разговаривал с самим Долоховым. Что тут скажешь, не досмотрел чего-то он в этом пацане. Впрочем, не один Струпьяр так думал. Хоть удивление Барти отразилось только в его глазах. Долохов же не спешил никак реагировать. Смотря в решительные, горящие и абсолютно уверенные глаза мальчишки, он мысленно хитро улыбался. Всё оказалось гораздо лучше, чем он мог предполагать в своих даже самых смелых мыслях. — Как прикажете, ваше высочество, — елейно пропел Антонин и кивнул мракоборцам. В то же мгновение связанные мужчины исчезли вместе с магами. Дальше Гарри пришлось решать, каким способом доставить Колина в Мунго. Диагностические чары Долохова показали, что парню опасно из-за сломанных рёбер трансгрессировать и даже каминный переход не решит проблемы. В итоге сошлись на том, чтобы отлевитировать его туда. Благо, больница Св. Мунго находилась не так уж далеко от Косого Переулка. Единственное, чего не учёл Гарри, так это реакцию окружающих магов на их впечатляющую процессию, позади которой теперь ещё парил избитый и израненный юноша. Увидевшие их волшебники замолкали и провожали их испуганными взглядами, и Поттер даже не решался предположить, что они могли подумать при этом. Но, откровенно говоря, его это не сильно и заботило. Гораздо больше парня потрясло осознание, что сегодня он впервые кому-то приказал. Нет, не попросил, и даже не потребовал, а именно приказал. И его послушались. Само это простое действие вызывало в душе юноши много чувств, и больше всего его удивляло, что среди них есть удовлетворение... Из-за своих мыслей и метаний Поттер и не заметил, как они вошли в так ненавистный парню холл Св. Мунго. От одного вида целителей юноша мысленно содрогался, но ещё больше пугались сами лечащие маги при виде их процессии. Но это не сказалось на их профессиональных навыках, и приняли пациента они быстро. Уже перед тем, как его унесли, парень с волосами мышиного цвета, повернул голову в сторону Поттера и с улыбкой слабо сказал: — Спасибо, Гарри. Ты настоящий герой! Может быть... ну, я этим увлекаюсь... я сделаю твой снимок? Удивлённый парень лишь кивнул, шокированный тем, что его впервые кто-то назвал героем. Он себя таковым никогда не считал, да и не чувствовал. И теперь бы ему отправиться в Реддл-менор, куда, по словам Долохова, уже переместился Драко, но он не захотел. После тех слов в подворотне он не мог отделаться от мысли, что они могли быть правдой. Преисполненный какой-то мрачной решимости, наверняка связанной с выбросом адреналина, Гарри настоял на том, чтобы из Мунго они переместились в Министерство. Нет, юноша не хотел, чтобы ещё и эта недомолвка стала между ним и Томом. Тот момент, что вечером он мог спросить Лорда обо всем напрямую, просто не пришел ему в голову. Да и боялся он, что к вечеру у него просто не хватит решимости об этом спросить. Холл Министерства пронёсся перед его глазами расплывчатым пятном. Быстро войдя в лифт, он с трудом дождался, когда за ним последует Антонин. Струпьяр простился с ними ещё в той подворотне, а Барти вышел на втором уровне, где располагался Отдел магического правопорядка. Вот лифт остановился на первом уровне, и холодный женский голос оповестил: — Министр магии и обслуживающий персонал. Сейчас Гарри нужен был только один человек, и благодаря отцу он знал, где его приблизительно искать. Пройдя длинный коридор с многочисленными дверями, он оказался в приёмной, где молодой секретарь что-то усиленно писал. Его стол находился между двумя дверьми, и Поттер прекрасно знал, что нужная ему явно не вычурная бело-золотая. Подняв холеное личико на пришедших, секретарь уже хотел что-то сказать, когда юноша молча направился к массивным дубовым дверям. — Постойте! — всполошился секретарь, резко вскакивая, но опаздывая. Быстро подойдя к дверям, Гарри с силой их толкнул и, войдя в помещение, уже хотел было начать заготовленную им заранее речь, когда заметил устремлённые на себя взгляды. Он явно ворвался посреди какого-то совещания. Об этом явственно говорило нахмуренное лицо Люциуса Малфоя и откровенно недоумевающие взгляды ещё двух мужчин. Гарри настолько торопился донести до Тома свои слова, пока не иссякла решимость, что у него даже мысли не возникло, что у Милорда могут быть в это время посетители. Это и выбило опору из-под ног юноши. Сделав новую попытку заговорить, Поттер со страхом понял, что не может. Он настолько волновался, что, казалось, это самое волнение передавило своими мерзкими пальцами ему горло. Расширив глаза, он в ужасе посмотрел на Волан-де-Морта. Окинув эту картину, к которой добавился что-то быстро лопочущий секретарь, Милорд склонил голову набок. Ничего лестного на ум ему не приходило, поэтому он решил промолчать. В груди кольнуло непонятное чувство беспокойства, когда он сконцентрировал свой взгляд на женихе. Том прекрасно понимал, что просто так Гарри вести себя так не станет. Но в то же время он и не догадывался, что могло случиться с этой ходячей катастрофой, когда он лично Долохову приказал подобрать ему двух компетентных сопровождающих. — Ми-Милорд! — испуганно продолжал секретарь. — Я просто не успел его остановить. Он буквально влетел в ваш кабинет и... — Свободен, — бросил Том, не желая слушать этот лепет. Обведя взглядом эту абсурдную картину ещё раз, он продолжил: — Люциус, зайди ко мне в конце дня. Мы обсудим точную сумму амортизирующих отступных в этом случае. Лестрейнджи. С вами я поговорю позже. И Рабастан, начинай сразу вводить сделанные нами исправления в макет будущего лабиринта. Сидящие перед столом мага мужчины уважительно кивнули, после чего спокойно покинули его кабинет. Лишь Люциус задержался, окинув стоящего у дверей юношу, которого когда-то перепутал с его братом, но это, видно, уже сказывался возраст. Когда двери за ним закрылись, Том, откинувшись на спинку кресла и сведя руки перед собой, предложил гостям присаживаться. Долохов с удовольствием занял крайнее кресло, а вот Гарри неуверенно сел в среднее. Сложив руки у себя на коленях, парень вперил в них взгляд, с печалью осознавая, что, кажется, он снова всё испортил. Неожиданно все события дня навались на него, и почему-то до слёз стало обидно. За себя, за Криви... за всех. Да и легко было приказывать Долохову, когда по его венам тек адреналин, а сердце пылало праведным гневом. Но вот всё прошло, и парень не понимал, откуда у него тогда взялась эта решимость и как теперь снова быстро обрести её. Недолго понаблюдав за этой покорной и провинившейся позой, Том заметил, как Гарри временами испуганно косится на Антонина. Быстро обдумав это, он встретился с довольным до безобразия взглядом Долохова и кивнул: — Зайди ко мне через полчаса. Тони ехидно-понимающе улыбнулся и быстро ретировался. Проводив его мрачным взглядом и не заметив никаких изменений в своём визави, Том мысленно вздохнул. Поднявшись из-за стола и невербальной магией придвинув кресло к парню, Волан-де-Морт сел рядом с ним. Осторожно разомкнув сжатые юношеские руки, мужчина взял одну из них в свою и несильно сжал, ощущая, как напряглись тонкие пальцы. Да и весь парень казался одной сплошной натянутой струной, которая так и вибрировала в опасной близости от разрыва. — Я... Том, понимаешь... Это неправильно, — путано начал Гарри, но это были мелочи по сравнению с тем хаосом, что творился у него в голове. Промучившись ещё с минуту, он обессилено признался: — Я не знаю, с чего начать. Оценив потерянный вид своего избранника, Том сделал незаметный пас в сторону двери. Вскоре в неё осторожно постучали, и вошёл секретарь, несущий в руках две чашки. Поставив одну перед Милордом, а вторую отдав в незанятую руку Поттера, парень спешно ретировался, а Том заметил: — Предлагаю начать с чая и начала. Гарри неуверенно кивнул и с благодарностью впервые за это время посмотрел на мага. У Волан-де-Морта лежали на столе свитки, которые ему необходимо было срочно просмотреть и принять решения, но он не стал торопить юношу, и вскоре это принесло свои плоды. То ли в чай было что-то подмешано, то ли на Гарри так подействовала сама сладость напитка и молчаливая поддержка Милорда, но вскоре парень начал расслабляться. Начав издалека, юноша постепенно всё уверенней рассказывал о своей прогулке. Лишь дойдя до своих злоключений в злачном переулке, Гарри незаметно, как ему казалось, опустил детали о своём посещении «Любви», но что-то ему подсказывало, что Волан-де-Морт это заметил. Благо, мужчине хватило такта не уточнять, а вскоре он уже и сам хмурился, выслушивая остаток злоключений своего визави. М-да, звание «личной катастрофы» его жених снова успешно подтвердил. Но ситуация была неоднозначной, и с этим определённо нужно было что-то делать. Притом, срочно. — И я так понимаю, — задумчиво продолжил Милорд, стоило Гарри замолчать, — что ты пришёл сюда спросить, не покрываю ли я законами магов, не гнушающихся покупать подростков и использовать их в качестве секс-рабов? И видя смущённый кивок Поттера, решительно припечатал: — Тогда мой ответ — нет. Скажем так, юность у меня прошла в крайне неспокойных временах, поэтому я уже давно позаботился, чтобы дети, наделённые волшебством, были защищены законом. И это вне зависимости от статуса их крови. Несмотря на смягчающие нотки, голос Милорда звучал строго и сухо, что заставило Гарри почувствовать себя виноватым и начать спешно оправдываться: — Не то, чтобы я так всерьёз думал. Но ведь я понимаю, что у любой власти есть свои... — Гарри неопределённо повёл рукой с чашкой, — ...теневые стороны. Да и я видел тот приказ месяц назад об Азкабане... Вот я и подумал, что... — Постой, — мягко приостановил его Том, нахмурившись. — Приказ? Неуверенно покосившись на Волан-де-Морта, Поттер признался: — Я тогда просматривал выданные тобой донесения и в них, видно, случайно, попал приказ, в котором ты отсылаешь перечисленных корреспондентов в Азкабан, сроком заключения — месяц, за публикацию нежелательных статей. Лорд мысленно поморщился. А он всё гадал, куда же потом пропал этот документ. Суть шла о том времени, когда мордредов Блэк убил стражника Азкабана и его семью, а зарвавшиеся корреспонденты жёлтых газетёнок, включая небезызвестного «Пророка», подали это все народу в худшей из возможных форм. Тогда Том по-настоящему рассердился и в воспитательных целях временно сослал самых рьяных акул пера на отдых к дементорам за «особые заслуги перед родиной». Результат это принесло быстро, но, видно, именно этот документ и попался на глаза Поттеру, заронив зерна сомнений в идеальности правления мага. С другой стороны, Милорд уже не раз замечал за юношей цепкий ум, и его не пугали разные факты, которые открывались о Томе, поэтому, пожалуй, маг был не против такой осведомлённости своего жениха. — Гарри, — задумчиво начал он, — магическое сообщество очень чутко реагирует на любые новости, и поэтому мне бы не хотелось волновать его временными трудностями, которые через год уже никто и не вспомнит. Во всяком случае, Том на это надеялся, но Барти не спешил его радовать, за что Круцио часто стал звучать в стенах этого кабинета. Не желая спорить, Поттер кивнул. Юноша был слишком рад, что маг не имеет никакого отношения к недавнему инциденту, поэтому вопрос корреспондентов быстро закрылся. Облегчённо выдохнув, Гарри слабо в ответ сжал руку мага и благодарно посмотрел на мужчину. — Спасибо, — радостно начал он и, замявшись, всё-таки добавил: — И извини, что... ну, что я такой. И что мои действия и поступки не всегда можно назвать вменяемыми. Прости, Том. Оторвавшись от своих мыслей и расчётов, Волан-де-Морт насмешливо приподнял бровь. — Я не расстраиваюсь, Гарри. Но, признаться, мне было бы гораздо проще жить, если бы ты хоть изредка помогал мне. И видя полные решимости зелёные глаза, он продолжил: — Как ты знаешь, скоро приедут иностранные гости из разных магических школ и начнётся Турнир Трёх Волшебников, на котором мне понадобится твоё присутствие, как моего жениха. Не очень представляя себе всё это, Гарри уверенно кивнул: — Это всё, чем я могу тебе помочь? — Нет. Так же было бы неплохо, если бы ты снова занялся мелкими отчётами разных Департаментов. С осени в них прибавится работы, и, как следствие, у меня. Поэтому твоя помощь была бы неоценима. Вот с этим у Поттера точно не должно было возникнуть проблем. — Хорошо, Том. Я обязательно разберусь с этим! Видя загоревшийся в глазах энтузиазм, Милорд не выдержал и, отпустив гаррину руку, легонько взъерошил короткие волосы парня. От этого нового для него действия щеки юноши украсил очаровательный румянец, который ему очень шёл. Понаблюдав за женихом некоторое время, Том, с мысленным вздохом, вынужден был признать, что скоро у него назначена новая встреча, а ему ещё предстояло устроить разнос одной слишком деятельной личности. — Думаю, ты сегодня устал, и юный Малфой уже весь извёлся в ожидании тебя. Вспомнив о Драко, Гарри виновато улыбнулся. — Точно, я... совсем забыл о нём. — Тогда можешь воспользоваться моим камином, чтобы вернуться домой. Последнее слово маг произнёс с особой интонацией, от которой на сердце у юноши потеплело, и все волнения дня окончательно отпустили его. Уже стоя у камина, с набранной в руке горстью летучего пороха, Гарри не выдержал и, поддавшись порыву, заметил: — Эм, Том, знаешь, я и раньше восхищался... ну, тобой, — смутившись и ощутив, как щёки предательски начали краснеть, Поттер поспешил закончить: — как правителем. Да и не только. Но побыв сегодня с теми, кем ты управляешь, и вдоволь насмотревшись на их... их... экстраординарность, да... В общем, это впечатляет. И видя, как успевший снова о чём-то задуматься Волан-де-Морт поднимает на него явно непонимающий взгляд, поспешил ретироваться. Том в удивлении наблюдал, как краснеющий подросток стремительно исчезает во всполохе изумрудного пламени. Что? Он им раньше... восхищался? Восхищался волшебником, имя которого боятся произносить и по сей день, а тогда, в послевоенный период, ненавидели так же сильно, как и опасались? А хотя... Милорд закатил глаза. С этим невозможным ребёнком — всё возможно. И хоть уголки губ его дрогнули, стоило вспомнить эти последние слова юноши, но работа ждать его больше не будет. Вернувшись в кресло, Том ещё пять минут мог спокойно работать, пока его не прервал стук в дверь, а вскоре его гость уже сидел перед ним, слишком довольный собой. — Мой Лорд? Раздражённо отложив неподготовленные указы и поправки к старому закону в сторону, Том скрестил руки перед собой и внимательно посмотрел на Антонина. — Долохов, — холодно начал он, приступив сразу к делу, — когда я приказывал тебе выделить моему жениху достойную охрану, то я как-то ожидал чего-то большего, чем одного Струпьяра, да ещё и в том злачном месте. Мне же не нужно тебе объяснять, что с ним там могло случиться, помимо визита дворняжки Блэка? Верно всё поняв, Тони резко посерьёзнел: — Мой Лорд, ваш будущий супруг всегда был под дополнительной охраной, которая незаметно следовала за ним. Струпьяр здесь был скорее отвлекающим фактором, а в остальном я лично следил за его безопасностью. После этих слов глаза Милорда сменили кровавый оттенок, вновь став бордовыми. Он хмыкнул: — Следил. Да кто бы в этом сомневался. И как твои наблюдения? Ты же не просто так устроил весь этот театр? Поняв, что буря миновала, Антонин снова встрепенулся. — О, ребёнок прелесть! Он... — Конкретней, Долохов, — Том задумчиво посмотрел на напольные часы, после чего, повинуясь несложному пасу, из бара вылетела бутылка с огневиски и пара стаканов. Благодарно приняв свой с плещущейся в нём янтарной жидкостью, Тони уже серьёзно пожал плечами: — Забавный юноша, у которого временами прорезается голос. Но этого пока мало, чтобы его кто-то слушался. Но, да, потенциал есть. К неприятностям, так особенно. Волан-де-Морт кивнул, делая глоток из своего стакана: — Вот поэтому и назначь впредь за ним постоянных и компетентных сопровождающих. Ведь он даже с тобой смог попасть в историю. Долохов смешливо состроил рожицу: — Со мной он никуда не пропадал и не попадал, — но заметив мелькнувшее во взгляде Тома раздражение, прибавил: — Но всё будет, как вы скажете, Милорд. Но надолго Долохова не хватило, поэтому он, снова сделав небольшой глоток, поинтересовался: — Кстати, а что ты будешь делать с уже поднятым шумом? Ведь твой суженый продефилировал перед всем Косым с сильно избитым юношей. В глазах магов он уже второй Мордрет. Ну, или второй ты. Милорд склонил голову набок, но вместо желанного осаждения Долохова ответил на его вопрос: — Здесь всё просто. Я уже придумал, как из этого можно будет извлечь максимальную пользу. И, замолчав, Том с ожиданием посмотрел на с азартом задумавшегося Долохова. — Сделаешь из него героя? Нет. Даже так — Героя! — Не теряешь хватку, — похвалил его довольный Волан-де-Морт. — И да, верно. Как ни крути, а силой или страхом Гарри Поттер не сможет покорить магическое общество Британии. Так пусть тогда подчиняет его любовью. — Отличный тост! — хохотнул Тони, салютуя своим стаканом. — Дамблдор бы не сказал лучше. — Долохов, — в шутку рыкнул Том, — не смей поминать его при мне всуе. Антонин засмеялся: — Как прикажете, Ваше Темнейшество! Бросив очередной раздражённый взгляд на часы, Лорд с досадой прицокнул языком: — И всё же ты успеваешь — и личную жизнь наладить, и за Гарри проследить, и проинспектировать наших новоиспечённых Стражей. Кстати, и что ты можешь сказать о них? Долохов с вселенской печалью вздохнул. — В процессе очеловечивания, — и, заметив приподнятую бровь Тома, пояснил: — а конкретней скажу цитатой Сивого: «Сброд, как есть сброд». — Ничего другого я пока и не ожидал. Передай Струпьяру, что если всё так и продолжится, то ему не повезёт. Фенрира, к слову, это тоже касается. Долохов кивнул и, заметив, что Милорд снова углубился в лежащие перед ним бумаги, понял намёк. Понять-то — понял, но вот уже стоя в дверях не смог удержаться от прозорливого замечания: — Вы главное, Милорд, внимательно просмотрите принесённые мной воспоминания, мои и Струпьяра, о похождениях вашего жениха, — и он кивнул на две склянки с закручивающимися воспоминаниями на столе Тома, куда лично их поставил ещё в начале беседы. — Так уж и похождениях, — не отрывая взгляда от документа, хмыкнул Волан-де-Морт. — Похождения как есть, Ваше Темнейшество, — подобострастно закивал довольный Долохов. — Это ж где-то видано было, чтобы приличные, а главное — невинные мальчики по секс-шопам ходили?! Да ещё с таким знанием дела! Кивнув, Том уже хотел ответить, когда смысл сказанного коварным Антонином дошёл до него. — Что?! — таки оторвавшись от бумаг, Милорд вперил горящий недовольством взгляд в торжествующего от этого Долохова. — О чём ты? — Всё там, — смиренно кивнул мужчина на колбы. — Всё там — и моя грядущая победа, и ваш благоверный невинный мальчик, — пропел елейным голосом Тони, которого всё-таки задел тот факт, что кто-то в их окружении ещё может быть чистым и незапятнанным грехами. Всё ж мировоззрение рушится из-за этого, а Антонин такое не любил. Поняв, что наглый Пожиратель достиг своего, Милорд мстительно прошипел: — Я-то посмотрю, Долохов. А тебе советую не терять своего Барти, ведь когда со следующей весны ты будешь жить в соседнем кабинете, он тебе станет особенно удобным. Недовольно скривившись, Тони поспешил ретироваться, пока ничем магическим вслед не поддали. Волан-де-Морт же раздражённо отложил перо и с интересом посмотрел на выстроенные в ряд колбы. Секс-шоп? Серьёзно? Нет, он всё-таки правильно решил, что, когда младший Малфой уедет, перенесёт большую часть работы в Реддл-менор. Как показывает практика, за Гарри нужен глаз да глаз. И кто бы ему сказал, что он будет с неохотой отпускать надоедливого Малфоя из своих родных стен? Но именно так он и делал, стоя на следующий день наверху лестницы в холле Реддл-менора. У подножья лестницы Гарри искренне желал Драко успехов в учёбе. Видя, как двери закрываются за его другом, парень с неверием подумал, что уже прошло целое лето, как он жил здесь, с Томом. А он даже не заметил, как ушло это время. Прерывая его грустные мысли, на плечо юноши легла теплая рука. Подняв голову, парень встретился с вопросительным взглядом Волан-де-Морта и невольно улыбнулся. Слова Долохова в который раз за эти дни прозвучали в его голове, и Гарри решился. Нет, он не отдаст Тома никому, он будет за него бороться. Ведь хоть лето уже и прошло, но впереди у него ещё целая осень. И зима. И весна. Одним словом — у него ещё есть время, чтобы заполучить сердце одного неприступного Тёмного Лорда. И глядя в эти внимательные бордовые глаза, Гарри пообещал себе постараться.