От теории к практике

- Нет. Нет! Нет, нет, нет и нет! Занимайтесь всем этим… этим… этим геройством без меня! – Шимэгу, выслушав подробности о найденной статуэтке, отскочил от костра, который было решено развести возле дальней стены зала, и с бешенством уставился на людей. Слово «геройство» он произнес с нескрываемым отвращением. - Постой! Стой, успокойся! Сядь, - Рэйнолд удивленно наблюдал за метаниями Шимэгу-Нейдена и напрасно пытался достучаться до него. - Успокоиться?! – Шимэгу был в таком бешенстве, что его слова было практически невозможно разобрать. – Успокоиться! Этот солдафон предлагает мне успокоиться! После того, что он мне сам рассказал! - Шимэгу забился в угол и теперь кидал оттуда злобные взгляды на притихших людей. – Ты тупой, тупой недоумок! Эта ваша Печальная Госпожа хочет меня в жертву принести! Она-то, - Шимэгу махнул когтистой рукой в сторону мастера артефактов, - Уже все давно поняла! Ненавижу! - Успокойся! – Еще раз повторил Рэйнолд, однако, не решаясь встать и усадить разбушевавшегося Шимэгу. – Нейден, приведи его в чувство! Контроль над их общим телом перехватил мастер мечей. Преодолевая сопротивление Шимэгу, Нейден подошел к костру и сел на свое место. - Похоже, здесь только Шимэгу обо всем догадался. Объясните мне, что происходит, - Нейден выжидающе посмотрел на Эллирис. Мастер артефактов ворошила угли в костре. Когда молчать дольше стало невозможным, она заговорила: - Нужна добровольная жертва. Желательно, жертва, защищенная от Красной Смерти. Шимэгу снова перехватил контроль над телом и вновь заметался по зале: - Поэтому она не стала меня убивать! Эй ты, овца! Хочешь меня использовать?! Черная сука! Я не стану этого делать! Ты слышишь? Слышишь?! Печальная госпожа не появлялась. Потолок не обрушился на голову Шимэгу, пол не разверзся под ним – богиня не отвечала на оскорбления. Она сделала все, что могла: облегчила дорогу через кордоны, помогла найти виновника болезни и указала способ, как справиться с мором. На остальное Шимэгу должен решиться сам. Шимэгу , не дождавшись знака от Госпожи, выбежал из дворца. Он выскочил за ограду сада, пробежал мимо статуи на главной площади, пронесся по широким улицам центра, заглядывая в пустые окна и дверные проема, пытаясь спрятаться, но натыкаясь на останки людей, застигнутых Красной Смертью врасплох. Наконец, он смог укрыться на чердаке когда-то внушительного каменного дома, ныне уныло таращившегося пустыми дырами оконных проемов. Крыша прохудилась и Шимэгу, забившийся в самый дальний угол чердака, мог видеть кусочек безрадостного неба с плывущими по нему редкими облаками. - Почему ты сбежал? – Голос Нейдена только сейчас смог достичь Шимэгу. Он вздрогнул от неожиданности – успел забыть о своем соседе. - Они хотят меня убить, - Уверенно заявил Шимэгу, но его голос вздрогнул. - Чушь, - Безапелляционно заявил мечник. – Никто этого не хочет. Пусть даже жертвой можешь быть лишь ты, никто не станет тебя заставлять. Я достаточно знаю брата, Анемона и Эллирис, чтобы быть в этом уверенным. - Но они ждут этого от меня! И от тебя тоже! Шимэгу сотрясала крупная дрожь, Нейден же, наоборот, был спокоен: - Ты спросил у них, чего они ждут? Нет, ты сбежал, как заяц, почуявший волка, а не сильная сущность, способная голыми руками расправиться с быком. - Ты не понимаешь! – Шимэгу в отчаянии заскрежетал зубами. Нейден успокаивающе произнес: - Так объясни мне. Шимэгу надолго замолчал. Он уже и сам устыдился собственной вспышки страха, даже паники. Этот конкретный Шимэгу и его соотечественники гнались за бессмертием из-за страха смерти. Проклятые своими бывшими повелителями – Темными Богами, они лишись собственных тел и были вынуждены обманом захватывать чужие. Так продолжалось годы и даже столетия, пока, наконец, везение не изменяло им, и Шимэгу не отправлялся в небытие, обреченный на посмертие среди своих собратьев. Это была не самая лучшая компания: озлобленные твари, собранные в одном месте, вынужденные дожидаться, пока их бывшие господа не помилуют их или окончательно уничтожат, наносили друг другу страшные незаживающие раны, только усиливающие их муки. Нейден, уловивший все эти метания Шимэгу, не находил слов утешения. Конечно, Шимэгу за свою жизнь убил очень многих, можно сказать, он жил за чужой счет, в последнее время мечник все больше убеждался, что в мире нет ничего однозначного. Шимэгу убил многих, но сейчас он мог спасти гораздо больше, чем погубил. Конечно, если захочет. - Они точно не станут тебя заставлять, - Твердо повторил Нейден. – И я не стану. Шимэгу недоверчиво хмыкнул. - Но ты все равно погибнешь вместе со мной, помнишь? Только к тому моменту в живых почти никого не останется, и ты будешь ожидать своей участи в одиночестве. - Ты тоже, - Огрызнулся Шимэгу. - И я, - Нейден послушно согласился. – Но я готовился к этому: присмотрел домик на отшибе, чтобы никого не беспокоить. Планировал, что Рэйнолд узнает о моей смерти, когда все закончится. Я даже ждал подобного исхода. - К чему ты клонишь? – Шимэгу устало вздохнул. - Я предлагаю сделку. - Такую же, как эта? Хочешь меня обмануть? - Если уж на то пошло, то ты первым начал, - Нейден по-детски перевел стрелки. – Но нет, в этот раз я не заинтересован в обмане. - Из-за Рэйнолда? – Шимэгу жутко щелкнул клыками. - Верно. Я не хочу, чтобы брат погиб, тем более так. Ты все равно попадешь в свое посмертие, к таким же, как и ты. Но у тебя есть выбор: попасть туда одному или со мной. Я дам клятву, - Нейден судорожно вздохнул, - Я поклянусь, что последую с тобой в посмертие и на новый круг перерождения, или гибели, если это будет угодно Богам. Ты больше не будешь один. Шимэгу зло рассмеялся: - Какое мне дело до твоей компании? Нейден ничего не ответил. Предложение было выгодным, и он это знал: для существа, столь боящегося смерти было важным не оставаться одному среди себе подобных, готовых вцепиться в глотку при первой же возможности. Мечник знал, что Шимэгу согласится. Когда кусочек неба, видный сквозь дыру в крыше потемнел, Шимэгу неуклюже поднялся и смущенно буркнул: - Возвращаемся. Они шли медленно, стараясь запомнить мир, который больше не увидят. Запомнить зимний вечер, хруст снега под ногами, останки мертвой столицы. Скоро и они будут такими же мертвыми, как и эти улицы, по которым они идут. Возможно, будет что вспомнить после. Рэйнолд, Хайрат и Адамсоны ждали их возвращения. Услышав приближающиеся шаги, Рэйнолд вскочил и бросился навстречу брату, не заботясь, кто сейчас управляет телом. Сжав Нейдена-Шимэгу в объятиях, Рэйнолд пытался согреть окоченевшего мечника. Наконец, усадив его у костра, где Хайрат развлекал Адамсонов иллюзиями, Рэй попытался накормить брата сухой лепешкой – единственной едой, которую они сейчас, когда котелок остался у Морана, могли съесть. Нейден отказался. - Элли, можешь мне дать статуэтку? – Стараясь не смотреть на брата, попросил Ней. Эллирис колебалась: ей была ненавистна мысль, что кто-то другой будет расплачиваться за чужую ошибку. Она весь день потратила, пытаясь придумать, как можно избавиться от мора, не прибегая к убийству – а это было именно убийство – Шимэгу и Нейдена, но ничего не приходило ей в голову. - Все в порядке, дай мне статуэтку, - Шимэгу постарался, чтобы его голос звучал как можно мягче. Маг-артефактор достала из сумки фигурку и протянула ее мечнику. Когтистая лапа быстро вырвала из ее рук горячую глину. - Нужно стереть старую руну и нанести новую. - Разберусь, - Коротко бросил Шимэгу и повернулся к Рэйнолду. - Рэй, - Нейден, насмешливо взглянул на брата, - Не вздумай винить себя, сводить счеты с жизнью и делать любые другие глупости – это наше собственное решение: мое и Шимэгу, - Увидев, что брат собирается ему возражать, мечник продолжил. – Знаю, что не будешь, просто подумал, что будет не лишним это озвучить. И не смей замыкаться в себе и оплакивать меня дольше недели. Ну ладно, помня о твоей тщательно скрываемой сентиментальности, не больше двух. И не говори ничего – я не хочу с тобой прощаться. Нейден направился к выходу из зала: когда они возвращались во дворец, то заметили башенку на два десятка метров возвышающуюся над крышей постройки. Хайрат последовал за ним. - Не обязательно нас сопровождать, - Заметил Нейден, ступив на первую ступень лестницы в башне. К счастью, башня и сама лестница были каменными и время их пощадило. - Лучше я, чем Рэйнолд, - Резонно возразил терузец. - Верно, - Нейден вздохнул. – Когда Рэйнолд в полной мере поймет смысл происходящего, ему придется не сладко. В молчании они поднялись в небольшую комнатку под самой крышей башни. Сквозь разбитые окна, выходящие на четыре стороны света и прорехи в кровле, на каменный пол падал снег. В комнате стоял единственный обветшалый стул, который рисковал рассыпаться при малейшем прикосновении. Нейден-Шимэгу сели у одной стен, под самым окном. Они бережно стерли старую руну. Шимэгу нерешительно замер: - У меня нет имени. Называют так же, как и моих сородичей. - Тогда мы его тебе придумаем. Как насчет Ллойна? - Ллойн? Что оно означает? - Бессмертный. - Очень смешно, - Шимэгу оскалился, - Пусть будет Ллойн. Когтем он начертил первую руну своего нового имени, под ней написал первую руну имени Нейдена и обвел их в круг. В тот же миг, их накрыл жар. Рэйнолд, в оцепенении сидевший у костра почувствовал боль брата, как свою. Он вскочил и бросился к башне, не обращая внимания на пытающихся остановить его Адамсонов. Перепрыгивая через ступеньки, третий генерал Аскарии буквально взлетел в комнатку под самой крышей. Он упал на колени перед братом, на котором с чудовищной скоростью появлялись язвы и нарывы и заплакал.