Судьба-сводница

Было очень наивно предполагать, что головная боль быстро пройдет сама, как это обычно случалось. А еще и придурок какой-то пристал, выпрашивая что-то, что я естественно не делал, ведь все эти дни провалялся в кровати. И нагрубил ему, почем зря. Более-менее боль отступила к концу учебного дня, примерно на последней паре, что невероятно меня обрадовало. Но, все же, остаточное состояние осталось. Уже выходя из здания университета, я почувствовал, как кто-то положил мне на плечо руку, и вздрогнул. Обернувшись, увидел того самого придурка, который пристал ко мне сегодня. Кажется, его Эдгаром зовут. — Что ты хочешь от меня? — недовольно осведомился, хотя стало страшно. — Ты слишком со мной груб, — амбал ухмыльнулся, а меня пробрала дрожь. — Думаешь, одному тебе можно? Ошиба-а-аешься, — он гаденько растянул губы во что-то с трудом похожее на улыбку. — Что тебе надо? — я попытался придать голосу убедительности, что у меня получилось не очень-то хорошо. — Ничего особенного, ты ведь понимаешь, — он усмехнулся, и я краем глаза увидел еще нескольких крепких парней, с которыми в силе я бы никогда не сравнился. И бежать я тоже не мог, так как Эдгар крепко держал меня за плечо и, видимо, совсем не собирался отпускать. А сопротивляться просто не было сил из-за чертовой простуды, которая так до конца и не прошла. — Хороший мальчик, — ухмыльнулся однокурсник. — А теперь ты пройдешь с нами. Никуда я не хочу с ними идти! Хочу обратно в общежитие! В комнату! К Егору! .. Меня грубо схватили и куда-то потащили. Как я понял позже- в кладовую. Швырнув мое тело, как безвольную куклу, на пол, пятеро человек нависли надо мной. Я уже давно отвык от побоев. И было страшно. А еще противно и неприятно. Я бы еще смирился, если бы это был Егор, но они… Они мне никто, так почему я тут валяюсь? .. Егор… Хочется плакать. Я еще болит тело. И озноб. Кажется, опять температура поднялась. Хочу домой… — Эй, не смей отключаться! — Эдгар, рыкнув, пнул меня в живот, вышибая и легких воздух и заставляя меня закашляться. - Вот, так-то лучше, — он хохотнул, еще раз пиная меня. Блять, я ему не футбольный мяч! Но вместо возражений выходит только кашель… Черт. — Возьмите его! — он приказал двум другим, которые тут же подхватили уже ослабшее мое тело за руки, сделав так, чтоб мое лицо было напротив лица Эдгара, при этом мои ноги не касались пола, так как я был ниже даже больше, чем на голову. Сволочи. Ненавижу. - Что, еще будешь сопротивляться? — он усмехнулся. Я лишь надменно посмотрел на него и пренебрежительно фыркнул, за что, собственно, и получил сильный удар по лицу, отчего на губе почувствовал вкус металла. Егор никогда специально не бил меня в лицо… А этот козел. Почему я так беспомощен?! — Ненавижу таких строптивых слабаков! — проскрежетал однокурсник и ударил меня в живот, а затем последовала целая серия безостановочных ударов. А потом меня снова бросили на пол. И в дело пошла тяжелая подошва с не меньшей силой врезающаяся мне в ребра, ноги, руки, которые кое-как пытались прикрыть лицо. Как же я вас всех ненавижу. Лишь бы кого-нибудь избить, причинить другому боль… И почему именно я? Удар под дых вернул меня в реальность, заставив закашляться еще сильнее прежнего, а во рту почувствовался вкус крови. Шикарно. Лучше просто и быть не может. И почему мне так везет, а? Боль притупилась, так как живого места на моем теле практически не осталось. Поэтому мне просто оставалось безучастно наблюдать за тем, как меня избивают уже несколько пар ног. А затем, все же, сознание не выдержало и отключилось. Очнувшись, я обнаружил, что поблизости уже никого нет. Медленно поднялся и, охнув, оперся о стену. — Ублюдки, — легко прикоснувшись пальцем к застывшей корке на губе, вздохнул. Даже это небольшое движение отдалось миллионной болью по всему телу. Чудом доплелся до общежития и зашел в туалет. Странно, но не хотелось перед Егором представать в образе помойного чудища, которым я, собственно, и являлся. Волосы были растрепаны, лицо в какой-то грязи, смешанной с кровью, одежда тоже вся в грязи и пыли. Какой ужас, слава богу, меня никто не увидел в таком состоянии… Приведя себя в порядок (а получилось довольно-таки неплохо), я направился в комнату. Сил больше ни на что не оставалось. — Ты где был? — даже не посмотрев на меня, Егор спросил. — Нигде, — тихо ответив, поставил кипятиться воду в чайнике и, прихватив с собой сменную одежду, пошел в душ. У меня всегда была чувствительная кожа: любой несильный удар- у меня уже синяк. А после таких избиений даже страшно подумать, что под одеждой. Пытаясь даже не смотреть на свое тело, быстро сполоснулся и болезненно морщась, оделся в самые широкие штаны, которые у меня были, и мягкую майку. Хорошо, что я отношусь к тому типу людей, которым любая одежда к лицу. Ну, более-менее. Доковыляв до комнаты, заварил себе чай и аккуратно сел на кровать. — Как чувствуешь себя? — не отрываясь от телефона, поинтересовался сосед. Я не ответил, так как даже на это уже просто не хватало сил. И я просто боялся, что могу сорваться и расплакаться, как маленькая девочка. Пить горячую жидкость было больно, поэтому я отложил чай в сторону. — Чего молчишь? — брюнет, недоумевая, оторвался от экрана и посмотрел на меня, а затем нахмурился. — Что у тебя с губой? — Упал, — отрезал, аккуратно залезая на кровать. — Упал? Как так можно упасть, а? — он странно на меня посмотрел. — Как-то можно, — тихо проворчал. — Где ты был? — сосед мрачно спросил. — Нигде. Я же сказал уже… — Подними майку, — брюнет чуть ли не приказал мне. — Что? С какой это радости? — Живо поднял. И тогда отстану от тебя, — я чувствовал, как Егор злился, но мне было уже как-то все равно. — Хорошо, раз так, то я сделаю это сам, — он в одно мгновение очутился рядом с моей кроватью, что я даже заметить не успел толком. — Что… — через секунду я оказался прижатым к кровати, а Егор навис надо мной. Впервые его лицо было так близко, его глаза будто бы притягивали мой взгляд. Он выглядел слегка раздраженно, удивленно и взволнованно. Неужели сам Егор волнуется обо мне? Что за магические метаморфозы? Парень судорожно вздохнул и прогнал всякие эмоции со своего лица. А затем моя майка оказалась задернута чуть ли не до шеи. Его лицо помрачнело, губы сложились в тонкую линию, а в глазах вновь появился тот самый огонек… Сначала мне показалось, что он, вспомнив прошлое, решил вспомнить то, как это было, и продолжить начатое когда-то, но он резко встал и, бросив что-то типа «скоро буду», вышел из комнаты. А я лишь устало вздохнул и провалился в сон, а снились мне глаза Егора, которые медленно, но верно затягивали меня в свой уютный и теплый омут…