Каори Кадзуто

Мои воспоминания все еще размыты, но… Даже если я и вспомню, это мало что объяснит. Чьи-то руки и голоса, чьи-то мысли и воспоминания. На самом деле я давно уже не чувствовала себя так паршиво, и… я ли?

***

 — Наори? Я вздрогнула, услышав имя черноволосой девушки из моего сознания. Откуда этот человек знал ее — я понятия не имела, ибо знала о ней лишь я и Сейко. Даже братьям Сакамаки я не могла доверить этот секрет. Возможно потому, что до этого момента я даже считала, что у меня какая-то степень шизофрении…  — Откуда вы знаете?  — Прости пожалуйста? — он поднял на меня свои слегка удивленные глаза, словно не ожидая услышать подобную реплику. — Ты что, не помнишь меня? Это я, Рэйвен. Твой отец.  — Мой к-кто?! — я резко подскочила, запаниковав. Этот человек начал вызывать во мне какой-то непонятный животный страх. Сомнений в том, что он знает меня или Наори уже не было, но чтобы вот так просто называться моим отцом… От удивления и необъяснимого ужаса я бегло осмотрелась по сторонам, пытаясь отыскать дверь. Все мои вопросы матери об отце всегда прерывались, я ясно понимала, что это запретная тема. В воспоминаниях моим «отцом» всегда оставался беловласый вампир, от которого меня постоянно скрывали.  — Успокойся! Пожалуйста! — мужчина, которого, как теперь стало известно, звали Рэйвен, также встал и поднял руки в примирительном жесте, как-то странно нахмурившись. — Я так понимаю, ты действительно забыла меня, Нао…  — Откуда вы знаете о ней? Откуда вы знаете о Наори? — я оперлась о стену сзади, все еще пытаясь отыскать дверь. Идея провести целый день в компании Райто уже начала казаться мне не такой страшной. Если я действительно сейчас ввяжусь в какую-то «незамысловатую историю», как выражается этот человек, то добром это явно не кончится. По крайней мере, мне явно не хотелось, чтобы на меня обращали внимания какие-то посторонние люди. Он вдруг замер. Забавно, что некоторые мои вопросы вводили его в такой ступор. Эта ситуация на самом деле со стороны может выглядеть глупо и нелепо. Да, нелепо, именно так. Он снова нахмурился, словно усердно обдумывая что-то, а затем вдруг приподнял челку одной рукой, словно так пытаясь успокоить себя.  — Прости, кажется, я перепутал тебя с одним моим другом. Как я понимаю, ты знаешь о ней. О Наори. Так… Как тебя зовут? Ты явно отличаешься от нее. Я имею в виду характер. Но ты выглядишь как ее точная копия.  — Меня зовут Каори. Наори моя сестра-близнец, и сейчас она находится в моем подсознании. Вы знакомы с ней? Почему она больше не имеет физической формы?  — Подожди-подожди, не относись ко мне так подозрительно. Я вполне понимаю твое смятение, но, поверь, я знаю не намного больше твоего.  — Вы назвались моим отцом!  — Ну, я имел ввиду Наори, когда говорил это. Но, раз уж ты ее сестра… Выходит, что ты тоже моя дочь, не так ли? Ты ведь дочь Корделии? Я кивнула, вновь возвращаясь на прежнее место, кажется, немного успокоившись. По крайней мере, мой испуг прошел так же быстро, как и начался, однако я все еще не могла все понять и разъяснить у себя в голове. Этот человек — мой отец? Почему мама никогда не рассказывала мне о нем? Потому, что он человек? Только из-за этого? Почему мама вообще заводила роман с человеком, если так боялась КарлХайнца? Слишком много вопросов вертелось у меня в голове, и я никак не могла найти к ним ответы. От этой неизведанности у меня кружилась голова и сдавали нервы. Мда, я редко так себя чувствовала, но сейчас был как раз-таки один из таких приступов…  — Ты в порядке? Может, тебе принести воды? Я кивнула, сжимая веки и делая глубокий вдох. Не особо помогло, голова начинала болеть еще сильнее. Я проклинаю свою жизнь за то, что она дала мне такую вечно болеющую голову. Вскоре я получила свой стакан воды и постаралась расслабиться и успокоиться. Когда Наори вновь появиться в моей голове, я не позволю ей вновь загадочно молчать и улыбаться, как она любит делать. И не только ей.  — Странно… Наори никогда не говорила, что у нее есть сестра. На самом деле, это чудо, что мы с тобой пересеклись. Извини, я не знал о тебе, поэтому так отреагировал. Несколько лет назад, когда я в последний раз разговаривал с Наори, вы обе были еще совсем детьми. И то, мы общались мысленно, в реальности я видел ее всего раз. Но в один день наша связь по неизвестным причинам прервалась, и больше я ни о тебе, ни о ней ничего не слышал. А сейчас ты просто оказываешься в моем доме и заявляешь, что она в твоем сознании. На самом деле, я понятия ни имею, что стряслось с Наори. Она сейчас слышит нас? Ты можешь поговорить с ней?  — Нет, сейчас нет. Ее голос временами появляется по моей голове, и то только по ее желанию. Я не знаю, как она контролирует это. Она все делает по своему желанию, и я не знаю, какие цели она преследует. Я впервые услышала ее, когда появилась в особняке Сакамаки, думаю, вы знаете про них. До этого, когда я жила в приюте, я ни разу не слышала ни ее, ни чей-либо голос еще. А тогда это произошло так резко, словно… — на этом моменте я замерла, вновь делая пару глотков воды и анализируя полученную информацию… Кажется, мне действительно был нужен именно такой разговор, который позволил бы мне разложить все по полочкам. Я вновь взглянула на этого человека, словно пытаясь найти что-то схожее между Наори, мной и им. Возможно по тому, что я все еще не до конца осознавала тот факт, что этот человек действительно являлся моим отцом. — …словно она, как призрак, вселилась в мое тело и стала вторым сознанием. На самом деле, я очень мало знаю и о Наори, и о маме, и о Сакамаки. Признаться честно, я все еще страдаю амнезией. Я вспомнила уже достаточно, чтобы говорить о том кто я, и кто некоторые люди вокруг меня, но я все еще не знаю глубоких подробностей, чтобы понять все самой.  — То есть, ты не помнишь Наори в своем детстве? Я отрицательно помотала головой. Еще бы, копию себя я бы помнила отлично. При таком детстве, как у меня, любой глоток воздуха был для меня очень важен, как бы я не хотела этого отрицать.  — Знаешь, это на самом деле очень странно. Наори, на момент моего общения с ней, пребывала сначала в особняке, а затем Корделия отдала ее в приют, дабы защитить от КарлХайнца, потому что тогда он начал что-то разнюхивать по поводу наших отношений. Оставлять Наори в особняке было слишком рискованно, поэтому мы решили забрать ее, когда все уладиться. Как видишь, этого не случилось, он погибла раньше, чем мы смогли что-либо предпринять, а моя связь с Наори была утеряна. Я никак не мог связаться с ней, я не знал, в каком она приюте и как себя чувствует. В последний раз, когда мы общались, она только-только приехала туда. Но знаешь, странность заключается ни в этом. Как я понимаю, вы воспитывались абсолютно одинаково. Вы обе жили сначала в особняке, вы обе были направлены в приют, но при этом ты не знала о ее существовании, когда как Наори, по всей видимости, знала. Кроме того, у тебя амнезия… Я вздрогнула, словно понимая, к чему он клонит, но не решалась озвучить это вслух. Возможно потому, что ни один из перечисляемых в моей голове вариантов мне совсем не нравился, пусть я и понимала, что это все может оказаться правдой.