Райниэль. Душа врага

Штаб-квартира Генерального Штаба Республика Вейр, Дарганис Третий месяц осени, 12 день Год 5734 по календарю Тейлаат За 20 лет до установления мира Эйнар Греннон Адмирал Военного Космического Флота Республики Вейр Три месяца спустя       - Адмирал Греннон, рад вас видеть в добром здравии! - улыбка от уха до уха определенно не идет адмиралу Трею Витмару, убеленному сединами почтенному старцу, по совместительству являющемуся главой Генерального Штаба. Рваный шрам на правой скуле наливается зловещим багрянцем, делая его похожим на классического злодея из старинных постановок. Поприветствовав меня крепким пожатием сухой горячей ладони, он жестом предлагает мне занять кресло. - Доктор Айерсон наконец-то выпустил вас из-под своей неусыпной опеки?       - О, да, - улыбаюсь я. Тон адмирала - вполне что ни на есть самый дружелюбный, но вот то, что кроется за его словами и интонацией, мне не нравится. Очень сильно не нравится. Есть в них какой-то скрытый намек, что-то такое, отчего моя внутренняя сигнализация орет дурным голосом. Что ж… Поиграем, адмирал. На моей стороне - моя молодость, которой вы, совершенно не стесняясь открыто пользуетесь, и которую считаете своим козырем, если нужно провернуть какое-либо до отвращения грязное дело.       - Джейкоб Айерсон - один из лучших медиков нашего Флота. В его загребущие лапы лучше не попадать, ибо тогда даже Академия покажется раем, - отпускаю я грубую шутку. Витмар громко смеется, довольный столь меткой характеристикой, данной мною моему же близкому другу, а я продолжаю наблюдать за ним так, что он этого просто не замечает. Что-то мне подсказывает, что не на пряники он меня сюда позвал.       - Что ж, Эйнар, - отсмеявшись, произносит он. - Перейдем к делу, - тон адмирала становится сухим и официальным, а слова скупыми и краткими. Я внутренне подбираюсь, внешне же я просто внимательно и предельно собранно слежу за речью главы Генштаба. Странное чувство нереальности происходящего охватывает меня, но держать свои чувства под полным контролем удается на удивление легко.       - События у Нейтральной Зоны показали, что тейлааты, они же темные альвы, хоть на вид почти ничем и не отличаются от представителей Альвеи, все же на деле подлые и трусливые существа. Они сорвали важные переговоры и едва не убили тебя. Мы долго расследовали произошедшее у Хейдоса... - он внезапно замолкает, пристально глядя на огромную карту космоса, занимающую больше половины стены его кабинета, как будто там, на сенсорном экране с размеченными небольшими квадратными секторами, таятся ответы на все его мысли, планы, молитвы. Медленно подойдя к ней, Витмар проводит плавную невидимую линию, что охватывает несколько секторов, и указывает пальцем на небольшой квадрат, который мгновенно увеличивается, являя мне планету, на которую я упал несколько месяцев назад.       - Хейдос. Нашей разведкой обнаружена заброшенная база тейлаатов. Судя по оборудованию, которое там осталось, база была покинута спешно, в тот самый день, когда тебя сбили, пытаясь убить. Видимо, они планировали все это очень давно. Вполне может быть, что целью был и не ты, но, к сожалению, ни одного тейлаата, даже самого завалящего, там не оказалось. И ответ на этот вопрос пока остается открытым. Я ничем не выдаю себя, спокойно кивая в ответ на мысли адмирала. Там был один - это совершенно точно. Я знаю это, и насколько я вообще понимаю правила этой игры, адмирал намеренно скрывает от меня нечто очень важное. Что ж, я его не разочарую. Я слеп, глух и нем до определенного момента.       - Это все весьма странно, - вслух произношу я. - Как они смогли создать базу практически у нас под носом? Куда смотрела разведка?       - Глава разведки недавно был арестован. Его просто-напросто купили, Эйнар, - ледяной взгляд водянистых, некогда голубых глаз Витмара, казалось, промораживает до самых костей. - И когда Айерсон, вопреки всем моим распоряжениям, забрал тебя на борт флагмана и держал в искусственном сне, я было подумал, что ты тоже предал нас.       - Я чего-то не знаю? - мысленно аплодирую себе за выдержку. Значит, Джейкоб в курсе того, что в действительности произошло на Хейдосе. И знает он намного больше, чем почтенный Витмар.       - Мы долго не могли найти тебя на Хейдосе. Но когда в конце концов нашли, ты был абсолютно невменяем и изранен.       - Удары головой и всеми выступающими и не только частями тела о переборки даром не проходят даже для меня, - мрачно произношу я, напуская холодности в свой тон. Мне показалось, или взгляд адмирала становится несколько сочувственным? - Но комиссия признала меня годным к дальнейшей службе на Флоте. Травмы и ранения, полученные в результате аварийной посадки, не повлияли на мою профессиональную пригодность. Я прошел все необходимые тесты, адмирал.       - Знаю, видел и твой медицинский файл, и копии файлов медосмотров, и тесты. Прости мои сомнения, сынок. Мы стоим на пороге войны с другой расой, и очень важно знать, кто из нас на какой стороне. Айерсон знатно подлатал тебя. Тебя пытали, Эйнар, - вдруг выдал он и пристально посмотрел на меня. - Тебя жестоко пытали, стараясь сломать.       - Я… сдался? - горло перехватывает спазм, и это не остается незамеченным. Адмирал сочувственно кивает головой. Мол, понимаю твои страхи. Но…       - Нет. Согласно отчету Айерсона, ты большую часть времени проводил в бессознательном состоянии, - мои брови изумленно ползут вверх:       - Разве такое возможно?       - Сейчас многое становится возможным, сынок. Гипноиндуктор - новейшая разработка ведущих ученых Флота. Она позволяет восстановить события твоей памяти, тех моментов, которые ты помнишь сам. Воспоминания проецируются на монитор, и можно увидеть все то, что видел ты. Ты стойко держался, Эйнар. Я горжусь тем, что такой человек есть у нас в Республике. Сомнения в твоей преданности были излишними, как показывает время. Твоя верность и стойкость превзошли все мои ожидания, - ну да, ну да. Теперь еще расскажите мне о том, какой я весь из себя замечательный. Вроде как - это все было необходимо, все на благо Республики. Пропагандистская машина в действии. Это раньше для меня было неважно, кто враг и где цель. Сейчас я хочу знать правду, какой бы ни была цена за это. А она будет невероятно высокой, подсказывает мне моя интуиция. - И теперь я хочу предложить тебе возглавить важную секретную операцию. Она называется «Превентивный удар».       - Название о многом говорит, - я перевожу дух, понимая, что у меня к Джейкобу есть очень серьезный разговор и очень длинный список весьма и весьма неприятных вопросов. На которые я твердо намерен получить ответы, даже если придется приставить лучевой пистолет к его виску и пригрозить нажать спусковой крючок.       - Именно так. Возвращайся на свой флагман и ознакомься с деталями. Все необходимое будет предоставлено по первому твоему требованию. И главное, обрати внимание на оружие. Это последняя разработка. Радиус поражения просто впечатляет, - довольно улыбается Витмар. Но от этой улыбки у меня почему-то дрожь проходит по позвоночнику, и становится как-то не по себе. Все сильнее и сильнее проявляется ощущение неправильности происходящего, как будто это все ненастоящее. Искусственное. Тем не менее, мои губы произносят:       - Служу Республике! - а рука сама тянется за планшетом, в котором содержится вся информация о предстоящей тактической операции. Витмар кивает, давая понять, что аудиенция закончена, и я поднимаюсь из жесткого и неудобного кресла и покидаю кабинет.       В следующие пятнадцать минут я стараюсь ни о чем не думать. На лице - привычная нейтральная маска холодной вежливости. Скупые кивки знакомым офицерам по дороге на взлетно-посадочную площадку штаба уже давно доведены мною до автоматизма. Равных мне по званию здесь практически нет - все они сидят в уютных стеклянных кабинетах с видом на океан в самом сердце штаба. Я - единственный высокопоставленный офицер, лично возглавляющий все операции. Им это на руку - не нужно мотаться по бескрайним просторам свободного космоса, когда есть мальчишка, готовый зависать на флагмане вне планеты постоянно.       Мальчишка… и воспоминания о бархатном низком голосе просто опаляют меня, заставляя желать... Задерживаю дыхание и медленно считаю до десяти. Это никуда не годится. Я должен как можно скорее попасть на свой корабль и выяснить, в чем же тут дело. Занимаю свое место в небольшом шаттле, пилот, убедившись, что я на месте, закрывает люк и задает координаты. Еще через несколько секунд мы взлетаем. Перегрузки вжимают мое тело в кресло, и я ощущаю безграничную радость полета.       Через сорок пять минут полета мой шаттл плавно входит в услужливо открытые створки шлюза, занимает положенное ему место в ангаре и замирает. Двери шлюза закрываются, отсекая нас от бездны космоса, в ангар поступает воздух. Теперь можно спокойно покинуть шаттл, и…       Пытки… Витмар сказал о пытках, но я этого не помню. Я вообще не помню событий тех часов? Дней? Недель? Сколько же точно времени я… Мысль обрывается, потому что я останавливаюсь у дверей медицинского отсека. Мой друг точно знает о том, что произошло на этой Создателем проклятой планете. И будь я проклят сам, если в ближайшие часы не получу ответа на свои вопросы. Он ведь не просто так прятал меня от военных дознавателей, удерживая в искусственном сне. И все эти обрывки разговоров, переживания и тревоги, говорят о том, что это знание опасно. Опасно не только для меня, но и для тех, кто скрывает его - для Айерсона и Райкера, раз им понадобилась такая сложная многоходовая комбинация с заметанием следов. Иначе я не прошел бы тесты на профпригодность.       Джейкоб должен быть у себя. Делаю шаг - двери бесшумно открываются, реагируя на мое движение - и захожу внутрь. Так и есть - персонал в увольнительной, Айерсон у себя, судя по приглушенному освещению в отсеке и полоске яркого света в его кабинете, что льется сквозь энергетическое окно. Этакий бункер внутри консервной банки.       Бесшумно пересекаю отсек и на мгновение замираю. Во рту почему-то пересыхает, сердце бьется все быстрее, а в груди разливается непонятное ощущение. Предчувствие, я бы сказал. И что-то мне говорит, что как только я перешагну порог кабинета Джейкоба, все неуловимо изменится, и назад пути уже не будет. И от этого отчего-то становится не по себе, почти так же, как и несколькими часами ранее в кабинете адмирала Витмара.       Но там… там пахло грозой, опасной грозой, а здесь… мне почему-то чудится, что за этим порогом меня ждет удивительное приключение, то самое, которое может быть лишь однажды в жизни. Немногим выпадет такой шанс. Мое завидное спокойствие несколько пугает меня самого - я никогда не был столь рассудительным и вдумчивым. Сомнения все еще раздирают мой мозг, я несколько медлю, никак не решаясь принять решение, потому что…       - Эйнар? - слышу удивленный голос Джейкоба и, поднимая голову, встречаюсь с ним взглядами. - Ты уже вернулся? Проходи. Кофе?       - Кофе, - спокойно усаживаюсь в кресло так, чтобы видеть и Джейкоба, и дверь, бесшумно закрывшуюся за мной. Мало ли, вдруг гости какие нагрянут, а их никто и не звал. Из набедренной кобуры в левую руку четким, до боли отработанным движением скользит лучевой пистолет, и дуло его смотрит Айерсону прямо в грудь:       - И правду, Джейкоб, - ледяным голосом произношу я. И не давая ему раскрыть рта, добавляю:       - Правду о том, что произошло на Хейдосе.       - Эйнар, ты… - вижу, что он явно растерян, немного напуган, но сейчас мне не до сантиментов. Мне нужно… мне важно знать… это больше меня. И эта странная жажда гложет меня, сжигая душу. Что бы там ни произошло, я приму это. Вслух, однако, произношу совсем другое:       - Джейкоб, ты знаешь меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что я просто убью тебя, если ты попытаешься тянуть время или врать мне. Правду. Я хочу знать о том, куда делись ожоги и переломы, полученные мною при падении? Где сотрясение мозга, потому что головой я пересчитал все переборки капсулы, и я это помню совершенно отчетливо, так же, как и последующую за этими хаотичными ударами боль? Кто такой Райниэль, и что он обещал вам - тебе и Райкеру? И почему вы думали, что я пойду за ним? Куда?       Все это я произношу спокойным бесцветным голосом, внимательно наблюдая за Джейкобом. Когда я упоминаю имя предполагаемого тейлаата, Джейкоб невольно вздрагивает, и я понимаю, что попал точно в яблочко.       - Ты не понимаешь, - начинает было Джейкоб, но я прищуриваюсь и очень тихо произношу:       - Нет, это ты не понимаешь, друг мой, - интонацией выделяю последние два слова, чтобы Джейкобу стало понятно - я не остановлюсь ни перед чем. Время шуток закончено. Здесь и сейчас у него есть шанс сохранить то, что было основано на доверии. Возможно, он руководствуется моим благом. Но что составляет это самое благо лично для меня, я пока еще в состоянии определить. И решение о том, как мне жить, приму сам, без подсказок и руководства со стороны. - Я разнесу твою голову, если не получу от тебя вразумительных ответов, и отправлюсь с теми же вопросами к Райкеру, - и тогда уже я не посмотрю на нашу многолетнюю дружбу, и на то, что ты не раз спасал мою жизнь.       - А если он не ответит?       - Значит, я отправлюсь туда, где осталась моя память. И сам найду недостающие звенья.       Мне показалось, или Айерсон внезапно побледнел? Нет, не показалось.       - Что ж, значит, время пришло… - задумчиво произносит он. - Ты ведь был у адмирала Витмара?       - Был. И с удивлением узнал о том, что был в плену, и меня пытали. Джейкоб задумчиво кивает, потирая пальцами переносицу, и я уже понимаю, что этот раунд я выиграл. Что ж, ты не разочаровал меня, друг мой. Ты по-прежнему верен нашей давней клятве, как бы ни высокопарно это звучало. Еще один камень падает с моей души, разбиваясь вдребезги с огромным грохотом. Значит, я все-таки не один против всех.       - Я отвечу на твои вопросы, Эйнар. На все твои вопросы. Или будет лучше, если я сниму нейроблоки, и ты вспомнишь все сам? - голос его звучит глухо, но решительно, что не может не радовать меня. Но внешне я не показываю своих эмоций, лишь криво усмехаюсь:       - И ты считаешь, что в данной ситуации я должен поверить тебе?       Джейкоб не обижается, он лишь устало улыбается, укоризненно качая головой.       - В тот момент у нас не было иного выхода. Тебе трудно в это поверить, но расклад был совсем не в нашу пользу, и из двух зол Райниэль выбрал меньшее. Иначе вы погибли бы оба. Он - как осужденный военнопленный, а ты - как предатель своей расы.       - Ты снова упоминаешь это имя - Райниэль, - произношу я, а внутри меня вдруг поднимается целая буря, как будто это имя, этот набор звуков мне знаком. - Кто это?       - Тот, кто спас тебе жизнь на Хейдосе. Тейлаат, которого ты полюбил.       На голову словно опускается тяжелый молот. В глазах темнеет.       - Что ты сказал? - потрясенно спрашиваю я. И спокойный, доброжелательный голос Джейкоба повторяет:       - Райниэль - тейлаат, спасший твою жизнь. Ваши чувства возникли очень быстро, я бы даже сказал - спонтанно, если бы не знал о сложной системе соединения душ тейлаатов. И чувства эти у вас были взаимными, но… в сложившейся ситуации… Вы были обречены.       Я уже не слушаю Джейкоба, оглушенный первыми фразами. Я полюбил врага? И он отвечал взаимностью на мои чувства? Это все было добровольно, без принуждения? Не может быть… Это не может быть правдой… Невозможно… Но память, прахом проклятая память, не дает мне утонуть в иллюзиях, напоминая о снах, в которых…       - Опиши мне его, - я жду ответа с замиранием сердца, и следующие слова Джейкоба полностью разрушают мой маленький мирок:       - Высокий, чуть выше тебя, темные длинные волосы, темные глаза, телосложение не то чтобы худощавое, фигурой Создатель его не обидел…       Это он… это он приходил в мои сны… ласкал мое тело, даря незабываемое блаженство… Это он называл меня своим мальчишкой… Лучевой пистолет выпадает из моих внезапно ослабевших пальцев, руки подергиваются мелкой дрожью…       - Где он? - я смотрю Айерсону прямо в глаза. Он не отводит взгляда, но выражение его лица становится отчаянно злым, и он буквально выплевывает следующие слова:       - Казнен на Калерии, почти четыре месяца назад…       И Джейкоб закрывает лицо руками. А я… я потрясенно молчу, потому что у меня внезапно заканчиваются все слова. И я не знаю, что говорить и о чем спрашивать. Много долгих минут спустя Джейкоб сам нарушает тишину:       - Я не знаю, что произошло между вами на Хейдосе, но я видел, как вы тянулись друг к другу. Все это было на наших с Райкером глазах. Я не враг тебе, Эйнар. Райниэль был… как у них говорят… отважным воином. Он хотел защитить тебя. И у него это получилось. Никто ничего не подозревает, ты прошел все мыслимые и немыслимые проверки, и один только Создатель знает, чего нам это стоило. Но план Райниэля сработал. И если ты хочешь вспомнить - я верну тебе утраченное. Решение за тобой. Только прошу тебя, ради него, ради его жертвы - не делай глупостей. Хорошенько подумай, прежде, чем соберешься что-либо предпринять.       В тихих, полных сожаления и какой-то затаенной грусти словах Джейкоба нет фальши. Я с удивлением осознаю, что он не лжет - потому что, прислушиваясь к себе, я понимаю, что его интонации полны искренности и тепла. Раньше я не замечал за собой подобных вещей. Но там в Генштабе я ощущал холод, исходящий от Витмара, и мне кажется, будто я точно мог сказать, какое его слово из всей нашей беседы было ложью. А от Джейкоба наоборот исходит тепло… И я всем своим существом чувствую, что все его слова - правда. Это знание ложится тяжким грузом мне на плечи, и слова срываются с губ сами собой:       - Я согласен. Сними блоки.       Не уверен, что не пожалею о своем решении. Но и жить без памяти, каждое мгновение пытаясь вспомнить что-то, что не дает покоя, видеть жаркие, полные тайных желаний и наслаждения сны и просыпаться с пустотой внутри - больше невыносимо. Что бы ни было там, в моем прошлом - я хочу это вернуть. Джейкоб поднимается и жестом приглашает меня следовать за собой. Нейтральная зона Планета Хейдос Эйнар Греннон Адмирал Военного Космического Флота Республики Вейр Год 5734 по календарю Тейлаат За 20 лет до установления мира       - Кондор - Обсидиану, - раздается в моем шлеме голос командира сопровождающей меня тройки. - Путь до планеты чист, можно начинать подготовку ко входу в атмосферу.       - Вас понял, Кондор, - нажимаю несколько клавиш, вводя серию последовательных команд для компьютера шаттла. - Курс задан, приземление переведено на автоматический режим. Что наши гости?       - Появились с обратной стороны планеты несколько секунд назад. Для вас передано приветствие от принца Кейранейля и подтверждение встречи на точке два-два-шесть зета, они присоединятся к нам через несколько минут для совместного приземления, - спокойно отвечает Мишель Дармер, бессменный командир моих телохранителей, носящий кодовое имя «Кондор». Сканеры его истребителя гораздо мощнее таковых моего дипломатического шаттла, в котором я и лечу на переговоры с тейлаат.       - Благодарю. Передай принцу, что я буду рад его компании, - произношу я, выравнивая курс. По команде Мишеля мы ложимся в дрейф, ожидая подхода кораблей тейлаат. Я знаю, что нам, людям, оказана высокая честь - второе лицо Империи тейлаат лично проводит переговоры о разделе зон влияния и пограничных территорий. И я ценю ту степень доверия, что оказывает воинственная раса, которой мы не чета. Они сильнее, агрессивнее, их технологии до сих пор впечатляют меня, и что бы ни говорили в Генеральном штабе, им ничего не стоит поставить нас на колени. Тем не менее, мое предложение о встрече, одобренное почтенными адмиралами, нашло понимание в Империи. И это до сих пор удивляет меня.       - Чтоб я вечно бродил в неизвестности, ну и скорость! - приходит сообщение от Мишеля по личному каналу. Остальные пилоты не слышат его восклицания, но я вполне разделяю его восхищение - на обзорном экране моего шаттла появляются точки, стремительно обретающие черты боевых кораблей сопровождения, обтекаемые формы которых позволяют им развивать невероятную скорость и маневренность.       - Три «Хищных птицы», два шаттла сопровождения и шаттл принца, - комментирует Мишель. - Создатель, я почти завидую их пилотам… Все бы отдал, чтобы хоть разок посидеть в кабине за управлением этих красавиц…       - Ну, все может быть, Мишель. Глядишь, договоримся… - но я не успеваю завершить предложение, потому что Кондор резко перебивает меня:       - Возмущение гиперпространства в точке пять-один-пять-ноль, - я слышу удивление в голосе Мишеля. Я изумлен не меньше - в этом месте Нейтральной Зоны не должно быть никого, кроме нас: людей и тейлаат. Таковы были условия этой встречи. На наших глазах неизвестный корабль без опознавательных знаков, открывает огонь по нам. Мишель отчаянно матерится, выкрикивая в эфир резкие отрывистые команды, истребители сопровождения закрывают меня, ведя неравный бой с пришельцем, а я вдруг отчетливо осознаю, что это конец. Чужак очень похож на один из наших новых крейсеров, тактические данные, поступающие на мой терминал, говорят о том, что это - корабль Республики. И что это вероломное нападение ставит крест на дальнейшем развитии отношений с тейлаат. Если принц погибнет - это будет началом конца моей расы.       - Эйнар, уходи на планету! - слышу я голос Мишеля сквозь треск и помехи по личному каналу. - Мы не сможем долго сдерживать натиск. Кондор-3 подстрахует твой отход!       - Мишель, я не могу!       - Ты ничего не можешь сделать, Эйнар. Твой шаттл просто игрушка. Они размажут тебя - уходи, во имя Создателя!       - Мишель! - я пытаюсь сопротивляться, я могу пойти на таран и дать ребятам время на отход и перегруппировку, я могу дать команду на отступление, они успеют уйти, но Мишель вдруг прерывает меня, не давая сказать ни слова:       - Слушай меня внимательно, Эйнар. Ты должен остаться в живых, потому что на твоем мониторе - я знаю - видно то же самое, что и на моих. Это наш корабль. Кому-то нужно было сорвать переговоры, и, если мы все тут погибнем, никто и никогда не узнает правды. Тебе - поверят. Уходи, мать твою! Времени почти не осталось!       - Я могу пойти на таран! - кричу я. - Вы уйдете, Мишель!       - Обсидиан, - вмешивается один из пилотов сопровождения. - Беру вас на буксир, и мы отходим к планете.       - Отменяю приказ Кондора! - но магнитные захваты истребителя ложатся на мой одноместный шаттл, и я понимаю, что меня на максимально возможной скорости тянут к планете.       - Расстреляю по приземлении! - угрожаю я пилоту, но в ответ слышу только:       - Если выживем, то я сам принесу вам пистолет, адмирал.       - Мать вашу! Мишель! - но эфир забит командами, треском разрядов и взрывами. Я вижу лазерные трассы на обзорном мониторе, вижу гибель своих истребителей, вижу, как за нами следом идет боеголовка, а бортовой компьютер моего шаттла истошно голосит:       - Опасность столкновения! Измените курс! Опасность столкновения! Измените курс!       Измените курс. Ха-ха. Если я что-либо вообще понимаю в вооружении, та дрянь, что стремительно набирает скорость, не отцепится от нас - головка этого оружия по самое не хочу нашпигована заумной электроникой. Кондор-3 снимает магнитный захват, и меня начинает безбожно трясти, а пилот, имени и лица которого я так никогда и не узнаю, закрывает меня собой, паля по несущейся ему навстречу смерти из всего оружия, которое только было у него на борту. Мой шаттл беспорядочно кувыркается, а монитор выдает показания, от которых мне кажется, что я схожу с ума - боеголовка вдруг делится надвое. Одна половина устремляется к истребителю, вторая - ко мне. Истребитель Кондора-3 взрывается, уничтоженный неизвестным оружием, буквально через несколько секунд после разделения этой… этого… а, Создатель его знает, что это…       Я отчетливо понимаю, что мне остается еще несколько секунд жизни, после чего я уйду вслед за своими ребятами в вечность. Но взрывная волна и ошметки истребителя догоняют боеголовку, слегка корректируя ее траекторию. Видимо электроника не успевает сообразить, или что-то замыкает там внутри, или Создатель простер свою длань, смилостивившись надо мною… но боеголовка сталкивается с особо крупным куском того, что всего лишь пару минут назад было идеальной смертоносной машиной, и взрывается, окатывая мой шаттл градом осколков. А следом за ней залп неопознанного корабля достает лучом и меня.       Завывает сигнал тревоги, бортовой компьютер выводит на дисплей сообщения о многочисленных повреждениях, система начинает зависать, и последнее, что происходит почти над планетой - взрываются стабилизаторы, прошивая обшивку шаттла и изоляцию. Кислород стремительно испаряется из кабины, я успеваю лишь одеть шлем перед тем, как компьютер сообщает мне о том, что управление шаттлом и навигация получили очень сильные повреждения, что генератор защитного поля неисправен и система жизнеобеспечения вышла из строя, и мой шаттл начинает бесконтрольно падать вниз.       Что ж, если вас сожрали, у вас по-прежнему есть два выхода - штатный и аварийный. Шаттл безбожно трясет, меня швыряет по пультам и переборкам как тряпичную куклу, я безуспешно пытаюсь зацепиться хоть за что-нибудь. Больно. Кажется, я вывихнул левое плечо. Резкая боль пронзает меня, но я упрямо стискиваю зубы. В мозгу бьется только одна мысль - нужно добраться до спасательной капсулы, которая находится в двух метрах от кресла пилота. Сказать легко, а вот сделать…       Шаттл уже входит в верхние слои атмосферы планеты, набирая скорость. Прах все побери, если в ближайшую минуту я не успею добраться до капсулы, я труп. В кабине начинается пожар, синтезированный голос компьютера уже давно умолк - электроника, видимо, окончательно сдохла, даже сигнала тревоги уже не слышно. В очередной раз пересчитав ребрами все возможные углы и поверхности, я падаю точнехонько к дверям, за которыми скрыта капсула. Слава Создателю, здесь нет электронного замка, но вот просто открыть дверцу мне не хватает сил. Я слышу скрежет - похоже, что корпус начинает разваливаться, и я делаю последний рывок, стоящий мне всех моих сил.       Я не помню, как забирался в капсулу, как активировал ее, или возможно, она активировалась сама, когда мое изломанное и обожженное тело ввалилось внутрь. Я помню только бесконечные удары, весьма ощутимые и болезненные, я помню треск - это раскололся мой шлем. Я помню боль, разрывающую меня на куски - от полученных переломов и ожогов. Каким-то чудом я успеваю устроиться в уютном кресле и закрепить страховочные ремни. А потом… Я помню удар, глухой удар и страшную тряску - видимо, это было приземлением. Затем меня бросает на панель - страховочные ремни порвались от диких вывертов капсулы и жуткой тряски, и от удара головой о приборную доску я отключаюсь…