Любви счастливой не бывает

Незадолго до того, как солнце ныряет за горизонт, на небосвод восходит луна. На небе вспыхивает капитолийский герб, словно парящий в воздухе. С замиранием сердца смотрю на лица погибших, возникающие на огромном невидимом экране. Сначала это – пара из Первого, Пит вздрагивает глядя на портрет Вайресс, Четвертый дистрикт выбыл в полном составе, готова поручиться, что Джоанна плачет по Финнику. Даже не вериться, что всех этих людей убили мы. Потом появляются новые лица, дистрикты Пять и Шесть полностью лишаются своих трибутов, мужчина из Седьмого, моя последняя жертва, старик из Восьмого, женщина из Девятого, последней на экране появляется Сидер из Одиннадцатого. Тринадцать погибших победителей, не плохой результат для всего одного дня Игр. Одиннадцать остается в игре, но если план Бити и моя ловушка сработают, к утру в живых останемся только мы с Питом. Вот тогда и начнется настоящая Игра. Сворачиваю получившуюся сеть и пытаюсь заставить себя поверить, что умирать не страшно. В детстве папа говорил, что умирать, это как засыпать. Засыпать. И тут я вспоминаю то, что убегало от меня, когда я собирала ядовитые листья и коренья. Листья ядовитые, смертельные, смерть наступает через несколько часов, после того как съедаешь листья. Смерть легкая, тихая, отравленные люди просто засыпают. Мама каждый раз долго плакала, когда ей приходилось давать эти листья смертельно больным людям, чтобы хоть как-то облегчить их страдания. Теперь все решено, когда моя ловушка сработает и Пита не будет рядом, я смогу спокойно проглотить отраву и тот, кого я люблю победит. Звучит очередной выстрел. Минус еще один победитель. Нас осталось десять. Бити и Джоанна покидают пляж, мы следуем за ними. Корзину с едой я оставляю в укрытии. Если повезет, мы к ней еще вернемся или вернется только Пит. Когда сквозь листву деревьев начинает проступать голые ветки дерева, я останавливаюсь. Осматриваюсь по сторонам и понимаю, что мы подошли слишком близко, приходиться отступить. Внимательно рассматриваю выбранное дерево и убеждаюсь в правильности своего выбора. Начинаю вырывать ползучие растения, чтобы использовать их вместо веревки. - Отдохни немного, - говорю я Питу, замечая его покрасневшие глаза, и он следуя совету блаженно вытягивает ноги, садясь под дерево. Мы не спим больше суток, усталость подкрадывается и ко мне, но у меня нет права и времени на отдых. Уже совсем скоро все закончиться. Перебрасываю сплетенную веревку через высокую ветку и устанавливаю ловушку. Теперь, когда все готово мне предстоит самое сложное - оставить Пита одного. Мы долго целуемся, словно прощаясь навсегда. - Будь осторожна, - Пит почти плачет, говоря это. Вытираю щеки от неизвестно откуда взявшихся слез, сейчас я могу только кивать. У нас не осталось оружия, кроме лука и четырех стрел. Мне нечем защитить Пита. Открепляю брошку с груди и достаю ядовитый корень. Втыкаю острие броши в корень и протягиваю ее Питу. Задумчиво, он вертит брошь в руках и не сразу понимает, что я сделала. - Это единственное, что у нас осталось из оружия. От яда нет противоядия, если что ты сможешь отравить нападающего. Постарайся не задерживаться, помни, я не могу без тебя. Я так люблю тебя, - с трудом подбираю слова. Целую мужа в щеку и ухожу не обернувшись. Каждый из нас знает, что делать и постарается воплотить план в жизнь. Я верю в Пита и сама постараюсь вернуться как можно скорее. Подкрадываюсь к дереву, у которого ожидают Бити и Джоанна. Залезать на дерево я не решаюсь, хоть лекарство и подействовало, я ей все еще не доверяю. Натягиваю тетиву, прицеливаясь и разминаясь. У меня всего четыре стрелы, но шанс есть только на один выстрел и я не имею права на промах. Бити уже успел обмотать свою проволоку вокруг ствола дерева, один из концов проволоки он прикрутил к длинной палке, второй все еще в катушке. - Осталось совсем немного, Джоанна, дорогая теперь все зависит от тебя, будь хорошей девочкой, отнеси катушку к берегу. Она послушно берет катушку и собирается уходить. Момент, которого я ждала настал. Прицеливаюсь, отпускаю тетиву. Я не рассчитала силу выстрела, стрела пригвождает Бити к дереву. Джоанна непонимающе смотрит с начала на умирающего Бити, потом пытается рассмотреть в зарослях меня. Бити кряхтит, в последний раз кашляет и умирает. Звук выстрела заглушает вопль Джоанны. - Джоанна, я здесь! – кричу я. Она вздрагивает от моего голоса, не ожидая от меня такой наглости. Замечаю Пита, прячущегося за деревьями за спиной Джоанны. Пока все идет по моему плану, и мы не можем останавливаться. Она должна пойти за мной, чтобы разозлить соперника еще сильнее, громко кричу, - Я здесь Джоанна, и это я убила Финника. Я убила Финника Одейра, иди сюда, я и тебя убью. Грозное рычание, говорит о том, что я попала в цель. Победительница из седьмого Дистрикта бежит ко мне. Я всегда бегала быстрее всех, кого знала, не догоняет меня и Джоанна. Она послушно бежит за мной в приготовленную ловушку. Мне приходится еще несколько раз признаться в убийстве Финника, пусть остальные тоже это слышат, пусть стремятся убить меня, давая время Питу. Она невероятно зла на меня и чудовищно опасна. Еще одна звездочка снова вонзается в раненную руку. Перепрыгиваю через упавшее дерево, не дотрагиваясь земли, поворачиваю и падаю в кусты. Раненая рука отзывается болью, сжимаю зубы, чтобы не закричать и не доставить зрителям такого удовольствия. Выдергиваю звезду из раны и пытаюсь остановить кровь. Джоанна появляется через несколько мгновений после меня. Она пытается понять, куда я пропала, перешагивает через упавшее дерево и попадает в мою ловушку. Эту ловушку много лет назад придумал Гейл и научил меня. Сказываются годы тренировки в расстановке ловушек. Сеть затягивается, поднимая Джоанну Мейсон высоко от земли. Я понимаю, что дальше медлить нельзя, достаю листья, уже успевшие завять, но не потерявшие своей губительной силы, и отправляю в рот сразу несколько листочков. Жить мне осталось не больше восьми часов, надеюсь, что за это время мы с Питом останемся вдвоем. Еще один выстрел. Сердце сжимается от ужаса за судьбу мужа. - ПИИИТ!!!! – изо всех сил кричу я. Ответа нет, я боюсь, что случилось самое страшное. - Кричи, громче, сейчас твоего мальчишку убьют и за тобой придут, - злорадствует Джоанна, - Жаль я не увижу как его на твоих глазах резать будут, а ты выть от страданий. Подхожу и со всей силы бью Джоанну по лицу. Она даже не вскрикивает от боли, не смотря на кровь, бегущую по подбородку, и даже пытается укусить меня в ответ, но получает еще одну оплеуху. Не могу тратить больше времени на эту стерву, разворачиваюсь и бегу к пляжу не разбирая дороги, не боясь того, что кто-то может напасть на меня. Я должна найти Пита и это самое главное. Крик боли, ужаса, отчаяния раздается со стороны моей ловушки. Кто-то напал на Джоанну, возможно это Пит, пришел добить ее, чтобы на моих руках было меньше крови. Я принимаю решение вернуться. Сеть опущена на землю, в кровавой луже Джоанна Мейсон бьется в смертельных конвульсиях. Я смотрю на Джоанну, но перед глазами маленькая Рута, так же умирающая в ловушке. Подхожу поближе, чтобы рассмотреть рану на шее Джоанны. Она плюется кровью, пытается зажать рану, оставленную острыми, длинными зубами. Я знаю только одного человека способного на это - Энобария. Джоанна хватает меня за руку, в ужасе вздрагиваю. Умирающая, показывает куда-то пальцем, не понимаю почему, поворачиваю голову и смотрю в указанную сторону. Последнее, что я помню выстрел, оповещающий о смерти Джоанны, хищная ухмылка Энобарии, и ее кулак летящий мне в лицо. Сознание медленно возвращается ко мне. Я плыву в воздухе. Нет, меня несут на руках. Сильные, крепкие руки Пита, прижимают меня к груди. Пытаюсь пошевелиться, почувствовав это, любимый останавливается. Медленно и бережно, любимый опускает меня на землю. Он внимательно осматривает меня. Замечаю в его глазах слезы. Он так сильно волнуется обо мне. Пит пытается улыбаться. - Проснулась! Как я рад, что ты пришла в себя, - он снова обнимает меня и долгое время не может отпустить. Я тоже обнимаю его в ответ. Мы оба пока живы, а это самое главное. - Где мы? Что произошло? Энобария ударила меня и я больше ничего не помню, - вспоминаю, что мы не можем надолго останавливаться я пытаюсь подняться, но ноги плохо слушаются. Голова кружиться, руки становятся ватными, возможно уже начинают действовать листья, - Пит, мы должны уйти отсюда подальше. Когда ударит молния и план Бити сработает… - Он уже сработал, - устало говорит Пит, он берет меня за руку и тянет к себе, предлагая сесть. Послушно сажусь и обнимаю любимого. - Сколько же времени я была без сознания? У него дрожат руки и я понимаю, как он волновался все время пока я была без сознания. Беру любимого за руку и он улыбается мне из последних сил. Пит рассказывает, что в беспамятстве я провела несколько часов. Когда я увела за собой Джоанну, Пит забрал катушку Бити и, как мы и договаривались, отнес ее на пляж. Он возвращался ко мне, когда выстрелы пушки известили Панем о смерти Джоанны Мейсон и еще одного победителя. Пит рассказывает об этом и я слышу как в его голосе звучат слезы. Он замолкает, закрывает глаза, словно не веря, что я рядом. Бедный мой, самое страшное ему еще предстоит. Пит нашел меня возле тела Джоанны и Энобарию, готовящуюся к убийству. К нам на помощь неожиданно приходит Рубака. Рубака убивает Энобарию, называет нас детьми, забирает все наше оружие, чтобы мы не поранились и уходит. Звучит еще один выстрел. Рубака погибает от руки Брута, отомстившего за погибшую напарницу. Зная об опасности, таящейся в проволоке Бити, Пит уносит меня подальше. Молния ударяет ровно, так как рассчитал Бити, убивая всех на своем пути. Пит замолкает, я вытираю ему пот и убираю волосы, прилипшие ко лбу. - Сколько еще человек в Игре? – мне страшно задавать этот вопрос и страшно поверить в то, что могу сейчас услышать, внимательно смотрю на Пита. Небо начинает светлеть. Рассвет. Последний рассвет в моей жизни. Кладу голову Питу на плечо, он обнимает меня. - Только мы. Китнисс, остались только мы с тобой. Снова.