Право на отсрочку

Не помню, как я оказалась дома. Кажется, у меня впервые вышло использовать шуншин. Какая же я идиотка! Позволила Наре увидеть собственные чувства, а потом еще и продемонстрировала ускорение чакры, на которое не каждый генин способен. Не проще ли было сразу заявиться в академию с воплями о дружбе, мире, жвачке, а затем выпуститься на три года раньше? Не ну а что, хуже-то уже не будет, теперь будущее точно изменится. Не знаю как, как именно и каким путем, но точно изменится! И что мне теперь делать?! Дура, дура, дура! Руки дрожали. Сердце билось, как бешеное. В висках закололо, спина покрылась потом. Это точно был очередной приступ. Докатились. Попыталась вдохнуть. В горле словно комок застрял. Тупо открываю и закрываю рот. Падаю на колени. Приступ застал на лестнице, вцепляюсь одеревеневшими пальцами в перила. Кое-как начинаю дышать. В глотке сухо, а язык как наждачка. Губы дрожат. Не хватает еще только заплакать. Столько терпеть, чтобы так глупо проколоться. И насколько же нужно быть глупой, чтобы понять свое состояние только после чужих слов? А если бы Шикамару не стал ничего говорить? Так и продолжила бы вести себя как гребанная малолетка? Нужно успокоиться. Сейчас же, пока все не переросло в полноценную истерику. Сейчас... Сейчас. Я с силой отвесила себе пощечину. Не сработало. Дыхание только стало неровнее. Процесс уже был запущен. Страшно, так страшно. Что со мной будет? Если будущее изменится мои знания будут бесполезны. Я умру на первой же серьезной миссии. Я умру. Умру! Страшно, я в ужасе. Сердце колотится как ненормальное. Опять не могу дышать. Меня всю трясет. Пот течет ручьями. В глазах мутится. Это уже непохоже на обычную истерику, мне уже физически плохо. Все тело скручивает в каком-то спазме, волнами накатывает тошнота и я блюю прямо на пол. О том чтобы добежать до ванной нет и речи. Начинаю рыдать от того, как мне холодно и страшно. Хочется сбежать и забиться в самую глубокую нору, какую только смогу найти, но при этом не нахожу сил даже пальцем шевельнуть. Краем агонизирующего сознания отмечаю какой-то хриплый шепот, исступленный, как у фанатика. Кто это? Кто это? Кто? А. Это же я. - Не хочу умирать, не хочу, только не снова, все что угодно, только не снова, мама, мамочка, спаси меня, пожалуйста, я не хочу, не хочу, пожалуйста, спасите меня, мама, мама я ненавижу тебя, мама я люблю тебя, мама не бросай меня, не бросай меня, не хочу быть одна, страшно, так страшно, слишком страшно, не хочу быть одна, не бросайте меня, Мила, Мила, останьтесь со мной, страшно, больно, так больно, я умираю, не хочу, только не это, слишком страшно, слишком больно, мама, кто-нибудь, спасите спасите меня, не хочу быть одна, не хочу, не хочу быть одна, не хочу быть одному, не бросайте меня, не оставляй меня, не уходи, ты нужна мне, не уходи, останься, останься! Ты. Нужна. Мне. Грохот. Кажется, это я свалилась с лестницы. Перед глазами все плывет, через бесконечно долгое мгновение понимаю, что от крови. Рассекла себе лоб. Кое-как утираю кровь с глаз. Их жжет, как огнем. Зажмуриваюсь пару раз, жжение проходит. Сил нет никаких. Остаюсь лежать на полу и пытаюсь восстановить дыхание. Ко мне вернулось спокойствие. Из всей этой мешанины, что-то явно принадлежало не только мне. Это Саске? Конечно он, кто же еще. Значит, он все-таки жив. И явно может осознавать и влиять на происходящее. По всей видимости, он совсем не против компании. Причем я не только о его теле. Кажется, меня благословили на общение. Вот только не знаю хорошо это или плохо. - Черт, как же тупо... Я так глупо поддалась истерике. Если все и дальше продолжится в таком духе - я просто умру, от инсульта или инфаркта, еще одной панической атаки или того и другого и третьего. Нужно разобраться с собой. Насчет Шикамару... К чему вообще такая паника? Захотелось снова упасть с лестницы при мысли о том насколько глупой и бессмысленной была моя истерика. Да, будущее изменится. Ну и что? Оно уже поменялось. И как бы я не старалась, будет меняться и дальше. Я ничего не смогу с этим сделать. Все, что я могу сделать - это стать сильнее. Сильнее, намного, гораздо сильнее. Чтобы не бояться. Избавиться от этого страха. И выжить. Ведь только так я могу жить. Кое-как я смог добраться до гостевой комнаты, своя была сейчас недостижимым бастионом. Я принял решение и не собирался отступаться от него. Этой ночью мне снились маленькие детские руки. Они обнимали меня. Было тепло.

***

Шикамару нервничал. Совсем немного, самую малость, да именно так. И все же он нервничал. После их странного общения Учиха уже вторую неделю не появлялся в академии. На робкие писки девочек (некоторые из которых уже начали влюбляться в отпрыска именитого клана, Шикамару мог на это только вздыхать), Ирука зло отмахнулся, посоветовав больше времени уделить тренировкам, а не всякой чепухе. Но жалобные взгляды на на самом деле сердобольного учителя все-таки подействовали, так что информацией он поделился. Учиха "заболел". Было ли это так на самом деле? Конечно, вряд ли со всех сторон идеальный Учиха стал бы банально прогуливать. Хотя, если их разговор его задел... Что ж, он выглядел как человек способный оскорбиться. Но на взгляд Шикамару, Саске скорее вызвал бы его на поединок или вроде того, как там еще принято у знатных кланов? Едва ли он мог серьезно обидеться или расстроиться, Учиха все же не девчонка. Так что Шикамару решил быть готовым, на всякий случай. Становиться объектом мести Учихи не очень-то и хотелось. Хорошо бы, если дело обойдется обычным отметеливанием на спаррингах. Это он бы пережил запросто. Решив не заморачиваться, он расслабленно откинулся на спину парты и задремал. Из приятной легкой дремы его выдернули радостные девчачьи шепотки и недовольное ворчание мальчишек. Он лениво приоткрыл один глаз, и поперхнулся. Прямо у дверей торчал Учиха! Он был окружен любопытствующими, среди которых было несколько самых смелых девочек, влюбленных в него - какая глупость. Шикамару открыл второй глаз. Пристально рассмотрел, выцепляя детали. Учиха изменился, немного, но изменился. Немного похудел, будто бы от недоедания, надел какие-то странные шмотки, но самое необычное - он улыбался. Что-то знакомое было в этой улыбке. Она напомнила ему самого надоедливого ученика в их академии. Учиха улыбался... не как Наруто, нет, не той глуповатой широченной улыбкой, но был в ней какой-то похожий надрыв. Едва заметный, но все же различимый для кого-то очень внимательного и знающего, на что смотреть. Неожиданно произошла еще одна крайне странная вещь. Учиха заметил его взгляд... И улыбнулся! Теперь улыбка приобрела нотки дружелюбия. Шикамару был близок к тому, чтобы выпасть в осадок. Все это время Учиха вел себя как отмороженный, не реагируя ни на кого. Он даже не помнил, чтобы местный гений с кем-то разговаривал, не говоря уже об улыбке. Однако, дело этим не ограничилось. Учиха пошел в сторону к их с Чоджи парты. Он встал прямо напротив него. Шикамару вопросительно вскинул бровь. Учиха Саске продолжал легко улыбаться. Из улыбки исчез всякий надрыв, но выражение его больших черных глаз оставалось печальным. - Сыграем в шоги? - Что?..

***

Учиха определенно изменился. Шикамару не знал, что произошло, но подозревал, что умудрился потыкать палкой в клубок гремучих змей. Если раньше при взгляде на Учиху Саске можно было подумать о полнейшей эмоциональной отмороженности, то теперь он буквально светился дружелюбием. Во всяком случае, в отношении Шикамару. Это даже немного смущало. Раньше державшийся от всех в стороне Саске теперь постоянно пытался выйти с ним на контакт. Он подходил к нему на переменах, на обеденном перерыве, после уроков. Предлагал погулять, угостить, сыграть в шоги, в шашки, го... Черт, да во что угодно! Играл он, надо сказать, весьма неплохо. Было интересно. Чоджи против компании Учихи вообще ничего не имел. То ли Учиха был щедр к тем, к кому испытывал симпатию, то ли он просто имел привычку сорить деньгами, но каждая их встреча после школы оканчивалась весьма сытным и вкусным угощением. Поневоле и сам Шикамару начал испытывать к нему симпатию. В конце концов, он почти не знал его. Возможно, Учиха наконец оправился от психической травмы. Да и мысль, что именно он поспособствовал его выздоровлению ему все же немного льстила. Шикамару понятия не имел, знал Учиха, или нет, но казалось, что тот обладал какой-то мистической способностью располагать к себе людей. Во всяком случае, очень скоро большая часть академии была от него без ума.

***

Стоял очередной жаркий день. Был обеденный перерыв, так что большинство учащихся высыпали со своими обедами во двор. Дети, изнывающиеся от жары, успели по нескольку раз передраться за возможность расположиться в тени. Шикамару, Чоджи и присоединившийся к ним Учиха расположились под тенью большого развесистого дуба. Небо было ослепительно ярким, по нему лениво ползли белые кучеряшки облаков. Шикамару лежал на мягкой сочней траве и чувствовал странное умиротворение, почти блаженство. Рядом громко хрустел чипсами Чоджи. Кажется, Саске купил ему дополнительных пачек двадцать в качестве угощения. Сам Учиха сидел, запрокинув бледное лицо навстречу солнцу и забавно щурился. Выглядел он почти мило. Шикамару прямо таки видел восторженно вздыхающих девочек. - Эй, Нара, - наконец прервал идиллию Саске. - М-м-м? - лениво отозвался он. - Сыграем в шоги? На спор, - со странной хитрецой добавил Учиха. Таких интонаций он от него еще не слышал. - На что? - Если я выиграю, ты будешь звать меня по имени. Никаких Учиха, только Саске, - в голосе Учихи послышалось что-то странное, чего он никак не мог опредилить. - Яре-яре, не обязательно так заморачиваться, я могу называть тебя по имени и так. - Но это не будет интересно. - Хм, и что будет, если выиграю я? - Все, что попросишь. Я не откажу. Шикамару повернул голову, и тут же обжегся о взгляд Учихи. Черные глаза смотрели лукаво и с каким-то непонятным ему выражением, на губах играла улыбка. Что ж, стоило признать, девочкам и вправду было за что в него влюбляться. Учиха был красивым, но слишком странным для ребенка их возраста. - Ну... хорошо, - медленно согласился он. - Вот и ладно!

***

Он проиграл. Это было попросту нереально. Но именно так все и было. Игра была тяжелой, только под конец Учиха буквально выгрыз себе победу. У Шикамару, вначале не игравшего всерьез, возникло странное ощущение. Он будто бы играл с противником как минимум в три раза старше него самого. Под конец игры он почувствовал небывалый азарт, но было уже слишком поздно, и он проиграл. - Я победил! - Учиха... Нет, Саске, счастливо смеялся. Крошечное чувство досады от проигрыша испарилось без следа. - Я просто не старался в начале, - он оправдывался! Дожили. - Это будет тебе уроком, - ухмыльнулся счастливый победитель. - Яре-яре... - Аха-хах! - Что вы там вообще делаете? - только уничтожив всю еду, Чоджи вернулся к реальности. Только Шикамару собирался отмахнуться, как в игру вступило еще одно действующее лицо. - Ледяной придурок Саске оттаял? Девочки из-за тебя на ушах стоят, даттебайо! Вторженцем в их мирную идиллию оказался Наруто. Одетый в кислотно зеленую майку и не менее яркие оранжевые шорты, он, со своими пшеничными волосами и громогласным голосом казался какой-то досадной ошибкой, по нелепой случайности ворвавшейся в их спокойный мирок. Главный хулиган выглядел действительно возмущенным. Он напряженно сжимал кулаки, в голубых глазах горел недобрый блеск. Он явно был готов к драке. Шикамару почувствовал раздражение. Не то чтобы он был суеверен, или восприимчив к чужому мнению, совсем нет. Он понимал, что особых причин гнобить Узумаки нет, тот был обычным одиноким выпендрежником. Сам он никак к нему не относился. Он не горел желанием общаться с ним - слишком уж хлопотно - но и не измывался над ним никогда, предпочитая стратегию мирного нейтралитета. Однако надо признать, Узумаки мог быть воистину невыносимым. Будучи озлобленным из-за своей отвергнутости он постоянно вступал в конфликты, задирая всех подряд, напрашиваясь на хоть какую-нибудь реакцию. И это было весьма... утомительно. - И тебе привет, Узумаки, - Саске на откровенную подначку не поддался. И улыбка и поза, в которой он сидел оставались все такими же умиротворенными. - Тебя лично это так задевает? - Ты просто достал! - кажется, ответа Узумаки не понял. Не понял, но все равно взбесился. - Знаешь, как тебя называют? "Ледяной принц"! Пфф, это же тупо! - возмущенно махнул кулачком изгой. - Принцесса ледышка ты, вот кто! И к Шикамару липнешь совсем как девчонка! - ткнул пальцем едва ли не в лицо Саске. Шикамару сузил глаза. Ситуация явно накалялась. Обвинение само по себе было неуклюжим и детским, но любого другого все равно взбесило бы. Незнакомый ранее шепоток в голове заметил, что по крайней мере внешне Учиха будет симпатичнее любой девчонки. Чуть прибалдев от самого себя, он разумно заметил, что по поведению Саске самый обычный мальчишка, разве что странно зрело мыслящий, но этому можно было дать разумное объяснение. - Знаешь что, Узумаки, - Саске медленно поднялся на ноги. - Возможно, тебе это понятие не знакомо, но так и быть, я тебе объясню. То, что я делаю, называется "дружба". Я хочу подружиться с Нарой Шикамару, - он сказал это громко и серьезно. На них начали оборачиваться. - Тебе, не знакомому с элементарным человеческим общением, естественно, неоткуда знать, как это бывает, но тут уж ничего не поделаешь. Пожалуйста, не доставай людей своей тупостью и дальше, - сказал и подошел к нему вплотную. Со стороны они выглядели как две настоящие противоположности. Саске был выше на пару сантиметров, но он стоял, наклонив голову. Их лица были совсем рядом друг с другом, отчего разница между ними становилась еще заметней. В голубых глазах Наруто ясно горела обида, в то время как темный взгляд Саске был практически нечитаем. Наруто явно растерялся. Шикамару видел, что он не понял и половины сказанного, но общую суть явно уловил. Растерянность заменилась злостью. Узумаки злобно зарычал и прыгнул на Саске с явным намерением поколотить обидчика. Тот легко, словно ему это ничего не стоило, отклонился в сторону, одновременно делая подножку. Наруто свалился на траву, пропахав носом землю. Злые слезы выступили на его глазах. Неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы не прозвенел обеденный колокол. Перерыв был окончен. Саске подошел к валяющемуся на земле Наруто, вздернул того на ноги за шкирку, и, убедившись, в его относительной целости, спокойно отвернулся. Совсем растерявшийся Узумаки недоуменно смотрел вслед его удаляющейся спине. Вокруг тут же начались шепотки. Саске, подошел к Шикамару, все это время пристально наблюдавшему за происходящим. Он улыбался, но Нара заметил мелькнувшую в его глазах усталость. Словно поняв это, он прикрыл глаза своими длинными ресницами. Когда он поднял их, от усталости не осталось и следа. Он мягко улыбнулся. - Пойдемте в класс?

***

Я сделал это. Последний приступ заставил меня сделать определенные выводы. Я не могу всю жизнь прожить в страхе. Мне дали второй шанс, чтобы я мог жить, а не существовать. И я буду жить. Я решил, что не позволю страху управлять мной. И не только страху. Я не хочу чтобы что-либо вообще мной управляло. Плевать на будущее, теперь для меня будет только настоящее. Я буду заводить друзей, создавать новые узы - делать все, что захочу. Мне нужно было время на то, чтобы отойти от произошедшего и собраться. Изначально я планировал пропустить день-другой, пока шрам от рассеченного лба не исчезнет (я залечил его, но требовалось время, чтобы следы пропали окончательно), однако мои планы потерпели корректировку. Я пробудил второе томое. Видимо, моя позорная истерика все же принесла неожиданные плоды. Мои глаза перешли на следующую ступень развития. Теперь я мог изучить теневое клонирование. Мне хватило пары часов. Контроль чакры у меня уже был довольно высок, да и Инь чакры благодаря взрослому интеллекту у меня было в избытке, поэтому изучение данной техники (до подозрительности неожиданно легкой, кстати) не составило для меня особого труда. Я смог создать трех клонов. Очень неплохо, учитывая небольшое количество чакры. И можно закрыть глаза на то, что это выжало меня досуха. Итак, клоны. Я преодолел первую ступень к достижению истинного могущества. Вместе с клонами я почти неделю потратил на разработку нового гендзюцу. Я почти не спал и не ел в это время, чуть не умер от истощения, и даже вспоминать не хочу, сколько раз меня выворачивало. Вышло довольно топорно, но все-таки работало. Я решил, что буду совершенствовать технику по ходу использования. Дело в том, что в нашем клане были специальные техники, которые пользователь мог проецировать на самого себя. Этакие самогендзюцу, обычно они использовались для придачи храбрости, избавления от страха и тому подобное. Как раз то, что было мне нужно. На их основе я разработал собственную систему самоиллюзий. Ее главной задачей было ограничение страха и установка определенного эмоционального порога. Иначе говоря, стоило мне запаниковать, как все чувства словно обрубало, как после сильнейшей дозы седативных. Вот только характерного заторможения не было. Я по праву мог считать новую технику прекрасной. Она была сработана немного грубо из-за недостатка сил, времени и опыта, но я был уверен, что со временем доведу ее до совершенства, может быть даже сумею полностью управлять своими эмоциями. Думаю, она еще не раз выручит меня. Не уверен, что переживу еще один такой приступ. А даже если и переживу, заново испытывать этот кошмар не хочу. Не только в этом была польза клонов. Я решил использовать их постоянно. Ну, сколько позволит чакра. Провел серию экспериментов и выяснил, что могу поддерживать трех клонов в течении пяти часов. Много. Не знаю, откуда у меня столько чакры. Возможно, наше с Саске слияние оказало свое влияние. Во всяком случае, сил у меня явно больше, чем у канонного Учихи. Я решил использовать их как можно рациональнее. Один клон будет заниматься моими экспериментами, то есть тестировать чакру и ее возможности. Искать доступный материал. Второй будет тренироваться в тайдзюцу. Да, клоны не могут прокачать меня физически. Однако, они передают мне воспоминания. Если клон в совершенстве освоит связку движений, повторяя их сто раз, мне остается только закрепить результат повторив их два-три раза. Третий клон должен был заниматься актерскими способностями. Да-да, мне нужна была практика. Пусть это и звучит странно, но для меня сейчас способность к притворству одна из первых по важности. Так что, актерская практика. Со временем я раскачаю резерв, и смогу создавать больше клонов, и с их помощью выполнять больше задач. Себе я поставил только одну цель... Наслаждаться. Я просто не хочу одиночества. Мне нравилось общение с Шикамару. Несмотря на то, что он был еще совсем мелким ребенком всего семи лет отроду, его интеллект и рассуждения подчас были более зрелыми, чем мои собственные. Я всеми силами старался завоевать его дружбу и доверие, и мне кажется, у меня вполне получается. Сегодняшний инцидент с Наруто... Возможно, я немного переборщил. Я даже не понял, что именно меня так оскорбило, ведь это был обычный наезд озлобленного ребенка. Мне следовало быть разумнее. С другой стороны, сам Узумаки тоже хорош. Если честно, он был весьма раздражающ, и это чувствовали все. Будь он спокойнее, кто знает, может быть дети и не были бы к нему так агрессивны. Умные дети. Те, на кого родительская неприязнь не подействует. Например, Шикамару. Но Узумаки был слишком "проблематичен" и именно это было его главной проблемой. Мне не слишком хотелось о нем много думать. Я понимал, что мне нужно оказаться с ним в одной команде. Слишком много сюжетных линий от этого зависело. Да и мы "связаны", но одно дело понимать и другое - хотеть. Да, я решил, что не буду пытаться в точности повторять мангу и буду жить своей жизнью, но какую-то подстраховку я себе все же рассчитывал обеспечить. И дружба с главным героем всей этой эпопеи определенно была важна. Возможно, когда-нибудь мне придется наступить себе на горло и сблизиться с ним. Я рассчитывал на то, что это когда-нибудь произойдет намного позже. Желательно, уже после получения звания генина. Сама мысль о том, что кто-то будет обладать настолько сильным влиянием на мою жизнь пугала. К тому же я помнил, на что будет способен Наруто. Уж не знаю делал ли он это сознательно, но способности манипулятора у него отменные. И это отталкивало меня еще больше. Я не хотел быть чьей-то марионеткой. Но даже если мне и суждено ей стать, то это должен быть мой выбор. Выбор, а не принуждение, ставшее возможным благодаря ауре всеобщего героя и спасителя. Это сейчас он глупый, озлобленный и одинокий ребенок, но уже скоро все изменится. И мне не хотелось думать, что я буду делать, когда это случится. Сейчас я просто хотел пожить для себя.