Всегда

— Как прикажете это понимать? — в напряжённых ситуациях он часто переходил на "вы". — Я забыла, что назначен урок. А когда вспомнила, что было делать? Я уже пообещала Тиберию и не могла его обидеть. — Полюбоваться чужими успехами, стало быть, важнее, чем работать над собственными достижениями? — Снейп кинул недовольный взгляд на лужу, которая натекла с её ботинок. — Иногда так бывает, — Маргарет переступила с ноги на ногу. — Когда у человека есть друзья, так бывает. Снейп задумался. Она ждала, что он скажет что-нибудь о дисциплине и назначит обычную школьную отработку. Это было привычно, справедливо и ни капли не пугало. Маргарет и ещё раз поступила бы так же. Тиберий летал потрясающе, так, как ей не летать никогда. Под конец тренировки он изобразил длинный замысловатый пируэт, напоминающий траекторию падения кленового листа. Красный цвет формы и начинающийся дождь оттеняли это сходство. Маргарет подумала, что кто-то должен изобрести художественные полёты на мётлах, вроде фигурного катания на коньках. Она встряхнула головой, чтобы прогнать щиплющее ощущение в носу. Не хватало Гекаты, чтобы поделиться идеей и услышать остроумный ответ. Не хватало Полумны, которая, высунув язык, ловила бы на лету дождевые капли. Не хватало писем из дома. Не хватало молчаливого Лонгботтома с закатанными рукавами среди горшков с рассадой. Не хватало Ребекки с её водопадом чёрных волос и переменчивым выражением лица. Но если вечно грустить о тех, кого не достаёт, те, кто остался, будут чувствовать себя людьми второго сорта. Маргарет высунула язык и поймала тяжёлую каплю. Тиберий соскочил с метлы. — Ну как? — его глаза светились от радости. — Виртуозно, — восхитилась Маргарет. И коротко объяснила про фигурное катание. — Знаешь, я думал о чём-то таком, — признался он. — Мне не очень нравится эта толкотня с мячами. Прогремел первый раскат грома, и Тиберий, махнув рукой, побежал прятать казённую метлу под навес. Маргарет побежала в замок. Она не хотела, чтобы Тиберий узнал о пропущенном ради него уроке. — Вот, прочтите. Вместо поучений о том, как важна дисциплина, Снейп подал ей карточку с золотым обрезом. Там значилось, что Северус Снейп и Маргарет О'Шейн приглашены на празднование Равноденствия в особняк Малфоев. Маргарет подняла глаза. — Отказаться нельзя, — ответил он на безмолвный вопрос. — И умение танцевать очень пригодилось бы вам. — А не окклюменция? — робко спросила Маргарет, возвращая карточку. — Вы шутите? — Снейп поднял бровь. — Полагаете, что пара занятий, после которых вы всё выбрасываете из головы и бежите на квиддичное поле, поможет выстоять перед Тёмным Лордом? — Зачем ему я? — тихо спросила Маргарет. — А зачем вам окклюменция? — ответил Снейп вопросом на вопрос. Теперь задумалась Маргарет. Она умела смотреть и видела больше, чем было на поверхности. К этому моменту Маргарет убедилась: Снейп не тот человек, за которого его принимают. Конечно, ничего определённого, но что если Тёмный Лорд, заглянув в её разум, сумеет понять понять больше, чем она сама? — Я боюсь, — сказала она и опустила взгляд на свои грязные ботинки. — Я боюсь, что могу вас выдать. — В каком смысле? — поинтересовался Снейп. Был ли он и вправду удивлён? — Сама не понимаю, — призналась Маргарет. — Не выдумывайте, Маргарет, — сказал Снейп. — Занимайтесь собой, выучите хоть пару простых движений, чтобы не подпирать стену, когда зазвучит музыка. Научитесь подавать руку для поцелуя. Не выделяться — это, можно сказать, первая ступень окклюменции, доступная даже маглам. Уверенность в себе и сдержанность — вторая ступень. Маргарет молча кивнула. Разговор получился странный. В качестве отработки Снейп вручил ей пергамент, обмотанный зелёной лентой, который нужно было скопировать. "И постарайтесь добиться совершенного сходства, — добавил он. — Это элементарный инсулярный унциал". Маргарет сделала передышку и отошла к окну. В самом деле, разговор получился странный и не принёс успокоения. Она почему-то была уверена, что вот это смутное чувство, которому не было названия и которое Тёмный Лорд мог обнаружить в ней, было куда опаснее, чем любые точные сведения — которыми она не располагала. - - - Для примерки платья Ирэне Малкин пришлось посетить Хогвартс: Снейп не желал, чтобы Маргарет покидала школу. Сильно подгонять не пришлось, с лета девочка только немного похудела. Малкин воткнула несколько булавок и отошла в сторону. В зеркале отразилась барышня в платье из зелёного шёлка, расшитого белым и каким-то необычным жёлтым, название которому могла бы, наверное, подобрать только Геката. Более красивого платья Маргарет ещё не носила. Она в смущении погладила руками подол. — Зелёный выглядит... консервативно, что и говорить. В нынешнем сезоне самый шик — вот этот цвет. Его называют горчичным, и действительно, он добавляет образу остроты, — мадам сделала паузу, как бы приглашая оценить шутку, и Маргарет из вежливости выдавила смешок. — Кружева, аксессуары, туфли... Очень удачно сочетается с белым. Chanel представили сочетание с фиолетовым, но такое смелое решение не всем к лицу, и при искусственном освещении оно старит. Сочетание с белым — лёгкое, девическое. Оно освежает зелёный. Добавьте кружевные перчатки с тем же мотивом, уложите волосы — вы будете первой красавицей на этом приёме. Кстати, где вам предстоит блистать? — Я надену это на Равноденствие, — ответила Маргарет. Вопрос показался подозрительным, и весь предыдущий щебет, как был случайно подводящий к нему, тоже. — Кто причёсывает вас? — спросила мадам. — Я могу порекомендовать чудесную женщину, у неё лёгкая рука, богатая фантазия и прекрасные рекомендации. — Благодарю вас, — ответила Маргарет. Но парикмахера прислала Нарцисса Малфой. Как, впрочем, и учителя танцев. "Выручи меня, Нарцисса, — писал Северус. — Я никогда не питал интереса к тому, как девочкам удаётся быть девочками, а, задумавшись, понял, что не готов углубляться в эти чуждые мне сферы. И раз уж твой праздник Равноденствия принёс мне эту головную боль, выражаю надежду, что исцеление тоже придёт от тебя". Нарцисса удивилась, что Северус вообще озаботился такими вещами. Она была уверена, что письмо следует читать между строк, но, пробежав его несколько раз, сдалась. Нужно присмотреться к этой О'Шейн. Кстати, а на чём основаны сведения о её "правильном" происхождении? Судя по всему, исключительно на словах Северуса Снейпа. Нарцисса убрала письмо в ящик стола и повернула ключ. Интуиция подсказывала, что с этой историей не всё так просто, а скука толкала заняться расследованием. Однако учитель танцев в роли шпиона — пошлая затея, не стоящая того, чтобы рисковать доверием Северуса. Внезапным доверием Северуса, который всегда избегал быть лично обязанным кому бы то ни было.